Стена

Я открываю глаза. Серый потолок уже порядком надоел, но я ничего не могу с этим сделать. Первое что я делаю — прислушиваюсь. За стеной слышен тихий храп. Фрэнк ещё спит. Он открывает форточку, и от этого внезапного звука я вздрагиваю. Он ставит на полочку тарелку. Я встаю на кровати и забираю тарелку. Странно, тут всего один тост, а не два, как обычно. Он забыл? Нет, он не мог забыть, Он никогда ничего не забывает. Я уселся на кровати и начал жевать тост. - Джерард? - я и не заметил, что Фрэнк проснулся. Странно, я думал, что замечу что его сопение прекратилось. Когда все, что ты можешь делать, чтобы выживать — это слышать, твои уши становятся чувствительнее. Со временем учишься улавливать самые тихие шорохи, даже когда они чуть слышны. - Доброе утро, Фрэнки. - я улыбаюсь, но он, конечно, не видит этого. - Джерард, спасибо тебе. - я слышу как Фрэнк проводит рукой по стене. Как мило. - За что? - я встаю на кровати и ставлю на полочку пустую тарелку. Он тут же её забирает. Зачем Он все время подслушивает? Боится, что мы разрабатываем план побега? Я не настолько идиот, чтобы тратить свои силы на это бесполезное занятие. Я уже говорил, отсюда нет выхода. - Он меня покормил. Спасибо. - я слышу тихий стук. Фрэнк прислонился к стене. А, так вот почему тост был один. Он наказывает меня за непослушание. Не страшно, такое легкое наказание я переживу. Я должен беречь свое солнце, ведь несмотря на то, что солнце — могучее светило, оно может потухнуть. Я слышу что Фрэнк отходит от стены и уходит куда-то вглубь комнаты. Если его комната внутри такая же, как моя (в чем я почти уверен), то он ушел в угол. Нет, бедный малыш. Он каждый день забивается в этот угол и сидит там долго-долго. - Фрэнк, хочешь я почитаю тебе вслух? - нельзя позволить ему забраться в этот угол. Он останется там навсегда. Да, однажды он просто не подойдет к стене, не прислонится к ней, не проведет по ней рукой, и я не смогу докричаться до него. И тогда, я потеряю его навсегда, и останусь один, как раньше. Я этого боялся. В кои-то веки у меня был друг, ну, или, хотя бы, собеседник. Я не был готов к вечному одиночеству. Мне хотелось быть за кого-то в ответе, защищать кого-то, бороться за кого-то. Мне нравилось то, что какой-то человек зависит от меня, а я завишу от него. Это очень странная связь. Братья по несчастью, я уже говорил. - Да... - его голос такой слабый, я начинаю волноваться. Он не заболел? Хотя, если задуматься, его голос был таким с самого начала. Он до сих пор чертовски напуган. - Что тебе почитать, какие книги ты любишь? - я беру несколько книг из стопки. - Выбери сам... - доносится из-за стены, и я обреченно вздыхаю. А если его не устроит мой выбор? Ведь я могу совершенно нечаянно выбрать книгу, которую он ненавидит. И тогда он снова уползет в свой угол, уползет от меня и навечно исчезнет. Вам кажется, что я раздуваю из книги слишком большую проблему, но вы просто не понимаете, что в таких условиях, в которых живем мы с Фрэнком каждая мелочь невероятно важна. Его чувства напряжены, натянуты как струна, и одно неверное движение — струна порвется. - Я почитаю тебе стихи. Я очень люблю стихи, знаешь... Они отвлекают от реальности, - я взял сборник стихов и открыл его на середине. Шуршание за стеной послужило мне знаком согласия, так что я набрал в легкие побольше воздуха и начал читать. - Когда захочешь, охладев ко мне, Предать меня насмешке и презренью, Я на твоей останусь стороне И честь твою не опорочу тенью. Отлично зная каждый свой порок, Я рассказать могу такую повесть, Что навсегда сниму с тебя упрек, Запятнанную оправдаю совесть. И буду благодарен я судьбе: Пускай в борьбе терплю я неудачу, Но честь победы приношу тебе И дважды обретаю все, что трачу. Готов я жертвой быть неправоты, Чтоб только правой оказался ты. - я громко выдохнул. На протяжении всего стихотворения Фрэнк молчал, я лишь слышал как он водит пальцами по стене, рисуя какие-то невероятные узоры, которые я мог только представить. - Джерард, спасибо, - наконец сказал Фрэнк. - За что? - я отложил книгу в сторону и прижался к стене. - Ты не отвернулся от меня тогда, когда отвернулись все. Мои родители меня даже не ищут, я это знаю. Спасибо, что ты есть. Я улыбнулся. Фрэнк все больше и больше мне нравился. Надеюсь, это взаимно.