Ричард - нагибатель вселенной

— Слушаю Вас, леди Констанция, — начал я, когда за нами закрылась дверь ее комнаты. В дальнем углу все также валялся Бобик. Когда мы вошли, он только лениво поднял голову, внимательно нас осмотрел, и опять бухнулся на пол. А возле него все так же сопели два пушистых монстрика, прижавшись к теплому боку. — Я вижу, Бобик и живность, которую он нашел, хорошо у Вас прижились. — Нет уж, они, конечно, милые, но прокормить... Как только просыпаются, сразу требуют жрать. Хорошо, что весь город уже в курсе, что группа героев с огромного корабля победила легендарных монстров. Из кухни притащили такую огромную кучу еды, что... и они не оставили даже крошки! И снова спят. А ваш песик их вроде как охраняет. Но я не об этом. Как Вы понимаете, мы идем во дворец, а это официальный прием. И нужно сделать достойный подарок правительнице. Что у нас есть на корабле достойного? Нужно сделать подарок соответствующего уровня, иначе... — А я думаю, что вопрос с подарком Вы только что решили, — пожал плечами я. — Вон они лежат, сразу два подарочка, под боком у собачки. Не тащить же этих проглотов с собой? А так и королеве приятно, и вещь ценная, и не стоит ни гроша. И кстати, если уж речь зашла о приеме. Вам не удалось узнать, по поводу чего вечеринка? Чей-то день рождения, какой-то религиозный обряд, что-то политическое? Или просто национальный фестиваль, вроде карнавала песни и пляски с распеванием гимнов и соревнованием по поглощению пива? — Пока Вы, сэр Ричард, бессовестно дрыхли, — надменно ответила принцесса, — я выяснила. Это ежегодный прием, который устраивает правящая королева Ипполита. На нем проводится что-то вроде смотра сил и войск. Потом торжественная часть, а после нее бал. И, кажется, турнир, но я не уверена. На нем обязаны присутствовать представители всех благородных семейств. С дружинами. А чужих на него обычно не пускают. Не знаю даже, поможет ли нам то приглашение, что передала леди Каролина. — Да, насчет леди Каролины и ее отряда. Ведь истребление стаи, или прайда, зверей приписывают им? — В городе, насколько я поняла, хорошо знают и Каролину и ее отряд. Это местные возмутители спокойствия. Нет ни одной заметной вечеринки или заварушки, в которых бы они не участвовали. Так что в городе знают их силы и не переоценивают участие. И кстати, Каролине еще крепко влетит за использование какого-то колдовского изделия: во время праздника в городе запрещено пользоваться чем-либо, в чем скрыта колдовская сила. Не знаю, почему. Да и в другое время использование подобных вещей не приветствуется. — Понятно. Когда выступаем? — Примерно через час, когда вернуться Кастор и Поллукс. Они будут смотреться импозантнее в моей свите. Не зря я потратила столько времени на их обучение манерам. — Разумеется, принцесса, — слегка поклонился я. — Только давайте, как говорится, расставим точки над Ё. Местные, в силу своего воспитания, естественно принимают нас за Вашу свиту. Они считают, что вы решили покататься по островам и взяли для этого корабль. Но давайте иногда, хоть для внутреннего пользования, не будем забывать истинного положения вещей. — Что Вы имеете в виду? — вздернула носик кверху леди Констанция. — Объяснитесь! — Объясняю для тех, кто в танке, — вздохнул я. — Для аборигенов Вы — Повелительница Западного Архипелага. Что делает Вас, кстати, равной по званию местной правительнице. А мы будем считаться... ну, скажем, Вашими партнерами. На самом же деле я остаюсь Эрцгерцогом, которому император вручил во владение Архипелаг Рейнольдса. Вот и осматриваю свою, а заодно и соседскую территорию. Вам же не нужно напоминать, кто кого пленил в том сражении? И кто вручил вам высокое звание Повелительницы и Хозяйки Медной Горы? Ну и что в море командиром нас обоих становится адмирал Ордоньес, а мы только пассажиры на его судне? — Я все помню, — огрызнулась принцесса. — Хорошо, сэр Ричард, мы будем выступать как партнеры. Так я Вас и представлю королеве. И вот еще что. На всякий случай меня предупредили, что говорить в присутствии королевы можно только после ее прямого разрешения. А мужчинам при ней лучше вообще ничего не говорить. А теперь оставьте меня в покое, мне нужно подготовиться к аудиенции! — Да, — философски заметил Ордоньес, когда мы вышли из комнаты и сзади с треском захлопнулась дверь, — никто не любит стукаться мордой о суровую действительность. Но напоминать о ней время от времени необходимо. — Подходы к дворцу были заполнены нарядно одетым народом. И если в глубине души я надеялся на то, что увижу сплошных воинственных амазонок, то их оказалось не так уж много. Насколько я сумел разобраться, замужние женщины цепляли на пояс меч только вот в таких торжественных случаях, и приходили на смотр вместе с мужем. И в отрядах женщин было не так уж много. Видимо, с оружием выступали только такие искательницы приключений на свою... что придется, как отряд Коры. Или совсем молоденькие девчушки. Нормальные женщины, отбыв положенное (с 14 лет и до быстрого замужества) на службе, вешали меч на стену и брали в руки хозяйство. Не то, которое у мужа на нужном месте, а коз, кур и коров. И управление домом. И одеты они в основном были не в кирасы и рыцарские пояса, а в расшитые золотыми нитями платья. Правда, не уверен, что эти платья весят меньше полного доспеха. Тут же отирались и одетые по-праздничному Свободные Охотницы. Рядом с ними стояли двое унылого вида мужиков с мешками. Видимо, подсобные чучельника. Завидев нас, Кора призывно помахала рукой Ордоньесу, а затем рысцой подбежала к леди Констанции. — Прошу прощения, благородная леди, — поклонилась она, — не могли бы Вы нам помочь? Как женщина женщине? И покосилась на висящий на перевязи у Констанции меч. Как я понял, именно тот, что Ордоньес нашел в пещере сьюбов. И который когда-то принадлежал легендарной местной красотке, Рыжей Соне. — С удовольствием, — настороженно отозвалась принцесса, — Если это будет в моих силах. — Скорее, нужна сила Ваших сопровождающих, — рассмеялась подошедшая Беата. У нее, как и у Констанции, декольте на платье было выполнено максимальным, и грудь выпирала, как две подушки безопасности из разбитого Феррари. — Понимаете, мы хотим преподнести подарок королеве Ипполите красиво. А те слуги, которых нам смог дать мастер Чипполоне, смотрятся... в общем, только портят все впечатление. А у Вас такие богатыри в свите. Путь они помогут вручить подарок! Ну, пожалуйста! А мы в свою очередь представим Вас королеве. Иначе без рекомендации Вы не имеете права даже заговорить с ней. Таков дворцовый этикет. А нарушать его не рекомендуется никому. У нас с этим строго. Демонстративно игнорируя меня, Констанция оглянулась на Ордоньеса. — Адмирал, как Вы думаете, сможем помочь местным девушкам? — Да запросто, — и адмирал подмигнул стоящей чуть в стороне Эоне. — Только тогда нам придется идти одной группой, чтобы ребята не потерялись. А то они у нас такие робкие. И мы, сопровождаемые Бобиком, ступили на порог дворца. Хотя дворец — слишком сильное слово для той постройки, в которой собирался благородный народ. Максимум — крепостица. Правда, с просторным донжоном. В нем и собрался, как говорится, весь цвет общества. Все выстроились в относительно ровную линию вдоль северной стены. На южной осталось свободным возвышение, что-то вроде президиума. На нем стоял стол, за ним три стула. И вокруг этого стола — да, вот теперь я увидел настоящих амазонок. Как с картинки. В блестящих доспехах, расшитых золотом платьях под ними и со свирепыми физиономиями. — Личная гвардия королевы, — шепнула Кора. — Тридцать девушек из лучших семей. Отряд Истребительниц. — А кого они истребляют? — заинтересовался Ордоньес. — Тсс, потом расскажу, — пообещала Беата. — Сейчас появится Ипполита. И действительно, стоящий у западного входа церемониймейстер стукнул посохом в пол и провозгласил: — Ее величество королева Ипполита! И в зал, торжественным шагом, вошли трое. — О господи, — прошептал Ордоньес. — И что, ЭТО у них тоже считается женщиной? Действительно, если отряд личной гвардии легко можно было идентифицировать, как женщин, то королева Ипполита — это было что-то. Огромная, мощная фигура принадлежала скорее какому-то перекушавшему стероидов качку. Невероятных размеров бицепсы, толстые, как ствол дуба и такие же перекрученные наплывами бедра, мощнейшие широчайшие и полное отсутствие шеи. Стоящие рядом с ней фигуры смотрелись менее монументально, но только в сравнении с ней. И при этом в ее взгляде чувствовалась не замершая мышечная масса, а злая кипучая энергия, готовая излиться на любого, кто скажет хоть слово. Не просто поперек, а хотя бы не в тему. Остановившись за столом, королева подняла кубок и провозгласила: — Друзья, сегодня мы снова собрались здесь, чтобы показать нашу силу. И единение перед лицом любой опасности. Пусть наши враги знают, что никто и никогда не сможет покорить наши острова, пока наши руки сжимают рукоятки мечей! Пусть трепещут! Слушая воинственный тост, я обратил внимание на кубок. Забавный это был кубок. Я слышал, что черепа врагов часто одевали в золото и превращали в сосуд для вина, но видел такое впервые. Да, это была не имитация, а самый настоящий человеческий череп. Глазницы закрыты золотыми накладками, нижняя челюсть отсутствовала, и приделана ножка для удобства. Ну и край отделан золотой каемкой. А так крупный такой, довольно правильной формы черепок. Даже со следами огня на левой стороне. Тем временем королева закончила речь (судя по мускулатуре, разговоры явно не ее сильная сторона), и отхлебнула из кубка-черепа огромный глоток. Передала кубок соседке справа. Та тоже что-то добавила о силе и единстве, о происках злых врагов и приложилась к напитку. Передала кубок третьей. А я тем временем рассматривал фигуру королевы. Нет, что-то в ней было не так. Ну не может быть таких женщин. Не может в принципе. И дело даже не в том, что такие мышцы не накачаешь без стероидов, которые открыли в результате экспериментов только перед началом Второй Мировой в Германии. Тут колдуны и не такое могут вытворить. Просто строение мускулатуры и мужчин и у женщин принципиально отличается. Например, у женщин просто не может быть таких бицепсов. Строение Biceps Brachii, как и низкий голос, и волосатая грудь, — это вторичные половые признаки мужчины. Ну ладно, голос у нее действительно низкий. А грудь, интересно, волосатая? Не слушая, что там вещает третья из клана правителей, я представил, как они делают эпиляцию груди. И вздрогнул. Нет, будем надеяться, что грудь у нее женская. Правда, искать ее на такой груде мышц — занятие не для слабонервных. И не для просто слабых. Будем надеяться, что она нашла достаточно безумного самца, который это способен проделывать. «А может, это именно его череп стоит на столике?», как-то некстати пришла в голову мысль. Я снова оглядел правительницу, и эта мысль не показалась мне настолько уж глупой. Слишком эмоционально сжимала она ножку своего «бокала». Значит, правительница — это чистое ГМО. То есть Генетически Модифицированный Организм. Который в моем Срединном королевстве употреблять в пищу не рекомендуется. И весь ее клан такой же. Есть в них что-то общее. — Увлекшись умствованиями, я пропустил момент, когда из плотного строя придворных выдвинулась Охотница Каролина. Она выступила вперед, сказала пару слов и поманила кого-то рукой. Следом за ней вперед выступили Ордоньес и братья Боанегросы с тремя головами Сьюбов. Хорошо, что пошли братишки: в пышных костюмах придворных они выглядели просто потрясающе. А головы, которые они поставили на стол перед королевой Ипполитой, вообще поражали. Чучельник Чипполоне оказался мастером своего дела. Даже при жизни Сьюбы не казались такими грозными и пугающими. Желтые газа светились жаждой смерти, а с огромных клыков, казалось, капала слюна. Полюбовавшись эффектом, Кора наклонилась к правой соседке королевы и что-то прошептала той на ушко. Соседка (чуть уменьшенная копия королевы) внимательно оглядела зал, вычленив взглядом нас с Констанцией, и чуть заметно кивнула. — Я прошу выйти сюда почтившую нас присутствием Повелительницу Западного Архипелага, — торжественно произнесла она. Принцесса Констанция легко сделала пару шагов вперед и слегка поклонилась королеве и ее советницам. — Я счастлива, что могу приветствовать Вас, королева, в такой торжественный день. И хотя наш подарок не такой впечатляющий, — она слегка усмехнулась, — но не каждый монарх на любой стороне океана может похвастаться таким приобретением. Я хочу, чтобы его вручил Вам сэр Ричард, майордом Сен-Мари, маркграф Гендерсгейма и эрцгерцог Архипелага Рейнольдс, который совершает это путешествие в моей свите! Ничего не оставалось делать, как похлопать Бобика по холке, прошептать ему «Сидеть!» и отправится в недалекое путешествие к столику президиума. — Я счастлив видеть Вас, Ваше величество, — заявил я, подходя к столу. — И хотя наш подарок пока еще мал, но он скоро вырастет. И я надеюсь, что достигнет такого же размера, как и тот, который сделали Ваши охотницы. С этими словами я запустил руку в мешок и жестом фокусника выволок на свет сразу два меховых шарика, которые мирно спали там после сытного обеда в гостинице. Один из них, более темный, сразу же недовольно фыркнул и пополз по столу в сторону королевы. — Как Вы догадываетесь, это щенки сьюбов, которых мы нашли в пещере недалеко отсюда. Надеюсь, Вы сможете вырастить и воспитать их. По рядам придворных прокатился дружный вздох умиления. Королева сгребла темного щенка (судя по всему, это была самочка) за шиворот и подняла на уровень лица. И попыталась погладить. Сьюбка молниеносно щелкнула зубками, и только хорошая реакция спасла повелительницу от потери пальца. — Злюка, — довольно проговорила Ипполита. — Я назову тебя Джиль. И воспитаю настоящим бойцом. — А мальчика назовите Дином, — зачем-то посоветовал я. — Получится отличная пара. И тут в моих довольно тугодумных в этот день мозгах что-то щелкнуло, и картинка сложилась. Джиль. Мускулатура, которую не накачаешь никакими упражнениями. Странное строение тела. Белокурые волосы и голубые глаза. И странно тонкие кости при явно гиперстеническом сложении. Я уже видел такое сочетание, и не так давно. Просто при абсолютной памяти нужен еще и проц помощнее, чтобы эту память успевать перебирать. — Простите, Ваше Величество, а Вам ничего не говорит имя Джильдина? — задумчиво спросил я. Мне показалось, что температура воздуха понизилась вдруг градусов на двадцать. А то и сорок. И что вокруг меня начал замерзать воздух. Что-то вокруг изменилось. Оглянувшись, я увидел сплошные расширенные глаза и отвисшие челюсти. Только Кора тихонько застонала, закусив губу. И в здании повисла не просто гробовая, а какая-то запредельная тишина. Ничего не понимая, я повернулся снова к королеве. И увидел, что у нее в руке уже блестит длинный, тонкий, но уж очень острый меч. И направлен он мне в горло. — Взять его! — рявкнула Ипполита, и три десятка Истребительниц через мгновение окружили меня двойным кольцом. Причем половина направила мечи в мою сторону, а вторая ощетинилась обнаженными клинками наружу. — В комнату для допросов, — рявкнула еще раз королева, и рванула куда-то вглубь донжона. — Я недоуменно оглянулся. Со всех сторон только блеск мечей и свирепые физиономии — блондинки, брюнетки, даже пара рыженьких . И каждая смотрят, как будто я только что зверски изнасиловал ее лучшую подругу, а на нее не обратил внимания. Интересно. И главное же — ничего не сделал! Только вошел. И назвал имя Джильдины. Или я чего-то не понимаю, или эта самая Джильдина свистнула у королевы Большую Королевскую Печать. Или любимую прокладку с крылышками. Но судя по взгляду, которым обожгла на прощание Ипполита, это что-то личное. Значит, прокладка. Или что-то в этом роде. Через двойной строй конвоя я разглядел ошеломленные лица своих. Ордоньес положил руки на пояс. Там у него, точно знаю, пара ножей. Братья Боанеграсы стоят спокойно — но я видел их в деле, им стоит только отдать приказ и они тут полдома развалят. Безбашенные полностью, им плевать, сколько против них противников. Констанция схватилась за рукоятку меча, но ее в это дело ввязывать не стоит, не боец она против амазонок. Ну и Бобик. Этот любой амазонке пасть порвет, но стоит ли воевать с женщинами... Хоть и равноправие, но как-то это не комильфо. Да и не стоит непонятную ситуацию стазу превращать в кровавую мясорубку. Я все-таки хоть какой-то, но герцог и правитель. Давно пора действовать головой, а не кулаками. Намного интереснее реакция аборигенов. На лицах большинства ужас в перемешку с омерзением. Кора лихорадочно соображает, чем эта моя выходка (какая, интересно?) обернется ей лично и ее отряду. Эона сокрушенно качает головой. У Беаты вид такой, что понятно — она уже мысленно простилась со мной, похоронила, поплакала на могилке и только иногда будет вспоминать такого славного, но недалекого малого. — Все в порядке, ребята! — бросил я на ходу, подталкиваемый с одной стороны остриями копий. — Просто небольшое недоразумение. Сейчас разберемся и я быстро вернусь. Бобик, жди меня здесь! Принцесса, позаботьтесь пока о своей свите! И шагнул сквозь расступившийся строй в дверной проем.