Единственная жизнь

Яркий солнечный свет становится причиной моего пробуждения. Потягиваюсь. Подушка рядом ещё хранит запах твоих волос, но в постели я один. Твои очки небрежно брошены рядом. Прислушиваюсь. Кроме шума кондиционера — ничего. Интересно, где ты? Сегодня твоя смена? Встаю, сделав над собой усилие. Так хочется остаться здесь, пока ты не вернёшься, но это утопия. Первые несколько секунд после пробуждения мое сознание занято только тобой. Но потом твой образ вымещают другие мысли. Надо ехать домой. Подбираю свою одежду с пола и одеваюсь, довольно жмурясь от воспоминаний. Вспоминаю, что вчера делали со мной твои губы и руки. Поворачиваю на кухню, выйдя из комнаты в тишину коридора. На столе записка: «Я на больнице, твои ключи на столе». Лаконично. Верчу в руках свои ключи. Надо же. Дорога домой проходит в каком-то непонятном состоянии, испытываю смешанное чувство тревоги и воодушевления. Пусть все получится. Просто пусть у нас все получится. *** Дни до диплома пролетают в суматохе. Я даже не могу четко определить границы этих дней — они слились в один тягучий монотонный эпизод. Я, как и планировал, закончил иллюстрации за два дня. Но сном пришлось пожертвовать. Отправив макет книги в типографию и удостоверившись, что там все получено и ушло в печать, я провалился в заслуженный сон. Николаичу тоже отправил, больше для порядка, чем с каким-то практическим смыслом, ведь времени на исправление уже не оставалось. Несколько дней ушло на пояснительную записку (на самом деле, часов) и на срочную работу. В общем, я был занят 24/7. А утром и вечером я обязательно получал сообщения от тебя. Ты желал мне доброго утра, спрашивал, как я, и желал спокойной ночи. Я отвечал на каждое, но сам тебе не писал. Не хотел навязываться. Да и времени на это почти не оставалось. И вот сегодня, за сутки до защиты, я получил письмо из типографии, что могу забирать свой экземпляр. Великий день и выход в свет. В прямом смысле, ведь последний раз я был на улице почти неделю назад, когда утром уезжал от тебя. Полтора часа, и я счастливый обладатель своего печатного образца и, значит, теперь абсолютно готового диплома. Время — обед, у меня на руках билет в свободную жизнь, и я решаю заехать в училище. Все равно более захватывающего плана у меня нет. Ты сегодня снова на смене — я уже проверил. Училище, как и всегда, встречает меня приятной прохладой первого этажа. Поднимаюсь наверх, к нашему кабинету. Интересно, я буду скучать по времени, проведённому здесь? По своим одногруппникам и слегка абсурдной атмосфере творчества. Я пережил здесь за пять лет так много всего, миллион воспоминаний. Сейчас они и плохие, и хорошие. Я испытывал здесь и восторг, и радость, чувство несправедливости, стыд, злость, умиротворение и спокойствие. Я засыпал на парах, прогуливал, хамил педагогам, ввязывался в драки, даже ночевал здесь, пил с одногруппниками, узнавал новое, полюбил рисовать и возненавидел это, много смеялся, приходил сюда каждый день и пропадал на месяц, участвовал в обязательной самодеятельности и даже пел в хоре! Интересно, они все сотрутся и станут просто одним приятным воспоминанием моей юности или останутся такими яркими и разными? Подойдя к кабинету, замечаю открытую соседнюю дверь. Сейчас здесь могут быть только дипломники. И правда, в кабинете перед абсолютно пустым планшетом стоит Кирилл. Он учится на дизайне и, как и почти все мы, не славится хорошей успеваемостью. — Самое время начать, у тебя ещё сутки, — насмешливо обращаюсь к его спине. Кирилл поворачивается и смотрит на меня, улыбаясь во весь рот: — Да я успеваю, все под контролем. Вот это, конечно, крепкая нервная система у пацана. — Ты реально считаешь, что закончишь? — я даже не пытаюсь скрыть свое удивление. — Конечно, тем более нас всех выпустят. Ну выйду я с тройкой, а не с четвёркой, допизды вообще, — отвечает без тени сомнения в голосе. — Даже Дима выпустится. Так, Дима — это скульптор, с которым мы оформляли выставку в Союзе? В нашем художественном заведении дико маленький процент мужского населения. Я в группе один. Дима тоже. А у Кирилла в группе тестостерон зашкаливает — аж трое парней. — А с Димой что не так? — удивляюсь и спрашиваю самое очевидное. — Тоже ещё не начинал? — Начинал, — Кирилл заходится диким хохотом, — мы тут ночевали вчера, он перебрал с алкашкой и сломал Венеру. И правда, скульптура Венеры, с которой начинают учебный год все старшие курсы, стоит в углу расколотая надвое. Женщине и так не повезло с руками, точнее без них, а теперь ещё и такая передряга. — И что теперь? — Ну сказали, чтоб чинил, он ж скульптор, — Кирилл равнодушно к проблемам собрата пожимает плечами. — Диплом, говорят, не отдадут, пока не сделает все как было. — Хера вы оба конченные, — хмыкаю я. — Ладно, не буду отвлекать, вдруг правда успеешь. Прощаюсь с Кириллом, который возвращается к созерцанию планшета, и иду в свой кабинет. Кабинет открыт, но там пусто. Наверное, Аня или Николаич куда-то вышли. Не хочу заходить и иду дальше по пустому коридору. История Диминого диплома напомнила мне другую. Невесёлую. В год моего поступления летом стояла страшная жара. Одна выпускница, не справившись со стрессом от подготовки, поступления и переезда ночью вышла из окна кабинета. Она должна была купить билеты в Санкт-Петербург, но вместо этого купила белых хризантем, выбросила их из окна и кинулась следом. Я так хотел поступить сюда пять лет назад, а спустя полгода, когда пелена романтики спала, делал все, чтобы меня выгнали. Не выгнали. Теперь поступать снова? Снова чужой город, снова первый курс, снова пары. Да и вообще, это все только при условии, что я поступлю. А с чего это я поступлю? Поедешь ли ты со мной? Вот так все бросишь здесь и поедешь? Ради чего? Хочу ли я всего этого? Конечно же, я хочу. Я просто боюсь неудачи. Решаю не отходя от кассы проверить, когда вступительные, вдруг я вообще не успеваю. Сажусь на диван в конце коридора, частично скрытый под большим растением в кадке. Вступительные через три недели, живопись, рисунок, композиция, русский, ничего необычного. Так скоро. Снова без тебя. И так за эти месяцы мы виделись пять раз! Пять раз! Пять раз, и ты переедешь ради меня? — Ты будешь в Академию поступать? — звонкий женский голос над головой вырывает меня из грустных мыслей. Поднимаю голову и вижу наклонившуюся надо мной Аню, изучающую открытую вкладку на моем телефоне. Из-за густой зелёной листвы я не увидел, как она подошла. — Думаю, надо ли мне это, — в этот раз решаю честно ответить ей. В последнее время я зачастил с честными ответами. — Поступай, конечно, я тоже подам документы, — уверенно заявляет и садится на диван рядом. А как же осуждения и «да куда тебе»? — Не знаю, не решил ещё, — нервничаю из-за этого разговора и внимательно рассматриваю свои кроссы, очень интересные. — Ой, а поехали вместе? Ты уже купил билеты? А жилье нашёл? — Аня меня как будто бы вообще не слушает, но эти ее азарт и уверенность мне очень нравятся. — Нет, ничего не делал. — Давай я нам вместе найду? А то я летать боюсь одна, а с тобой не так страшно будет. И квартиру дешевле снять на двоих. Ты-то конечно поступишь. Лучшая ученица. А может, не раздумывать? Лучшие вещи в жизни случаются именно так. Ты вот случился. — А поехали, — отрываю взгляд от своей обуви и смотрю на оживленную Аню. — Здорово! Я тогда посмотрю билеты. Недели через две нам нужен вылет, — Аня довольно вытягивается на диване. Как так две? Так рано? — Там же через три. — Это уже первый экзамен через три. А ещё надо документы подать, заселиться и вообще на случай чего пораньше прилететь, — разжевывает мне все. — Ну да, — киваю, соглашаясь, — а это ты кабинет открыла? — Да, принесла диплом, чтоб завтра не тащить. — А я только книгу забрал. — Покажи, — Аня протягивает ко мне руку. — Офигенно, такие красивые иллюстрации получились! — Аня с восторгом перелистывает страницы, а я смущаюсь от ее похвалы. Прощаемся с ней на крыльце училища, и я пишу тебе. Первый раз сам. «Я решил поступать в спб». Почти сразу же приходит ответ: «Собираю вещи». Всю свою жизнь мы ищем любви и одобрения, и последнее время я получаю и то и другое. Усмехаюсь своим мыслям и твоему ответу. «Завтра в час защита, придёшь?» Ответ снова не заставляет себя долго ждать: «Обязательно». *** Вчера, оказавшись дома, я сразу же рухнул спать в надежде приблизить следующий день. День, когда мы наконец-то увидимся. Ну и когда я закрою вопрос с учебой, разумеется. Пока я спал, Аня прислала мне несколько вариантов жилья в пешей доступности у Академии и ссылку на билеты. Квартиры были, слава богам, с раздельными комнатами. Вообще, Анино пассивное внимание приобрело в последнее время активный оборот. Это настораживало, но не сильно. Решаю сразу же купить билет, а то потом могу вообще передумать. Интересно, нужен какой-то дресс-код для защиты? Или хватит просто прийти в чистом? Ну, в любом случае, вариантов у меня немного. И все чёрные. Заказываю такси и со своими планшетами, которые весят целую тонну, ковыляю к выходу. Помощь Макса бы сейчас очень не помешала, но он у себя в универе на финальной консультации, и мне остаётся самому тащить эти махины из стекла и ДВП. В коридоре второго этажа, возле актового зала, атмосфера нервного праздника. Ищу глазами Николаича и Аню. Спустя пару минут замечаю знакомую фигуру: — Владимир Николаевич! Здравствуйте! Во сколько у меня выход? — О, Сашенька, здравствуйте. Через сорок минут Вы, — он перебирает какие-то бумажки, видимо с нашими списками. — Первым пойдёте, в своём потоке, после скульпторов. — Ну ладно, а можно я тут все оставлю? — показываю на планшеты. — Хочу Аню найти. — Да-да, оставляйте конечно, — Николаич энергично кивает, — она вроде бы наверху была. Поднимаюсь на четвертый этаж и на ходу пишу тебе: «Через 40 минут защищаюсь». Ответа не получаю. Нахожу Аню в кабинете вместе с Кириллом, который успел за сутки сделать то, на что давалось три месяца. Венера стоит в углу, снова целая, но прижата грузом со всех сторон, видимо ещё в процессе склеивания. — Офигеть! Ты успел! — я действительно в восторге от продуктивности Кирилла. — Да мне ещё и четыре поставят! — Я не удивлюсь, если так и будет, — усмехаюсь. — Волнуетесь? — Я — очень! — заявляет Аня. — У меня сил нет волноваться, я просто хочу сдать и пойти спать, — Кирилл отходит на несколько шагов назад и оценивающе разглядывает свой макет детского сада или что у него там. — Какое спать! Мы все вечером идём праздновать! — возмущается Аня. — А, точно, да, отметить это надо обязательно! — кажется, напоминание о вечеринке придаёт Кириллу сил. Праздновать? Нет, я определённо хотел бы провести сегодняшний вечер с тобой. — Не, я не могу, у меня дела, — как бы я ни хотел погудеть сегодня с одногруппниками, но к тебе я хочу в разы больше. — Какие дела? Мы, может, вообще больше не увидимся, — Кирилл, кажется, теперь вполне доволен своим дипломом и переключается на прибалтывание товарищей, кои сейчас есть только в моем лице. — На вручении увидимся, — парирую как могу. — Это другое, — заявляет безапелляционно. Я без понятия, как слиться с этого движа. Хотя и правда, больше не увидимся же. — И когда, и где вы хотите собраться? — почти сдаюсь. — Так сразу после того, как живопись и дизайн защитятся. — Я открываю защиту, и вы мне предлагаете несколько часов ждать? — удивляюсь словам сокурсника. — А ты на нашу защиту не собирался оставаться, друг? — смеётся Кирилл. — Ну да, наверно собирался, — немного смущаюсь. Телефон в кармане вибрирует. Смотрю сообщение, но оно не от тебя, а от Макса: «я у актового, здесь паноптикум». Макс не первый раз у нас в училище и знаком с моими одногруппницами, кажется, лучше, чем я. Приходит помогать на каждую развеску и почти всегда ходит со мной на наши студенческие пьянки. Отправляю ему: «заходи в зал, я скоро». И правда, мое поведение крайне нетоварищеское. Потому что в моих мыслях только ты. И как будто прочитав их, присылаешь мне ответ: «Скоро буду. Удачи». Улыбаюсь. Именно с того момента, когда ты начинаешь улыбаться чьим-то сообщениям — начинай откладывать на терапию. — Саш, пойдём к актовому залу, там уже наша очередь скоро, — Аня берет меня под руку и тянет к выходу. — Там Макс, кстати, уже пришёл, — иду вслед за ней. Оставляем Кирилла наедине с дипломом и спускаемся к своей группе. Нас всего девять человек, дизайнеров тоже немного, вроде бы двенадцать. Часа за два с половиной должны все выступить. — Сколько у вас ещё людей осталось? — нахожу в толпе скульпторов Диму. — Двое. — Защитился? — спрашиваю его, хотя по довольному лицу Димы и так все понятно. — Слышал историю про вас с Венерой. — Да кто ж ее не слышал! — он смеётся. — Защитился ну, сейчас пойдём бухать со своими ДПИшниками. — Мы тоже собрались. — Давайте, удачи на защите, — Дима хлопает меня по плечу. Отхожу от него и ищу тебя глазами. Нигде нет. Тем временем ещё один скульптор сменяет своего товарища в актовом зале. Остался ещё один, и после уже я. — Удачи, Саша, — Аня тоже хлопает меня по плечу. — Давайте, готовьтесь, Сашенька, Ваш выход, — Николаич появляется откуда-то из-за моей спины. Последний скульптор покидает актовый зал, и мы с Аней и Николаичем выносим мои планшеты на сцену. Осматриваю сидящих — на первом ряду комиссия, дальше учителя и студенты. Много незнакомых лиц — абитуриентов с подготовительных курсов тоже привели. Вижу Макса рядом с первокурсницами. Ищу глазами тебя. И нахожу. Темные волосы уложены аккуратно назад, подбородок вздернут, осанка — идеальная. Стоишь у дальнего входа в актовый зал скрестив руки и улыбаешься, когда мои глаза встречаются с твоими. Мое состояние граничит с безумием — меня накрывает тревога и счастье одновременно. Как в тумане рассказываю что-то о своём дипломе — почему я выбрал его, как много он значит в культурном смысле. Ещё какая-то ничего не значащая информация. Какие-то вопросы от комиссии. Какие-то ответы на них. Я как будто под водой. Николаич машет мне рукой из коридора. Все? Можно выходить? Благодарю комиссию, и меня сразу же в коридоре обнимает Аня. За ее спиной вижу, что ты тоже вышел из зала. Обнимаю Аню в ответ и желаю удачи — она следующая защищается. Глазами и кивком показываю тебе идти в дальний конец коридора. Ты улыбаешься и идёшь в ту сторону. Наконец-то догоняю тебя, пожав всем руки и получив поздравления. — Привет! Я так рад, что ты пришёл! — улыбаюсь тебе, еле сдерживаясь, чтоб не наброситься. — Но обниматься мы при всех не будем? — дразнишь меня. — Я работаю над этим, но пока не будем, да, — слегка дотрагиваюсь до твоей руки. — И куда мы идём? — Туда, где потише. Иди за мной. Поднимаюсь по лестнице на самый верх, к небольшой площадке перед чердаком. Самые отпиленные студенты здесь курят на переменах вместо того чтоб выходить на улицу, но сейчас здесь никого. Как только ты оказываешься рядом, обнимаю тебя так сильно, как могу. Обнимаешь меня за талию. — Очень соскучился, — сдавленно шепчу. Поворачиваешься вместе со мной и вжимаешь меня спиной в стену. Касаешься пальцами моего подбородка и целуешь. Твоя рука скользит по моей щеке вверх и ты зарываешь свои пальцы в мои волосы. Сжимаешь мне шею сзади. Меня уже не беспокоит, что сюда может кто-то подняться, эмоции бушуют во мне, сменяя друг друга. Только что я был как в бреду на сцене. Теперь я в агонии, в твоих сильных руках. Хочу быть ещё ближе, мои руки оказываются под твоей футболкой, раздирают кожу на спине. Мое дыхание сбивается, твое уже давно громкое и прерывистое. Целую снова и снова, не могу заставить себя остановиться. Встречаюсь с тобой взглядом. — Поехали ко мне? — тихо спрашиваешь, пожирая меня глазами. Взгляд безумный. — Я, — запинаюсь, — извини. Немного отстраняюсь и смотрю себе под ноги. Пытаюсь отдышаться и собрать разлетевшиеся мысли. — Я только что узнал, что мы отмечаем диплом, — говорю смущенно, — я не знаю, надолго ли это, извини. Резко притягиваешь меня обратно к себе и быстро целуешь в шею. — Перестань извиняться, — целуешь ещё раз, ниже. — После приезжай, у тебя же остался ключ? — После я буду пьяный, — отклоняю голову назад, и ты продолжаешь целовать меня в шею. — Будь. Отстраняешься, и я вижу, как ты улыбаешься. Вздрагиваю от телефонного звонка, вроде даже моего. Я же оставил свои планшеты в коридоре и сбежал к тебе. — Тебе сейчас надо обратно? — поправляешь мне волосы, касаясь щеки своими длинными пальцами. — Да, но я не хочу от тебя уходить. — Пойдём, вдруг тебя там потеряли, — слегка ерошишь мне волосы и делаешь шаг назад. Поворачиваешься к лестнице. Обнимаю тебя сзади руками за талию и упираюсь головой в спину. Могу поспорить, что ты сейчас улыбаешься. — Спасибо, что пришёл, — шепчу тебе в спину. — Буду ждать тебя, — касаешься пальцами моих сцепленных кистей. — Если я здесь спущусь, то попаду к выходу? — Да, — расцепляю руки, — может, мне все-таки не ходить? — Можешь и не ходить, но я жду тебя не раньше полуночи, — теперь уже издеваешься надо мной. — Окей, — тоже смеюсь. — Выход там. Быстро обнимаешь на прощание и спускаешься первым. Смотрю тебе вслед с глупой улыбкой. Спускаюсь на второй этаж и подхожу к нашей группе, после меня успели защититься уже трое. — Ты где был? — Аня явно недовольна, что я пропустил ее выступление. — Да переволновался, плохо стало. — Ой, сейчас лучше? — девушка сразу же меняется в лице. — Да, все хорошо, я сходил подышать. Поднимаюсь в актовый зал и сажусь рядом с Максом и первокурсницами. — Как я выступил? — шепчу Максу. — Мы после защиты пойдём отмечать, пойдёшь с нами? — Огонь выступил, а отмечать не пойду, у меня тоже защита завтра. Мне ещё надо кое-что доделать дома, — шепчет мне в ответ. — Ты завтра придёшь? — Да, конечно. Как я и предполагал, наша группа и дизайнеры отстрелялись за два с половиной часа, и мы, составом в пятнадцать человек, отправляемся это дело отмечать. Собрались действительно почти все, Кирилл и Аня обладают поистине ораторскими способностями. Или, может, все тоже понимали, что это наша последняя тусовка. Выбор падает на большую съемную квартиру наших одногруппниц, которые живут вместе. Открытые окна их квартиры и вечерний воздух не спасали от изнуряющей духоты внутри. Время приближается к полуночи, а количество пустых бутылок на кухне увеличивается. Вечеринка проходит по классике — на кухне ведутся задушевные разговоры, в комнате — песни под гитару, иногда в квартиру приходят новые гости, приезжает доставка еды, и все это сопровождается большим количеством алкоголя. Все как всегда. Все так, как и должно быть после защиты диплома у двадцатилетних, теперь уже практически дипломированных специалистов. К часу ночи решаю, что выполнил свой гражданский долг по отношению к группе, и прощаюсь с приятелями. Прощания проходят шумно, обещаем друг другу погудеть ещё после вручения диплома и встречаться каждые пять лет. Пустые обещания, в которые мы даже сейчас не сильно верим. — Саш, давай на одном такси домой поедем? — внезапно рядом со мной появляется Аня. — Нам же по пути. — Я в центр сейчас, сорян. — Ааааааа, ну ладно, — протягивает грустно. Быстро обуваюсь, пока Аня не успела придумать предлог, чтоб поехать со мной. Спускаюсь на улицу, одновременно вызывая себе машину. Из-за алкоголя очень плохо понимаю течение времени, кажется, я оказываюсь у тебя уже через минуту. В квартире тихо и темно. Стараюсь не шуметь, ты наверняка уже спишь. Разуваюсь и пробираюсь в спальню. И правда спишь. Свет из окна падает на кровать, и я вижу твой силуэт. Тихо раздеваюсь и ложусь рядом. Обнимаю сзади, прижимаясь всем телом. Я чувствую себя не очень пьяным, но это ощущение может быть обманчивым. — Привет, — сонно шепчешь, — как посидели? — Хорошо, но, скорее всего, я в хлам. А может быть и нет, — сбивчиво объясняю своё состояние. — Тогда спи, — поворачиваешься ко мне и кладёшь свою руку мне на талию. Как током бьет. — Если ты будешь меня так трогать, то я не усну. Поспешно убираешь свои пальцы с талии, и кладёшь мне на голову. Убаюкивающе гладишь и перебираешь волосы. Как же мне хорошо.