Связанные болью

Над Широм зажглись первые ранние звёздочки, ясные и пригожие на осеннем чистом небе. Из низин потянуло холодком, потемневший после захода солнца Брендивин собирал над своими спокойными водами, тускло отливавшими металлом, лоскутья белого густого тумана. Утихший к ночи ветерок лишь изредка играл листвой на вершинах, горящих золотом под последними солнечными лучами. - Быстрее, Пиппин! Хватит уже! Мэрри быстро обернулся через плечо, окинув цепким взглядом неприступный забор, подогнанный доска к доске. Там, в недосягаемости взгляда хоббита стоял дом фермера, тревожно посматривая из густеющих сумерек тёмными окошками. Хозяйская яблоня вновь сильно качнулась, зашумев желтеющий листвой. Не удержавшись под собственным весом, пара спелых крупных яблок со скоростью снаряда сорвалась с ветвей, сначала с громким шорохом, а потом и глухим стуком окончив свой путь в сырой примятой траве. Сверху, из листвы, послышался сдавленный стон. - Пиппин!.. Мэрри приблизился к яблоне, теряя терпение, и положил ладонь на её шершавый ствол, собираясь то ли лезть на подмогу другу, то ли раскачать дерево и сбросить его вниз. - Мэрри, мешок застрял! - Растяпа! Вечно с тобой попадаешь впросак! Верно люди говорят: «возьмёшь с собой Тука – выйдет одна мука!»… Мэрри устремил рассерженный взгляд вверх, но осенняя листва надёжно скрыла его незадачливого друга от обоснованных нападок. Когда из листвы послышался ответный голос, в нём вовсе не звучала обида, только беспомощность. - Мэрри, что мне делать?.. Хоббит внизу раздосадовано вздохнул, ещё раз опасливо оглянувшись по сторонам. Шуметь в чуткой сумеречной тишине, в которой звуки чисто и ясно разносились на милю, совсем не хотелось, особенно в такой близости от дома фермера, но другого выхода, похоже, не было. - Развязывай мешок и вытряхивай яблоки на землю… Мэрри непроизвольно перешёл на шёпот, предчувствуя чудовищный треск и шорох, который должен был воцариться с минуты на минуту. Пиппин зашуршал листвой и начал старательно возиться, тяжело дыша и покряхтывая от усердия. - Мэрриадок Брендибак… Мэрри едва не подпрыгнул на месте, когда над самой его головой раздался громовой голос. Вздрогнув, он резко развернулся, прижавшись спиной к шершавому стволу яблони. Дерево покачнулось, сверху послышался приглушённый испуганный вопль, и из редеющей листвы вместе с яблоками ссыпался Пиппин, почти плашмя приземлившийся в мокрую от тумана траву. - И Перегрин Тук, естественно… Гэндальф покачал головой, но тут же тихо рассмеялся, когда Пиппин при попытке встать, был награждён упавшим яблоком по макушке от многострадального дерева. - Гэндальф? Что… Мэрри, наконец, пришёл в себя после испуга и непонимающе покачал головой, но маг остановил его властным взмахом руки. - Я думаю, нам не стоит задавать друг другу подобных вопросов во избежание ответов, которые нас только ещё больше озадачат… или расстроят. Гэндальф неоднозначно посмотрел на Пиппина, незаметно сгребающего уцелевшие после падения яблоки в мешок. Мэрри опустил глаза, смущённо кивнув. Окинув быстрым взглядом фигуру мага, хоббит нерешительно заговорил вновь. - Похоже, ты покидаешь Шир?.. - Да. Меня ждёт дальний путь, на этот раз скрытый от моих собственных глаз. Скрытый пеленой надвигающейся тьмы… Старческий голос был тих, но грозные слова, произнесённые в надвигающихся ночных сумерках, зловеще повисли в холодном осеннем воздухе, заставив хоббитов прислушаться и вмиг стать серьёзней. Маг некоторое время блуждал взглядом, закрывшись от всего мира в собственных мыслях, но наткнувшись на испуганные лица хоббитов, выдавил из себя натянутую улыбку. - Берегите свою юность… Иначе от неё останутся одни воспоминания… Шумно вздохнув, он развернулся, оставляя за спиной озадаченных хоббитов, и пошёл прочь по сырой от тумана траве. - Гэндальф, ты ведь ещё вернёшься?.. Пиппин поднялся на ноги, потянув на себя горловину не завязанного мешка, отчего собранные верхом яблоки снова попадали на землю. Маг остановился. - Я не знаю… Он бросил через плечо эти слова тихо и устало, даже не оборачиваясь. Потом, подумав, он всё-таки оглянулся назад, тяжело опираясь на посох. Его глаза тускло блестели под полями ветхой остроконечной шляпы. - Пока меня не будет, присмотрите за Фродо…