Часть 9
23 января 2022 г., 20:22
Глава 9
По мере того как они обыскали большую часть Хогсмида, Гарри постепенно становился все более встревоженным. - Гарри, ты должен сохранять ясную голову, - предупредила Гермиона, когда они свернули в небольшой переулок, который вел к окраине Хогсмида. - Прошло уже почти два часа, - пробормотал он себе под нос, бросая взгляд в сторону любых признаков движения. Она нахмурила брови, не зная, как его успокоить. Они уходили все дальше и дальше от Хогсмида, пока Гермиона не оттащила Гарри назад. - Гарри, это Запретный лес, - предупредила она. Он посмотрел в сторону леса и тоже нахмурился. - Мы могли бы также попробовать поискать там, - смело сказал он, направляясь к лесу. Несколько мгновений спустя они нашли Джинни, лежащую на лесной подстилке. Чувство облегчения и страха нахлынуло на Гермиону одновременно. - Джинни, - прошептал Гарри. Он тут же подбежал к ней и опустился рядом на колени, за ним последовала Гермиона. Лицо Джинни было очень бледным, а губы имели синеватый оттенок. - Джинни … Джинни... Гарри продолжал шептать, не осмеливаясь встряхнуть ее, чтобы это не ухудшило ее состояние. Гермиона подбежала и проверила пульс деушки. - Мы должны вернуть ее в Хогвартс как можно скорее, - быстро посоветовала она с обеспокоенным выражением лица. Гарри нежно поднял Джинни. Когда они вернулись в Хогвартс, то сразу же побежали в Лазарет. Мадам Помфри оторвала взгляд от своего пациента, на мгновение ошеломленная тем беспокойством, которое вызвали Гарри и Гермиона. Однако, когда она увидела Джинни, выражение ее лица сменилось беспокойством. - Что с ней случилось? она спросила. Неистовство в ее голосе, к счастью, не распространялось на ее навыки, поскольку она быстро и спокойно проверила состояние Джинни. Затем она поспешила к шкафу и начала вытаскивать разные бутылочки с зельями так быстро, как только могла. - Мы не знаем, - ответил Гарри так быстро, как только мог. - Мы нашли ее посреди Запретного леса. Она лежала на лесной тропинке. - Вы знаете, почему она была там? - спросила мадам Помфри, наливая разное количество зелий в кубок. Два гриффиндорца были немного обеспокоены, увидев, что ее руки слегка дрожат в этот момент. - Нет, - Гермиона покачала головой. - Она исчезла около двух часов назад... Мадам Помфри резко подняла глаза - ...и мы нашли ее только двадцать минут назад. Нахмуренный лоб мадам Помфри стал еще глубже, когда она продолжила наливать новые зелья в кубок. - Я надеюсь, что это сработает, - тихо произнесла она. Глаза Гермионы расширились, когда Гарри бросился к мадам Помфри. - Ма... мадам Помфри … что … вы … Джинни... - он запнулся. Мадам Помфри поджала губы и сосредоточилась на зелье, не отвечая ему. - Мне просто интересно, кто мог применить к ней такую ужасную магию, - внезапно прокомментировала она после минутного молчания. Гарри и Гермиона посмотрели на нее. - Я думала, что фурункулы мисс Грейнджер будут худшим состоянием, которое я увижу в этом году. Если мой диагноз верен, Темная Магия, которая была применена к мисс Уэзерби, должна была быть применена кем-то, обладающим большой силой и знаниями. Я даже не уверена, сможет ли мисс Уэзерби дожить до среды. И Гермиона, и Гарри побледнели от этой информации. - Но... но вы должны... вы должны спасти ее, мадам Помфри, - взмолился Гарри. Мадам Помфри наконец посмотрела на него с сочувствием. - Я буду стараться изо всех сил. Если в ее состоянии не будет изменений, нам, вероятно, придется отправить ее в больницу Святого Мунго, - со вздохом ответила она, возвращаясь к Джинни и, вместо того, чтобы накормить рыжую лекарством, использовала свою палочку, чтобы окутать тело рыжей туманом. Гарри схватил Джинни за руку и не отпускал ее. Гермиона пристально посмотрела на Джинни и стукнула кулаком по столу рядом с кроватью. Гарри оставался непоколебимым, его глаза были прикованы к молодой девушке, лежащей перед ним. - Этого не должно было случиться. Этого не должно было случиться, - повторяла про себя Гермиона, когда слезы грозили потечь по ее щекам. Она решительно направилась к двери, прежде чем Гарри оттащил ее назад. - Куда ты идешь? - спросил Гарри, его глаза слегка блестели от непролитых слез. - Я собираюсь … Я собираюсь...- Слова застряли у нее во рту, когда она закрыла глаза. Она в отчаянии бросилась на ближайший стул и открыла глаза, изо всех сил стараясь сдержать слезы. Обе ее руки были сжаты в кулаки, и ее взгляд остановился на Джинни. Она стиснула зубы, чтобы удержаться и не побежать прямо в Большой зал, чтобы заколдовать Тома. У нее не было никаких сомнений в том, что именно он сделал это с Джинни. Гарри закрыл глаза и прислонился к стене с изможденным выражением на лице. Его плечи были опущены в знак поражения. Он громко вдохнул, как будто даже дыхание было для него трудным подвигом. Морщины на его лбу становились все глубже с каждой секундой. Тишина окружала их, усиливая их тревогу и беспомощность. Ровное дыхание, доносившееся со стороны неподвижной рыжей, было единственным, что давало им надежду на то, что еще есть шанс, что Джинни снова улыбнется им. В то же время это также предупредило их о том факте, что они случайно ступили на не нанесенную на карту территорию, которая была полна неизвестных опасностей. Мадам Помфри заторопилась по комнате, время от времени проверяя Джинни, чтобы убедиться, что состояние Джинни не изменилось. Гарри и Гермиона остались там, где были, погруженные в свои мысли. - Ты... ты не можешь позволить себе тоже пострадать, Гермиона, - тихо сказал Гарри, нарушая тишину и выводя Гермиону из, казалось бы, безопасного убежища ее разума. Она прикусила нижнюю губу, обещание вертелось у нее на кончике языка, но что-то помешало ей произнести это вслух. Волны чувств угрожали захлестнуть ее, запугивая и лишая чувства безопасности. Она хотела запереться, подальше от этих эмоций, подальше от всех страхов, подальше от всех угроз, которые их окружали, и остаться в мирной гавани в своем сознании. Если бы только она могла быть уверена, что у него нет ключа; если бы только она могла быть уверена, что Том Марволо Риддл еще не был искусен в легилименции. Чувства стыда, отвращения и сожаления присоединились к другим эмоциям, когда она вспомнила, как испытывала благодарность к монстру, который сидел невредимый в Большом зале. - Я... - Гермиона закрыла глаза, качая головой. - Я должна постоянно напоминать себе … кто он такой … Это просто так... тяжело, когда он ведет себя так... нормально... и когда он так выглядит.= Гарри молчал, медленно и тщательно проглатывая и переваривая ее слова. - Он очень убедителен, - наконец прокомментировал он, положив руку на край стола рядом с собой, чтобы поддержать себя. Это было почти так, как если бы он внезапно постарел на десять лет за последние тридцать минут. - Я не … Я не хочу, чтобы с тобой тоже что-нибудь случилось, Гермиона. Джинни … Джинни... Глаза Гермионы распахнулись, и она заявила голосом более сильным, чем она чувствовала: - С ней все будет в порядке.- Она выглянула в окно и прищурила глаза. - С ней все будет в порядке. С ней ничего не случится. Через пару дней она снова станет той Джинни, которую мы знали. Она будет хихикать, пока мы будем рассказывать ей анекдоты, которые она пропустила, и...- Ее голос затих, вспомнив, что у нее были все занятия с Томом Риддлом. Как она собиралась встретиться с ним лицом к лицу? Как она могла сидеть с ним в одном классе и не проклинать Наследника Слизерина прямо здесь и сейчас? Одна из ее лучших подруг лежала в больничном крыле, а Смерть ждала прямо за углом со своей косой, готовая лишить Джинни жизни, и все, что она могла сделать, это ничего не сделать. Она хотела проклясть профессоров за то, что они позволили этому случиться с кем-то таким невинным, как Джинни. Она хотела путешествовать во времени, найти Слизерина и избавиться от него до того, как родится его потомок. Она хотела встряхнуть ужасного человека, который бросил Меропу Гонт, оставив ее умирать с разбитым сердцем, не имея возможности научить своего сына любить кого-то. Она хотела проклясть человека, который отправил их обратно в то время, когда они были так невероятно... беспомощны. И уязвимы. - да... через пару дней, - пробормотал Гарри, прерывая ход ее мыслей. Его глаза были прикованы к Джинни, как будто она была всем, что он мог видеть. - Нам придется держаться вместе, - напомнила ему Гермиона, нахмурившись, и колеса ее разума завертелись. - Мы не можем позволить ему снова застать нас одних, иначе один из нас может оказаться... здесь. Он стиснул челюсти и кивнул, его глаза заметно потускнели, когда он продолжал смотреть на Джинни. - Я никогда не думал, что он... сделает что-то подобное, когда рядом Дамблдор. С Дамблдором, наблюдающим за ним, - прошептал он. Гермиона снова закрыла глаза, тяжело вздохнула и откинулась на спинку стула, в котором сидела. - Он открыл... Сам-Знаешь-Что … Я не думаю, что его действительно волнует, присматривает за ним Дамблдор или нет, - с горечью заключила она. - До тех пор, пока его не поймают с поличным, то есть. Гарри невесело рассмеялся. - Тогда, я думаю, мне следует начать поиски подходящего кладбища для нас, не так ли? - заключил он, прежде чем с его губ сорвалась череда проклятий, и он закрыл лицо руками. Глубоко вздохнув, Гермиона вошла в класс маггловедения. На других занятиях ей не приходилось сидеть рядом с Наследником Слизерина, что избавляло их обоих от множества драм. В этом классе, однако … Ее глаза скользнули по комнате, пытаясь найти потенциально свободное место. Она знала, что в передней части комнаты было место, но это было ужасно близко к тому месту, где сидела Августа, и у Гермионы не было желания слушать ехидные замечания на протяжении всей лекции. Тяжелыми шагами она направилась к своему обычному месту. Она сложила перед собой учебники, надеясь, что это снизит шансы увидеть или быть замеченной Старостой Мальчиков. К сожалению, даже при том, что она могла притвориться, что не видит Тома, то же самое нельзя было сказать о нем. - Добрый день, мисс Грейнджер, - поприветствовал он ее, садясь прямо перед ней. Абраксас опустился в кресло рядом с ним, бросив при этом на нее снисходительный взгляд. - Привет, - ответила она довольно натянуто, изо всех сил стараясь выкинуть из головы образ Джинни, лежащей на больничной койке, и игнорируя блондина. - Я надеюсь, что у мисс Уэзерби все хорошо, - заметил Том, его глаза скользнули по ее лицу и изучили выражение ее лица. Вранье … Ее руки крепче сжали учебник, когда она представила, как запихивает его Тому в глотку. По крайней мере, у Абраксаса хватило здравого смысла не бросать вызов своему Господину слишком много раз за месяц, выступая вне очереди, так что ей не пришлось с ним мириться. - Я тоже на это надеюсь, - ответила она, желая, чтобы мороз на ее лице растаял, а выражение лица смягчилось. - Я уверен, что она достаточно скоро поправится, - продолжил он с выражением сочувствия на ангельском лице. - Хотя я не знаю ее так давно, я действительно думаю, что она замечательная девушка и определенно не тот человек, которого следует обрекать на несчастье. Конечно, судьба не могла быть настолько жестокой, чтобы навредить кому-то, кто такой милый и добрый. - Я почти уверена, что ей станет лучше. Она довольно волевая девушка, и я не думаю, что она сломается в ближайшее время, - ответила она сквозь стиснутые зубы, мысленно бросая проклятия той части своего разума, которая хотела верить в его невиновность. Искренность его тона была настолько убедительной, что временами она ловила себя на том, что верит его словам, к своему большому разочарованию. Это заставило ее в полной мере осознать, как легко было стать жертвой прекрасной змеи. Обман … Ей снова вспомнилось то время, когда она действительно почти верила ему. Чувство предательства бурлило и кружилось в ее теле, вскипая в крови и мчась по венам. Несмотря на то, что она приготовилась к возможности того, что за его внешней добротой что-то скрывалось, это все равно задело ее. С этой мыслью она мысленно построила еще больше стен, прячась за ними и защищаясь от любых нежелательных эмоций, которые она могла бы вызвать у грациозной змеи, сидящей прямо перед ней. Он снова внимательно изучал ее, несомненно, ища признаки, которые дали бы ему ответы, которые он хотел знать. Это немного утешило Гермиону, дав ей надежду, что он, возможно, еще не обладает способностью проникать в разум человека. Она была почти уверена, что Пожиратели Смерти связали бы их четверых и отнесли бы в Тайную комнату, если бы он уже узнал, что они из будущего. Притворство … - Пожалуйста, передай мои наилучшие пожелания мистеру Эвансу. Если я могу что-нибудь сделать для мисс Уэзерби, пожалуйста, не стесняйся сказать мне, - сказал Том, и на его лице появилась улыбка, как только профессор Уокер вошел в класс. Гермионе удалось изобразить улыбку на лице, когда она заглянула ему в глаза, прежде чем он повернулся лицом к передней части комнаты. Картина прокручивалась у нее в голове, снова и снова демонстрируя одну и ту же сцену, отчего у нее по спине пробегал холодок. Хотя улыбка смягчила его черты и осветила его лицо, она никогда не проникала в окна его души. Она поняла, что он вообще никогда по-настоящему не беспокоился о Джинни. Его насмешливые глаза … Забота, которую он проявил к девушке, была просто притворством. Несколько дней спустя, когда Гермиона и Гарри снова прибыли в Лазарет, чтобы навестить Джинни, мадам Помфри оторвала взгляд от пациента, которого она сейчас лечила, и слегка улыбнулась им. - Мисс Уэзерби, кажется, поправляется, - объявила она, когда двое гриффиндорцев подошли к рыжей, все еще лежащей без сознания на кровати. - Это она? Спросила Гермиона, когда они оба повернули головы, чтобы посмотреть на нее. Она кивнула, нахмурившись. - Хотя я не знаю, как это могло произойти. Я не лечила ее никакими новыми зельями, но ее состояние действительно показывает признаки улучшения, - ответила она, и слабая улыбка снова появилась на ее лице. - Возможно, ей просто повезло. Гермиона и Гарри посмотрели друг на друга. - Я не понимаю, - прошептал Гарри Гермионе, когда мадам Помфри пошла в заднюю комнату, чтобы вымыть посуду. - Я тоже, - ответила Гермиона. Она покачала головой. Гермиона прищурила глаза. Выиграть эту битву с лордом Волан-де-Мортом оказалось труднее, чем ту, что будет в будущем. Ей нужно будет найти время, чтобы спросить Дамблдора о его прогрессе в поиске информации об их путешествии во времени. Чем скорее они вернутся в будущее, тем лучше. Том расхаживал перед камином, нахмурив лоб. В тот момент он был очень раздражен. Последние несколько дней Гермиона и Гарри всегда были вместе. Не было ни секунды, чтобы они были отдельно друг от друга, за исключением тех случаев, когда они были на занятиях. Они явно пытались избежать того, чтобы их застали в одиночестве. Что еще больше раздражало его, так это тот факт, что он добивался прогресса в своих отношениях с маленькой львицей — они действительно стали цивилизованнее по отношению друг к другу. Так было до тех пор, пока рыжая не была ранена. Теперь ему снова предстояло начать с отправной точки. Пламя вспыхнуло в камине, заставив замолчать людей в общей комнате. Им потребовалось мгновение, чтобы понять, что это была не работа домашних эльфов, которые зажгли огонь. Некоторые из них беспокойно поглядывали друг на друга, не зная, что делать. Они давно не видели его таким сердитым, но Тому было совершенно безразлично, о чем они думают. Все шло не так, как он хотел. Он ничего не добивался, а лорду Волдеморту не нравилось, что он не контролирует ситуацию. С того дня, как он пришел в Хогвартс, все в школе, за исключением нескольких гриффиндорцев, были очарованы им. Теперь ему мешали, и это была всего лишь группа новичков. Он отвернулся от камина. Они заставляют его изменить тактику. Он прищурил глаза и оглядел комнату. - Абраксас. Блондин поднял глаза, прежде чем кивнуть в сторону Тома. - Мне нужно поговорить с твоим другом.
