Букет белоснежных лютиков

Было пять утра. Солнце ещё только-только начало показываться сонному Лондону. Улицы были тихи и пусты, изредка на мокрых после дождя дорогах проезжали машины, слабый ветер уносил гул их моторов вдаль. Эстелла бежала по тротуару, обходя или перепрыгивая лужи, а когда её нога опускалась на одно из многочисленных влажных пятен, вода с плеском разлеталась в стороны. Она направлялась к уже знакомому ей месту, которое буквально за несколько дней изменилось до неузнаваемости - перекрашенные в чёрный стены, частоколы на заборе и блестящая буква «Д» на входной двери. Простояв минуту, которая показалась Эстелле вечностью, девушка набралась смелости и позвонила в дверной звонок. Ей открыл высокий лысый мужчина - его серьёзное, с небольшой проглядываемой печалью лицо приняло растерянное выражение, как только Миллер протянула ему руку с приглашением. Девушка узнала его. Джон - теперь уже бывший дворецкий Баронессы. А вот ему потребовалось чуть больше времени, чтобы вспомнить уже некогда знакомые серо-голубые глаза, но стоило разблокировать воспоминания прошлой осени, как не особо подвижное лицо мужчины озарила краткая улыбочка. —Мисс Де Виль ждёт вас. - процедил Джон, пропуская Эстеллу в здание. - Вам стоит поторопиться. Она не любит долго ждать. Девушку тут же сковал страх. Ноги не хотели нести её наверх, от чего она пару минут простояла на пороге, крутя в дрожащих руках футляр от очков. Здание изменилось как снаружи, так и внутри - тёмные обои со светлыми узорами придавали помещению устрашающий вид, руки соскальзывали с лакированных черных перил, а под ногами шуршал всё тот же старый ковёр. Наконец Эстелла оказалась около знакомой ей двери в кабинет. Она и к старой начальнице-то не очень любила ходить, а к новой, о характере которой ты почти ничего не знаешь, и, соответственно, не знаешь, чего от неё ожидать - тем более. Девушка так и простояла бы весь день у двери, но Джон с силой втолкнул её кабинет. —Я привел Миллер, как вы и просили. - отчитался он, сдерживая Эстеллу за плечи, словно она могла сбежать. —Ну вообще-то я сама пришла.. - вежливо поправила его Миллер. Круэлла, до того стоявшая к ним спиной, развернулась. Взгляд Эстеллы пробежал по её высокой фигуре, задерживаясь на довольно глубоком декольте платья. Девушка прикусила нижнюю губу, ожидая, что ей скажет Круэлла. —Миллер, детка. - сказала Де Виль таким тоном, будто они - старые подруги, которые встретились спустя много лет. - Знаешь, я уже и не надеялась на фокус с приглашением. Эстелла замерла в ступоре. Она переминалась с ноги на ногу, смотрела на свои вспотевшие ладони, избегая зрительного контакта с новоиспеченной начальницей. —А ты у нас, как я вижу, скромная. - на лице Де Виль читалась лёгкая хитрость. Она словно побуждала молчащую Эстеллу к действию. —Да. - выдавила Миллер, толком не разобравшись, вопрос это или утверждение. От неё явно потребовали поддержания диалога, а значит, она должна была его продолжить. Эстелла вовсе не была скромной, но выпендриваться перед Круэллой ей не хотелось, мало ли, что та подумает. —Могла бы и не отвечать. - правильное, и потому не очень подвижное лицо приняло своё обычное выражения серьезности с малой, еле-еле проглядываемой издёвкой. - Видно, ты ничего не переняла от своей старой начальницы. По крайней мере, в твоём поведении не заметны её повадки. Де Виль облокотилась на свой рабочий стол, окидывая взглядом Миллер. Она же, после нескольких минут непрерывного осмотра стройной фигуры начальницы была готова поспорить, что её параметры были приближены к 90/60/90. С подобной фигурой было намного легче работать, на такой фигуре идеально сидел любой наряд.. Эстелла невольно представила себе: она осталась после работы, шить одно довольно сложное платье, и тут Круэлла предлагает ей взять примерки с неё. И вот, она стоит на стуле, как самая идеальная и прекрасная в мире статуя, а Миллер крутится у её ног с сантиметровой лентой и рулонами ткани. Но девушке пришлось вернуться в реальность, когда по комнате пронёсся громкий голос начальницы. —Я жду десять достойных эскизов к концу рабочего дня. Это всё. На протяжении всего, пусть и короткого диалога Круэлла без остановки щёлкала ручкой, что невыносимо сильно злило Эстеллу. Миллер уже была готова прямым текстом сказать, куда та может её себе засунуть, если ещё раз щёлкнет. —Это всё. - повторила Круэлла, видя бездействие своей подопечной. Эстелла тут же вздрогнула и попыталась нащупать дверную ручку за своей спиной, а когда у неё наконец это получилось, девушка развернулась и покинула тесное помещение. Оказавшись вне кабинета, Миллер вздохнула свободнее. Около двери ожидающе стоял Джон, чтобы дать Эстелле дальнейшие указания. —Альбомы лежат около стойки с тканями. По коридору налево. Удачи, Миллер. - быстро проговорил он, легонько похлопав девушку по плечу. Эстелла дернулась и побежала вниз по лестнице, одновременно соображая, что за комната с тканями и почему она не видела её раньше. Пожалуй, Джон забыл упомянуть, что это - небольшое помещение с очень, очень высоким потолком. Стены этой комнаты - полки с самыми разнообразными тканями - были заполнены лишь наполовину, а кое-где вовсе пустовали, но для обычного человека это великое количество рулонов ткани казалось чем-то поистине необыкновенным. Посередине комнаты красовалась лестница, поднимающаяся ввысь. Эстелла подняла глаза наверх, явно желая найти конец этой высоченной лестницы. Странно, что она не знала этого помещения раньше. Вроде бы, почти год тут проработала, а об огромной комнате с тканями даже не слышала. От долгого взгляда наверх у девушки начала кружиться голова, и она опустила взгляд на столик с чистыми альбомами. На каждом листе сверху красовалась маленькая печать: «Devil’s house. Black, white & red». Первая страница была заполнена быстро - Эстеллу захлестнуло вдохновение, и она поспешила воплотить свою новую задумку в реальность. Но один - это далеко не то количество, которое от неё ждёт Круэлла. За кого она вообще принимает малышку Эсти? За робота, чтоли? Как можно сделать десять эскизов за несколько часов, да так, чтобы они понравились Де Виль? А ведь у неё ох какие высокие стандарты… Где найти вдохновение, и что с ней будет, если она не сделает все десять эскизов за день?.. Столько вопросов возникло у Эстеллы, как только она закончила первый эскиз, но никто не мог дать ей ответа на хотя бы один из них. Оставалось только действовать. И действовать решительно - время шло, было уже семь. Девушка сидела за столом, слушала шум швейных машинок и шелест тканей, шаги остальных рабочих, крутила в руке карандаш, рассматривала стены мастерской, пытаясь придумать что-то стоящее, но в голову не лезла ни одна нормальная мысль. В это самое время, как на зло, Круэлла решила устроить обход. Сразу затихли все звуки мастерской. Казалось, что рабочие даже перестали дышать, боясь, что за особо громкие вздохи получат выговор от начальницы. Эстелла судорожно водила карандашом по странице, додумывая детали в новой работе, пока Де Виль обходила остальных и делала им замечания, порой очень грубые и язвительные. Миллер закрыла глаза, представляя самое худшее, что может случиться: она получит выговор, а после её погонят работать. Но ведь времени предостаточно, и девушка была уверена, что успеет сделать все десять до конца рабочего дня. Эстелла открыла глаза и тут же побледнела: перед ней, с явно раздражённым лицом, стояла Де Виль. Она протягивала Миллер руку, чтобы та дала ей свой альбом. Тут же вся уверенность девушки улетела куда-то далеко. Она дрожащими руками подала альбом Круэлле, которая стояла без какого-либо движения. Словно она была прекрасной статуей, высеченной из камня.. Де Виль буквально выхватила альбом из рук Эстеллы, задерживая взгляд на самой первой странице. —Это всё? - презрительно спросила Круэлла, пролистав несколько страниц. Миллер опустила глаза. Все слова застряли у неё в горле, она не в силах была пошевелиться. —Это всё. - не дожидаясь ответа своей подопечной, подытожила Круэлла, после чего отдала альбом обратно Эстелле. Стоило начальнице отойти на пару метров, как Миллер тут же вздохнула с облегчением. Она ожидала что-то посерьёзнее презрительного взгляда и излюбленного выражения Де Виль: «Это всё». Итак, Эстелла успокоилась и снова принялась за работу. Было двенадцать, апрельское солнце высоко стояло над Лондоном, одаряя его своими теплыми лучами. Миллер тщательно вырисовывала цветы на юбке платья. Её новая задумка: атласное чёрное платье, украшенное живыми цветами. Это был только третий эскиз, вдохновение у девушки почти иссякло. Эстелла взглянула на часы, висевшие над входом в мастерскую - час. У неё есть ещё шесть часов. Кажется - много, если бы идеи не приходилось брать из воздуха. Миллер просидела так до пяти, нарисовав только шесть эскизов. Остался час. Она не успеет. Эстелла нервно стучала карандашом по листу альбома, норовя проделать в нем дырку. Дизайнеры вокруг неё уже собирались домой, обсуждали планы на вечер, рассматривали новые работы друг друга и делали разумные замечания. Эстеллу дернули за плечо, от чего она вздрогнула и резко обернулась. Сзади стоял Джон. На его лице читалась тревога, хотя обычно оно ничего не выражало. —Мисс Де Виль хочет видеть вас. - тихо проговорил он, убирая руку с плеча девушки. Внутри у Эстеллы всё сжалось, резко закружилась голова, а к горлу подступила тошнота, хотя она не ела ничего весь день. Ей не хотелось, чтобы Джон убирал руку с её плеча - так она чувствовала хоть какую-то поддержку, но сам Джон явно не желал находиться рядом с испуганной Миллер. Да и к тому же - если Эстелла попадёт под раздачу начальницы, он и сам может оказаться под её горячей рукой, а ему этого вовсе не хотелось. Так что он просто проводил её до кабинета Круэллы, и как бы Эстелла не упрашивала мужчину зайти с ней, он отказал. Оказавшись в просторном кабинете, который сразу стал для Миллер тесным, девушка замерла. Её колени дрожали, а голова кружилась, как будто она сейчас упадёт в обморок. Сейчас Эстелла больше всего хотела заплакать, стать в глазах начальницы слабой и беспомощной, и, может, Круэлла пожалеет её, отпустит домой. Но это были лишь мечты. —Ну что, дорогая? - сладко начала Де Виль. - Надеюсь, ты выполнила моё задание. На секунду Миллер показалось, что сейчас она реально взорвется в истерике. Девушка стиснула зубы, подавая начальнице альбом. Это конец. Сдерживаться она больше не могла - по щекам потекли слёзы, горячие и солёные. Прямо как её первый и, возможно, последний день в модном доме Де Виль. —Ох, Миллер.. - лицо Круэллы выражало грустное удивление. - Ты не справилась с заданием. Неужели так трудно сделать то, что я прошу? - девушка надула губки, проговаривая это всё притворно-печальным тоном. Эстелла была на грани. Лучше бы на неё накричали и выгнали вон из кабинета, чем сделали саркастический выговор. Девушка сжала кулаки, сдерживая слезы. В комнате повисло угнетающая тишина. —Эстелла, дорогая, - всё тем же саркастическим тоном промурлыкала Круэлла. - Если я прошу, то нужно это выполнять. Запомни это. Де Виль вырвала один не самый удачный эскиз и покрутила им под носом у Эстеллы, а после разорвала его на две части. Миллер растеряно глядела на разорванный рисунок круглыми, как мячи, глазами. —Он мне не понравился. И по итогу - пять. Половина из того, что я просила. - лицо Круэллы, как и голос, приняло обычное серьёзное выражение. - Я не довольна тобой, Миллер. Де Виль вздохнула, а потом печальным тоном продолжила: —Это всё. Эстелла подняла голову. А как же наказание? —Но не забывай, - резко начала Круэлла. - Что завтра ты должна будешь выполнить в два раза больше. Сразу на душе Миллер стало легко. Её руки продолжали дрожать, но тошнота уже отступила. Завтра ей предстоит снова пыхтеть над альбомом и стучать по нему карандашом от волнения…