По ту сторону реальности

      Сквозь пелену слышались голоса. Сначала она не могла понять, кому они принадлежат, и почему такие громкие. Подумалось, что она забыла выключить какой-то фильм, поэтому начала шарить рукой в поисках не то пульта, не то мобильного. Голова гудела, и чувствовала она себя очень странно. Внутри словно какой-то клубок шевелился — не самые приятные ощущения.             — Ты что с ней сделал, ирод?! — резанул по ушам вопль матери.       И какого хера она забыла в её доме?             — Я ничего не делал! Но… — Цзян Чэн пытался что-то сказать, но судя по звукам — его чем-то били.       Алиса медленно открыла глаза, видя перед собой потолок своей спальни. Пустой, спальни, так как ругались они, судя по всему, в коридоре или на кухне.       Слабый стон сорвался с губ, но в горле настолько пересохло, что она точно не смогла больше и звука издать.       Девушка перевернулась на бок, пристальным взглядом наградив закрытую дверь, после чего осторожно поднялась, прислушиваясь к себе. С ней было что-то не так, но пока что она не понимала, что конкретно.       Алиса встала и пошла к выходу, стараясь не упасть лицом в пол.       Дверь открылась легко и бесшумно. Она вышла в коридор и узрела сцену избиения главы ордена Цзян веником.             — Кхм… — обратила на себя внимание Ваньиня девушка и поковыляла к кухне.             — Алиса! — встрепенулся мужчина, мигом оказываясь возле неё. — Как ты? Ничего странного не чувствуешь? Что-нибудь болит? — его интонация была необычайно серьёзной, и она понимала, что лучше всего ответить на эти вопросы, однако было неожиданно слышать столь неприкрытое беспокойство от него.             — Алиса! — следом уже собиралась наброситься мать, но шатенка отрицательно помотала головой, тут же пожалев о своём решение — вся обстановка заплясала перед глазами.             — Во…ды… — с трудом просипела, понимая, что ей не дадут продыху они оба. А умереть от жажды было бы крайне глупо.       Мать тут же метнулась на кухню, а Цзян Чэн, вместо того, чтобы дать ей на себя опереться или хотя бы помочь дойти на гостиной, взял её на руки и потащил обратно в её комнату.       Сил на возмущение не было, но своё отношение девушка передала взглядом, который был просто начисто проигнорирован.       Алиса вздохнула, не стала дальше трепыхаться, положив голову ему на плечо, сразу почувствовала, как сбилось его дыхание от такого, казалось бы, простого действия.       Она действительно не сделала ничего смущающего… но жар почему-то прилил к щекам и распространился по шее.       Девушка сглотнула, опуская взгляд на свои руки, делая вид, что её сейчас больше всего интересует состояние ногтей.       Она даже порадовалась, что путь до кровати так быстро кончился, и можно упасть лицом вниз, чтобы никто не заметил цвет её лица.             — Держи, — в комнату ворвалась мама, и девушке пришлось подняться.       Залпом осушив стакан, обвела взглядом обеспокоенную парочку.             — Что случилось? — голос вернулся, и даже дышать стало как-то легче.             — Мне тоже это интересно, — мрачно произнесла Василиса, скрестив руки на груди. — Твой Ваня мне ничего не сказал.             — Кто? — оторопело уставилась на мать девушка.             — Цзян Ваньинь, — с каменным выражением лица поправил её Цзян Чэн.       Алиса закашлялась, пытаясь скрыть неуместный сейчас смех, попутно подумав о том, что китаец уже окончательно обрусел, получив такое славянское имя от матери.       Девушка прикрыла глаза, расслабляясь на подушке. Всё-таки слабость дала о себе знать, и её снова тянуло в сон.             — Цзян Чэн из ордена, который охотится на подобную нечисть, по некоторым причинам он оказался здесь, и я приютила его, — не открывая глаз произнесла Алиса.             — Хм. Что-то ты мне не договариваешь, — прищурилась Василиса, с подозрением посмотрев на дочь.             — Тебе достаточно и этого, — внезапно отрезала девушка, раскрывая карие глаза, в которых плескалось раздражение.       Цзян Чэн почувствовал, как от Алисы исходит некая энергия, чем-то напоминающая светлую Ци. Но связано ли это как-то со вчерашним инцидентом?             — Я должна знать! — повысила голос женщина, и мужчина невольно почувствовал себя неуютно.             — Ты должна была остаться дома, — нахмурилась Алиса. — Ты должна была извиниться за то, что произошло в тот раз. Но ты предпочла сделать вид, что ничего не было. И я поступаю также. Больше никаких объяснений ты не получишь, — непреклонно заявила девушка, вынуждая мать покраснеть от злости.             — Да как ты… — договорить ей не дал Цзян Чэн, что встал напротив женщины, заграждая собой Алису.             — Вам лучше уйти. Сейчас, — с нажимом произносит мужчина, понимая, что от присутствия матери ей будет только хуже.       Женщина хотела было что-то сказать, но осеклась под его тяжёлым взглядом и давящей аурой. Она покинула комнату, оставив их наедине. Со стороны кровати послышался облегчённый вздох.       Алиса полулежала на подушках всё ещё во вчерашней одежде, сложив руки на животе. Лицо у неё было бледное и усталое, однако сейчас заклинатель чувствовал в ней нечто странное. Может ли быть так, что вчерашнее происшествие пробудило в ней какие-то силы?       Мужчина присел на край кровати, осторожно касаясь её ладони.       У него было множество вопросов, касательно увиденного, но и до этого у него были догадки, исходя из тех фактов, которые он знал об Алисе. Она редко созванивалась с матерью, разве что списывалась порой, и жила от неё достаточно далеко, чтобы визиты в гости были частыми. Также Василиса крайне мало знала о дочери, её вкусах, и, как он увидел на деле, совсем не прислушивалась к чужому мнению. Такое тяжело выдержать и пару дней, что говорить о годах. Вероятно, в этом и кроется причина того, что они так далеко живут.             — Извини, что стал свидетелем такой сцены, — вздохнула, запуская пальцы в волосы. — Она никогда никого не слушает, а выдержать головомойку я просто сейчас не в состоянии, — Алиса несильно сжала его пальцы в ответ. — Я люблю её, но не настолько, чтобы позволять лезть и распоряжаться моей жизнью на постоянной основе, — криво усмехнулась, поворачивая голову на бок.       Выходит, что вся поездка и та суета — полностью инициатива её родительницы, а Алиса не смогла ей отказать, пытаясь поддерживать отношения с матерью.       Цзян Чэн не знал, как реагировать на подобное. Раньше у него было однозначное мнение, и на всё имелся ответ. Теперь же, после стольких месяцев здесь, он не мог быть столь категоричен.       И сейчас ему хотелось поддержать Алису, а не её мать, несмотря на то, что она старше, а предков нужно уважать. Хотя после войны с Вэнями его мнение несколько изменилось, вбиваемые постулаты остались на подкорке мозга.             — Тебе не за что извиняться, — он мог уйти с самого начала, но остался. — Лучше отдохни, а я пока обо всём позабочусь.       Алиса удивлённо на него посмотрела, но сразу медленно моргнула, борясь со сном и усталостью. Она слабо кивнула, прикрывая рот рукой, скрывая зевок.       Мужчина увидел, как расслабилось тело девушки, и она мгновенно погрузилась в сон. А ведь он передал всего толику своих сил. Сама девушка стала выглядеть лучше, и кожа порозовела. Он совершенно точно ощутил в ней Ци, пускай, иную, нежели у него самого. Возможно ли, что вблизи заклинателя она сама начала собирать Ци этого мира в своё тело? Если да, то как долго это продолжается?       При наличии светлой энергии, должна присутствовать и тёмная. К тому же рука Не Миндзюэ реагировала на энергию этого мира странным образом. Опасно сейчас её исследовать, но провести несколько медитаций и почувствовать Ци этого мира можно попытаться. Хуже быть не должно.       Однако Цзян Чэна не отпускало чувство, что их проблемы только начинаются.       По сюжету новеллы, рука была не одна, и она стремилась воссоединиться с телом. Страшно представить, что произойдёт, если останки бывшего главы ордена Не также попали сюда. В одиночку ему точно не совладать с лютым мертвецом такого уровня.       И единственный потенциальный заклинатель в данный момент спит, продолжая сжимать его пальцы своими.       Интересно, куют ли мечи в это время?

***

            — Тяжело, — простонала Алиса, чувствуя, как руки вот-вот отвалятся от тяжести.             — Держи крепко и не горбись, — хлопок между лопаток заставил подпрыгнуть на месте и едва не выронить тяжёлый меч, который она держала в руках.       Они стояли посреди двора, где Алиса держала в руках меч и прилагала все усилия, чтобы не помереть бесславно прямо сейчас.             — Кто такие гули? — мужчина встал напротив девушки, делая замах деревянным мечом, который сам же смастерил.       Алиса с трудом выставила меч в защиту, чтобы не получить деревяшкой по лбу, проклиная момент, когда Цзян Чэну пришла в голову мысль обучить её заклинательству и сформировать золотое ядро.             — Гуль —неживое существо человеческой природы, обретшее сознание благодаря темной энергии, обладающий физическим телом, — руки ныли, чёрная спортивная форма, в которой она занималась, была вся в грязи, а ко лбу прилипли мокрые от пота волосы.             — Чем навка отличается от лютого мертвеца? — он снова пошёл в нападение, причём, так стремительно, что первой мыслью было просто сбежать куда подальше, но вместо этого она замахнулась, готовая отражать удар.             — Навка — существо нечеловеческой природы, в отличие от лютых мертвецов. Навки получаются, когда они впитывают окружающую тёмную энергию. Лютые мертвецы должны иметь затаённую злобу и тёмную энергию внутри себя, — вот уж не думала, что когда-то мимолётное желание узнать побольше о системе и сеттинге «магистра», когда-нибудь обернётся этим.       Стремительное движение древесного меча — и она роняет меч на землю, и сама падает на колени, с болью глядя на красные ладони, покрывающиеся мозолями, что наливались кровью.       Куда ей — редактору и писателю такой физический труд?       Хотелось плакать от жалости к самой себе, но она не могла сделать это. В конце концов, Цзян Чэн старается ради неё. Чтобы она не померла во время их первой вылазки.       Прошло больше недели с того, как они поймали руку, и как Василиса покинула их дом, три дня с того момента, как окончательно пришла в себя Алиса.       Цзян Чэн решил немного поэкспериментировать, вливая в девушку свою Ци небольшими объёмами. И во время сна она начала сама поглощать светлую энергию из воздуха, разрабатывая каналы.       Теперь, когда в новостях появилось тело, поражённое тёмной энергией, медлить нельзя. Чем быстрее они сформируют ей золотое ядро, тем лучше. Алиса не должна пострадать ни рядом с ним, ни в его отсутствие. И духовные практики — самый большой гарант безопасности.       Тем более, он уже не уверен, что здесь нет аналогов их тварей. Он бы себе не простит, если с ней что-то случится.       Мужчина присел рядом с Алисой, взглянув на ладони. Те выглядели ужасно, особенно, в сравнением с тем, какими они были совсем недавно. Ему жаль, что ей приходится брать в руки меч, но это для её же безопасности, ведь тварь может настигнуть девушку в его отсутствие.             — На сегодня достаточно, — он осторожно перехватил запястья девушки, встречаясь взглядом с рассеянными карими глазами.       Алиса слабо улыбнулась, не зная, как реагировать на такую неприкрытую заботу от Цзян Чэна. Это, признаться, смущало и вгоняло в краску.        «Главное не надумать себе ничего лишнего», — мельком подумалось ей.       Мужчина помог ей подняться и одним движением призвал свой меч, возвращая его в ножны, что висели у него на поясе одежды, в которой он прибыл сюда.       Она уже успела привыкнуть к нему за столько времени, и сейчас, когда Алиса видела Цзян Чэна в этой одежде, то чувствовала приближающуюся разлуку, от которой становилось невыносимо тоскливо и грустно.       Пускай, они не нашли способа вернуть его, но появился Не Миндзюэ, а значит, вскоре он всё-таки вернётся назад. И до этого момента Алиса будет помогать ему, как и обещала.       Главное — не сокращать дистанцию между ними ещё больше, и остаться просто в тёплых отношениях, чтобы разлука не была ещё болезненней. Расставаться с близкими тяжело, а навсегда — так подавно. Это как похоронить, ведь знаешь, что видишь кого-то в последний раз.       На лоб упала холодная капля. Затем ещё одна. И ещё. Дождь заморосил, потихоньку усиливаясь.       Ваньинь обхватил её за плечи, уводя под навес, который сам соорудил этим летом.             — Я заказал для тебя меч, — внезапно огорошил её заклинатель, разом вырывая из хандры.             — Ты — что? — ошеломленно переспросила Алиса, подозревая у себя проблемы со слухом.             — Не думала ли ты, что будешь сражаться моим? — вскинул бровь мужчина, не понимая удивления девушки.             — Кхм… — кашлянула в кулак и поморщилась от боли в ладони.       Где он нашёл кузнецов — большой вопрос. Да ещё и способных угодить древнекитайскому заклинателю. К тому же, она рассчитывала на что-то менее масштабное, скажем, приобретения где-то на рынке того, из чего можно будет самим слепить оружие, чтобы не палиться так явно. А тут заказ. Что вообще в голове у этого человека?       Они зашли в дом, и Алиса запнулась о собственные ноги, которые едва волочила от усталости, девушка с визгом потела вниз с порога, взмахнув руками как птица, успевая помолиться всем небожителям за несколько секунд.       Зажмурившись, не почувствовала ожидаемой боли, разве что дышать стало сложнее.       Открыв глаза, обнаружила, что висит параллельно полу, а на горло что-то давит. Не трудно догадаться, кто её так поймал.       Возмутившись до глубины души, потянулась к молнии, но её уже притянули обратно, помогая принять вертикальное положение.       Встретившись с бесстыжими серыми глазами, подумала, что хрен она будет скучать по этому садисту, у которого удушение равно спасению! Лучше кота заведёт. Мейкуна или сфинкса! И будет счастлива!             — Тебе ещё работать и работать, — посетовал Цзян Чэн, то ли не замечая, то ли игнорируя убийственный взгляд. — С завтрашнего дня нужно ввести упражнения на выносливость. А сейчас мы займёмся изучением родословной ордена Юньмэн Цзян, значением символов на клановых одеждах, а также повторим классификации тварей и способы борьбы с ними.        Лучше бы она упала и взяла больничный.       Интересно, выгнать его, ещё не поздно?