Ястреб из другой Яви

— Драгомир… Это ты? Альдейн спрятал крылья и недоумённо покосился на духа. Яркий хвост огня начал принимать более менее отчётливую форму. Длиннолапый, грациозный, рогатый зверь предстал перед путешественниками. Фиолетовый цвет мягко переходил в оранжевый и жёлтый, в груди полыхал бессмертный очаг. Создание было будто ожившим огнём. Красивое, но смертоносное, на него можно было смотреть вечность. И зверь обладал своим голосом. Для Паймон он не был ничем иным, как бессвязным рычанием. А вот Альдейн узнал в речи создания язык родного мира… — Драгомир? Среди нас нет такого. Ты с кем-то перепутал, — заверил Альдейн, на что Дзями насмешливо фыркнул и сделал шаг навстречу. Глаза у него недобро сверкнули. — Не держи меня за дурака, — огрызнулся он и оскалился. — Я ещё не забыл, как тебя зовут. — Постой. Так ты не Альдейн? — удивлённо переспросил Итэр и обернулся. — Вот те раз, — гаркнул зверь и взмахнул длинным хвостом, как хлыстом. — Решил окончательно вычеркнуть из жизни свой родной мир, что даже имя сменил? — Да что происходит! — недовольно воскликнула Паймон, которая не могла въехать в ситуацию из-за языкового барьера. Для Итэра он не оказался препятствием по понятным причинам: путешественник между мирами должен обладать силой, которая позволила бы адаптироваться к любому языку. А вот Альдейн был в полнейшем шоке. Он не ожидал встретить кого-то, кто мог разговаривать на его родном языке. Дзями, похоже, заметил его замешательство и зарычал: — В любом случае, мне всё равно, как тебя тут зовут, — зверь продолжил сокращать дистанцию, не обращая внимания на то, что у Итэра был довольно воинственный настрой. — Но кто ты? Почему ты здесь? — с опасением спросил Альдейн. — Ты… Что. Меня уже забыл? Серьёзно?! — загривок Дзями раздражённо зашевелился. — Ты меня умудрился забыть за несколько месяцев?! — Я правда не помню тебя. — душевно выпалил Альдейн. — Как и многое другое. — Не помнишь? — глухо повторил зверь, а глаза-огни зло полыхнули. Вдруг он остановился и недоумённо хмыкнул: — Правда что ли? Ладно. Неважно. Дзями подошёл ещё ближе. Инстинкты самосохранения Итэра уже орали во всю глотку, истерически трясли его за шиворот и требовали убираться отсюда. И не зря. Зверь в одно мгновение сделал длинный прыжок и замахнулся лапой. Итэр с Альдейном бросились врассыпную и без труда избежали атаки. Паймон взволнованно и невнятно что-то запричитала, стараясь держаться подальше об возможного места сражения. — Я бы вас тоже убил, в качестве кары для Драгомира, — Дзями повернул морду в сторону Итэра, который уже обнажил Стальное жало и встал в боевую стойку. — Сначала заставил бы его потерять всё, что ему дорого, и только потом умертвил. Но вы здесь ни при чём и не имеете отношения к нашим делам. Не вмешивайтесь. Или ещё лучше, убирайтесь отсюда. Иначе я сдерживаться не буду, — он пренебрежительно махнул хвостом и начал приближаться к Альдейну. Итэр и Паймон молча наблюдали, пока что стараясь не привлекать лишнего внимания. — Да какие дела! Я тебя даже не знаю! — нервно отозвался Альдейн и сжал рукоять Рези Вихря. — Ладно. Если ты действительно не помнишь, я расскажу, — зарычал Дзями. — Я тысячи лет сторожил Коготь Разрыва в руинах. Началась война. В тебе течёт древняя жизненная сила птицы солнца и ветров, Алконоста. А ты, вместо того, чтобы сражаться на стороне своего божества-покровителя, вместе со своей семейкой пришли в священные руины храма за Когтем. Вы хотели сбежать из того мира. Жалкие трусы. — с презрением бросил он. — У меня правда была семья? — Была да всплыла. Дзями сделал выпад и замахнулся лапой. Альдейн увернулся, отпрыгнув назад. На втором ударе он пригнулся и отскочил вбок, после чего взмахнул мечом. Лезвие из ветра поразило врага и вспыхнуло фиолетовым огнём, но мгновенно погасло. Дзями не получил никакого вреда и раздражённо ударил хвостом. Альдейн призвал на помощь своего духа, который ожившим туманом атаковал зверя с другого бока Когтем Разрыва. И тут стало ясно, что Дзями всего лишь сдерживался. Он резко повернулся и сомкнул клыки на лезвии меча духа-хранителя — раздался противный скрип. Дзями запустил когти в призрака и в несколько движений порвал его сущность. В момент, пока зверь драл духа, Альдейн атаковал врага мечом, целясь в шею, но последний был намного быстрее. Дзями развернулся, не выпуская из зубов Коготь Разрыва, и этим недоделанным пируэтом чуть не ранил Альдейна, который едва успел пригнуться. Парень атаковал незащищенную грудь зверя ударом снизу вверх, но сталь оказалась неспособна пробить этот огонь. В этот момент Альдейна немного обожгло. Он почувствовал то, что всегда отталкивало и косвенно причиняло боль. В груди Дзями полыхали очагом жуткая, пробирающая до костей ненависть и желание мести. И причиной этой ненависти был сам Альдейн. Дзями издал пронзительный и полный ярости хриплый вой, и несдержанным ударом оттолкнул Альдейна, после чего клацнул зубами в нескольких сантиметрах от его уха. Коготь Разрыва со звоном упала на пол, и Дзями небрежно пнул клинок задней лапой, отчего тот отлетел далеко назад — почти под ноги Итэру, который взволнованно наблюдал за сражением. — Итэр! Не вздумай трогать этот меч! — крик Альдейна был громче рыка зверя. В ту же секунду Дзями сделал серию быстрых ударов, и от одного Альдейн не смог увернуться. Брызнула кровь. Он немного пошатнулся и крыльями вызвал вихрь, который помог оттолкнуть зверя от себя, но мигом вспыхнул пламенем. Дзями не хотел давать никакой передышки, и атаковал без остановки. В итоге Альдейн не устоял на ногах от такого натиска, и огненный дух повалил его на землю. Грудь жутко болела, а лапа Дзями обжигала и без того болезненное ранение. — И мы что, ничего не сделаем?! — возмущённо воскликнула Паймон и перевела взгляд на Итэра. — Да что я тебе сделал, в конце концов! — несдержанно прошипел Альдейн. Он попытался призвать своего духа ещё раз, но не смог. Хранителю нужно было восстановиться, а на это требовалось время. — Ты меня убил, — ответ был максимально прост. — И теперь я не смогу отойти в мир Нави до тех пор, пока ты не сгинешь. Таково проклятье защитника божественной реликвии. Я ни жив, ни мёртв, и буду преследовать убийцу до последнего. И твоя смерть поможет это поправить. — А что будет после смерти? — Не знаю, — честно ответил Дзями. — Ну вот вместе и узнаем. — Постой! Перед тем, как ты меня убьёшь, ответь мне на последний вопрос. — Последние слова? Это не имеет смысла. Ты же всё равно умрёшь. — Пожалуйста? — Альдейн пристально посмотрел на Дзями, и тот устало вздохнул. -… Ладно. Последняя воля приговорённого. Чего тебе? — Какова природа моего духа-хранителя? — Это твои родители. Ответ убил. Альдейн неверяще уставился на Дзями, на что послышался раздражённый фырк. Зверь терпеливо пояснил. — Я ранил твою мать в бою, а отца почти убил. Но кровь стала платой за Коготь Разрыва. И тогда они объединили свою духовную силу и создали духа-хранителя, чтобы тот оберегал тебя во время путешествий. Они хотели, чтобы какая-то часть их всегда была с тобой. И твои родители… Действительно не совсем мертвы. — То есть? — У людей и потомков богов девять энергетических центров. А твоему духу родители отдали только три, самые простые, но основные. Исток, чтобы черпать силу из Нави. Жива, чаша жизни. И Ярло, огонь стремления и возможности. Это центры из медного и серебряных царств. А центры, связанные с инстинктами, эмоциями и разумом остались в Нави и передают силу духу оттуда. Кольцо выступило связующим элементом и не даёт цепи разорваться. Из-за такой необычной связи у духа образовалось собственное подпространство для восстановления сил. Ты же не думаешь, что он исчезал в никуда? — Так вот оно что… — Но ему нужно много времени для восстановления. Так что если ты оттягиваешь время, то сразу говорю: это бесполезно. И, раз я уж ответил на твой вопрос, ответь и на мой. Почему ты ничего не помнишь? — Коготь Разрыва. На нём лежит проклятье. И я об этом узнал слишком поздно. — Проклятье? — недоумился Дзями. — Я тысячи лет его охранял, но тоже не знал. — Мне не следовало брать Коготь Разрыва своими руками. Из-за этого я потерял большую часть памяти. Я даже не помню, к чему стремился и чего хотел. — Как же иронично. Это всё, что ты хотел сказать? Если да, то… Встретимся на той стороне. Зверь занёс лапу для последнего удара. Альдейн смотрел прямо в глаза смерти и не хотел умирать раньше времени. Ну и не собирался. Не из тех он суицидальных товарищей, а в рукаве был спрятан туз. Но он не успел им воспользоваться. Во тьме пещеры гневно сверкнули золотом глаза звёздного путешественника… Итэр молниеносным вихрем подскочил к зверю и объединил свой удар с силой анемо. Дзями, несмотря на то, что был довольно крупным и высоким, с негодующим рыком отлетел в сторону, и Альдейн смог подняться. Итэр встал с ним бок о бок, угрожающе взмахнув рапирой и демонстрируя желание сражаться. Альдейн ошарашенно взглянул на него. Он не думал, что Итэр не останется равнодушным и примет его сторону. — Решил умереть заодно с ним? — рыкнул Дзями, начав раздражённо хлестать себя хвостом по бокам. — Не могу безучастно наблюдать за тем, как ты пытаешься его убить. — Кто он тебе? — Знакомый, — коротко ответил Итэр. — Так смысл рисковать жизнью ради этого труса. — Но если я уйду, разве это не будет трусость, которую ты так не любишь? — Это будет благоразумие. Не путай страшный порок с рациональностью. — А почему ты так уверен в том, что в случае с Альдейном была именно трусость, а не трезвость ума или стремление? Дзями этот вопрос ввёл в замешательство. — Хватит мне зубы заговаривать! — рявкнул он и царапнул когтями каменный пол пещеры. Зверь сделал выпад, но Итэр без проблем увернулся и бесстрашно атаковал в отместку. Он был подобен ловкому и изворотливому коту, наученному опытом бесчисленного множества сражений, и хорошо владел бесценным искусством ведения боя. Очередная серия атак Дзями была успешно «проигнорирована» — путешественник виртуозно уклонился от всех ударов. Альдейн секунды наблюдал за сражением и понял, что таким темпом Дзями не победить. Нужны более радикальные меры. Итэр не должен ввязываться и искать себе неприятности. Альдейн сам постоит за себя. — Давай. Нападай. Посмотрим, чего стоят способности духа мщения. Дзями не всегда был таким. Когда-то он полностью принадлежал Яви, его сила отличалась от той, что он имеет сейчас. Два абсолютно разных божества дали ему свою «кровь». Сила первого уже покоится в другом мире, но второго только недавно проявила себя. И сам Альдейн носил в себе часть силы одного из божеств. Клин вышибают клином. На спиной выросла пара крыльев, но они были в разы крупнее, чем обычно. Руки обратились в покрытые золотой чешуёй лапы, пальцы стали крючковатыми когтями. Альдейн в корень поменял свой облик. Единственные черты, по которым его можно было узнать, — всё те же сверкающие зелёные глаза. Итэр глубоко выдохнул, увидев истинное обличие Альдейна. Это было создание, гармонично сочетающее в себе черты свободной птицы и грозного и гордого льва. Цвет оперения и шерсти в точности повторял игру и переходы оттенков волос. От век отходили два длинных пера, вдоль которых шла выгоревшая линия, и эти перья развевались, будто на ветру. А за хвостом тянулся след из искр. Это был грифон. Не прошло и нескольких секунд после обращения. Князь земли и небес издал пронзительный клич и со всеми яростью и ожесточением бросился на проклятое воплощение мести. Засверкали когти и клыки, двое мощных созданий насмерть вцепились друг в друга. Пламя болезненно обжигало, поднимались огненных вихри, но Альдейн продолжал наносить удары один за другим. Но ожоги — это самое безобидное, что мог сделать Дзями… Итэр понимал, что в этот раз ввязываться в ближний бой — ему дороже выйдет. Но в один момент он осознал и ещё кое-что. Сколько бы грифон не наносил повреждений Дзями, за секунды не оставалось от них и следа. А на теле самого Альдейна не переставали появляться рваные, обожённые раны от огненных когтей. Глаза уже были покрыты пеленой боли и гнева. Альдейн не сможет остановится до тех пор, пока либо не выиграет, либо не упадёт без сил. Противники были почти равны по силам. Альдейн крупнее духа мщения и оттого имел неплохие шансы на победу. Однако на стороне Дзями — бессмертие. А вот Альдейн ещё жив и испытывает боль. Ему не одержать победы в этом бою. В пещере стоял запах запёкшейся крови и жжёного кератина. В воздухе летали не только мелкий пух, но и очень крупные перья. И они были в крови. С потерей жизненной силы грифоном теряли цвет и сами перья. Даже те, которые упали ещё в начале сражения. Посерели абсолютно все. — Надо что-то предпринять, пока он его совсем не порвал! Итэр! — Да знаю я, — он скрипнул зубами. Вдруг он шепнул что-то на ухо Паймон, и та спешно покивала. Скоро её и след простыл. Итэр убрал Стальное жало, и взял узорчатый лук цвета серебра. Тренированная рука натянула тетиву, и создала стрелу из энергии анемо, что полетела прямо в Дзями. Она не могла нанести ему вреда. Но Итэр выпускал стрелы очень быстро, и этот дождь раздражал и слепил зверя. Только Дзями хотел устранить раздражитель и отвлекался, как Альдейн нападал с новой силой. Но как бы не старался Итэр отвлечь на себя внимание, всё было бестолку. В один миг Дзями с размаху ударил Альдейна рогами в грудь. Последний отлетел и ударился об скалы пещеры. И встать уже не смог. Он был испещрён кровоточащими ранами и ожогами. Человеческое обличие вернулось обратно. Альдейн захрипел и содрогнулся в порыве кашля. Он пытался отдышаться, но каждый вздох и движение причиняли боль. Волосы потускнели, кожа побледнела, конечности почти не слушались. Альдейн не сводил глаз со своего врага, который быстро сокращал дистанцию. Смерть близка, как никогда прежде. Она буквально дышала на него. И в этот момент Альдейн полностью осознал, как ему страшно. Его парализовало, он едва мог пошевелиться. А он даже не помнил в своей жизни момент, за который дух так хочет его убить. Когда Дзями занёс лапу для последнего удара, вся жизнь пронеслась перед глазами буквально. Разум отчаянно пытался найти способ избежать гибели, и начал копаться в разноцветных осколках памяти. Многие были беспорядочны, выделить среди них что-то конкретное сложно. Но Альдейн на грани смерти с судорожным вздохом вспомнил, что им двигало. Чего он так хотел всей душой. И почему решился на так называемую «трусость». Он попытался сказать, но понимал, что не успеет. Дзями убьёт его раньше. — Постой! — Итэр встал перед зверем и выставил рапиру, как защиту. В голове витало только одно: надо выиграть время для Паймон. Неважно как. Тяни резину столько, сколько она позволяет. Вешай воду, лей лапшу, на крайняк изобрази моралфага в конце концов. Итэр сам по себе был очень неплох в заговаривании. Не хуже Паймон. — Да чего ещё? Брысь отсюда, пока я тебя не прибил. — Я понимаю, что не смогу остановить тебя. Но перед тем, как ты убьёшь его, подумай. А оно действительно будет ли того стоить? — Итэр уже решил, какую позицию возьмёт: для этого он достаточно узнал из диалога. — Что ты имеешь ввиду? — Ты ведь тысячи лет сидел на одном месте и сторожил вот это, — Итэр показал пальцем на лежащий в стороне Коготь Разрыва. — Ну и? — Тебе не хотелось заняться чем-то более интересным? Вокруг столько всего. Сам подумай. У тебя же теперь есть не только неуязвимая оболочка. — Мой долг — охранять Коготь Разрыва. — Больше у тебя нет долга. Альдейн убил тебя, да. Возможно, он не заслуживает твоего прощения, — Итэр покосился на раненого. — Но с этой смертью он подарил тебе кое-что важное. Свободу. У тебя есть шанс увидеть и узнать то, что упустил за те тысячи лет. В конце концов… Что это за жизнь, если ты всё время сидишь в одном месте без возможности познать мир. Чем это отличается от тюрьмы? — Я… Вспомнил, — сбивчиво прошептал Альдейн, чем моментально обратил на себя внимание. — О чём мечтал. Я хотел… Увидеть другие миры и места. И война подтолкнула нас. К решению сбежать. Дзями нахмурился. По его взгляду сложно было сказать, о чём он думает. Итэр ждал его реакции, как отмашки. Вдруг под лапами духа-мщения засветился лазурью ажурный узор в виде паучьей сети. Дзями попытался сдвинуться с места, но не смог. Ему помешало парализующее колдовство экзорциста. — Я что-то пропустил? Так. Судя по всему, я как всегда всё проспал, — сонно пробухтел Шен. Он зашёл вместе с Мирадай в пещеру и встал рядом с Итэром, начав разглядывать пойманную в ледяную сеть зверушку. Вернувшаяся Паймон сделала круг вокруг раненого Альдейна и тихо ойкнула. — Хм… Какой интересный дух. Надо будет записать, — удовлетворённо кивнул Шен и оценочно взглянул на Альдейна, почесав затылок. — Нехило же тебя потрепали, парень. Дзями начал рьяно биться, прикладывая всю возможную силу и пытаясь порвать элементальную клетку. Шен усилил путы, как мог, чтобы призрак не вырвался, и стал вырисовывать в воздухе крио элементом рисунок для печати. Однако это не помогло сдержать силу зверя, ведь Дзями был не просто призраком, а едва ли не полубожеством-стражем в своём родном мире. Когда он был жив, в нём текла жизненная сила Карачуна, божества из Нави. Она была дана ему, чтобы среди холодного камня терпеливо и хладнокровно сторожить реликвию. Но Рарог, огненный дух птицы, у которого были тесные взаимосвязи с Алконостом, дал Дзями силу существовать и после своей смерти, чтобы тот горел стремлением покарать того, кто убьёт стража и заберёт Коготь. Сетка владельца Глаза Бога не могла сдержать живой огонь мести, и она порвалась под натиском, как и печати. Шен сделал шаг назад и протянул руку. Его сборник «Мотив лунного посла» залевитировал и завис в воздухе, готовый к бою. Мирадай тоже была каталистом: она приняла боевую стойку. Дзями взмахнул хвостом и гордо выпрямился. Он вцепился взглядом в Альдейна, как кот смотрит на добычу. Зверю было глубоко плевать, сколько людей пытаются ему помешать. Но слова Итэра задели его, и он призадумался. Дзями вспомнил детей, резвящихся возле полей Цинцэ, и то, с каким любопытством они исследовали мир. Ну и то, как он заигрывал с одним ребёнком, позволив себя увидеть и играя с ним в прятки с безобидным огнём. Он снова взглянул на истерзанного в бою Альдейна. Дзями окончательно понял, к чему тот так стремился. И вспомнил то, с каким отчаянием сражался Драгомир за свою мечту и близких. Но должна ли быть цель оправданием его деяний? — Отошли, — прошипел Дзями, сделав несколько шагов навстречу, и оскалился. — Моё терпение не вечно, путешественник с золотыми глазами. Хватит вмешиваться. Ваши путы не смогут удержать меня. Предупреждаю ещё раз. Встанете на пути — убью. Альдейн стиснул зубы и испепеляющим взглядом уставился в потолок. Гнев вытеснил страх. Его бесила собственная неспособность противостоять врагу. И один только голос Дзями ещё больше разозлил его. Альдейн сжал кулаки. Тело ломило и сопротивлялось, но воля была сильнее, эмоции придавали сил. Пылинки анемо энергии, которые парили рядом с заряженными элементами брони Итэра, начали собираться у крыльев создания ветров, пытаясь восполнить утраченные силы. — Ты… — из горла вырвался несдержанный рык. Сквозь тяжесть и боль Альдейн поднялся, его руки превратились в покрытые чешуёй когти. — Так нужна моя жизнь? Ну давай. Попробуй, отбери. — Хаха! Вот это задор, — насмешливо произнёс Дзями и прищурился. Альдейн снова обратился грифоном и высоко прыгнул, сделав взмах крыльями. Тот поднялся на приличную высоту и спикировал на врага. Дзями вовремя увернулся. Камень под птичьими когтями скрежетал, трескался и даже крошился, но попади такой удар по призраку — он не нанёс бы ему вреда. Два зверя опять сцепились и под танцы огненных вихрей пытались разорвать друг друга. Паймон, видя это кровавое зрелище, на взводе вскрикнула: — Да что он творит?! Он совсем дурак?! Мирадай хотела было атаковать Дзями, но Шен её остановил одним движением руки. Ученица возмутилась, мол, как можно быть таким равнодушным, на что экзорцист нахмурился. — Не лезь. Пока не стоит. Итэр взволнованно наблюдал за схваткой зверей. У них отличались стили боя. Если Дзями пытался истощить врага многочисленными ранениями, то Альдейн старался вцепиться клювом в шею. У грифона быстро истощились силы: это было видно по вялым ударам. Но в то же время не верилось, что всё так и закончится. Это же просто нелепо. Но вдруг путешественник заметил, как туман сгустился над Когтем Разрыва. Итэр что-то заговорищенски шепнул юноше-экзорцисту. После очередной серии выпадов Альдейн отпрянул от Дзями. Лапы подогнулись, и грифон упал на землю. Но человеческий облик Альдейн не вернул. Он тяжело дышал, крылья безвольно опустились. — Что ж. Это был достойный поединок. Но, боюсь, ты проиграл, — Дзями навис над соперником. — Странно. Мне показалось, ты поумнее будешь. — Мне тоже нередко говорят, что я с приветом. Но знаешь… Итэр и Шен невзначай обошли Альдейна и Дзями сбоку. Броня ярко сверкнула бирюзой, и в протянутой руке начали собираться потоки ветров. Сила крио сорвалась со страниц книги экзорциста и лёгкими, но смертоносными снежинками и жутким хладом соединилась с анемо. Вьюга рвала и метала у рук звёздного путешественника. В пещере стало намного прохладнее, чем было. Дзями невольно отвлёкся на это зрелище, а во взгляде пронеслось усталое «опять вы?». Он принял обороняющую позицию против Итэра и Шена, но те двое вовсе не ставили своей целью атаковать. Элементальная реакция холода и ветра завораживала. И это было не более, чем красочное шоу для отвода глаз. Туман над Когтем Разрыва принял материальную форму и схватил клинок в секунду. Призрак-хранитель, подчинявшийся воле владельца кольца, сделал взмах, и в воздухе образовался звёздный разлом, ведущий в неизвестность. И в этот же момент Альдейн вскочил на лапы и со всей силы оттолкнул отвлёкшегося Дзями в сторону разлома. Если зверя нельзя победить, значит, надо его изгнать… Альдейн уже подумал, что сражение закончено. Однако у судьбы явно были другие планы… Образ Дзями изменился за мгновение. Четверолапый огненный зверь обернулся дымом и пурпурным огнём, рассеявшись по воздуху густым туманом. Альдейн из последних сил взмахнул крыльями, пытаясь порывом ветра отправить живой огонь в бесконечную тьму Бездны. И это ни к чему не привело. Разлом закрылся, и Дзями остался в пещере. Зверь снова явился в прежнем обличии перед грифоном. Итэр, казалось, был недалёк от нервного смеха. — Да вы издеваетесь. Альдейн больше не мог сражаться. Тело было на пределе, внутри всё горело, он едва держался на лапах. На уме одни буквы, нецензурная брань и желание самого себя в Бездну изгнать, лишь бы не видеть этой морды. Хм, неплохая идея. Вот только твари из Бездны — как шакалы. Дзями перехватил его взгляд и хмыкнул. Мирадай была вообще в полном и беспросветном шоке. Зверь гордо поднял голову и вдруг опустил её. — Хе. Ладно уж. Хватит. Я устал. Не могу больше на тебя смотреть, аж тошнит, — демонстративно скривился Дзями, сделал разворот на 180 градусов и под всеобщее удивление медленно побрёл прочь. — Простите, что?! — Не понимаю, — глубоко выдохнул Альдейн, не веря собственным глазам и ушам. Дзями же только что хотел его убить. Почему он так резко передумал? — Я подумал над тем, что ты мне сказал, — Дзями остановился возле Итэра и взглянул на него. — Ты прав. У меня больше нет долга с тех пор, как оказался здесь. И в мире явно есть что-то поинтереснее, чем отдавать свою жизнь ради мести, — он обернулся к Альдейну. — Драгомир. В этот раз я тебя пощажу. Но не думай, что это конец нашим распрям, — скорее ворчливо, нежели с угрозой закончил и поспешил уйти. Зверь не простит Альдейна, скорее всего, никогда. Однако Дзями не был безумным и упрямым фанатиком. Он живой огонь, однако его сущность происходила не из ненависти, а из силы Рарога, божества Прави, оттого не была причиной негативных чувств. Другие эмоции тоже не были ему чужды. Даже увидев противника сильно израненным, Дзями никак не удовлетворил свою душу. Была лишь пустота и ощущение скуки. Зло к убийце скукожилось до ничего не стоящей обиды. Рано или поздно Альдейн умрёт, никто не вечен. Но до этого момента у Дзями есть время попробовать другую жизнь. Когда зверь скрылся за водопадом, Альдейн принял свой человеческий облик, но на ногах уже не смог удержаться. Он сел на камень и согнулся от острой боли. Взгляд был мутный, он едва ли понимал, что происходит и кто перед ним, но сознание не потерял. Одежда была изодрана и в крови, но ощутимо заметнее досталось верхней части туловища. Альдейн попытался снять с себя эти тряпки, но почти ничего не получилось. На любое движение тело реагировало одинаково. — Давай помогу, — сбоку послышался тихий голос Итэра, который, не получив отказа и быстро приняв бессильное молчание за согласие, стал осторожно снимать с Альдейна то, что осталось от одежды. Большая часть повреждений пришлась именно на торс. Раны были повсюду: на руках, груди, животе и даже возле шеи. Одно было наиболее глубокое, в районе сердца. Если бы Альдейн был человеком, давно скончался бы от таких увечий и болевого шока. Кровопотеря была минимальной, во многом благодаря огненным когтям, которые тут же немного прижигали рваные порезы. Итэр выудил из своего подпространства чистые бинты, нож, флягу с водой и соль. Итэр смочив бинты водой, стал вытирать кровь с краёв порезов, одновременно с этим осматривая их на наличие инородных тел. — Мирадай, — Итэр протянул ученице маленький ножик. — Прокали его, пожалуйста. — Не вопрос, — Мирадай без проблем была готова помочь и элементом пиро стала нагревать и дезинфицировать лезвие. Скоро она отдала нож обратно, и Итэр стал осторожно вытаскивать им один за другим камушки и клочки одежды, попавшие в раны и которые можно было заметить. Альдейн не шевелился и молча терпел всегда процедуры. Он впервые за долгое время оказался в ситуации, когда очень сильно нуждался в помощи, и чувствовал себя странно, когда Итэр к нему прикасался. Не потому, что тот как-то небрежно обрабатывал раны (в этом Итэра вообще упрекнуть было невозможно, хотя было всё равно чертовски больно). Как раз наоборот: рука была бережная и лёгкая, но вместе с тем уверенная и отточенная. Скоро Итэр наложил пропитанные соляным раствором бинты на свежие порезы, а сверху — чистые. Ожоги не были глубокими, скорее просто неприятными. На них Итэр повязал смоченные холодной водой бинты. Помощь, конечно, непервоклассная, но лучше, чем ничего. — Альдейн. Слышишь меня? — Да. Вполне, — Альдейн уже дышал ровно и мог сфокусировать взгляд. — Нам надо добраться до точки телепортации. Она как раз тут, недалеко. У меня в Мондштадте есть знакомая, пастор Ордо Фавониус и целительница, в помощи точно не откажет. Сможешь встать? Итэр подхватил Альдейна под одну руку, дав опору. Раненый смог подняться, хоть и с трудом. Ладно. Главное на ногах стоим и они целы, а дальше по ситуации. — Без вашей помощи я бы точно погиб. Спасибо, — на одном выдохе прошелестел Альдейн, и Итэр тепло приулыбнулся. Мирадай с Шеном всё бродили по пещере и искали для себя что-нибудь интересное. Но после того, как они убедились, что тут вообще нет ничего такого, пошли к выходу из пещеры. — Так понимаю, Коготь Разрыва не вредит тебе, когда ты используешь его руками духа? — поинтересовался Итэр. — Нет. Совсем не вредит. У духа нет разума. Но если Коготь используется живым существом, он разрывает его память. Я пытаюсь использовать духа в бою, но возникают проблемы с координацией. Мне надо сосредоточиться на чём-то одном. Что ты и наблюдал… — Мааааать. Да они даже тут! — воскликнула Мирадай. — Хм, что такое? — насторожился Итэр и прошёл через водопад. Шен Йи, как обычно, не проявлял никаких признаков обеспокоенности или заинтересованности, а вот Мирадай начала нервничать. Хвост у неё распушился и начал качаться в разные стороны. — Отойдите от него. Или пожалеете. Итэр прищурился. Прямо по курсу снова были враги. Но на этот раз… Маги Бездны. Компания выползла из пещеры за водопадом, но никак не ожидала наткнуться на ещё одни неприятности. Довольно крупная группа из трёх магов бездны, шамачурлов и митачурлов с хиличурлами взяла будущих противников в полукольцо. — Отойдите от него, — угрожающе повторил пиро маг Бездны и взмахнул посохом. Остальные маги, крио и гидро, что-то затрещали на языке Каэнри’ах, поглядывая на Альдейна. Тот поднял голову на знакомые голоса. Перед глазами всё плыло и кружилось, он едва стоял на ногах и в целом был не в ахти каком состоянии, но в пиро маге Бездны он смог узнать своего друга: на рукаве багровой мантии болталась брошь из перьев. Вот только пёрышки больше не были багряно-огненными, как раньше. Они стали бледными, сероватыми, будто безжизненными. Итэр, увидев ораву слуг Ордена Бездны, покрепче перехватил раненого и убийственным взглядом засверлил врагов. Он прекрасно понимал, кого они «просят» отдать. Мирадай активировала свой катализатор: янтарная сфера была готова к бою. — Вау. Да ты сегодня нарасхват, — заметила Паймон и прищурилась, глядя на прислужников ордена Бездны. Альдейн собрал последние силы. Если он сейчас промолчит, то снова прольётся кровь. — Ульфи, стой! Пиро маг Бездны пришёл в недоумение. В целом, как и всё окружение, кроме хиличурлов, шамачурлов и митачурлов. Вот они были единственные, кому было плевать с высокой колокольни. Хиличурлы начали стучать дубинами по своим щитам, показывая готовность в любой момент броситься в бой. Ульфи снова заговорил, но едва сдерживая зло. Мех на его шее начал подниматься и топорщиться, предательски выдавая эмоциональное состояние, и из-за этого маг стал похож на злющего ежа. — Что значит «стой»? Тебя отделали, как котёнка, и взяли в плен, а ты мне предлагаешь остановиться? — Я им обязан жизнью. Не трогай их, пожалуйста. Итэр в полнейшем ауте покосился на Альдейна, но предпочёл промолчать, однако Паймон сохранять спокойствие не стала, а за себя и спутника несдержанно и удивлённо выпалила: — Так ты… Из ордена Бездны?! — она вытаращила глаза на Альдейна, мол, я только что испытала разочарование чуть ли не всей жизни. — Да, — хмуро кивнул парень. — Так вот что за срочные дела были у тебя в тот день на Драконьем Хребте! — Паймон упёрла руки в бока. — Аль, если они не причём, — снова вмешался в разговор Ульфи, — то кто тогда виноват в твоих увечьях? — Бессмертный дух падшего зверя хотел отомстить мне за свою смерть. Однако он уже ушёл: Итэр смог убедить его оставить мою жизнь в покое, — Альдейн немного наклонил голову вбок и взглянул на путешественника. — Вечно ты любишь найти себе неприятности на одно место, — заворчал маг. — Тебя хоть немного утешит, что я нечаянно? — уголки губ Альдейна дрогнули в неловкой улыбке. — Нечаянно, — передразнил Ульфи и вздохнул. — Я всю округу перевернул, пока тебя искал, — постепенно он смягчился, — хорошо хоть, что ты, дурачок, живой остался. — Эм, я не поняла, — Мирадай подняла руку. — Сражения же не будет, верно? — Бессмысленное кровопролитие и жертвы никому не нужны, — нахмурился Ульфи и подлетел поближе к другу. Паймон сверлила мага Бездны боевым взглядом а-ля только-попробуй-что-нибудь-учудить-пришибу. Альдейн лёгким движением намекнул Итэру, что должен идти, на что последний понимающе кивнул и позволил Ульфи забрать раненого. — До встречи, — едва слышно прошептал Альдейн и, оперевшись на мага, поплёлся прочь. Ульфи кивнул другим воинам, и весь отряд пошёл следом. Было принято решение оставить этот конфликт и не разжигать его. Итэр не сводил глаз с Альдейна и отряда до тех самых пор, пока они не ушли. Шен Йи, всё также не изменяясь в лице, от души потянулся, а вот Мирадай похлопала глазами, видимо, не ожидая, что орден Бездны не попытается их укокошить. — Знаешь, даже жаль как-то, что он из Бездны… — вздохнула Паймон, но Итэр её почти не слушал. У него было дурное предчувствие насчёт Альдейна. А обманывало оно очень редко.