Потухшие свечи

      Джордж проснулся в своей палате, чуть ли не на рассвете. Ненастоящее солнце ещё только начало пробиваться сквозь листву деревьев. Был ли это сон? Ходил ли он куда-то ночью? Он приподнялся в постели и увидел то же стеклянное окно, целое и невредимое. Приснилось.       Ноги тоже были в порядке, будто бы их только что перевязали. Они не болели, и то хорошо. Голоса в голове тихо шептались о том и о сём, не мешая мысленному процессу Джорджа. Он повернул голову в сторону его Свечи. Та лишь горела под стеклянной коробкой, так же спокойно, как и всегда.       На тумбочке лежало то же самое раскрытое письмо, но с небольшим добавлением. Поверх конверта лежала скомканная бумажка. Фаунд потянулся и взял её, тихо раскрывая. На ней размашистым почерком было написано:       «В ближайшие три недели не жди меня.       Я сам подам тебе знак. Не пугайся.       Прошу сжечь этот листок бумаги.       :)»       Это был не сон.

***

      — Сколько лет, сколько зим, Клэй.       Вышесказанный опустил голову, тяжело вздохнув. Он оставил тело «Дрима» в какой-то подворотне, где его, вероятно, не найдут. Достать своё же тело из могилы было непросто, не хватало ещё, чтобы его случайно нашли.       — И тебе привет, Икс, — буркнул Клэй опускаясь вниз и садясь на каменный пол.       — Всё плохо? — спросило божество, перекладывая карты из одной руки в другую. На этот раз он не убрал своих наколдованных реалий, и Клэя окружили неведомые цветы, щебетание птиц, вид играющего в пасьянс божества и запах дешёвого полусладкого вина. Воин поморщился.       — Нет. Опять пьёшь? Если да, то выбрал хуёвое вино.       — Помогло скоротать время, — отозвался Икс, проигнорировав укор и подняв свои пустые глаза к Клэю. — Ты быстро вернулся. Я думал, что ты опять исчезнешь на неделю.       — От меня не отвяжешься, — хмыкнул Клэй. — На этот раз я займу пост. Можешь там, не знаю, этому рогатому…       — Джеймсу Шлатту, — любезно вставил Икс, вертя в руке пятёрку червей.       — Да-да, этому позвонить, может даже зайти к нему в гости. Ножки свои божественные разомнёшь.       — Что ты опять натворил? — беззлобно проговорило божество.       Клэй на это дрогнул. Каждый раз, когда он пытается завести нормальную беседу с самим же собой, то его собеседник принимает это скептически и мысленно даёт пощёчину этой фразой.       — Я ничего не сделал.       — Ты выглядишь расстроенным. И у тебя много всего в голове.       — Отличные навыки наблюдать за людьми, Икс, прямо в сердце, — драматично проговорил худощавый человек, проводя рукой по вьющимся волосам. Он заметил, как дрогнули уголки губ божества — тот, падла, эмоций за своим чёртовым крестом из двух колец не показывал, когда Клэй был чуть ли не ходячей бомбой. — Просто вспоминал прошлое.       — Прошлое? Когда именно?       — Первая жизнь.       Икс наклонил голову в сторону. Не смотря вниз, он продолжал машинально раскладывать карты перед собою, что слегка раздражало Клэя. Даже когда его, по сути, самый близкий человек, родня, вернулась, то тот просто сидит и играет в свою чёртову игру, которая украла его на пару-тройку лет.       — С чего так?       — Были поводы для раздумий. Гулял по Эрбэ, вокруг этого поганого Дерева, и думал. Фонарики напомнили мне о том, что мы с тобой сани отбросили сколько, пару веков назад?..       — Мы умерли четыреста тридцать девять лет назад, двадцатого января по старому кале…       — Да-да, спасибо что напомнил.       — Ну вот. Вспомнилась молодость.       — Восемнадцать лет и три месяца не дали нам никаких привилегий.       Они замолчали. Лишь говорила сама комната. Птицы, которые были нагло украдены прямо с Виты, шелест листьев деревьев, которые уж больно были похожи на Эрбэ и его обширную растительность. Всё это было слишком непривычно и даже мерзотно для такой своеобразной «камеры», но это было лишь мнение Клэя. Тысячу лет в таком окружении воин бы не выдержал.       — Я всё ещё жду объяснения того, где ты ещё был, — сухо промолвило божество.       — Пытаюсь проникнуть к Меченаттэ.       — Ты что? — внезапно и громко высказался Икс.       — Что слышал.       — Клэй, ради всего святого, — раздражённо выдохнул он, сжимая одну из карт так, что острые ногти чуть ли не дырявят её. — Ты же знаешь, что отсидеть это время гораздо проще, а не нарываться на очередные проблемы.       — Кто не рискует, тот не пьёт ш…       — Клэй, это серьёзно, — сурово произнёс он. — Я единственный, кто высиживает, пока ты там ходишь да паясничаешь.       — Если ты хочешь сидеть здесь очередную пару веков, то без меня, ведь я не собираюсь этого снова терпеть, мне хватило этих двух столетий, — фыркнул он. — Я уж лучше сквозь кровь и плоть пробьюсь, но вырвусь из лап этого идиота. Он пару веков назад просто забрал у нас власть, и теперь лишь меняет тела, притворяясь разными правителями, хотя сам, сукин сын, правит на самом деле который год.       — И с каждым годом становится всё более ужасным, — невольно согласился Икс. — Но это не отменяет то, что мы не можем отсюда выйти вместе.       Это ударяет снова и снова. Да, они по очереди могут выдвигаться из заточения, и Меченаттэ до сих пор об этом не знает, хоть и делает некоторые осмотры к ним. Выйти оба они вместе не могут — Голубая Свеча привязана к ним, и если они оба ступят за пределы башни, то они просто умрут. Бесповоротно. Навсегда. Ни Потусторонки, ни перерождения. Ни-че-го.       — Если Его не станет, то мы будем свободны.       — И каким образом ты планируешь оказаться наверху? На Рипозо нет подходящих людей, их энергия тебя просто раздавит.       — Мне кое-кто поможет, — улыбнулся Клэй.       — Кого ты опять соблазнил, ради бога… — вздохнуло божество.       — Я не соблазнял! — тут же вскинулся Клэй, у которого появился румянец на острых скулах. — Просто вежливо провёл экскурсию по Эрбэ.       Икс, не впечатлённый, поднял левую бровь.       — Ладно, мы вместе можем делать ступеньки на разрушенных лестницах, — буркнул Клэй. Икс до сих пор скептически смотрел на него пустыми глазами. — … хорошо, я его на ручках поносил.       — Чем бы дитя не тешилось…       — Заткни свой рот!       Божество лишь слегка рассмеялось. В его когтистой руке появилась бутылка какого-то неизвестного Клэю вина, которым, видимо, и пропахла башня. Икс лишь с довольной полуулыбкой налил себе немного, после чего кивнул в сторону воина. Тот отмахнулся, предпочитая свои вкусы к алкоголю.       — Пьёшь дерьмо, знаешь ли.       — А если тебе дать бутылку виски, то ты в обморок упадёшь, честное слово, — невзначай вставил Икс, устраиваясь удобнее в своих длинных одеждах и пробуя вино.       Клэй лишь отмахнулся на едкое замечание. Всё это ощущалось странно, до безумия непривычно. Он привык видеться с Иксом только в самых неловких или экстренных ситуациях, ведь Клэй всегда пропадал где-то в «Реалии», как её называл Икс, постоянно меняя тело за телом. Клэй хотел жить, а не сидеть в одинокой башенке, словно принцесса, готовая скинуть свои волосы своему принцу.       С этого пошли воспоминания о том парне, которого он встретил, Джордж? Полный ноль без палочки в истории, странный, в какой-то степени уверенный. В общем, полная каша из качеств, которые каким-то неведомым образом выкладывались в отдельную личность.       И, кажется, он дальтоник. Который, чёрт подери, думал, что если он поднимается, то трава будет другого цвета. Сюрприз, так не получится. Хотя Клэю и пришлось сдерживать смех, когда Джордж, как зачарованный, смотрел себе под ноги на зелёные ступени, коих, видимо, никогда в жизни и не увидел бы.       — Не понимаю, как ты живёшь с этими кольцами вокруг головы. В глазах не рябит? — вдруг заговорил Клэй.       — Ты на себя смотрел?       — Икс.       — Это только для официальных случаев, ты же знаешь? Это не столько имидж, сколько возможность запугать величеством. Все боятся знатных людей и богов. У меня сегодня должны были быть переговоры через зеркало, но теперь я даже смогу выйти в Реалию.       — Как скажешь, — Клэй промолчал пару секунд. — Мне там обязательно нужно присутствовать?       — Если хочешь перекликнуться словечком с нашим дорогим должником — валяй. Мне просто нужно удостовериться, что он не умер.       — Оригинальное времяпрепровождение.       Клэй лёг на холодный каменный пол, который всем своим видом напоминал о почти что тот, что был в камере Сэма. Воин сморщился. Опыт есть опыт, но то, как с ним обращался их… Кто это вообще был? Он просто приходил и пытал его, словно какое-то животное. Его звали Квакити, насколько он помнил. Идиотское имя.       На самом деле, это было не так уж и плохо. Можно назвать Клэя мазохистом, но тот лишь отмахнётся. И не откажет, что так всегда смущало Икса. В отличии от его… божественной части, он не был каким-то неженкой, и боль в сражении только позволяла огню вспыхнуть сильнее.       Марать руки Икс не любил. Прочитал там пару фразочек, да и сдуло всех надоедающих. Но один раз, когда они только оказались заперты в этом проклятом месте, Икс тут же нашёл выход, и они, будучи ещё не привязанными к Свече, оба сбежали. Меченаттэ, конечно, прознал, да отнял у них обоих важные вещи.       В основном, досталось Иксу. Он был как бы в роли старшего брата, который принимал от родителей все тычки, дабы защитить младшего отпрыска. На тот момент, будучи юным полубогом, он не умел давать сдачи в полную силу, что привело к тому, что одна из двух пар его крыльев была вырвана.       Воин помнит этот момент. С каким звуком отрывались от тела эти светлые крылья, как Клэя заставили наблюдать за этим, держа его руки за спиной. Этот хруст костей, разрыв хрящей, то, как на ледяной пол падали перья, которые после всей трагедии так и лежали там.       Как со второй пары усердно срывали перья, заставляя молодого полубога рвать свою глотку. Меченаттэ, ебаный садист, собственными руками сделал это. Кровь лилась будто бы литрами, и когда все ушли, то меньший встретил старшего окровавленным, едва дышащим от болевого шока.       Он помнит, как Икс около недели просыпался ночью и сидел на единственном окне, через которое нельзя было пройти, подогнув ноги под себя и шепча что-то. Один раз Клэй присоединился к нему. Они молча сидели друг напротив друга, после чего всё как-то переросло в то, что полубог вцепился в воина, крича и проливая драгоценные слёзы, уткнувшись ему в плечо.       Это были единственные два раза, когда Клэй видел его слёзы и слышал его громкие крики.       Клэю же чуть не перерезали горло. Облачили его в шрамы, проводя острыми кинжалами по худому телу. Рвали волосы на голове. Ощущения не из приятных. Особенно когда перед тобою так же страдает по-своему близкий тебе человек.       Он тоже кричал. Но, как думает Клэй, Икс уже много раз слышал его бесноватые крики. Ведь он, как-никак, безумно эмоциональный.       С тех пор, Икс предпочитает молчать об этом, пряча единственную пару крыльев, а точнее то, что от них осталось, под своими одеждами и мантиями. Клэй пытался поднять эту тему, но божество всегда переводило это в другое русло. Воин хотел помочь, правда, но Икс просто не позволял.       Клэй тоже помалкивал о своём издевательстве. Это просто висело где-то там, далеко, как негласное соглашение о том, что упоминание этого очень больно для них обоих.       Воин тяжело вздохнул.

***

      Ожидание начало надоедать. Ни Икс, ни Клэй не показывались уже около недели, и это начало настораживать Джеймса.       После стычки с Уилбуром и их… Разговора, у него отпало всякое желание спать ночью. Даже после возвращения на Рипозо, где его приветствовали с почтением, он просто не мог снова работать нормально. Что-то оборвалось, дёрнулось, будто бы шестерёнки остановились. Оставалось только затапливать себя в алкоголе, чтобы уснуть.       Ощущение не из приятных, просыпаться каждый раз с похмельем. Но по-другому не получалось, а всю ночь пялиться на идиотское зеркало было слишком даже для него. Было ненавистно смотреть на себя, уставшего и как бы неправильно проросшего, словно дерево, упивавшееся корнями в камень.       Уткнувшись носом в стол, он просто не мог работать. Сил не было, и он уже вот-вот был готов уснуть прямо так, невзирая на последствия в виде больной спины утром. На часах, наверное, было уже совсем поздно, часа три ночи.       Наверняка, завтра будет только хуже. Завтра у него очередная встреча, на которой ему категорически нельзя будет даже разок носом клюнуть. Джеймс за сегодняшний вечер или, если быть точным, ночь, выкурил уже две сигары, одна из которых сейчас покоилась между средним и указательным пальцами чиновника.       Как только докурит — пойдёт спать. Иначе он просто умрёт, честное слово. Нужно уже дождаться того, когда Икс предоставит ему возможность наконец покончить с этой сделкой. Чтобы они оба были свободны.       На настенных часах смиренно показывает почти пятнадцать минут четвёртого.       Зеркало зазвенело.       Джеймс сокрушённо вздохнул, отлипая от стола. Настраивать контакт в полуживом состоянии — наихудшая идея, которая когда-либо могла прийти ему в голову. Но спустя такое большое количество времени, ничего не остаётся, кроме как поддаться тому неизвестному божеству, что держало его на привязи под названием «сделка».       Через пару секунд, потушив почти догоревший окурок об пепельницу на его столе, он прошёл к зеркалу, заодно захватив с собою толстую книгу, в которой были записаны все настройки и коды, написанные на старом языке, коим пользовались разве что Вышние уровни.       Несколько длинных фраз, что были сотканы из света, плавные движения вокруг зеркала — всё это было отрепетировано от корки до корки, каждый взмах руки, каждое слово, каждый звук вокруг ритуала. Через несколько минут непрерывного бормотания, в зеркале начинает что-то проясняться. Появляются очертания камня, силуэта в зелёном и полнейшей пустоты.       — Здравствуй, Шлатт, — тихо произнёс Икс. — Прости, что это заняло так много времени, ведь без присутствия Клэя сегодняшний разговор не состоялся бы.       — Господи, я уже думал, что вы там оба умерли, — полусонно отозвался Шлатт. — Хоть бы весточку прислал.       — Прости, мы оба были заняты. Сильно, — проговорил Икс, безмятежно улыбаясь. Было странно видеть его в по-настоящему хорошем настроении. — Но сейчас мы и впрямь сможем нормально поговорить.       С этими словами рука Икса прошла сквозь зеркальное стекло, слегка царапая стену. Джеймсу потом это надо будет убрать. Хотя, о чём он вообще думает, сраный полубог сейчас лезет к нему сквозь зеркало!       Он слегка отошёл назад, и через пару секунд, божество уже стоит перед ним. Икс облачён в длинные бело-зелёные одежды, на голове у него, перекрещиваясь на лице, как обычно, висели два кольца — белое и чёрное, образуя что-то подобное на букву «х», от чего, видимо, и происходило имя. Те же пустые глаза и длинные ногти, которые в любой момент могли облачиться в когти.       Джеймс перевёл взгляд на зеркало. Там стоял Клэй собственной персоной, теперь уже в нормальном обличии. Такой же худой, растрёпанный и по-своему злой. Боже, как же ему угораздило залезть в сделку с этими двумя…       — О чём поговорим сегодня? — наконец произнёс Икс, нарушая молчание. Его голос звучал чётче, но эхо Потустороннего ещё отдавалось где-то в нём. Это было странно, непривычно.       — Ты предупредил меня о взрыве на Мэнтэ. С какой стати ты знал, что это произойдёт?       — Я знаю многое, Джеймс. Я знаю, что произойдёт в ближайшем будущем, хоть это и всего лишь минуты. Я могу определить, что смертный хочет и что ему надо больше всего, так что я просто знал это, — Клэй едва слышно фыркнул на это от чего Икс обернулся и, видимо, послал ему молнии глазами.       — Это не объясняет ни твоего поведения, ни Клэя. Вы оба слишком загадочные.       — Приходится, — лишь сильнее улыбнулся Икс, поворачивая голову обратно, из-за чего у Шлатта появилось чувство, что сейчас что-то будет. — Не бойся, я сегодня просто в хорошем настроении.       — Меня просто удручает тот факт, что вы двое шатаетесь где-то там, а я ночами не сплю, ожидая вашего звонка.       — Мы не твои рабы и не какая-то неформальная контора, чтобы с тобою связываться каждый день.       — Я, между прочим, согласился на твою идиотскую сделку. Дай мне хоть какое дело, я сделаю это, и буду свободен. Тогда я и не буду доставлять тебе проблем.       — Очень оригинальная отговорка с твоей стороны, Джеймс, — улыбка Икса перестала быть счастливой, стала какой-то натянутой. — Но меня не провести, я прожил слишком много для этого.       — Мне плевать. Погляди! Ты заперт в какой-то заднице, пока я нахожусь наверху пищевой цепочки! И…       Договорить он не успел, ведь его с неведомой силой прижало к стене, из-за чего он неплохо так стукнулся затылком об крепкие стены. Вокруг его шеи обвились тонкие ледяные пальцы и сжали.       — Слушай сюда, — прошипел Икс, сильнее сдавливая шею смертного. — Ты не пуп земли на данный момент, и судя по тому, как течёт твоя судьба, тебе радоваться не слишком долго…       — Икс, — послышалось из зеркала, где через секунду показалась голова Клэя. Через зеркало он не проходил, просто тихо окликнул. Джеймс мог только позавидовать его смелости, ведь божество сейчас было готово рвать и метать.       Тем не менее, он не отреагировал, до сих пор испепеляя Шлатта взглядом и крепко сжимая пальцы вокруг его шеи. Кислород он не перекрывал, и на том спасибо, но, зная, что перед тобою сейчас находится, как-никак, божественное существо, которое даже пискнуть не даст, становится не по себе.       — Да, Икс, расслабься, я всего лишь…       — Я не разрешал говорить, — рыкнуло божество, нависнув над Джеймсом. Чёрт подери.       На высоких плечах разозлённого божества вдруг оказалась рука, вся в шрамах, но крепкая. Она вцепилась прямо в ткань, рывком потянув в свою сторону. Костлявая рука, что держала Джеймса на привязи, ослабла и отпустила шею бедняги, и тот с жадностью вдохнул пропитанный никотином воздух.       — Клэй, ради всего святого, перестань, — шикнул Икс, пытаясь оторвать чужую руку от себя. — Если ты из зеркала выпадешь, то я…       И воин одной ногой ступил в Реалию. По сути, это не считалось за нарушение, как узнал Клэй, ведь по сути он ногой остаётся там. Икс же, в полном шоке, коего воин не видел уже много лет, уже хотел что-то провозгласить, но Клэй приставил палец к своим губам, призывая заткнуться.       — Я сам, — едва слышно проговорил Клэй.       — Ты неисправим, — тихо крикнул Икс, и, в последний раз зырнкнув в сторону Джеймса, исчез в зеркале.       Клэй в свою очередь ступил из зеркала полностью. Со всей строгостью, что у него была, он посмотрел на Шлатта, после чего любезно сказал:       — Три вопроса, и я сваливаю. И побыстрее.       Джеймс же, всё ещё в неком шоке от произошедшего, лишь устало посмотрел на пустое зеркало, в котором была видна одинокая башня Потустороннего Мира. Ему это страшно не нравилось. Всё, что сейчас происходило. Слишком много всего для сонного мозга.       — Я хочу поговорить по поводу Уилбура Сута.       Клэй улыбнулся.       Клэй улыбался, словно чеширский кот. И Джеймс может поклясться, что если бы у того был хвост, то он бы сейчас мотал из стороны в сторону, словно ненормальный. Уж больно ему нравилась эта тема.       — Конкретнее.       — Он устроил подрыв на Мэнтэ. И когда явился на Эрбэ, заговорил о власти.       — Ты же знаешь, Иль Мондо есть мир, есть единая коллекция островов, наложенных друг на друга. Как государства. Каждый остров нуждается в правителе, и, насколько ты, вероятно, помнишь, сам тянулся к сладенькому, — Клэй наклонил голову. — Какое маленькое слово для такой большой вещи, не находишь? Власть.       — Не нахожу.       Клэй лишь хмыкнул.       — После того, как умер Уилбур, мы частенько видели его блуждающим около нашего места обитания. Ну и в какой-то момент нам надоело его постоянное присутствие. Мы с Иксом хотели просто его занести в другую временную петлю, но он предложил нам кое-что интересное. Сделку мы не заключали, но советик он поимел.       — Вы сумасшедшие.       — Я не святой, я просто говорю правду.       Джеймс промолчал на такой выпад. Клэй, удостоверившись, что в ближайшее время его томный монолог он, наверное, не прервёт, начал заводить свою строго отрепетированную шарманку.       — Иль Мондо — словно карточный домик, — сказал он тогда Уилбуру. — Стоит руке повелителя дрогнуть, и столь хрупкая конструкция развалится. В тот день, когда Сут съехал с катушек и вздумал, что вот, Меченаттэ ему будет не проблемой, и он оставит свою нацию в живых, то ты отнял у него эту возможность.       — Я?       — Конечно, кто же ещё! Абсолютно каждый считает тебя полным отморозком, Шлатт, даже не заикаясь! — Клэй хохотнул, резко жестикулируя. — Все те, кто остался в живых после всего того, что произошло с Л’Манбургом и Сутом считают твоей виной.       Сам Уилбур так считает.       — Ведь тогда всем было плевать, откуда ты, какого ты уровня, сделал ли ты что-то хорошее или злое. Л’Манбург был городом свободы, и Сут, как ебаный перфекционист, посчитал, что после того, как ты отнял его власть, то всё пошло ко дну, чем, на самом деле, был прав.       — Я не отнимал его чёртовой власти, — фыркнул Джеймс.       Клэй только засмеялся. Маниакально, как чёртов шизофреник, и от этого становилось не по себе. Можно было лишь молиться на то, что никто поблизости его не слышит, иначе Шлатту накатают заявление о том, что он ненормальный в почти четыре часа утра тут разглагольствует да посмеивается.       — Ох, тебе бы клоуном в цирке выступать, я бы тогда его полюбил, — закончил своё вступление Клэй. — И я, и Икс, и Уилбур знали, что ты, сука, меняешь покровителей, как перчатки. Но он тебе верил, представь себе! Что вы там были, не разлей вода и по совместительству два властных придурка. И когда Л’Манбург порвали не без твоей доброй лапы, Сут просто свихнулся!       — Я ничего не делал, я просто… — оправдания в сонном мозгу найти не удалось, и Клэй на это только усмехнулся.       — Именно, Джеймс, ты не делал ничего, и как только наш дорогой Уилбур вернул себе власть, он решил просто забыть обо всём. Ушёл он эффектно, разлетелся на весь Иль Мондо, — хмыкнул блондин, вставив очередную шутку в разговор. — Жаль, что его отец увидел его таким в тот день.       Повисла напряжённая тишина. Джеймс явно хотел что-то сказать, может быть даже накричать, но уже понимал, что ничем хорошим это не кончится. У Клэя терпения раза в три меньше чем у Икса, можно даже взять то, что этот ненормальный сейчас качается из стороны в сторону, намекая на то, что ему до безумия скучно.       — Я жду следующего твоего вопроса. И, пожалуй, последнего, я уже вижу, что ты скоро без памяти грохнешься на пол от недостатка сна, — незаинтересованно сказал Клэй, беря в руки пачку сигарет, что лежала у Джеймса на столе.       — Как… вы. Оба. Вы будто на взводе.       — Ну, я точно не могу сказать, что творится в голове этого придурка, — сказал Клэй, имея в виду Икса. — Но заметно то, что его божественное терпение сидеть в заточении постепенно истекает. Вон, пить начал, да какое-то дерьмо выбрал, будто он получше ничего не нашёл.       — А ты больно весёлым выглядишь, — Шлатт сощурил глаза.       — Ха! Тоже мне, весёлый. У меня просто много интересных дел появилось, да и не более. Работа очень хорошо отвлекает, не находишь? — Клэй кинул пачку сигарет на стопку листков. — И тебя, видимо, тоже. Весь такой серьёзный после встречи с этим кудрявым, да?       Джеймс оторвал глаза от окна.       — Ты-то откуда знаешь?       — Я много чего знаю, — пожал плечами Клэй, продолжая улыбаться. — Икс об этом не знает, но я, невзначай, а точнее мы с Уиллом будем обмениваться информацией. Очень интересная, кстати, даже не думал, что…       — Заткнись, — проскрипел на него Шлатт, не подавая и намёка на румянец. Лишь бледное уставшее выражение лица. — Не стоит утруждать себя раздумьями об… этом. У тебя есть дела поважнее, не так ли?       — Ты прав, меньше знаешь — крепче спишь. Но шутить я об этом буду, много и часто, — Потусторонний подмигнул, тихо рассмеявшись. — Но ладно, ладно, не смотри на меня так.       — Можно я задам последний вопрос? — через минуту молчания сказал Шлатт.       — Валяй.       — Как он?       — Кто, он?       — Он. Ты знаешь, о ком я.       Клэй сразу же посерьёзнел. Он, имя, которое он не может произносить. Божество, с которым они с Иксом дерутся для развлечения, для мести, для жажды крови, раз за разом чуть не заканчивая свои Потусторонние жизни.       — Не видел его уже довольно давно. Смылся после последней битвы так же быстро, как и обычно. Почти убил меня, но что-то не дало ему этого сделать. Может, я ему ещё не надоел. Не знаю.       Джеймс лишь хмыкнул на это, позволяя тишине заполнить кабинет. На часах уже четыре часа,       Разговор закончился почти так же быстро, как и начался. Никаких особо важных вопросов он, как обычно, не задал. Никаких планов у Клэя на него нет, но у Икса, по всей видимости, есть, раз уж он его который год держит на привязи в виде договора.       Только вот терпение божества постепенно истекало, и Клэй в упор не понимал, почему. Икс всегда был так терпелив, что на любую выходку война или что-то подобное он закрывал свои пустые глаза. Никогда не показывал эмоции, лишь с каменным лицом сидел и слушал то, что без конца и края говорила вторая половина разума Дрима, безумная и эмоциональная.       Видеть Икса злым, как в тот момент, когда тот чуть не придушил Шлатта, прижав его горло к стене с неплохим таким стуком, было буквально одним из Чудес Света. И когда Клэй, хоть раз побыв благоразумным, остановил его от такого сладкого действа, как удушение, то в пустых глазах божества промелькнуло что-то тёмное, неестественное.       После фразы «ты неисправим», брошенной Иксом, оставалось только гадать, насколько тот в ярости. А что Клэй? Ему было откровенно плевать на это, всё равно сможет выкрутиться.       — Раз уж мы закончили, то прошу меня простить, мне нужно успокоить наше божество, если не возражаешь, — с язвинкой в голосе проговорил Клэй, направляясь в сторону зеркала, через которое он и попал в Реалию.       — Когда мне точно ждать от вас двоих звонка? Я не собираюсь снова не спать по ночам, — потирая переносицу сказал Шлатт.       — Мы тебе сообщение как-нибудь пришлём, не переживай, в ближайшую неделю не жди, — быстро сказал Клэй, проходя сквозь зеркало обратно в башню.       Своеобразный «звонок» наконец завершился. Не прошло и сотни лет. Зеркало вновь стало гладким, и Клэй, посмотрев на своё отражение, увидел подошедшее сзади божество, что скрестило руки на груди. Дело дрянь.