Мутация

      — Почему ты не рассказывал об этом? — В груди у Пирит рос колючий шар обиды на дедушку, и чёрное пламя ярости — на других Старейшин. — Мой отец знал о твоём брате?       Глава Пир То отрицательно покачал головой.       — Я не хотел, чтобы ты повторила его судьбу. Ты уже похожа на Лилиума сверх меры, что характером, что силой… — Дедушка оборвал себя, что-то мучительно обдумывая. — Ему не больше двадцати. Скорее даже около пятнадцати.       Пирит медленно, очень медленно повернула голову к спящему на дедушкиной кровати боевому стражу.       Вот он, вымахавший выше на голову, чем сама Пир — и ему пятнадцать? И он способен создать свыше семнадцати барьеров разом, и удерживать их дольше, чем абсолютно все боевые во всех мирах??! Он, переживший разлом сознания и помещение в машину аннергов, что убивала вообще всех?       Он младше Пирит чуть ли не в три раза. А Пир молода, очень молода. Если бы не война, она бы до сих пор училась. Старейшина должен знать множество вещей, начиная от двенадцати самых распространённых языков и наречий.       Поднявшись на ноги, Пирит приблизилась к спящему за ширмой стражу. Поправила одеяло, погладила невесомо светлые пряди у виска.       Шатаясь, вернулась к столу.       — Получается, он мой дядя, который меня младше. — Она моргнула, пытаясь поймать за хвост промелькнувшую мысль.       Дедушка успел первым.       — Высший знал. Авр Лолераунин. Он сказал, что примет любого твоего ребёнка. Он мог знать, что ты состоишь в родстве с потомком Первосозданного.       — Это Дарелин состоит, а я нет. — Пир сглотнула. — Высший, наверное, видел его в другом убежище.       Пришлось рассказать про занимательный диалог с двумя племянниками Высшего. И про пропавших лиров из других убежищ. И про Старейшину-самоубийцу. И про короткую связь, возникшую лишь из-за того, что авр прикоснулся к ней. И про конфеты…       Ругнувшись, Пирит вытащила из кармана конфету. Та немного помялась, но на вкусовых ощущениях это не должно было сказаться.       — Отдашь ему, когда проснётся. Получается, он же теперь моя родня… — Пирит уставилась дедушке в глаза. — Ты не отдашь его другим Старейшинам.       Не вопрос — угроза. Пир не смогла сдержать силу в голосе.       Дедушка лишь качнул головой.       — Он мой племянник… По праву рождения он должен был быть Старейшиной. Я не знаю, кто это сделал, но я найду тех, кто это сделал, и…       Он замолчал, обрывая фразу.       — Я их убью. — Закончила Пирит. — Тебе не нужно.       — Ты не понимаешь, о чём говоришь.       Мысли в голове носились с огромной скоростью. Много, разных, отчасти нелогичных. Но из них выстраивался план. Да, его нужно будет дорабатывать, закрыть все белые пятна, все пробелы.       — Наоборот. Ты один из Глав Старейшин, твой ранг выше моего. Значит, те, кто сделали это — выше тебя. Я их убью. И ты займёшь их место, не замарав крыльев. И ты проследишь, чтобы никто больше не посмел сделать такого. — Шёпот её, сухой, злой, растекался ядом по комнате. — Я их убью.       Пирит закусила губу до крови, и повторила в третий раз.       — Убью. Ты только помоги найти.       Наверное, дедушка хотел что-то сказать. Упомянуть, что убивать Старейшин нельзя, что за это сурово карают. Что в правилах это чётко прописано. Что Пирит не так сильна, как думает.       Вместо этого он говорит другое.       — Кто-то из Старейшин из поселения, где я родился и вырос. Где остался Лилиум. — Он прикрывает глаза. Вспоминает. — Там был Старейшина Шуи. Эр Емен. Ви Роули. Эллаивель. Ле Ро. Они уже были Главами, когда брата запечатали.       Пирит склонила голову к плечу, хрустя шеей. Первое и последнее имя звучат знакомо.       Ах да, разбираться с пленником будут, когда вернётся старейшина Шуи.       — Ле Ро — отец Лето? — Уточняет она на всякий случай.       Дедушка согласно кивает.       — Один из старших.       Дети не несут ответственность за деяния родителей. Но Пирит давит в себе желание убить пленника.       — Из Дарелина… Его можно будет переучить на Старейшину?       Дедушка вздыхает. И по этому вздоху Пир понимает, что ответ будет плохим.       — Боевых… Их учат несколько иначе. И после такой огранки перековать боевого уже нельзя.       …А её к боевым не подпускали. Сначала Пир была слишком маленькой, после — противились Старейшины, а потом уже случилась война.       Пришлось учиться командовать прямо в процессе что побега, что попыток выжить и сберечь всех.       Слушались стражи хорошо, но вот как их воспитывали — Пирит не знала.       — Ну хотя бы адаптировать под обычного лира? — Нет, если никакого выхода не останется, то она прикажет ему, но Пирит приложит все усилия, чтобы до такой ситуации не дошло. И без Дарелина как-то выживали.       Но Старейшинам она его не отдаст. И не покажет. А значит — нужно поскорее найти новую, обычную, одежду, избавиться от старых нарядов боевого (там одна вышивка как бесконечно огромный знак «я тут страж») и запрятать маску.       Разбить её, что ли? Хотя нет, она наверняка начнёт фонить, да и шум при разрушении привлечёт ненужное внимание.       Значит, Пирит пока спрячет маску у себя за пазухой, а потом прикопает где-нибудь вдоль дороги.       — Маловероятно. — Дедушка покачал головой. — Но я попробую.