Kimetsu no Yaiba Imagines

В первый раз, когда он встречает тебя, Иноске не может не испытывать к тебе влечения. Может быть, это потому, что у тебя такие же глаза, как у Гонпачиро, что ему так знакомо и удобно, или что-то еще, что он не может выразить словами, но замирает, когда видит тебя, и просто смотрит. Ты полностью поворачиваешься, и улыбка, которую ты ему даришь, — это что-то такое милое, что Иноске на секунду забывает, как дышать. — Привет! Приятно познакомиться! — приветствуешь ты, по-видимому, не смущаясь маски, скрывающей от тебя его лицо. Даже в его маске твои глаза встречаются с его. Нежный трепет тепла разливается в груди, и внезапно он слишком болезненно осознает все. Солнечные блики танцуют на твоей коже, ветерок треплет твои волосы, его маска отражается в твоих улыбающихся глазах. (он думает, что, возможно, болен, но болеть никогда раньше не было так приятно) Иноске вообще ничего не понимает. Но потом замечает, что твоя рука лежит на рукояти меча, и все встает на свои места. О. — Ты не можешь пытаться обмануть меня! — выпаливает он, хватаясь за свои мечи, чтобы приготовиться к битве, — твои коварные уловки никогда не одурачат меня! Тебе никогда не застать великого Иноске врасплох! Тишина. Ты ошеломленно моргаешь, глядя на него, прежде чем эта нежная улыбка снова украшает твое лицо, и ты поднимаешь руку, чтобы поймать звонкий смех, который срывается с твоих губ. Вместо того, чтобы ответить тем же, ты говоришь: — Иноске… это ваше имя? Очень красивое имя. Выведенный из равновесия неожиданным комплиментом, Иноске опускает клинки и снова смотрит на тебя, но твоя ворона садится тебе на плечо и сигнализирует, что пора идти. Рука поднимается, чтобы помахать ему, прежде чем ты полностью отвернешься, и Иноске не может не смотреть на твою удаляющуюся спину, пока он еще может тебя видеть, а затем еще немного. В следующий раз, когда вы встретитесь, Иноске поймет, что так и не узнал твоего имени, но Кентаро опередит его в этом. И слава богам, что он это сделал, потому что, когда ты машешь ему рукой и произносишь его имя самым сладким тоном, Иноске снова забывает, как дышать. (это становится довольно раздражающим, его колени подгибаются, когда ты рядом… ты, должно быть, используешь какой-то трюк, чтобы заставить его чувствовать себя таким слабым… нет, невозможно. Иноске никогда не будет слабым) У него есть подозрение, что что-то не дает ему покоя, когда он наблюдает, как ты с Тонтаро идете в ногу друг с другом, весело болтаете и смеетесь. Иноске замолкает и довольствуется тем, что наблюдает за тобой, но затем Моницу дразнит его за его молчание с тех пор, как ты появилась. Он действительно ищет драки, не так ли? Блондин тоже уже бежит, и когда Иноске бросается в погоню, он слышит вздох Кентаро, смешивающийся с твоим легким смешком. — Все в порядке, — слышит он, как ты говоришь Монджиро, когда он двигается, чтобы остановить его и Зеницу, — наверное, именно так он проявляет привязанность. Он действительно, действительно ничего не понимает. И Иноске не понравилось бы это чувство, если бы оно не заставляло его чувствовать себя таким чертовски теплым и пушистым внутри. И… и у тебя самый странный прищуренный вид, когда ты волнуешься. Как сейчас; твои брови нахмурены, а щеки надуты от сосредоточенности, когда перевязываешь его раны чистыми тряпками. — Тебе следует быть немного осторожнее, — говоришь ты, но Иноске не слушает. Он слишком занят, впитывая твое внимание, разжигая огонь, который разгорается на его щеках при каждом прикосновении твоих пальцев к его коже. — Я сказал, что со мной все в порядке! — настаивает он, убирая свои руки, чтобы скрестить их перед грудью, — могущественный Иноске-сама никогда бы не пострадал от такого слабого демона! — Я знаю, — говоришь ты, опуская веки и растягивая губы в раздраженной улыбке. Ты снова тянешь его за руку, и он неохотно позволяет тебе снова обмотать рану бинтом. Ты даешь ему немного покипеть, и в оглушительной тишине Иноске спокойно наблюдает, как ты работаешь. Ты говоришь громко: — На самом деле тебе не нужно убеждать меня в том, что ты сильный, понимаешь? Я уже вижу, какой ты удивительный и сильный, просто глядя на тебя. Ступор. В горле у него пересохло, и слова снова застревают, впадая в знакомое разочарование. Он фыркает и отворачивает от тебя голову, скрещивая руки в оборонительной позе. Но твои прикосновения такие нежные, а руки намного более гладкие и мягкие, чем его собственные. Ты снова улыбаешься и гладишь его по голове, и вместо того, чтобы отпрянуть назад, Иноске закрывает глаза и расслабляется от твоего прикосновения.