Kimetsu no Yaiba Imagines

Если бы лепестки могли кровоточить, они были бы сакурой, смятой под ногами Гию. Потерявшись в красном море, он ничего не мог сделать, кроме как падать… падать и надеяться, что неизбежное приземление не причинит столько боли, как отпустить. (отпуская, говорит он, блуждая по тропе, по которой ты и он шли, только без затяжной теплоты кратких прикосновений и застенчивых взглядов) В его наушниках звучит ленивая музыка — уловка, установленная на самую низкую настройку, чтобы отпугнуть любого, кто посмеет приблизиться к нему. Он начеку, ищет, прислушивается к взволнованным шагам, которые слишком стараются замолчать. Он почти напрягается, потому что обычно это время, когда ты подкрадываешься к нему и пытаешься удивить его объятиями и призрачными поцелуями. После этих воспоминаний твое отсутствие звучит еще более глухо. Сабито дал бы ему пощечину, если бы увидел растерянность Гию, размышляет он. Обеспокоенный оттенок его бледных глаз, скрытый нахмуренными бровями и суровым взглядом, резких слов и еще более суровых реалий. («Она уже рассталась с тобой. Успокойся.») Или, может быть, он был бы добрее, с мягким вздохом сожаления и безмятежной тишиной товарищества. Поможет ли он Гию вернуть тебя? Скажет ли он ему забыть о тебе; о ваших воспоминаниях, вашего предполагаемого будущего — о тебе? Гию останавливается у детской площадки, где шумят дети, пронзительно смеются и игриво кричат. Наступит вечер, это место будет пустым, а сцена превратится в место, где он впервые нашел в себе смелость обнажить свое сердце для чтения. Его глаза останавливаются на качелях, и в его руках фантомное тепло от толкания, сердце трепещет быстрее с каждым звенящим смехом, запахом весны и свежераспустившихся гвоздик: ты, ты, ты. (ты, ты, ты. все о тебе, пока его чувства не взорвутся и не наполнятся ничем, кроме тебя…) Тонет в этом. Наслаждаться этим. Больше нечего делать. Иногда он видит тебя рядом. Твоя улыбка освещает небеса — как обычно. Гию не может не отвернуться, прежде чем его взгляд встретится с твоим. (почему ты выглядишь счастливой? почему ты не такая разбитая, как он? почему ты ушла?) Он мечтает о нежных днях рядом с тобой, о прошлых воспоминаниях и неизбежной боли. Боль в его груди расцветает, пустота слишком калечащая, слишком всеобъемлющая, слишком сильная. Он хочет окликнуть тебя по имени, потрясти за плечи и спросить почему. (почему, почему, почему?) Но он не может. Он не может, он не может, он не будет. Первым приоритетом Гию всегда будет твое счастье, и как он может снова ворваться в твою жизнь, когда ты уже так ярко улыбаешься? Без него. Он не думает, что когда-либо видел, чтобы ты так ярко улыбалась вместе с ним.