Kimetsu no Yaiba Imagines

• Узуй Тенген

— В постели Тенгена всегда тепло. Все спутанные конечности и дыхание царапали кожу, сонное бормотание прижималось к волосам. В твоем сне нет никакой рифмы или разума: ты спишь рядом с ним, твои коллеги-жены собрались вокруг него, но когда ты проснешься, обнаружишь Суму, как-то свернувшуюся у двери, Макио, разложенную на трёх футонах, Хинацуру, мирную в углу, и Тенген противно храпит посреди всего этого. Это хаотично, но мир и легкая болтовня, когда вы все просыпаетесь, чтобы поправить футоны и приготовить себе завтрак, — это сокровище, которое ты держишь близко к сердцу.

• Химеджима Гёмей

— Далекое воркование лесной горы — обоюдоострый меч, который убаюкивает тебя вечером и щекочет твои ресницы, открытые так рано утром. Здесь всегда есть элемент опасности, уединенный от города, но в объятиях своего возлюбленного, ты думаешь, нет ничего более безопасного в мире. Возможно, безопаснее физически, но слышен грубый голос Гёмея, когда он медленно просыпается, его ладони на твоей щеке, легкие заверения, говорящие ему, что ты жива, ты здесь — ты можешь быть в безопасности от демонов и диких зверей, но твое сердце не в безопасности, когда он такой нежный и благоговейный по утрам с тобой.

• Ренгоку Кёджуро

— Кажется, что солнце всегда восходит в комнате Кёджуро, между его руками и над изогнутым кончиком его ухмылки. Он любит встречать новый день так, как встречает все остальное: страстно, взволнованно, ярко. И все же, перед этим он позволяет себе минутку молчания, глядя на твое спящее лицо, прежде чем ты неизбежно проснешься, и вам двоим придется продолжать свой день. Еще нет, хочет молиться он, не начинайся пока, день. Рядом с тобой очень хорошо и спокойно. Он пока не хочет отпускать это.

• Шинадзугава Санеми

— Солнце едва взошло, а тепло рядом с тобой уже тает на кончиках пальцев. Снаружи воет ветер, трещат ветки, плачут птицы. Раздается звук ударяющихся друг об друга деревьев, а затем ветер стихает. Утро еще не началось, а Санеми уже на улице, просто рвется выйти и драться. «Его меч жаждет крови и адреналина», говорит он, но его сердце всегда возвращается в твою комнату, и в тихий момент нежности он проскальзывает обратно рядом с тобой и делает вид, что никогда не был вдали от твоих рук.

• Токито Муичиро

— Утро с муичиро — это утро, проведенное в ленивой праздности; проснется ли он раньше или позже тебя — это игра судьбы, но в любом случае ты просыпаешься от его рук на твоих, его лица, прижатого к твоей шее. Плечо к плечу, бедро к бедру, сердце к сердцу, прогоняя прохладу теплом своей кожи. Ему нравится ощущение уюта, безопасности в твоих объятиях, выражение глаз на твоем лице, когда ты смотришь на него с обожанием. Он хотел бы быть таким мягким и красивым, но когда просыпается первым, он озорной, его легкие пальцы скользят по твоим плечам и шее. Он хихикает, неизменно щекоча тебя во сне, хотя целует хмурый лоб, когда ты приближаешься к нему, пытаясь ускользнуть от его блуждающих рук.

• Томиока Гию

— Там, где живет Гию, есть река, которая тепло бурлит. Она змеится вокруг его дома и подходит к энгаве, издавая слабый звук, едва различимый шепот журчащей воды, пока идет по своему пути. Именно здесь ты найдешь его, опустившего ноги в воду, когда он смотрит на горизонт. Он, как всегда, немногословен, хотя и не молчит. Не совсем так; его короткие взгляды и вздохи говорят тебе все, что нужно знать, и то, как он позволяет тебе притянуть голову к плечу, является картиной легкости, когда солнце восходит к небу.

• Кочо Шинобу

— Запах весны, глициний никогда не покидает поместье Шинобу. Он следует за ней, куда бы она ни пошла, по дорогам, горам и долине ее грез. Предполагается сказать ей, что она в безопасности от демонов, что ни коготь, ни клык не коснутся ее, когда она уязвима, но просыпаться рядом с тобой; нет большего утешения, чем это. Она, должно быть, слабеет в своей решимости — если она умрет, ей будет ужасно не хватать ощущения твоей руки на ее щеке, понимаешь: мягкой улыбки, тихого «доброго утра», шепота и смеха.

• Игуро Обанай

— Кабурамару, вероятно, тот, кто приветствует тебя по утрам, мирно обвивая твою руку, как прекрасная бледная лента. Видите ли, он ищет тепла, и, хотя Обанай всегда заботится о том, чтобы уложить его спать рядом с его бинтами, чтобы не раздавить его во сне, одинокая змея всегда найдет свой путь к тебе. Это очаровательное зрелище, и хотя Обанай не признается открыто, как согревается его сердце при виде вас двоих, обнявшихся рядом с ним, это срывает с его губ первую утреннюю улыбку, и этого, как он думает, достаточно.

• Кочо Канаэ

— Звук гудения сопровождает нежные руки Канаэ, когда они расчесывают твои волосы. Она тоже просыпается с рассветом и росой на траве, и птицы гармонируют с ее песней, когда ее руки скользят вниз к твоей щеке, твоему плечу и обратно к волосам. Нежная, как со стеклом, она целует твои костяшки пальцев и хихикает, когда твои ресницы распахиваются, встречаясь с ее взглядом. Утро прекрасно, но просыпаться рядом с тобой и быть загипнотизированным твоей улыбкой с самого утра еще прекраснее.

• Канроджи Мицури

— С вероятностью пятьдесят на пятьдесят ты проснешься либо от запаха роз и цветущей сакуры после зимы, либо от запаха блинов, чая и сладчайших вкусностей, доносящихся из-за кухонной двери. Мицури всегда разрывается: с одной стороны, ты слишком теплая и слишком милая, чтобы оставить тебя, а с другой, приятное удивление на твоем лице всякий раз, когда она удивляет тебя завтраком в постели, просто самое милое. В любом случае, поцелуй, который она прижимает к твоей щеке, и улыбка, которой она украшает твой путь, когда ты начинаешь утро, никогда не меняются.