Снова

      Когда Джон покидает гостиную и неуверенно направляется в спальню Шерлока, время уже близится к полуночи.       На какое-то мгновение он замирает на пороге, тяжело прислоняясь к дверному косяку. Комната погружена во тьму, Джон намеренно не включает свет.       Здесь слишком тихо. Здесь слишком тихо, чисто и невыносимо пусто.       Джон с силой хватается за дверной косяк. В груди болит. Он выдыхает и наконец-то заходит в комнату, а затем медленно подходит к кровати.       Не позволяя себе задуматься о том, что делает, он откидывает одеяло и забирается в постель. Грубая ткань джинсов цепляется за шёлковые простыни, оставляя на ткани затяжки.       Он выпил слишком много. Потолок над головой кружится, и Джон без сил поворачивается на бок.       На постельном белье до сих пор чувствуется запах Шерлока.       — Я по тебе скучаю, — шепчет Джон, закрывая глаза и утыкаясь носом в подушку Шерлока.       Слова застревают в горле, в груди болезненно сжимается сердце, и Джон кусает собственный кулак, чтобы подавить вопль. Плечи трясутся от беззвучных рыданий.       Есть слова, которые он не произносит вслух. Слова, что никогда не были озвучены громко и чётко. И у Джона были причины, чтобы так всё и оставалось. По-настоящему серьёзные и веские причины. Сейчас всё это кажется ему бессмысленным и незначительным.       Джон зарывается мокрым от слёз лицом в подушку Шерлока и глубоко вдыхает его запах, на долю секунды позволяя себе поверить, что не один. Он беспокойно засыпает, готовый поверить в собственную фантазию, будто под покровом ночи рядом с ним кто-то дышит.