Мастер и Маргарита

Вторая свежесть — вот что вздор! Свежесть бывает только одна — первая, она же и последняя. М. Булгаков

Впервые за почти десять лет работы вместе Даниил Маркович не приветствует Аню радостной улыбкой при встрече. Это неприятно и больно. Он всегда был ей рад, даже в те жуткие недели, когда переживал смерть мамы, для его Ани у Глейхенгауза была искренняя и радостная улыбка. В некотором смысле эта девочка стала частью его исцеления в тяжелые времена. Но сейчас тренер едва кивает спортсменке и удаляется за бортик. Девушка в первую минуту удивляется такому поведению тренера, но в конце концов задумчиво разворачивается и уходит на раскатку. И никакого желания идти после стандартного набора элементов к Даниилу Марковичу у Щербаковой нет, поэтому по окончании она направляется к Этери Георгиевне. - Сегодня прогоним в костюме?- уточняет план работы у старшего тренера. - Да, Ань, давай,- Этери не отрывает взгляда от работы Сашки на льду.- Даниил Маркович тебе расскажет и поможет. Начальница было углубляется в тренировку Трусовой, но замечает, что Аня так и осталась стоять за спиной, словно колеблясь. - Анют, в чем дело?- разворачивается к фигуристке блондинка. - Может, сегодня с вами?- взгляд почти молящий. - Что-то случилось?- Этери вглядывается через каток в лицо хореографа группы, пытаясь определить, какими проблемами грозит им непонятная ситуация. - Мы с Даниилом Марковичем вчера нехорошо поговорили,- обтекаемо объясняет Аня.- Наверное, не стоит пока нам работать вместе. - Хорошо,- вздыхает Тутберидзе.- Иди за платьем и крыльями. Будем смотреть, как показательный выглядит в полном облачении на этом льду. Что тут поделаешь, когда все вот так: приходится идти выяснять коллегой, что же творится в их мире. Даня возится с музыкой за бортиком, даже головы не поднимает на лед. - Я отправила Щербакову примерять ангельские крылья,- подъезжая к месту, где возится мужчина сообщает Этери. - Ну, пусть хоть примерит,- фыркает Даня.- На постоянку они ей явно не нужны. - Какая кошка между вами проскочила?- не выдерживает Этери. - Кот. Наглый питерский кошара,- морщится Глейхенгауз. - Так, я ничего не поняла,- констатирует женщина,- работать вы сможете друг с другом? Даня поднимает глаза на начальницу и молча кивает. - Слава богу!- выдыхает та.- Тогда иди и работай! При выходе Аня видит у калитки Даниила Марковича и вся сжимается. Вчера, удерживая Женьку за руку, была уверена в своей правоте, готова идти до конца хоть на край света, но сейчас, глядя в смурной взгляд человека, с которым столько лет душа в душу трудилась бок о бок, который помог ей стать тем, кто она сейчас есть, чей вклад неоценим в ее спортивное настоящее, да, пожалуй, и в личностное во многом, Щербакова не уверена, что неосязаемое будущее и еще менее осязаемая влюбленность того стоили. - Пошли смотреть твою программу,- кивает в сторону катка Глейхенгауз. И девушка, понурившись, выходит. Настроения нет. Вдохновения - нет. Нет ничего. Никогда настолько несчастной она не каталась, тем более не этот номер, прозрачный и нежный, как сон, как та самая юная мечта. У ее ангела сегодня не было души. - И это все?- резко отчитывает ее тренер. - Я так не могу, Даниил Маркович!- девушка кусает губы, срывая кожицу, так, что на них выступает кровь.- Что я такого сделала? Какое преступление совершила, что вам даже смотреть на меня не хочется? - Твои преступления - совершенно не мое дело,- нервно огрызается мужчина,- но неужели так трудно было с ними подождать до марта?! Чемпионат мира откатала бы, и хоть чем занимайся! Хоть с кем! - Да какая разница!- не выдерживает Аня.- У меня что наутро после четверные сами собой исчезнут?! Девушка вылетает на лед, разбегается и резко выталкивается скручивая лутц, который ни разу в сезоне не вставила в прокат. Подъезжает к Глейхенгаузу, заявляя: - Смотрите, все на месте! Я на месте. И работаю, как работала! В ответ видит бледное и злое лицо тренера и понимает, что через каток к ним уже приближается Тутберидзе. - Ты же могла с этими перьями и крыльями травмироваться!- разве что не орет в голос Даниил Маркович. - Оба заткнитесь нахрен!- шипит подъехавшая Этери.- И либо начинайте нормально работать, либо валите со льда! Женщина разворачивается к фигуристке: - Еще раз увижу такое без разминки и в этом облачении, накажу!- это не угроза, описание перспективы. Старший тренер удаляется. Охолонувшие после ссоры спортсменка и хореограф переглядываются и, не сговариваясь, отходят в один из углов катка, чтобы репетировать. Даниил Маркович внимательно следит на плавным скольжением Щербаковой. Широким размахом белых крыльев надо льдом. В нем поет музыка и поет образ, созданный девушкой на льду. Но внутри гложет червяк обескураженности и непонимания. Такой, как вчера вечером, Глейхенгауз никогда Аню не видел и не подозревал в ней того, что так явно обрисовалось одним жестом, парой фраз. Аня перестала быть тем ангелом, которого он, казалось, всегда понимал. Вы судите по костюму? Никогда не делайте этого. Вы можете ошибиться, и притом, весьма крупно. Получается, что ему нельзя ничему верить из виденного ранее. Аня вырастала в кого-то другого, другую. Совсем не маленького ангела. Не девушку, влюбленную в фигурное катание больше, чем во что угодно другое. Вот появилось другое, которое ей понравилось сильнее. Ради него она забудет и лед, и стремления, и недавние мечты. Так чему же тут радоваться Даниилу? Тому, что столько лет положено на чью-то будущую удобную женщину? - И все-таки о чем же ты сегодня весь день размышляешь?- внезапно слышит вопрос Тутберидзе у себя над ухом. - О том, что в конце концов любая женщина готова продать самую большую идею и цель ради чего-то обыденного и банального, если оно ей сиюминутно интересно,- невольно проговаривается Даня. - Глубокомысленно,- удивляются по правую руку от него.- И наверное, даже это правда. Одно непонятно, чего тебе в голову вдруг такие мысли лезут сегодня? - Вот и она забывает, как любила фигурное катание. Станет просто одной из многих,- не отвечая на вопрос, грустно констатирует Даня.- И останутся только эти ангельские крылья, которые и сейчас-то можно нести в ломбард. Хореограф круто разворачивается на льду, удаляясь за пределы катка, а высокая блондинка лишь удивленно провожает его взглядом. Понятнее женщине ничего не стало, кроме того, что разногласия у Даниила Марковича и Щербаковой, кажется, и правда непреодолимые. И никто не собирается делиться ими с Этери. “Самое время они выбрали для ссоры”,- чуть качает головой старший тренер, замечая, что и Сашка наблюдает за разворачивающейся драмой. И не удивительно, столько шум непонятно из-за чего.