Брат Темного Лорда

За капитальное невыполнение планов Автор искренне извиняется, хотя обещать, что исправится, не будет. Все и так поняли, что это бесполезно. Дабы вам не перечитывать гхырову тучу страниц: В предыдущих сериях: Первое школьное полугодие началось скучно. В поезде к компании Поттер-Малфой-Крэбб–Гойл–Забини–Нотт присоединяется Лонгботтом, спасаясь от Уизли. На распределении ГП и Малфой распределяются на Когтевран, Крэбб, Гойл, Нотт – на Слизерин. Забини и Лонгботтом на Гриффиндор. Забини становится инициатором принятия Невила в компанию. На Когтевране к мальчишкам безуспешно пытается подмазаться Гэри Малоун, одаренный маглорожденный, но встречает жесткое неприятие со стороны Малфоя. Рон Уизли пытается «подружится» с героем, но особых успехов не добивается. ГП имеет стойкую антипатию к семье Уизли в целом, а наглость, гордыня и абсолютная невоспитанность Рона никак не может способствовать их дружбе. Гарри банально прячется за Малфоем, который отгоняет от героя всевозможных фанатов. В это время на Гриффиндоре, постепенно накаляется обстановка. Уизли и Финниган, не желающие учиться, всячески третируют Грейнджер, а та, погруженная в учебу, не горит желанием заводить подруг. Однако по прошествии некоторого времени Гермиона «сдает позиции» перестает рваться отвечать на вопросы преподавателей. На этой почве Уизли начинает еще больше нападать на Грейнджер. Та, в итоге, взрывается, выговаривает все накипевшее в отношении всего факультета… и сходится с хаффлпафками. На Хэллоуин Уизли и Финниган отправляются к запретному коридору и попадают на зуб «Пушку». В результате – Рон в мед.крыле, а Финниган в св. Мунго с обширными ранами и практически коматозным состоянием. Совет Попечителей добивается от министерства организации комиссии для расследования инцидента. Одновременно с этим формируется Учебная комиссия, которая должна проверять организацию обучения, профпригодность учителей и многое другое. Подробнее – в 36 главе. В это время ГП и остальные устраивают встречи у Квиррелла. С привлечением в свою деятельность Невилла. Изредка их посещает Энвер-Сириус и устраивает им тренировки(без Лонгботтома). Самым «шальным» в компании оказывается Забини, которого вечно тянет на приключения в стиле Уизли(т.е. заканчивающиеся отработками). И Гарри приходится его довольно жестко осаживать. Сам же герой, в компании с Малфоем, потихоньку обзаводятся связями с различными учениками, только с Хапфлафом у них пока не ладится. На рождественские каникулы ГП предложили задержаться в Хогвартсе, тот сумел отвертеться и на вокзале Кинг-Кросс ГП забирает Том под личиной Вернона Дурсля. Семейство коих спешно покинуло Литл-Уилтинг еще в сентябре. В замке Слизерина организован Рождественский бал, на который приглашены члены Темного ковена (пожиратели смерти), некоторые чиновники из министерства, а так же представители нейтральных семей и семейство Лонгботтомов. На этом, собственно, пока все.

***

На следующее утро, которое наступило почти в обеденное время, в замке творилось что-то невероятное. Домовые эльфы, с расширившимися от ужаса глазами, носились по всем доступным им помещениям. От Тома доносилось отчетливое раздражение, готовое вот-вот перерасти в злость, а то и ярость. Найдя брата в его кабинете, Гарри застал необычную картину: ругающегося Люциуса и Марволо. Ругань происходила на самом серьезном уровне, это уже были не легкие ехидные споры насчет планов ближайшей недели. Такой диалог на повышенных тонах вполне мог перерасти в драку, не будь спорящие лордами. Дуэль так же исключалась – не с руки Лорду Магии дуэлировать с собственным советником. – Гарри? – через некоторое время его все же заметил Том, – сегодня без семейных сборов. Домовой эльф доставит тебе еду в комнаты. И собери свои вещи. До конца каникул мы отправляемся в крепость Певерелл. – быстро и как-то отстраненно пробормотал он. Гарри недоверчиво перевел взгляд с него на Малфоя, который с крайне хмурым видом пил виски. – А что случилось-то? – озадачено поинтересовался он, не спеша покидать кабинет. Взрывной характер брата он знал достаточно, но вот орущего сиятельного лорда Малфоя, растерявшего все свое ледяное великолепие, он видел впервые. – Оборотни, – сказал, будто плюнул лорд Малфой. – Марволо, ну какого мы их еще уговаривать должны, не хотят – ну и не надо! Им же потом хуже будет! – сиятельный лорд с видимым трудом сдерживал ругательства. Видимо, тема спора была для него более чем животрепещущая. – Люциус-с, – тут же окрысился Марволо. – Никто не лезет в твое министерство, вот и ты не лезь в не свои дела! Я тебе уже всё объяснял, и не единожды! И ты со мной соглашался! – Тогда я не предполагал, что они окажутся настолько упертыми! Абсолютные дикари, варвары! Европа нас на смех поднимет! Как бы они не отказывались от мировоззрений Гриндевальда, остались все теми же снобами! – Плевал я на Европу! – окончательно вышел из себя Марволо, с которого напрочь слетела шелуха цивилизованности, а вылез воспитанник приюта. – Одной политикой мы власть не захватим! Тут же к чертям прогнило все! Где это видано, чтобы министр чужое мнение впереди своего ставил? А заботу о благополучии народа запихнул в… дальнее место?! Время, когда Англия была пупом мира, уже давно кануло в лету, но в самой Англии об этом, видимо никто и не знает! Образования – нет, политики – нет, прогресс отсутствует! А Министерство запрещает все, что могло бы взбаламутить это болото! Этот сброд – что стадо баранов, надо дать ему цель и поставить на колени, чтобы место своё знали! А растить молодое поколение по нужным нам стандартам мы не можем! У нас нет ни времени, ни возможностей! Или ты руками детей-недоучек воевать хочешь? – Марволо выдохся и, подойдя к столу, хлебанул виски прямо из графина. – Твоя задача, чтобы этот прогнивший корабль, именуемый Английским магическим миром, не развалился в ходе реставрации. Мне нужно, чтобы ты правдами и неправдами не дал взбрыкнуть Шотландии и Ирландии с их клановой системой, и удержал Лордов от междоусобной грызни. Да и Уэльс не мешало бы прижать. Нечего тут разводить феодальный строй. А какими средствами вести войну я разберусь сам! Люциус взрыв гнева своего лорда переждал стоически, похоже, именно этот взрыв помог ему самому взять себя в руки, а потому к концу монолога Марволо Люциус отметил абсолютно ледяным и без эмоциональным тоном: – Вы только не забудьте, что война, что бы там не говорил Дамблдор и поддерживающее его министерство, является не только магической, но и гражданской! – он отставил бокал с виски и поднялся из кресла, в котором пребывал все это время. С показным безразличием отряхнул несуществующую пыль с рукавов костюма и продолжил: – И если вы хотите всколыхнуть это болото, то надо заранее позаботиться о том, чтобы к моменту вашего воцарения это болото, хоть и в весьма осушенном виде, но все же было на месте, – Люциус коротко склонил голову и стремительно вышел из кабинета, обойдя по дуге застывшего на пороге Поттера. Тот нечитаемым взглядом проводил Люциуса и скептически оглядел бессильно рухнувшего в кресло Марволо. – Это, конечно, увлекательно и познавательно, но я так и не узнал причины переселения в крепость. Там же ничего нет! Её же еще не восстановили! – попытался воззвать к разуму брата Гарри. – Мне Хогвартса мало что ли было, который промерз до подземелий, так теперь еще и это? – Замок уже полностью восстановлен. Единственное чего там нет, так это привычных тебе покоев. Обойдешься одной большой комнатой. И Люциус дал свое согласие на пребывание там наследника. Так что один ты там не останешься. И найдешь чем заняться. – Исследовать руины в середине зимы у меня нет никакого желания, – фыркнул Гарри. – Там Энвер появляться будет? – Он так же решил там пожить. С детьми, – уточнил Марволо. – Правда? – не поверил Гарри. – Он же над ними трясется как курица-наседка! – Не сказал бы, – усмехнулся Том. – Но вы действительно сможете познакомиться. О детях Энвера-Сириуса Гарри знал только то, что они есть. И что они близнецы. Энвер никогда не приводил их ни к Малфоям, ни в замок Слизерина. И предпочитал не реагировать на попытки двух мальчишек выудить информацию о них. Тем самым невольно только подогревая интерес к ним. Однако, сии загадочные личности, должны были прибыть прямо в замок крепости, в отличие от Драко Малфоя, который, вернув Кэндис родному деду, вернулся обратно. И он, в отличие от Гарри, переселению в крепость был более чем рад. – Ты просто не понимаешь! – возмущался он, наблюдая недовольный вид Гарри, сцепив руки в замок и спрятав их в широких рукавах мантии. – Это единственная магическая крепость! Тем более Певерелл – уникальный род! Они единственные на протяжении многих столетий имели право называть себя чистокровными! Они не вводили в семью маглов и маглорожденных младше второго поколения! Существует предположение, что даже крови магических существ не было! – Драко, я прекрасно знаю историю своего рода, – прервал Гарри монолог Малфоя, уж в лице друга он надеялся найти понимание. – Но крепость стоит в запустении уже тысячу лет! Ей даже уже Слизерин не занимался! А братья только окончательно все развалили! И она не магическая - её строили маглы. Почти полвека. А это существенно уменьшает её комфортность! – Скажешь тоже. Там же несколько столетий жили маги! Сама долина, где расположена крепость, является одним из самых насыщенных магией мест в Англии! Ты хоть представляешь, сколько всего могло там сохранится?! Начиная от редких магических зверей и заканчивая растениями! С этим не согласиться было нельзя - майорат Певерелл был натуральным вывертом природы. Никто не мог сойтись во мнении: считать ли его долиной, или очень пологим холмом, имевший диаметр в чуть более полусотни километров. Геометрически, если смотреть сверху, долина была идеально круглой, а вот сбоку имела существенный уклон – земля постепенно поднималась от краев к середине. В середине, на каменном основании стояла крепость Певерелл, не будь хозяева магами, никто никогда и не подумал ничего возводить. В первую очередь из-за отсутствия там воды и твердости камня – основания. Из-за уже упомянутой Малфоем магической насыщенности земель, с которой мог поспорить лишь Хогвартс и Запретный лес, там действительно водились довольно редкие тварюшки и смогли сохраниться некоторые уже исчезнувшие растения. Кроме того на этих землях наблюдалась такая же аномалия как и у Запретного леса – искажение пространства. Впрочем, довольно небольшое. Лишней земли оно прибавляло немного, да и по высоте ограничивалось фундаментом замка. В запретном лесу искажение было гораздо сильнее – его настоящий размер так никто не смог определить. Подозревали, что в Хогвартсе так же есть подобное искажение, которое шло не вверх, а вниз образовывая мифические катакомбы, где, будто, даже верх мог быть низом. – И что? Мы же туда не природой любоваться собрались, а безвылазно сидеть в замке! – Там есть замок?! - восхитился Драко. Гарри с трудом сдержал стон. Замком пафосно называлось выстроенное вокруг центральной башни приземистое двухэтажное здание, вокруг которого и возводилась крепость. Со всем своими стенами, донжонами, башнями и хозяйственными постройками. Строили маглы для маглов и единственное что обеспечили маги в крепости – наличие воды и стоковых ям с заклятиями очищения. И было естественно, что здания без магической подпитки тысячелетие пережили плохо. Кроме Центральной башни, где находился источник, практически все было в аварийном состоянии. Гоблины, конечно, предоставили и план реконструкции и рабочие руки, но честно предупредили – легче все сравнять с землей и отстроить заново. Но Марволо уперся – как-никак родной дом Салазара Слизерина, последнего лорда Певерелл. То, что именно он и забросил этот дом, Том проигнорировал. И переселяться в раннее средневековье Гарри совсем не горел желанием, подозревая, что Том существенно приукрасил степень восстановленности замка. Что, в итоге, оказалось верным. Впрочем, все оказалось не настолько плохо, как он себе представлял. Замок гоблины восстановили полностью, если не считать отсутствующую внутреннюю отделку, которая была только в хозяйском крыле. Они даже смогли повысить потолки и надстроить третий этаж. Обстановка, конечно, сохранила некий средневековый колорит, но не более того. Одна довольно большая комната разделялась на зоны – спальную, деловую, гостевую. Середина оставалась пустой. Ванной комнаты в реконструкции предусмотрено не было. То есть она была, но для общего пользования и больше напоминала греческие термы. А вот утреннюю гигиену требовалось выполнять с помощью домовика – тот по приказу приносил высокий табурет с тазом для воды и прочие принадлежности. По желанию он мог так же притащить и дубовую кадку для воды, в которой можно было полностью помыться. Драко это так же восхитило. Он внезапно вспомнил о магловском рыцарстве, и был уверен, что у них там было точно так же. Только вместо домовиков – слуги. Гарри же был твердо уверен – подобное только в качестве исключения для летнего непродолжительного отдыха. Немного примирило его с реальностью только прибытие Энвера с тройняшками. Все же тот хоть и являлся в школу каждую неделю, но ненадолго. Старосты в Когтевране пристально следили за тем, где находятся их подопечные. Как и Драко, тройняшки Орест от замка были в полном восторге. И именно их шумное присутствие смирило Гарри с необходимостью проживания в крепости. Оказалось, что довольно сложно сохранять хмурый вид, когда за тобой носится что-то шумное, вечно задающее вопросы, заливисто хохочущее нечто, да еще и в тройном экземпляре. Ранее Энвер своих детей из собственного особняка не выводил. Гарри и Драко лишь из подслушанных разговоров взрослых знали, что такие имеются. И хотя тройняшки были на два года их младше особой разницы между ними и собой друзья не увидели. Кроме полного отсутствия «воспитания наследников», что сразу же бросалось в глаза. Они были непоседливыми, прямыми, любопытными, какими угодно, но не наследниками Орест. – Как это вообще возможно? – недоумевал Драко. Люциус воспитывал своего сына, как и ученика, согласно всем правилам и на ребячество оставалось совсем мало времени. Близнецы Орест же только этим и занимались. Как оказалось позже, недоумевал Драко зря. Тройняшки были хорошо знакомы с «воспитанием наследников» и даже могли следовать этим правилам безукоризненно и легко. Чего нельзя было сказать ни о Драко, ни о Гарри. Им «достойное поведение» удавалось только с помощью тщательного самоконтроля. И то не всегда. – Не увидел бы, – не поверил, – хмыкнул Гарри, когда Энвер представлял детей Марволо. Те вели себя как и положено молодым наследникам – тихо, скромно, вежливо отвечали на заданные вопросы и безукоризненно придерживались путанного магического этикета. Различить тройняшек можно было лишь по глазам: у Серила они были синими, Инграма – черными, а Джозеф был обладателем удивительных фиолетовых глаз. Когда Драко поинтересовался, кто же из них старший, Энвер неопределенно хмыкнул, но на вопрос не ответил. Гарри, же шепотом после рассказал, что изначально тройняшек объединяло лишь дальнее родство. У них даже возраст был различен. А почему на выходе получились тройняшки, связанные как магические близнецы – остается только догадываться. Потому, как даже Марволо не знает, какие ритуалы проводил Энвер. Тройняшки оказались без стопора. Слова «нет» «нельзя» «запрещено» они не знали, а потому облазили все, что было можно и что нельзя. Гарри и Драко, как старшие, должны были за ними следить, но со своей задачей они не справлялись – тройняшки имели бесконечный запас энергии, стихийно пользовались магией, и, к тому же, не обделены физической подготовкой. И во многом могли обставить старших мальчишек. Долгожданный отдых превратился в муку. Беготня по всей крепости за тройняшками, изнуряющие тренировки с Эневером, который сравнивал их с «малышней», набеги лорда Малфоя, который не забывал попенять своим подопечным на «недостойный наследников вид» и тренировка в магии с Марволо – иссушали. И возвращение в Хогвартс те ждали с нетерпением. Однако объявление «выходных» за три дня до отъезда, внезапно расстроило. Это означало, что тройняшки больше не будут подстраивать каверзы, часто грозящие перерасти в серьезное увечье. Тренировки с Энвером станут редки – Марволо не разрешал ему слишком часто появляться в Хогвартсе. А вместо них – скучные занятия с Квирреллом, который хоть и знал свой предмет, но не имел к нему тяги, того огонька который неизменно присутствовал в занятиях с полудемоном. И придирки Снейпа, который к преподаваемому предмету относился с трепетом, и требовал того же от других. А близкое знакомство не уменьшало его требований, а наоборот, увеличивало их. Люциус же напомнил, что они двое не имеют права прошляпиться и показать свои реальные знания и умения, что особенно касалось Гарри. Что убило желание возвращения в Хогвартс на корню. Увидев хмурые лица мальчишек, на традиционном совместном обеде, взрослые облегченно выдохнули. – Вроде как перебороли. – Люциус придирчиво осмотрел собственного наследника. – Да что тут такое творится? – вспылил Гарри. Но тут же осекся и продолжил уже совершенно иначе: – какого мы чуть ли не с самого начала каникул хотели вернуться в Хогвартс!? – Секрет магического обучения Хогвартса, чтобы ученики не сбегали. Вот уж неизвестно какой из директоров этим школу облагодетельствовал, но держится своеобразный приворот долго. – Том был доволен, будто кот слизавший сливки. – Мерзость, – передернулся Гарри. – Потому вас так и гоняли. Так вы не смогли сосредоточиться на своем желании поскорее вернуться в школу – лишь бы до постелей добраться. А это и было нашей целью. – Могли бы и нам сказать! – возмутился Драко, и, заметив грозный взгляд отца, стушевался. Вспомнив, что древнейший способ избавится от приворота – перевести внимание привороженного на что-нибудь другое, так, чтобы тот сам обо всем забыл. Приворот тогда сам спадает, не имея точек соприкосновения. Остаток каникул был безнадежно испорчен.