Брат Темного Лорда

Еще одна неделя прошла спокойно. И мальчики уже было решили, что в этой школе ничего не происходит, хотя взрослые говорили, что в Хогвартсе постоянно что-то случается. Это «случается» началось с заклинаний, которые проходили вместе с Гриффиндором. Обычно соседями Гарри и Драко на длинной скамье в классе заклинаний становились Невилл и Блейз, которые старались держаться подальше от шумной пары Уизли – Финниган. Но в этот раз впереди решивших не опаздывать Гриффиндорцев в кабинет влетел Уизли и, не спрашивая разрешения, плюхнулся на скамью со стороны Гарри, оттеснив Малфоя, при этом хорошо его пихнув локтём, с другой стороны подсел Финниган. Возмутиться когтевранцы не успели – в класс вошел Флитвик, а полугоблин был против всякого движения в классе во время учебного процесса. Новая тема по световым чарам была очень интересна, Филиус Флитвик рассказывал не только теорию, но и историю возникновения подобных чар и не забывал о примерах и курьезных или не очень случаях использования того или иного заклинания. Поттер внимательно слушал, делая пометки на листе пергамента. Симус занимался тем же, хотя особой увлеченностью темой не проявлял. Уизли шумно сопел. Гарри краем глаза замечал, как он несколько раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но так и не решался. К середине пары тот всё же решился: — А это здорово ты придумал, делать вид, будто пишешь. А самому рисовать. — Я не рисую, — решил в порядке исключения не игнорировать рыжика Поттер. Тот подвис, переводя непонимающий взгляд с пергамента на Гарри. — Но таких букв нет! Это закорючки какие-то! — через некоторое время подобрал он слова. — Уизли, — гневно сверкнул брюнет глазами. — Если ты неуч, то не надо это приписывать другим! Это стенография. Она значительно ускоряет записывание устной речи. — Гонишь ты, — оскорбился рыжий. — Просто хочешь казаться умнее, чем ты есть. Приклеился к Малфою, к слизню этому, и корчишь из себя невесть что! А еще герой! — Уизли, ты сюда сел, чтобы оскорблять меня? — когтевранец даже отложил перо, чтобы ненароком не сломать от раздражения. — Я помочь тебе хочу! Тебе надо нормальных друзей завести! А не Малфоя, он же к тебе никого не подпускает! Ты же не такой как он! — И чем же ты мне поможешь? — буквально прошипел Гарри. — Друзей завести… — проблеял Рон, всё же заметив нехороший взгляд мальчика-который-выжил. — Ты же герой… ты должен… — Никому я ничего не должен! С кем хочу, с тем и общаюсь! — Но… — рыжик просто так отступать не собирался. — И ничего мне от тебя не нужно: ни советов, как быть героем, ни дружбы! — выплюнул Гарри. — Профессор Флитвик, можно я пересяду, Уизли меня отвлекает! — подняв руку, спросил Поттер, вклинившись в небольшую паузу в речи профессора. — Да, конечно, — быстро согласился профессор. — Минус десять очков с Гриффиндора за посторонние дела на уроке. Гарри довольно глянул на покрасневшего Рона и быстро пересел на ряд выше, к Драко. Малфой ничего спрашивать не стал. Уже после урока, который был последним, в спальне, блондин недовольно мерил шагами небольшое пространство. — Мне не нравится, что Уизли так резко активизировался. Он целый день с тебя глаз не сводил! Говорят, что вчера его вызывали к директору. — А мне не нравится, что его «шепот» проигнорировал Флитвик. — Гарри в отличие от друга был абсолютно спокоен. — Чего ты так волнуешься? Это было вполне ожидаемо. Видимо директор решил не оставлять план «лучшие друзья для героя». — Ты хотел сказать лучший друг? — Драко присел на кровать. — Я сказал то, что собирался, — вздернув нос и приняв максимально гордую позу, молвил Гарри. Но надолго его дурачества не хватило. — Марволо говорит, что у меня должно было быть двое друзей. Тот, кто подбивал бы на геройства, и тот, кто был бы тормозом и головой. — А голова-то тут при чем? — нахмурился Драко. — При том, что мои дражайшие бывшие опекуны крайне негативно относились к оценкам выше, чем у собственного сына. Как думаешь, смог бы я при такой отрицательной реакции любить учиться? — И, разумеется, Лорд уже выявил «голову»? — Ну, а сам как думаешь? Тут и без брата всё понятно. — Грязнокровка. До четвертого курса наверняка будет считаться одной из лучших в школе. Её уже сейчас ненавидят в Гриффиндоре, а ты бы наверняка возмутился подобной несправедливостью. — Вот еще. Дурсли меня ненавидели по непонятным надуманным причинам. А Грейнджер сама настраивает против себя школу. — Интересно, сколько еще пройдет времени, прежде чем она побежит жаловаться преподавателям? Гарри пожал плечами. Это его волновало мало. — Хотя, скорей всего к профессорам она не пойдет, — продолжил развивать мысль Драко. — С чего это? — удивился Гарри. — Мне она не кажется такой уж терпимой и всепрощающей. — С того, что если до сих пор не побежала, то и потом не побежит. Если она пожалуется МакГонагалл, то выговор получат Гриффиндорцы. И станут травить её еще сильней. Если директору — тот пожурит всю школу, и от неё тогда точно отвернутся. — Как ни крути, а ситуация не радужная, — согласился брюнет. — Может, подтолкнуть кого-нибудь из старшекурсниц, чтобы взяли над ней опеку? Малфой непонимающе вскинулся: — Что-то тебя на благотворительность потянуло? Да и не оценит Грейнджер такого. Мы же «отсталые и архаичные» — передразнил он. — Так можно сделать так, чтобы она сама попросила об этом. Уж слишком она инициативна, такую лучше держать под контролем. — Это тебе Лорд посоветовал? — Лорд посоветовал от неё избавиться. Говорит, что от таких ведьм слишком много проблем. — Чего? — растерялся блондин. Всем было известно, как Лорд трясется над своим братом. И такой совет был вовсе не в его духе. — Драко, успокойся, — рассмеялся Гарри, — Марволо просто сказал не вмешиваться. — А я уж было подумал, что он сошел с ума, — облегченно выдохнул Малфой. — Тогда, наверное, стоит прислушаться к совету Лорда магии? М? Поттер задумчиво посмотрел на потолок: — Учеба в этой школе так увлекательна, а задания такие сложные… — протянул он. Драко понятливо усмехнулся. Уизли так и не оставил попыток подружиться с героем. Только вот тактику он выбрал неудачную — постоянно оскорблять и пытаться доказать, что Малфои, вообще любые, зло воплоти. От красочных описаний злобы, присущей этому чистокровному семейству, невольно все начинали сомневаться, а того ли Темного Лорда они боятся? Вот только язык у рыжика был подвешен не так хорошо, как у представителя семейства Малфой. Драко с неизменно надменно – брезгливым видом выслушивал Рона, а после опускал его до уровня подземелий двумя-тремя фразами. Гарри в подобные разборки не вмешивался. И уже через два месяца для многих он стал персоной нон грата. К нему прочно прицепился ярлык прилипалы Малфоя, который и шагу без указания последнего сделать не может. Иногда Поттер очень хотел прочитать мысли Дамблдора, уж очень тот выглядел разочарованным, когда смотрел на мессию света. Такая расстановка приоритетов устраивала обоих. Навязчивые поклонники Мальчика-который-выжил куда-то исчезали, стоило блондину косо взглянуть на очередного «друга». Да и Гарри подливал масло в огонь иногда откровенно прячась за Драко. Тот же ходил по школе павлином. Как-то сразу вспомнилось, что семейство Малфой имеет огромный вес в светском обществе, Палате лордов и вообще в министерстве. И то, что несмотря на закрытие Малфой-мэнора для светских раутов, этот вес и влияние никуда не делось, и возможно, даже усилилось. Среди слизеринцев Драко приобрел небывалый вес, как же, он смог приручить мальчика-который-выжил, что тот ему только в рот не заглядывал. И только когтевранцы странно поглядывали в сторону неразлучной парочки. В одно не слишком ясное утро произошло то, чего долго ожидали и Гарри и Драко. Малоун Гэри решил разобраться с личными проблемами в Большом зале. Недовольство разрасталось давно и катализатором для взрыва послужило то, что Феб Саманта, будучи магглорожденной, переехала из своей комнаты, где проживало три девочки, в комнаты к двум старшекурсницам. И теперь девочки-первокурсницы проживали по двое в одной комнате. Именно это и возмутило Гэри. Как же, он в одной комнате с тремя соседями проживает, а все остальные по двое устроились! На заявление, что он хочет переехать в комнату к Гарри и Драко, последний громко и обидно рассмеялся: — С чего вдруг?! Во-первых, для переезда необходимо согласие всех, а я не согласен. А во-вторых, Саманта переехала под крылышко к Эльзе Шаннон, которая взяла её под свой патронаж, как магглорожденную. Гэри удивлено захлопал глазами. Видимо про школьный патронаж он слыхом не слыхивал, и, в отличие от той же Саманты, считал, что магический мир мало чем отличается от маггловского. — Тогда я требую, чтобы ты взял меня под патронаж! — через некоторое время запальчиво выкрикнул Малоун. Драко прищурился: — Как ты смеешь что-то от меня требовать, гря… магглокровка? И у меня уже есть протеже, и это не ты. — Это дискриминация! — влезла Гермиона, которая слышала весь разговор, собственно из-за неё Гарри и Драко успешно избегали пытавшегося поговорить с ними Малоуна. — Патронаж это пережиток прошлого! Магглорожденные имеют такие же права, что и чистокровные! Вы не имеете права… — Молчи, дура! — к разгорающейся ссоре подключилась Саманта, которая только что пришла в зал. — Ты ничего не знаешь о магическом мире! Приехала сюда и считаешь, что тебе все кланяться должны? — Я… — растерялась Гермиона. Феб не скрывала, что она магглорожденная, но, в отличие от многих, ударилась не в изучение магии, а традиций мира, в который попала. И Грейнджер явно не ожидала, что её идеалы подвергнет критике такая же, как и она. — Чистокровных чистокровными делает не кровь, а соблюдение традиций и ритуалов, которые помогают сохранению магии в семьях, и её усилению. К магам неприменимы некоторые законы магглов! И ты не имеешь права говорить магам о том, что их традиции не нужны! Это как сообщить магглам, что их мораль чушь собачья! То, что ты всем навязываешь свое мнение, прежде всего говорит о твоей необразованности! Патронаж помогает магглорожденным устроиться в этом мире, узнать его законы. Патрон делится не только знаниями, но и своей магией, что позволяет расширить магический резерв и усилить контроль над магией. Ты пришла в этот мир, пусть по приглашению, и должна подстроиться под него, а не менять мир под себя, иначе так и останешься магглом с палочкой! — Саманта! — Эльза с явным удовольствием слушала свою подопечную. — Ты ведешь себя недостойно. Извинись перед Гермионой. Грейнджер вздернула нос, с явным превосходством смотря на противницу, но Шаннон продолжила: — Хотя я и не могу отрицать правильность твоих слов и нежелание юной леди изучать новый для неё мир. — Я лучшая в потоке ученица! — оскорбилась Гермиона. — Но абсолютно не воспитана, — обрубила Эльза. — Жаль, что уроки этикета убрали из школьного курса в угоду магглорожденным. Почему-то они назвали их слишком сложными. Глаза Грейнджер налились слезами и, всхлипнув, она убежала из Большого зала. Гриффиндорцы даже не обратили на это внимание, лишь посмеялись вслед. — Кстати, Малфой, — Шаннон повернулась к неразлучной парочке, — это кого ты взял под крыло? — Поттера конечно, — блондин вздернул нос. — Но он чистокровный. — И абсолютно ничего не знает о магическом мире, — фыркнул Драко. — Мы поговорим об этом в нашей гостиной, — кивнула Эльза. — Гэри, если ты еще раз устроишь скандал за пределами гостиной, получишь наказание. Уж со старостой я договорюсь. В том, что старшекурсница договорится, никто не сомневался. Всё же представительница древнейшего ирландского рода. И влияния на факультете, не смотря на то, что она была на четвертом курсе, у неё было больше чем у старост. Как бы Драко не хотел отвертеться от разговора, обещанного Шаннон, но тут от них уже мало что зависело. Старшекурсники споро разогнали молодежь по комнатам, для надежности заперев их там, и устроили допрос. — Итак, объясните мне, почему Поттер ничего не знает о магическом мире? — староста пристально смотрел на первокурсников, но в серьезности не дотягивал даже до МакГонагалл. — Я воспитывался в семье магглов, — Гарри решил отвечать максимально кратко. — И как же так вышло, что весь магический мир думает, что тебя воспитывал лично Дамблдор? Поттер пожал плечами: — Хагрид сказал, что отдать меня сестре моей матери решил директор. — Хагрид? Лесничий? — раздалось со всех сторон. — И как ты с ним познакомился? С лесничим? — поинтересовался кто-то из толпы. — Он пришел для сопровождения меня в Косой переулок. Там я познакомился с Драко. — И наследник Малфой не упустил своего, — староста косо взглянул на блондина. — Отец намекнул, что кого-нибудь из магглорожденных надо приблизить к себе. Ну кто же знал, что мальчишка одетый как маггл, окажется Поттером? Я же при знакомстве фамилии не спрашивал! — влез Малфой. — То есть ты не знал, кому предлагаешь покровительство? — это уже была Эльза. — Я что, дурак, предлагать покровительство первому встречному? Нет, о том что я познакомился с Поттером я узнал позже… От Уизли, которые кричали об этом на весь Дырявый котел. Интересно, они-то откуда знали, как выглядит Гарри? — И обряды вы не проводили? — продолжал расспрос староста, не обращая внимания на размышления мальчика. — Не все. У Гарри своей силы хватает. Мы связаны обоюдно. — Наша магия дополняет друг друга, — Поттер вновь пожал плечами, решив раскрыть одну тайну, чтобы не выдавать другой. — И в учебе мы так же связаны. Драко - теоретик, я - практик. Мистер Малфой назвал это… — Гарри замялся. Внезапный союз Люциус называл исключительно непечатно. — Боевой парой? — предположил один из старшекурсников. Брюнет закивал головой, как болванчик: — Не совсем, но близко. Он сказал, что пока мы рядом, нам всё будет даваться легко. — Я бы не сказал, что теперь не нужно прилагать никаких усилий, но определённые плюсы есть, — подражая взрослым важно сказал блондин. Старшекурсники дружно фыркнули: — Не зазнавайся, Малфой. — Тогда, вас можно поздравить с удачным союзом. Не всем достается такое подспорье, — Шаннон поднялась со стула, показывая, что ей больше ничего не интересно. После этого разговора старшекурсники невольно стали покровительствовать странной парочке. И прикрывать их исчезновения от других школьников. Всё же когтевранцы были странными. Узнав о чьей-то тайне, они считали себя обязанными её хранить. Это позволило Гарри и Драко уделять больше времени физическим тренировкам с Квирреллом и Энвером. Последний заглядывал в школу через день. И наличие в закрытом учебном заведении множества охранных и защитных щитов его абсолютно не волновало.