Последний

      Есть на востоке выражение: "Из печи, да в горнило" - примерно то же самое произошло и со мной.       Ночь. Лагерь покрыт тьмой и тишиной. Мирно посапывают солдаты, а я вновь не могу сомкнуть глаза от боли. Пока меня тренировал Хлогарр, огонь в груди заглушался сходящими с ума мышцами, но вот уже второй день я бесцельно бродил с Натой, знакомился с её друзьями, слушал её истории.       "Да что же такое?! Сегодня даже сильнее чем обычно..." Пот выступал мелкими холодными каплями, тревога росла с каждой секундой.       "Нужно на улицу - подышать"       Опираясь на свёрток, я еле выполз из своего убежища. Небо было закрыто тучами, факела позадувало противным, холодным, пробирающим до мурашек ветром. Послышался вой.       Волки были обычным делом в степи, и я часто сталкивался с ними на охоте, но в этот раз ночная песнь вселила ужас. Чутьё твердило, что нужно бежать как можно дальше. Где-то недалеко раздался вопль, зазвенел металл.       - Волхимы! К бою! Волх... - часовому перекусили горло, в темноте замелькали громадные силуэты. Забили колокола, зазвенели мечи и копья, выпадающие из пирамид, слышались крики и стоны, кухарки, и прочие обозники, заново зажигали лагерные огни.       Я сквозь паникующую толпу выбежал к шатру Скальда, там же должна была быть и Ната. За неё я, почему-то, волновался больше всего. Командир находился на посту, его меч был измазан в крови, а на наспех накинутых доспехах красовался свежий след когтей. Он всматривался в кромешную тьму, а она отвечала светом пары красных глаз. Огненная стрела пролетела прямо над ухом моего спасителя, она вонзилась ровно промеж адских зрачков и осветила огромного зверя. Это было даже не подобие волка...       Монстр двухметровый в холке, с длинной чёрной шерстью, громадными лапами. «Что это? Оно больше лошади!» В широко разинутой, окровавленной пасти светилось два ряда белых клыков, самые крупные из них больше напоминали кинжалы. Зверюга щёлкала челюстью, изо рта, окружённого пеной, капала слюна, огонь распространялся по всей морде, но это явно не давало должного эффекта.       Скальд сжался, будто пружина, перехватил меч так, чтобы лезвие шло параллельно руке. Зверь ринулся на угрозу, я еле мог уследить за его силуэтом. Воин тоже рванулся в лобовую атаку, но перед самым столкновением упал и провёл по пузу блестящим в ночи смертоносным орудием. Они разминулись и оказались друг напротив друга.       Я запомнил это зрелище навечно... Взвыв от боли, огромный волкоподобный монстр опёрся на передние лапы, оскалился, ощетинился, из его тела выпали органы. Я увидел сердце, свисающее на артериях, венах, оно не прекращало биться.       От ужаса задрожали колени, но сильнее всей этой картины пугал факт: чудище тут же зашевелилось, брызжа слюной, оно кинулось к старику. Казалось, что зверь вот-вот прыгнет в отчаянном предсмертном рывке, но из кромешной тьмы в свет факелов явилось лезвие огромных размеров. Оно, словно лепёшку, разрезало шею монстра. Безглавое тело бежало ещё секунду, наконец, туша свалилась. Кишки, растянувшиеся по всему пути, голова, с ещё подёргивающейся челюстью, запах опаленной шерсти и крови - всё это вызвало приступ тошноты.       - Скальд! Их не меньше двух десятков! Я уложу ещё двоих, но как остальные?! - Владельцом громадного меча оказался Хлогарр, он уже был во второй стадии ярости. Впервые я слышал страх в его голосе.       Лицо предводителя тоже было омрачено.       - Гарр, на юг! Прихвати рыцарей, доберитесь до конюшен, если коней уже нет... Что ж... Арон нам в помощь - молитесь. Я прикрою вас, между нами запрём всех безоружных. Ната, сколько выживших?       Я оглянулся, из шатра высунулась моя подруга, в руках у неё был лук, за спиной колчан, вложенная в оружие стрела горела. Она закрыла глаза, присела и прижала к земле руку.       - На востоке десять разведчиков, около пятидесяти разрозненных лучников, человек сто в тяжёлых доспехах, ещё с десяток в средних, ещё две сотни почти без доспехов сражаются на западе, женщины со стариками сбились в центре. Звери рассредоточились вокруг лагеря. Её холодный тон пугал, повсюду была кровь и трупы, но ни одна мышца на её лице не дрогнула, глаза были холодные и странно поблёскивали.       - Молодчина! Гарр, следуем плану, мы на север! Стой! Ната, где Ка?..       - Скальд! - из моих уст вырвался крик, как я ни старался, скрыть страх не получалось - Я могу помочь?! Что мне делать?! - дрожь охватила тело. "Да чем я помогу?! Эти зверюги меня пополам перекусят!"       - Каил! - Вожак улыбнулся с облегчением - Ты живой?! - он осёкся - Ната?! - укоризненный взгляд скользнул в сторону ученицы, та лишь удивлённо хлопала глазами.       - Не важно, я рад! - улыбка сменилась серьёзностью - Охраняй людей, если кто-то прорвётся через заслоны, все люди обоза умрут, ты их последняя надежда! По местам! Все, кроме Наты, стрелой пропали из виду.       - Каил! Прошу, не погибни! - голос вздрогнул. Её, до сего момента, бесчувственные и безжалостные глаза вдруг заслезились - Пожалуйста, братик! От резкого старта, огненная стрела потухла, молодая лучница бросилась вдогонку за наставником.       По женским голосам среди всей этой суматохи я быстро нашёл свои цели. Раненые, старики, женщины - все небоеспособные столпились, ощетинились копьями, их было человек сто, может сто пятьдесят. В одну из оружейных пирамид я положил свёрток. Мне приглянулся полуторный меч, пускай его заточка оставляла желать лучшего, но вес и, особенно, длина, компенсирующая мой рост, были под стать.       Со всех сторон доносились крики и скулёж, колени всё ещё дрожали, но теперь, когда за моей спиной были десятки беззащитных, я просто не мог трусить. Вглядываясь в тьму безлунной ночи, я надеялся, что отряды никого не пропустят.       Надежды с грохотом рухнули, когда прямо напротив меня, из-за палатки, показалась чёрная морда. Зверь медленно шагал в мою сторону. Клацая по земле огромными когтями, он скалился и рычал. Лай разразил нависшую тишину, и монстр перешёл на бег. Первая стадия ярости тут же была активирована, я схватился за меч обеими руками и встал в стойку.       Лезвие дрожало, дыхание сбилось, и слёзы потекли из глаз, я боялся, неимоверно боялся этого громадного чёрного чудища, белые клыки блестели словно сталь, а глаза горели двумя смолёными факелами. Дыхание смерти ежесекундно приближалось, я прыгнул навстречу и изо всех сил ударил прямо в голову...       Железка застряла в кости, а зверюга даже не думала останавливаться. Ногами я впился в землю и, словно плуг, оставлял на пути борозды. Кости скрипели, от волнения и страха темнело в глазах. Огромная слюнявая пасть была в сантиметрах от меня, чудище щёлкало зубами, лаяло, его обезумевшие глаза впивались в цель. Мы остановились, и появилась секунда на атаку. Вырвав меч, я ударил под челюсть, которая была на уровне моих глаз, так, чтобы добраться до мозга. План удался, но зверь своей лапой царапнул меня по туловищу и откинул в груду оружия.       При падении я почувствовал, что получил глубокие порезы, но было просто не до этого. Морда, насквозь пробитая мечом, пуская пену, тут же бросилась в мою сторону. Первая рукоятка, что попалась мне под руку, оказалась древком алебарды. Орудовать таким огромным топором в ярости было на удивление легко. Я вновь встал в позицию. "Нужно просто отрубить голову! - Думай!"       Прямо под ногой лежало копьё. Я вспомнил приём, который Скальд использовал против берсерка. Когда монстр оказался достаточно близко, носком сапога я приподнял древко. Чудище грудью напоролось на преграду, которая сильно его замедлила, как раз этого мгновения и хватило на манёвр.       Оттолкнувшись от копья, я подпрыгнул выше головы противника... Ещё на земле я замахнулся, а в воздухе прокрутил сальто и вложил весь свой вес, метя в шею. Результата я не увидел, приземлился лицом в землю, но как только я поднял голову, наши глаза встретились. Волчья морда, лежала прямо передо мной, из кровоточащей пасти вываливался язык, а зрачки быстро стекленели.       В глазах всё плыло, сознание мутнело, сил еле хватило на то, чтобы подняться. Я достал полуторник, он вновь верно лежал в моей пробитой руке, я видел, что и рубаха и штаны пропитались кровью, собачьей или моей было без разницы. Глядя на труп, я понял: ноги больше не подкашивались, дыхание пришло в норму, это было моё первое убийство.       Женщина, стоящая в толпе, вцепилась в меня глазами, рассматривала. Чувств во взгляде было слишком много, она жалела, боялась, желала помочь, переживала, делила боль... Но вот, зрачки скакнули за меня, всё перекрыл страх.       Уже зная ответ, я посмотрел за спину и, будто сумасшедший, улыбнулся.       - Хах... Теперь вас двое?! - волхимы на фоне горящих палаток жадно рычали на меня – Ну, что же! Вперёд! Проще будет попадать! - прилив сил, я просто хотел защитить того человека, который готов был мне помочь.       Волна гнева захлестнула меня, в глазах потемнело окончательно, я почувствовал небывалую силу, руки, как и всё тело, взбухли, стук сердца превратился в монотонное гудение... Срывая дёрн, я кинулся на зверьё.       "Умирать?! Хах! Попробуйте сами выжить!" - оскал так и не сходил с лица, прямо на бегу я поднял с земли чей-то топор. Чудища, будто с цепи, сорвались мне на встречу, но они двигались так медленно...       Когда мы почти поравнялись, я упал на колени, зубы щёлкнули прямо перед носом, но я проехал мимо, а меч и топор лишили обеих тварей одной из передних лап. Я поднялся, выпрямился, вскинул меч на плечо, а топором опёрся о землю.       - Ну что?! Где ваша проворность, псины?! - Бахвалиться было не лучшим решением, словно молотом ударили по голове. Я свалился на колено, а волхимы, пускай и хромая, бежали ко мне. Первый получил топором в пасть, но сил, чтобы снести череп не хватило, от второго я еле уклонился, отделавшись располосованной спиной.       Мы вновь оказались лоб в лоб. В руках оставался лишь меч, топор поблёскивал во рту одной из тварей. Пуская слюни, озверевшие чудовища пожирали меня глазами, они расходились - окружали.       Когда один из них смотрел мне в глаза, а другой в открытую спину, псевдоволки кинулись. Мне стоять было нельзя, в голове сидел безумный план. «Одного, но заберу!»       Я прыгнул прямо в пасть монстра, выставив вперёд меч плоским ребром, и, оттолкнувшись от образовавшейся перекладины, ногами пнул по топору, из-за чего второму врагу разрубило черепушку.       "А вот теперь можно и умирать..." Одного уложить мне удалось: он больше не шевелился, а вот выживший прижал меня к земле, его зубы щёлкали прямо перед лицом, всё, что мешало меня сожрать, это полуторник. Кусок металла, перевернувшийся режущей, боевой стороной, впивался мне в кисть. "Последняя секунда, железо разрежет руку, и эта тварь вцепится в мою шею" - так я думал... Прошла секунда, и точно та же мысль пролетела в угасающем сознании... Вновь секунда, я всё ещё был жив...       Горящая стрела вонзилась в шею псине, монстр поднял голову и обернулся, тут же копьё пронзило прочную шкуру, и тушу унесло словно пушинку, через меня, отсвечивая подковами, перепрыгнул конь.       "Молиться не пришлось... Хах... Молодчина Гарр!"       Появилась кавалерия, в передней линии пешком нёсся Хлогарр.       - Да как вы посмели?! Чтобы моего ученика?! Ржание коней, стоны людей, лай волхимов - всё слилось в один сплошной гул. Я кашлял, кашлял кровью... Ярость сходила на нет, сил, чтобы двигаться, уже не оставалось. Боли ещё не было, а возможно её и не должно быть, если организм завершает деятельность.       Вероятно, это был бред, но тучи надо мной разошлись, и пятно света озарило поле прошедшей битвы, я оглянулся. Две здоровенные туши лежало совсем неподалёку. Луна отражалась в лужах крови и слепила глаза. Вдалеке стояли люди, страх, благодарность, мольба... Их уста беспрестанно шевелились. Я, наконец, выдохнул. «Цель выполнена: они живы»       Стало холодно, лишь лунный свет хоть немножко согревал, я вытянул руку, мне казалось, что именно сейчас я способен дотянуться до ночного светила...       - Тебе рано умирать, Каил Храбрый, сын Реджиманда Корийского. Тебе ещё предстоит свершить свою цель… - женский голос звучал объёмно, тепло и отчётливо, в отличие от остальных звуков.       «Кто ты такая?» - губы шевелились, но звуков я не издавал.       - А какая разница? Нам ещё рано видеться... Ты ещё не готов...       От кисти прямо в грудь втекало тепло, кровь закапала мне всё лицо, но усталость пропала. Я поднялся, раны не кровоточили, боли не было, но рука горела, будто я схватился за раскалённое железо.       Лунный свет падал на свёрток, добравшись до груды оружия, я поднял его. Сквозь ткани лился серебряный тёплый свет.       - Волхим! - женский визг своей высотой резал слух. В толпу кинулся один из последних зверей, его выпихнули копьями, но в пасти я увидел тело той самой, сочувствующей мне, женщины. Её глаза закатились, она уже не дышала, обмякла, а по рваному платью текла алая кровь. За секунду голова отделилась от тела и покатилась по земле.       Ярости не было, я не злился, но вдруг стало так больно, словно это мне разорвали шею. Показалось, что на лице убитой появилась улыбка.       Свёрток засветился ярче факела, ткань загорелась, за секунду превратившись в пепел, оголилось содержимое... Огромный серебряный боевой молот, древко было сравнимо с длиной копья, а на его конце красовался металлический блок размером с две мои головы. На каждой его грани рос шип, а на верхушке виднелась заострённая статуэтка.       Покрепче вцепившись в это, чудовищного размера, оружие, я принял стойку. Свет исходящий от серебра слепил глаза, а монстр, будто окончательно сойдя с ума, ринулся прямо на меня.       Замах. Удар. Зверь не смог уклониться, будто металл на наковальне его голова расплющилась о землю, огромное тело по инерции перевернулось и грозилось придавить, но кто-то выдернул меня с линии опасности.       Свет пропал, в темноте, только благодаря огню неподалёку, я разглядел Скальда, он держал меня на руках и озирался. Столь испуганным я не видел его никогда.       - Значит, я не ошибся... Эх-х-х парень. Что же мне с тобой делать?       Веки закрылись от собственной тяжести, и я, наконец, потерял сознание.