Где-то во времени/Somewhere in Time

Глава 6.

В тот момент, когда Гермиона прочитала первое предложение книги, ей захотелось расхохотаться. Где-то в глубине души она задавалась вопросом, действительно ли автор знала Тома Риддла, когда писала эту книгу. Вместо того чтобы уставиться на него и заставить его заподозрить, что она знает что-то, чего не должна, она заставила себя продолжить чтение. Несмотря на то, что Салазар Слизерин всегда был большим сторонником превосходства чистокровных, существует много предположений, подтверждающих теорию о том, что на самом деле он был полукровкой. В его таинственном детстве было много намеков, которые заставили многих его современников поверить, что его мать могла быть магглом. Уставившись на страницы, она с трудом подавила фырканье. Хорошо, что она не прочитала это во время завтрака, иначе могла бы подавиться тыквенным соком. Закатив глаза от абсурдности статьи, она открыла первую страницу книги и начала просматривать оглавление. Многие темы были настолько нелепыми, что она не удивилась бы, если бы они были от Придиры. В книге обсуждалось все, начиная от чистоты крови Слизерина и заканчивая Тайной комнатой. Ей придется не забыть рассказать Гарри об этом. Автор явно злоупотребляла, когда предположила, что у Слизерина была домашняя мантикора. Ее взгляд упал на раздел, касающийся смерти Слизерина. "Почему Слизерин Все Еще Может Быть Жив?" Гермиона прочитала вслух название одного из эссе. Том внезапно хихикнул, заставив ее оторвать взгляд от книги. Она почти забыла, что он стоял прямо рядом с ней. Он ничего не сказал о том, почему он смеялся. Вместо этого он просто положил книгу, которую держал в руках, обратно на полку и поискал другую. Ведьма, однако, сосредоточенно прикусила нижнюю губу, прежде чем решительно перевернула страницу эссе и начала читать. Хотя метод, с помощью которого это было сделано, еще предстоит выяснить, существует много предположений о том, что один из четырех основателей Хогвартса, возможно, все еще жив. На протяжении многих лет многочисленные очевидцы неоднократно видели Салазара Слизерина по всему миру, как указано в "Необъяснимом" Эрнеста Найта. Как я уже говорил в своем другом эссе "Правда о борьбе между четырьмя основателями Хогвартса", Салазар Слизерин всегда был одержим идеей жить вечно. Гермиона закатила глаза. Это объяснило бы одержимость Волдеморта быть бессмертным. Ответ был там с самого начала: он был в генах. Она подавила желание громко рассмеяться и продолжила читать. "Это дало бы ему возможность навсегда очистить школу от тех, кто недостоин изучать магию". (Льюис, 3982).Церемония уничтожения книги (проведенная тремя оставшимися Основателями), которая произошла сразу после того, как Слизерин покинул помещение Хогвартса, подтверждает эту теорию. У Гермионы отвисла челюсть при мысли об уничтожении книг в Хогвартсе. Как это ускользнуло от ее внимания? Она прочитала много книг в библиотеке, но никогда ничего не читала об уничтожении книг в Хогвартсе. - Ты же не ожидала, что о сожжении книг, проведенном благородным Гриффиндором, будет написано в каждой отдельной книге, не так ли? - внезапно спросил Том. Гермиона обнаружила, что он смотрит через ее плечо на книгу в ее руках. - Я могу заверить тебя, что если бы Слизерин уничтожил книги, в каждом тексте, с которым ты сталкивалась, по крайней мере, один раз упоминалось бы об этом. - Если этого нет в большинстве книг, откуда ты об этом знаешь? - спросила она, прищурившись. - Это есть в некоторых книгах в разделе с ограниченным доступом" , - ответил он. Гермиона просто уставилась на него, приподняв брови. Она вдруг поняла, как ужасно легко было бы ему сказать профессорам, что он просто проводил исследования в Закрытой секции. Во второй раз за этот день она мысленно проклинала профессоров сороковых годов за то, что они позволили будущему сложиться так, как оно сложилось. Он посмотрел на нее с легким любопытством, возможно, озадаченный выражением ее лица. Когда она не сделала ни малейшего движения, чтобы объяснить или прокомментировать, он вытащил книгу и начал читать ее, дав ей довольно близкий взгляд на свой профиль. Если бы она на мгновение проигнорировала тот факт, что он был на пути к тому, чтобы стать самым известным волшебником в мире, она могла бы легко понять, почему люди находили его очаровательным и привлекательным. Гермиона втайне верила, что Джинни была бы увлечена Томом Риддлом, если бы не инцидент с дневником. И кто сказал, что он ей тогда не нравился? Или даже сейчас? Это была довольно тревожная мысль, но она знала, что существует большая вероятность того, что это правда. Гермиона прищурилась на волшебника, пытаясь найти в нем какой-нибудь недостаток за этим притворством невинности. Там должно было быть что-то, указывающее на то, кем он станет в будущем. Для кого-то было невозможно устроить такое успешное и безупречное шоу. Том был прав, говоря, что между ним и Гарри было сходство. У них обоих были темные волосы и мальчишеская привлекательная внешность. Разница между ними двумя заключалась в том, что у Наследника Слизерина было ощущение тьмы, окружающей его, когда он не улыбался. Кроме того, Гарри не хватало чувства уверенности, которым обладал Том. Трудно было поверить, что последний действительно вырос в детском доме. Грация, с которой он двигался и говорил, создавала впечатление, что он принадлежал к высшему классу общества. Вероятно, Гарри сослужило бы хорошую службу, если бы он научился быть более уверенным в себе. Я имею в виду, он довольно привлекателен. Посмотрите на всех его поклонников, которых он никогда не признавал в будущем. Воспоминание о том, как девочки подталкивали друг друга локтями, когда Гарри, Рон и она проходили мимо них, всплыло у нее в голове. Конечно, Гарри и Рон всегда говорили о квиддиче или о какой-то другой теме, что мешало им полностью заметить, насколько Гарри привлекателен для девочек в школе. И это, конечно, было не только из-за его славы. Внезапно Том оторвал взгляд от книги и посмотрел ей прямо в глаза. Гермиона застыла, как олень, попавший в свет фар. Она почувствовала, как кровь прилила к ее ногам, прежде чем снова прилила к щекам, отчего у нее слегка закружилась голова. Прежде чем она успела что-то сказать, он улыбнулся ей и снова посмотрел на книгу. Ведьма пожелала, чтобы она могла вырыть яму в земле и прятаться в ней до 1998 года. Она уже слышала слухи до того, как они начались. Она молча сказала себе, что никто не знал ее в течение этого периода времени. Она не была другом Гарри Поттера, победителя самого темного волшебника в истории. Она не была гриффиндорской всезнайкой. Она не была … О, дорогой Мерлин! Из всех людей, почему я должна заставлять Волдеморта думать, что он мне нравится? Гермиона мысленно застонала, чувствуя, как ее щеки становятся все теплее и теплее. Возможно, он подумает, что я смотрю на книжную полку позади него. Она снова взглянула на него. О нет. Он больше не просто улыбался. Он ухмылялся, читая книгу. В дополнение к смущению, Гермиона также начала чувствовать раздражение, и это еще больше усилилось от его следующих слов. - Тебе не нужно чувствовать себя слишком неловко из-за... пристального взгляда, - сказал он, как будто пытался успокоить ее. Ее глаза расширились, когда она посмотрела на него. Он все еще читал дурацкую книгу, и ухмылка становилась все более и более очевидной. Разве она не могла просто взять книгу у него из рук и швырнуть ей ему в голову? - Я не была... — начала она говорить, но он прервал ее. - По крайней мере, ты не... так много хихикаешь. - Том... - Это действительно затрудняет чтение, когда рядом с тобой кто-то все время хихикает. - Я говорю тебе... - Я не возражаю против этого, на самом деле, - продолжил Том, пожимая плечами, хотя его глаза не отрывались от книги. - Том... - Но я должен был бы предупредить тебя кое о чем. Я не люблю, когда люди прикасаются ко мне, когда я не давал им на это разрешения, поэтому, пожалуйста, воздержись... Гермиона почти чувствовала, как у нее из ушей идет пар. - Том Марволо Риддл! - закричала она. Он невинно посмотрел на нее. - Мисс Грейнджер! - отругала мадам Пинс. Она указала на дверь библиотеки. - Вон! Две недели! - Гермиона уставилась на библиотекаря, разинув рот, как рыба. Она повернула голову к Тому и бросила на него сердитый взгляд, прежде чем выйти из библиотеки. Когда Гермиона ворвалась обратно в башню Гриффиндора, она начала мысленно проклинать слизерин на всех известных ей языках. Ей запретили посещать библиотеку целых две недели! Теперь у нее определенно была еще одна причина ненавидеть Тома Риддла. Том посмотрел на удаляющуюся фигуру Гермионы, лениво вращая палочкой и опираясь на дверной косяк библиотеки. В течение нескольких секунд он молча поражался тому, насколько девушка была похожа на разъяренную мантикору. Он знал, что ведьма его не любит. Было совершенно очевидно, что она смотрела на него не с любовными намерениями. Да, в ее глазах было любопытство, но уж точно не привязанность. Том просто надеялся, что, разозлив ее, она развяжет язык. К сожалению, казалось, что он немного перестарался и вместо этого заставил девушку кричать на него. Он ухмыльнулся, представив, как она чуть не заколдовала его прямо тогда и там, в библиотеке. К сожалению, у него все еще не было нужной информации. Они заставляли его использовать другие варианты, которые были бы гораздо более интересными для него, но гораздо менее приятными для них. На его лице появилась мерзкая ухмылка. Ему это очень понравится, особенно когда он наконец узнает, что они от него скрывают. Лорд Волан-де-Морт всегда получал то, что хотел, независимо от того, через что ему пришлось пройти. На этот раз все будет точно так же. Однако ему придется напомнить своим Рыцарям, чтобы они оставили эту маленькую львицу в покое. Его встречи с ней до этого момента были слишком приятными, чтобы делиться ими, и он был не из тех, кто любит делиться. Волшебник оглянулся на девочку, которая теперь топала вверх по лестнице, чуть не сбив с ног первокурсницу. Определенно приятный. Все взгляды устремились на нее, когда она ворвалась в портретную дыру, ее щеки раскраснелись от гнева. Рот Гарета слегка приоткрылся от удивления. С болью в сердце она вспомнила, как часто это выражение появлялось на лице Рона. Однако это чувство ностальгии быстро сменилось гневом, который она испытывала к некоему Старосты Слизерина. - Э-э... Привет, Гермиона. Как прошел твой день? - нервно спросил Джозеф. Она прищурила на него глаза, что заставило его слегка кашлянуть в ладонь. - что случилось? - спросила Джинни. - Мне запретили посещать библиотеку, - ответила она сквозь стиснутые зубы, - целых две недели! - Как? Гарри нахмурился. - Потому что... потому что, - вскипела Гермиона, когда ее взгляд переместился на Гарета, который быстро отвел глаза, - друг Гарета! - Э-э... Том? - спросил Гарет, почесывая затылок. - Как смеет... иметь наглость эта глупая, идиотская, напыщенная... тварь! - прорычала она. Джозеф начал смеяться, но быстро сменил смех на хриплый кашель, когда взгляд разъяренной львицы упал на него. - Что он сделал? - деликатно спросила Джинни. - Этот мерзавец обвинил меня в том, что он мне нравится! Как будто! Я... Неужели он действительно думает, что он такой очаровательный? - Гермиона кипела от злости. Гарри, Джинни, Джозеф и Гарет обменялись взглядами друг с другом. Никто из них не был уверен, следует ли им отвечать на этот вопрос. Вскоре они обнаружили, что от них не требовался ответ, когда она продолжала словесно оскорблять молодого Темного Лорда. - Мисс Грейнджер, - донесся до них холодный голос несколько минут спустя. Гермиона резко прекратила свои разглагольствования и посмотрела на лестницу. Судя по тону голоса, она почти ожидала найти там слизеринца, но вместо этого она нашла Августу Руквуд. Выражение лица Старшей Девочки было таким же холодным, как и ее голос. - Вы подаете ужасный пример младшим школьникам. Если вы не будете говорить потише, мне, возможно, придется подумать о том, чтобы забрать очки из моего собственного факультета . А теперь, будьте любезны, понизьте голос, чтобы остальные из нас могли учиться, - усмехнулась она. Сказав это, она развернулась и удалилась в свою комнату. Некоторое время Гермиона продолжала таращиться на дверь. Она посмотрела на Гарри и Джинни и обнаружила одинаковые выражения удивления на их лицах. - Э-э... это наша Староста девочек, - неловко рассмеялся Гарет. - Тебе просто придется привыкнуть к ней. Она такая со всеми... Его голос затих, когда он снова почесал затылок. У Гермионы было такое чувство, что он лжет ей; Рон всегда делал то же самое, когда лгал ей. - Я ей на самом деле не нравлюсь, не так ли? - спросила она с кривой улыбкой на лице. Джозеф и Гарет взглянули на нее, но ничего не ответили, полностью подтвердив ее подозрения. Именно то, что мне нужно. - «Есть еще кто-то, за кем нужно присматривать» - подумала она, плюхаясь в кресло рядом с Гарри. - Не беспокойся о ней, Гермиона. Ей просто не нравится тот факт, что ты умнее ее, - утешил ее Джозеф. - В любом случае, откуда ей знать? Мы еще не посещали так много занятий, - фыркнула Гермиона. - Ты посещаешь больше занятий, чем она, - отметил Гарет. - Я бы поспорил, что ты была бы Старостой , если бы была здесь с первого года. - Мы ей тоже никогда по-настоящему не нравились, так что ты не единственная, - сказал Джозеф. Более пронзительным голосом он продолжил: - О, смотрите! Если это не предатели крови Уизли и Поттер! Троица уставилась на него на мгновение, немного ошеломленная его устрашающе хорошей имитацией голоса Августы, прежде чем они расхохотались. Джозеф ухмыльнулся, встал и поклонился им, заставив их смеяться еще больше. Когда Гермиона сквозь смех смотрела на своих друзей, ее сердце наполнилось теплым чувством. Было приятно сознавать, что она не одна. - Эй, по крайней мере, ты знаешь, что не столкнешься со слухами, когда мы вернемся домой, - прошептал ей Гарри. Гермиона вздохнула с облегчением и согласием. Почему ее действительно должно волновать, что Том думает о ней? Не то чтобы она говорила, что не находит его раздражающим. На самом деле, по ее мнению, он был одним из самых раздражающих людей, которых она имела несчастье встретить. В этот момент больше, чем когда-либо, ей захотелось вернуться в будущее. Если Том и заподозрил, что в них что-то не так, он этого не показал. Он по-прежнему здоровался с ними каждый день, когда видел их в классе, и пытался быть полезным "новичкам". Однако каждый раз, когда он подходил к ним со своей "приятной улыбкой", у Гарри всегда возникало внезапное желание найти Дамблдора и побудить его найти способ отправить их домой как можно быстрее. "Дружелюбие" Тома Риддла совершенно не беспокоило Гарри. Однако их время в 1940-х годах было не так уж плохо, так как они встретили нескольких людей, которые могли быть предками людей их собственного времени. Гарри подозревал, что "Блэк", который был в некоторых его классах, должно быть, Альфард, дядя Сириуса. Хотя у них еще не было возможности поговорить друг с другом, они обменялись несколькими ухмылками во время занятий и в перерывах между ними. Одна девушка, Лилиан Браун, сильно напомнила им Лаванду. Она была чрезвычайно любящей посплетничать и всегда была одной из первых учениц Гриффиндора, узнавших о слухах в школе. Чем больше Гарри смотрел на Августу Руквуд, тем больше он подозревал, что она могла бы быть бабушкой Невилла. Однако это также означало, что он все больше и больше запутывался в будущем. Он понятия не имел, почему бабушка Невилла будет хорошо относиться к ним в будущем, если она была так ужасна с ними в прошлом; он был почти уверен, что имя Гермионы всплыло бы в разговоре между Невиллом и его бабушкой. Вернув свою концентрацию на уроке зелий, он посмотрел на Гермиону, которая пыталась закончить зелье перед неким слизеринцем. Он был совершенно уверен, что она использовала интеллект как форму тайной мести. Поэтому она старалась выполнять школьную работу быстрее Тома почти в каждом классе. Гарри съежился, услышав, как Гермиона прошептала несколько креативных ругательств. Он подозревал, что она научилась им у Рона. - Это не работает, - объявила она, снова просматривая инструкции. - Что? - спросил он. - Зелье не превращается в серебристо-фиолетовый, как написано в книге, - пробормотала она в ответ. - О, - ответил он. Он оглядел комнату и обнаружил серебристо-фиолетовый туман, исходящий из котла Тома. Гарри пожал плечами и продолжил разрезать драконьи ногти на идеальные квадраты. - Ты должен был сделать его смерть в десять раз более болезненной, Гарри, - сердито прошипела Гермиона, заставив Гарри на мгновение задуматься, не следовало ли ее вместо этого поместить в Слизерин. - Э-э... я пытался. Ответил Гарри, когда его глаза метнулись к профессору Слизнорту, который оглядывал класс, чтобы увидеть, кто совершенствует зелье. - Простое отскочившее проклятие было для него легким выходом. Он должен был страдать больше, - продолжила она, бросая ложку волшебной пыли в варево. Казалось, она нашла способ придать зелью тот цвет, каким оно должно было быть. Он нервно рассмеялся. Гермиона Грейнджер иногда могла быть такой же пугающей, как толпа Пожирателей Смерти. - Наверное, - ответил Гарри, не желая еще больше злить Урагана Грейнджер. Он молча считал секунды, пока молодая девушка рядом с ним продолжала бормотать ужасающие методы пыток Тома Риддла. Он вздохнул с облегчением, когда зелье наконец было готово, и Слизнорт обошел вокруг, чтобы проверить работу каждого. - А теперь давайте посмотрим сюда, - объявил Слизнорт, подходя к столу Гермионы и Гарри. - Боже мой, боже мой! У вас двоих действительно есть потенциал в зельеварении. Все, что вам нужно, это немного больше практики. Профессор посмотрел на Тома и сказал: - Будь осторожен, Том, или эти двое могут даже превзойти тебя в уме! Том одарил профессора скромной улыбкой. Он уже допил зелье, объяснив, почему у Гермионы теперь было выражение крайнего отвращения на лице. Глядя на выражение ее лица, Гарри втайне понял, что, возможно, такого рода соревнование может пойти ведьме на пользу; она всегда была самой умной в их классе, и ей никогда не бросали достаточно вызов. Возвращаясь в гостиную Гриффиндора, Гарри не мог не чувствовать, что он был прав. И это, вероятно, дало бы ему и Рону повод подразнить ее, когда они вернутся в будущее. Он счастливо улыбнулся. - Что с ней случилось? - спросил Гарет Гарри, когда Гермиона проходила мимо него с выражением раздражения в глазах. - У нее... э-э... был плохой день, - ответил Гарри. На лице ведьмы, о которой шла речь, было выражение глубокой задумчивости, наводившее его на мысль, что она обдумывает, как лучше всего разгадать загадку в классе. - Можем мы поговорить с тобой секунду, Гарри? - спросил Джозеф. Гарри кивнул, и двое молодых людей потащили его в угол, где Гермиона не могла их слышать. - В чем дело? - спросил я. - спросил Гарри. - Я хочу, чтобы вы ответили нам правдиво, - начал Гарет. - Под страхом смерти, - добавил Джозеф. - Что? - спросил Гарри, все больше смущаясь. Они вдвоем посмотрели ему прямо в глаза. - Гермионе нравится Риддл? - спросил Джозеф. - Что? Гарри взвизгнул. Все в общей комнате обернулись и посмотрели на этих троих. Джозеф и Гарет извинились, прежде чем потащить Гарри в спальню для мальчиков. Они огляделись, чтобы убедиться, что в комнате больше никого нет, прежде чем запереть ее. - Ты можешь рассказать нам, Гарри. Мы обещаем, что не расскажем ни одной живой душе, - сказал Джозеф. - Вы двое не в своем уме, - прокомментировал Гарри, качая головой. - Давай, Гарри. Мы были там, когда она ворвалась в общую комнату, разглагольствуя о Том, что Том обвиняет ее в том, что он ей нравится, - Гарет положил руку на плечо Гарри. - Она разозлилась, потому что Риддл был слишком прямолинеен в этом вопросе? - спросил Джозеф. - Чересчур прямолинейный? - Гарри моргнул. Джозеф вздохнул. - Я имею в виду, она злилась, потому что стеснялась своих чувств к Риддлу? - Или это потому, что Гермиона просто не сказала тебе? - спросил Гарет. - Это возможно, - предположил Джозеф. - Она девушка, хотя и довольно странная... - Странная? Гарри нахмурился. - Конечно, - кивнул Джозеф. - Ты не видишь таких девушек, как она, поблизости. Она такая... Он нахмурился, подыскивая слово, чтобы описать ее. -Агрессивная, - закончил Гарет за Джозефа. Последний одобрительно кивнул. - Большинство девушек очень, очень тихие, и они только хихикают вокруг Риддла, - продолжил Джозеф. - Она всегда пытается привлечь его внимание, отвечая на вопросы в классе, - добавил Гарет. - И пытается закончить свою работу раньше него - Джозеф указал на это. Гарет энергично кивнул. - Джозеф, Гарет... - Спроси Гермиону, Гарри, - предложил Джозеф. И чтобы мне откусили голову? Гарри подумал с гримасой. - Если он ей действительно нравится, я мог бы попытаться назначить ей свидание с Томом, - предложил Гарет. - Скоро будет поездка в Хогсмид. Гарри не знал, правильно ли ему было бы громко рассмеяться над ситуацией, сложившейся перед ним. - Я думаю, ты все неправильно понял. Гермионе он не нравится, - заявил он. - Ты можешь быть весьма удивлен тем, как все обернется, Гарри, - сказал Джозеф, качая головой. - Во многих ситуациях случаются именно те вещи, над которыми шутили. - Гермиона просто злится на Риддла из-за чего-то, - объяснил Гарри. - Ты уверен? - с сомнением спросил Джозеф. Гарри кивнул. - Я уверен, что Гермионе он не нравится. - Тогда, если ты уверен, - ответил Гарет, потягиваясь. - Если она однажды это сделает, не говори, что мы тебе не говорили. Гарри больше не мог сдерживаться и согнулся пополам от смеха. Гермионе нравится Том Риддл? Это была одна из самых больших шуток, которые он когда-либо слышал! Он мог только представить лицо Рона, если бы тот был здесь, чтобы услышать это нелепое предложение. - Следовательно нет никаких возможных способов использования рубинов в зельях, - говорил Том в ответ на вопрос профессора Слизнорта. - Очень хорошо, Том! Еще десять очков Слизерину! - радостно воскликнул Слизнорт. Это было, когда Гермиона подняла руку в воздух. Слизнорт вопросительно посмотрел на нее. - Да, мисс Грейнджер? - Я позволю себе не согласиться, профессор, - ответила она. Весь класс обернулся и уставился на нее. - В каком смысле? - медленно спросил Слизнорт. - Том действительно правильно ответил на вопрос. Кончики губ Гермионы дрогнули. Гарри был почти уверен, что ей было трудно скрыть ухмылку и одновременно поправить Тома. - Хотя это правда, что в большинстве случаев рубины нельзя использовать в зельях, есть некоторые редкие случаи, когда они могут, - ответила Гермиона. - Общепризнано, что рубинам не хватает магических свойств, которые требуются в ингредиентах зелий. Однако, по правде говоря, правильнее было бы сказать, что их магические свойства заперты. - В некоторых случаях, когда рубин носила ведьма или волшебник в течение длительного периода времени, его магические свойства могут раскрыться. Конечно, каждый рубин уникален, и магические свойства каждого камня различны, но это, конечно, не означает, что рубины не обладают потенциалом." Весь класс смотрел на нее с благоговением, в то время как Слизнорт хлопал в ладоши от счастья. - Превосходно, мисс Грейнджер! - воскликнул он. - Пятнадцать очков Гриффиндору! Гарри с беспокойством посмотрел на довольное выражение лица Гермионы. Он надеялся, что она знает, что делает. - Теория ясно гласит, что смешивание двух зелий вместе приведет к отмене свойств! Гермиона поспорила на зельеварении пару дней спустя. - Вот почему это теория, а не факт, - не согласился Том. Очевидно, ему надоело, что Гермиона исправляет все, что он должен был сказать. Гарри закрыл лицо руками. Слагхорн, с другой стороны, смотрел на них так, как будто смотрел теннисный матч, который ему очень нравился. Остальные слизеринцы, за исключением Драко (который все еще игнорировал их), всегда сердито смотрели на ведьму, пока они препирались. Абраксас Малфой, в частности, казалось, затаил обиду на Гермиону. У других учеников в классе было скучающее выражение на лицах, когда они погрузились в мечты наяву. Августа, с другой стороны, умудрялась игнорировать Гермиону, хотя пару раз Гарри ловил ее на том, что она бросает на нее расчетливый взгляд. Для Гарри это становилось чем-то вроде рутины, которая ему не нравилась. - Это не сработает, - сказала Гермиона, скрестив руки на груди. - Если ты основываешь все на теории и не пробуешь ее заранее, мисс Грейнджер, ты не можешь быть уверена, сработает это или нет, - неодобрительно прокомментировал Том. - О, я уверена, что ты перепробовал все до единой теории, чтобы понять, есть ли способы обойти их, - фыркнула она. Гарри взглянул на Тома, прежде чем с ужасом посмотрел на Гермиону. Он видел, как загораются красные огоньки. Или это было потому, что глаза Тома на мгновение вспыхнули красным? У Гермионы все еще было высокомерное выражение лица, но в глазах был пустой взгляд. Гарри мог сказать, что она думала о том же, о чем и он, — ей не следовало этого говорить. Хотя для других людей в классе это могло звучать как обычный спор, для Тома это должно было звучать так, как будто они знали о нем что-то такое, чего не знали другие. - Я просто предположил, что два зелья идеально сработали бы вместе. Я ни в коем случае не пренебрегаю теориями, которые были созданы в прошлом, - вкрадчиво объяснил Том после минутного молчания. Его чувства были заперты за фасадом, который он снова возвел. Гермиона прикусила нижнюю губу. Гарри сомневался, что она слышала Тома, поэтому легонько пнул ее под столом. Она посмотрела на Тома так, что Гарри напомнил испуганного кролика-кролика. - Да... Я … Я полагаю … Я неправильно поняла тебя в первый раз, - заикаясь, произнесла она, прежде чем снова сесть на стул. - Ну, тогда! После этой поучительной дискуссии между Томом и Гермионой, почему бы нам не начать с сегодняшнего зелья? - радостно спросил Слизнорт. Гермиона обменялась тревожным взглядом с Гарри, и они вдвоем молча приготовили ингредиенты, каждый из них был погружен в свои мысли.