Другая любовь. Дедушка и внучка

      — Деда, это тебе! — Грейнджи протянула Люциусу свиток тёмного как ночь пергамента. — С Днём рождения! — Её карие глазки сияли счастьем, как две искорки огня в камине — тепло, уютно.       Он даже немного растерялся, не представляя, что могло прийти в голову крошечке-внучке, ей всего-то пять лет. Вероятно, Нарцисса её надоумила…       — Как неожиданно, сердце моё, — с лёгкой улыбкой проговорил Люциус, принимая свиток. Неожиданное, совершенно забытое чувство предвкушения даже напугало немного. Нужно успокоиться, чего можно ожидать от маленького ребёнка?       Он медленно разворачивал свиток, не сводя взгляда с улыбающейся, ожидающей реакции малышки.       Наконец он опустил взгляд на чёрный лист раскрытого пергамента. На нём белоснежной пастелью было изображено два забавных человечка: один высокий с длинными руками, ногами и волосами, а второй — маленький треугольник с кудряшками на голове.       — Это ты, дедушка! — не вытерпев, прокомментировала она. — А это я. Тебе нравится?       Люциус не мог понять, отчего был так глубоко тронут, и вымолвил лишь:       — Это лучшее, что я видел в своей жизни. Спасибо, моя дорогая.       Грейнджи тут же вскарабкалась к нему на колени, крепко обняла за шею, утопив ручки в его волосах. И он с нежностью обнял её одной рукой, словно огромным крылом.       — Я хотела нарисовать белым мелом, — быстро заговорила она, — но мама сказала, что он сотрётся.       «Значит, Гермиона». И его сердце болезненно сжалось.       — Я нарисовала много рисунков на чёрном листике, но мама сказала, что подарок должен быть один. Хочешь, я все принесу?       Она заглянула Люциусу в глаза — такая взволнованная, азартная.       — Несомненно, — мягко кивнул он.       — Я сейчас принесу! — выкрикнула Грейнджи и помчалась в свою комнату.       Она дарила столько эмоций, столько света, сколько он, кажется, не видывал в своей жизни. Это было совсем не так, как с сыновьями, с женой или родителями. Грейнджи была особенной. Другой.       Они долго рассматривали неказистых, но милых белых павлинов на чёрном фоне, домики и цветы, деревья и даже неудачную смешную попытку изобразить единорога, но дедушке не было смешно. Он с полной серьёзностью изучал работы маленькой внучки, надеясь, что однажды у неё раскроется настоящий талант.       — Отчего вы, моя дорогая, выбрали в подарок именно наш портрет? — с трепетом спросил Люциус, украдкой поглядывая на внучку. — Вот эти цветы очень хороши.       — Потому что я больше всего люблю тебя, дедушка, — тихо ответила она.       Разве можно мечтать о большем?..