Семицветик

Бечено!

***

      Уснуть в подворотне было не очень хорошим планом, но совершить другое действие не представлялось возможным.       Усталость навалила с такой силой, что девушка просто села куда-то, облокотившись на стену, и оттолкнула чемодан, который мешался ей на пути. Раннее утро только вступало в свое право на этой земле, но в сизых сумерках по крышам уже мелькали редкие патрульные-ниндзя, а поздние посетители казино и других игорных домов только выходили из заведений то разразясь бранью, то крича от радости. Впрочем, ни шум, ни холод, ни жесткость поверхности не мешали беспокойному сну детского тела.       Ведение, навеянное тяжелым днем, не походило на попытку мозга в спокойное время обработать лишнюю информацию, но даже субъективное отражение действительности не подходило тому, что творилось в больной голове.       Бескрайние просторы поражали воображения: голубое небо находилось так высоко, что создавалось ощущение, будто бы в солнечный день возникала возможность засвидетельствовать сизый и мерцающий кусочек космоса; бескрайний океан был чист и глубок настолько, что солнечный свет не мог достигнуть через толщу воды до песчаных дюн; тьма, клубившаяся пятнами на самом дне, была плотной и насыщенной, словно живое существо, невольно заставляя пугаться неизвестной опасности.       — «Как Сабнатика, только лучше!» — пораженно сравнивала землянка, вспоминая старую игру об космическом приключении человека на океанической планете.       Отсутствие порывов ветра, характерных для открытого пространства, намекало на штиль, но Ольга смутно догадывалась, что на самом деле движений воздушных потоков здесь не будет. И она сама, стоя посреди всей светлой и синей красоты, казалась миниатюрной песчинкой, которую легко сметут высокие волны, погребя заживо, и предоставят на съеденье монстрам, прячущихся в самых темных и глубоких пещерах.       — Красиво! — все же смогла совладать с потрясением девушка, оглядывая имеющееся великолепие.        Взгляд опустились еще раз вниз, чтобы запомнить эти незабываемые цвета синего.       Короткая стрижка и покрас волос в голубые цвета не были ее выбором, а скорее смиряющей случайностью, удачно подошедшей под ее новый образ. И, пускай она хотела видеть себя в зеркале по другому, но все же смирилась, что уже имеющиеся черты стали визитной карточкой ее имени.        Ожидая увидеть знакомое отражение, она только и могла, что бессвязно раскрывать рот, силясь вымолвить хоть что-то против. На поверхности водной глади было слишком много светлых пятен, никак не принадлежащих ее одежде. Веки широко раскрылись, светлые брови взметнулись ко лбу. Хищный зрачок вперился в чужой лик напротив. Светлые пятна являлись отдельными, такими же светлыми чертами ее нового тела: золотые волосы обрамляли кукольные личико; желтые глаза, присущие змеям, были обрамлены едва заметными пятнами синего цвета у внешнего уголка век; бледная кожа блестела на солнце перламутром, будто бы кто-то методично несколько часов к ряду втирал в эпителий жемчужную пыль. Голое тело было едва прикрыто по плечам длинными локонами, доходившими до воды, однако их концы не намокали от влаги.        Чужой образ был прекрасен. Как среднестатистический житель Земли, не по наслышке знакомый с пластическими операциями и генетическими мутациями, она принимала странности чужого тела должными. Вертикальными зрачками мало кого можно было удивить, — для такого дела существовали импланты и контактные линзы, — но эти глаза, учитывая то, куда она переместилась пару часов назад, могли иметь логическое продолжения Орочимару.       — Либо я ведьмак, либо все же это дело Саннина.       Очевидный ответ, взысканный вслух, не пугал, но заставлял задуматься над дальнейшим существованием. Внешность девочки-куколки являлось неплохим подспорьем, но слишком много врагов нажил Змей, чтобы она могла спокойно и свободно передвигаться по Стихийному Материку.       Под бледной кожей иногда что-то двигалось, будто бы под тонкой материей в тканях и плоти ползали жеки или змеи. Нелицеприятная картина сразу же исчезала, стоило взгляду остановиться на инородном движении. Являлась ли эта часть отражения правдой или иллюзией? Волнующий ее вопрос не мог иметь под собой четкого ответа. Пока. Собственным ощущениям Ольга доверяла больше. Девушка не чувствовала боли или раздражения внутри тела, но этот же факт не мог отрицать наличие паразитов.       В конце концов все могло сложиться и так, что Орочимару просто создал новое тело под переселение души. С этой позиции будущий сосуд мог быть в равной степени копией генетического донора, а, значит, в этой интерпретации вселенной Наруто саннин являлся женщиной. Или же в ходе развития клона случилась непредвиденная мутация, и теперь у нее есть тело блондинки, а не чернявого мальчишки. В любом случае то, что у нее теперь было на руках и пользовании, не могло быть изменно. Да и чего греха таить, если девичье личико Орочимару с пухлыми детскими щечками было чертовски милым?!        — А кто мать?       У брюнета не мог появиться ребенок блондин, если у его партнера не было светлых волос. Дать свет на эту сторону проблемы могла документация, спрятанная в недрах чемодана. Стоило бы их прочесть в безопасности и на досуге. Ольга не была генетиком или врачом, но просветительская совершенность современного общества Земли позволяла ей иметь некоторые представления о биологии и анатомии человека.       И, если все ее догадки верны, получалось так, что она действительно является экспериментом Саннина. В ином случае — кто-то сделал хуманизацию змеи, исходя из исследований рептилий и членов клана Рьючи. Нужно было еще обратить внимание на политическую обстановку всех стран. Орочимару мог наследить и перейти кому-то дорогу, сделав всех своих пособников врагами номер один. Тот же Данзо наверняка бы обратил внимание на «выкидыша» Змея, подобрав того к себе в Корень.        Орочимару был ученым, причем основой самой сути этого слова. Чужие принципы и общечеловеческие моральные устои не беспокоили его гибкий ум, от того тот совмещал несовместимое. Людей разбирали на кусочки, вплоть до генетических кодов, и имплантировали в другие организмы, или проделывали те же манипуляции с животными, создавая немыслимые гибриды. Отчасти, страх смерти привел гениального шиноби к реинкарнации через чужое тело. Саннин использовал психо-физиологический и энергетический переход. Вопросы реинкарнации и загробной жизни, существовавшие вместе с человечеством, коснулись и людей на Земле, но их методы были выстроены на законах логики и робототехники. Пластик и железо долго не разлагались, обеспечивая еще пятьдесят лет полноценной жизни богатым людям.       Созерцая отражение, Ольга приметила еще больше желтых пятен, начинающих свое путешествие по водяным кругам и брызгам где-то за стеной. Отчего-то вода под ее весом не имела той же физики, что и в обычных условиях, по этой причине возникал вопрос: почему изображение исказилось? Ответ обнаружился почти сразу, проникая в голову вместе с шипящим звуком.       Оглянувшись, девушка увидела, как напротив нее на некотором расстоянии ползала гигантская змея. Питон или анаконда имела бледную, чуть желто-розовую чешую, вдоль спины которой шли квадратные рисунки цыплячьего цвета. На крупной морде с приплюснутым носом блестели коричневые «усы». Ярко-оранжевые, словно апельсины, глаза внимательно наблюдали за человеком, сидящего у водной глади.       Выпрямившись, блондинка ни на шутку испугалась, едва сдерживая позыв подпрыгнуть и убежать. Пути побега были сомнительными: берега — нет, орудий самообороны — нет, и она сама маленький ребенок.       Пресмыкающееся, обратив внимание на чужое движение, сразу же поползло к интересующему его объекту. Рывка, как и гипнотического танца, не было, но животное точно не хотело отказываться от преследования единственного живого существа.       Сдвинув ногу назад и чуть в сторону, иномирянка приняла боевую стойку из бокса, сжимая кулаки. С животными сражаться голыми руками практически невозможно, и она это прекрасно знает. Лучшим выходом в данной ситуации была тактика уклонения.       Очень скоро расстояние между ними сократилось. Страх перед сложным противником и неизбежностью боя заставил девочку неотрывно следить за изгибами чужого тела. Пот стекал по лбу и спине, раздражая гиперчувствительную от адреналина кожу покрываться красными пятнами и мурашками.       — Ну, давай! — не выдерживает напряжения землянка, ловко, в два шага, отпрыгивая еще дальше назад, едва успевая заметить и осознать резкий выпад тупорылой морды.       Острые клыки так и остаются сокрытыми, но Ольга прекрасно знает, что такие крупные змеи с легкостью проглатывают мелкий скот и детей. National Geographic пару раз показывали документальные фильмы про леса Амазонки, и становиться очередной темой для интересного сюжета ей не хотелось.       Странного рода охота продолжалась. Шипения не было слышно, а длинный язык не покидал пасти. Еще сложнее было определить причину чужой агрессии, учитывая то, что посреди открытого пространства не было ни пищи, ни хищников, ни спасительной суши, отчего необоснованное нападение на относительно крупное животное было совсем бессмысленным.       Не было смысла злиться на бестолковое существо, уступающее своим развитием человеческому, поэтому светлоглазая продолжила стороннее наблюдение, осознавая чудо последнего момента, когда перед прямым столкновением время замедляло свой ход, подобно «слоу мо».       — Да что тебе надо?! — рявкнула блондинка, приседая на воду.       Массивная туша пролетела над головой.        Едва успев оглянуться, чтобы оценить обстановку, иномирянка наконец попадает в ловушку.       В дикой природе существует множество тактик охоты, и змеи отлично справляются с мимикрией и преследованием. Это существо, оказавшееся из неоткуда посреди моря, наверняка было куда смышленее среднестатистических собратьев, вовсю пользуясь чакрой и логичной последовательностью действий. Извернувшись, пресмыкающееся смогло поймать чужой взгляд и вплести гендзюцу в чужое сознание.        — «Тут не безопасно». — четкая мысль заставила девочку вздрогнуть всем телом.       В реальности же веки чуть сжались, брови нахмурились, а после глаза стали медленно раскрываться.       Пахло в подворотне надлежаще: спертый воздух был наполнен ароматами сырости, гнили и мочи; по обе стороны слышался шум города и улицы, иногда можно было обратить внимание на стук подошвы о черепицу крыши над собой.       — «Слишком много запахов, слишком открыто!» — чужие мысли заставили конечности напрячься, а мозг — анализироваться происходящую ситуацию во вне.       Человеческое дитя медленно встало, начав вертеть светлой головой по разным сторонам, пока язык-сплит трепетал вне рта, пытаясь уловить дополнительные сведения о месте из воздуха. Встревоженное выражение лица сменилось удивленным, когда стандартный трюк для химического анализа не сработал.       Удав, забравший управление над гуманоидным телом, мгновенно напрягся. Встав по стойке смирно, он не мог понять, от чего стандартный трюк из арсенала для выживания не дал предполагаемого результата.       — «Глупое тело! Бесполезное! Страшно!» — в голове не было иных мыслей. Грудину сжало душащее чувство тревоги, постепенно поглощая объективное внимание и тактическое мышление.       И тело было совсем не удобным, хотя эти крупные и продолговатые мелкие отростки оказались куда более ловкими в манипуляциях с пространством. Жилы и суставы ныли от перенапряжения. Малокровие кружило голову, став еще одним препятствием для нормального функционирования.       Пытаясь подстроить новоприобретенное тело под новые нужды, змея ползала на четвереньках, припоминая стойки и действия более крупных хищников.       — «Куда?!» — ворвался в голову строгий женский голос, оглушая питона. Душа человека имела определенное преимущество перед животной. Сильная воля и устойчивые желания перебороли первобытные инстинкты.       Под толстой костью черепа заныло.        — «Меня таким не одолеть!» — заявила Ольга, ослабив гендзюцу.       Скрежетая зубами, землянка вновь вернула главенствующие позиции в своем подсознании. Образ ребенка, что должен был когда-то править в светлой голове, был растворен в толще воды. Москвичка была по определению могущественнее, хотя бы по той причине, что она являлась состоявшейся личностью. Большей проблемой был змей, сохранивший свое сознание несмотря на операции и множественные мутации.       Изменив образ больной девочки из пробирки на представителя Земли постиндустриальной эпохи, она теперь походила на футуристического космодесантника или космонавта. Скафандр из полимера и пластика надежно защищал стройное тело. Теперь в гибких руках был длинный и тонкий керамический нож, являющимся воплощением уверенности иномирянки и ее фундаментальных и многогранных знаний.       Лезвие беспрепятственно погружалось в тело питона. Керамика легко резало плотную чешуйчатую шкуру, ломало тонкие ребра и расслаивала на волокна тугие жгуты мышц. Резко изменившиеся размеры пришельца на позволили кольцам плотно сомкнуться. Хищная морда оскалила пасть, четно пытаясь поглотить свою жертву.       Прочное стекло шлема надежно защищало лицо, в частности глаза, от едкой слюны животного. Биологические кислоты и яд не могли обжечь и растворить сложно структурированные материалы, стекая крупными каплями по броне. Широкая челюсть с двумя рядами острых клыков не может зацепиться за гладкий полимер, из раза в раз соскакивая с белых пластин. Токсин копился под стыками брони, но не мог впитаться в силикон или резину, и громко хлюпал цветной пеной в суставных местах.       — Умри! — пожелал змей, пытаясь стянуть усталым телом конечности непрошенного гостя.       Вода под борющимися душами окрасилась алым, оскверняя чистейшее голубое море. Розовая пена из крови и соли пятнами покрывала ноги человека и гибкое тело питона. Иногда наблюдая под собой движение темных пятен на дне, Ольга опасливо подумала, что будь они оба достаточно слабыми, то глубинные монстры непременно напали бы на них и поглотили.       Огромных усилий девушке стоило, чтобы подмять под себя животное, заставив то обхватить своим хвостом крепкие бедра. Не гнушаясь использовать весь свой немалый вес тела и костюма, она надежно обездвижило создание. Гигантский василиск сжимал сои кольца, отчаянно стараясь сломать хрупкие кости, но его потуги ничего не стоили. Иной раз стыки брони срывали чешую, стоило шкуре зацепиться за острый угол доспеха.       Прижимая животом чужую морду и удерживая в изгибе локтей и коленей чужое туловище, женщина наконец-то смогла совладать с противником.        — Никогда бы не подумала, что такая сука будет водиться у меня в башке! — в сердцах высказалась Ольга, нервно улыбаясь, а затем громко засмеялась, отпуская тот канат нервов, что накопился за последние дни. — Ну, и что ты такое? Живешь, так аренду плати и будь полезен!       — Мерзкий человек! — зашипел питон, — Да как ты посмел забрать мое тело?! Не прощу! — пасть сжала щиток на предплечье сильнее, вот только вместо раскола пластика и хруста белой массы раздался зубной скрежет и звук сломанного зуба.       — Ты меня не победишь! — уверенно заявила голубоглазая, — Еще раз: кто и что ты такое? Не ответишь на мой вопрос — выселю! — пообещала она, — Не сейчас, может быть, но ты сам удивишься, какой я могу быть упертой, когда мне что-то нужно!       — Ненавижу! — упрямо просипел от натуги зверь, размыкая свой рот, — Ты забрал меня из моей стихии и еще смеешь угрожать?!       — Могу уверить тебя, что я не тот человек, за которого ты меня принял. Я не отсюда. — спокойно констатировала факт девушка, — Меня зовут Ольга. Можешь звать и Хельгой, только кусаться прекрати.        Измученное тщетной борьбой, существо склонило голову, чтобы яркий оранжевый глаз смог держать в своем поле зрения лицо напротив.       — Думаю, тебя поймал мужчина? У него черные волосы, белая кожа и большие желтые глаза с фиолетовыми тату. — начала описание чужой внешности синеволосая, не обращая внимание на злобное шипение под собой, — Он тоже меня поймал. Случайно, если можно так сказать. Просто так звезды сошлись, но теперь это тело является моим и, раз уж на то пошло, терять его я не намерена.        — Человек имеет глаза пленителя! — подметил змей, не моргая наблюдая за спокойной миной.       — Он забрал у тебя тело, чтобы сделать его своим, но на его несчастье появилась я! — ухмыльнулась бариста, — Теперь я тут самый главный царь, а ты лишь призрак прошлого.       — Не такой уж и призрак. — возразило животное.        — Именно, но теперь ты человек, хочешь того или нет. И если ты хочешь умереть самой страшной смертью, которую мы, двуногие, устраиваем для простого развлечения, то можешь спокойно перехватить контроль. Ты очень удивишься, когда тебя будут сутками пытать ради криков, а затем сделают еще чего похуже. Иной раз и смерть будет благом, если до этого конец был мучительным. — на этот раз существо разжало свои кольца, осознавая факт собственной беспомощности, — Дело не в том, что я появилась здесь, а в том, что без меня уже ты не выживешь.        — Убивать тебя я не собираюсь. — после некоторого молчания сообщила Ольга, устало вздыхая. — Считай, что я мстящий дух, который со всех возымеет мзду. Да такую, что вовек не забудут!       Грань внутреннего мира сменилась унылой реальностью постепенно, сменяя яркие краски синевы на серые и коричневые тона закоулка.       Наступило утро. Чудо, что в подворотню никто не заглянул. Если бы какой-нибудь путник заглянул бы за угол в темную улицу, то он бы увидел, как светловолосый ребенок, уткнувшись лицом в гнилые доски стены, нервно перебирал руками по мерзкой жиже из нечистот под собой. В пору было бы вызвать наряд полиции и службы опеки и попечительства, будь они на Земле, но, слава Ками, местным было по большей части все равно, что происходит вокруг. Обесценивание человеческой жизни и отсутствие здорового сострадания к детям сейчас было на руку.       Вернув себе бразды правления, землянка только и делала, что ругалась, иногда срываясь на шипение, и пыталась сдержать вес на ноющих конечностях. Восстановив некоторую возможность перемещения, она поползла к чемодану. Брезгливость и соображения гигиены заставляли ее искать смену грязной одежды.       Прилегающие друг другу крыши скрывали основной поток солнечного света, через прорезь между черепицей вниз шла тончайшая золота полоса, на фоне которой мерцали пылинки.       На другой стороне у стены, среди грязных баков и оставленных ящиков, девушка уже подталкивала чемодан, который по несчастному стечению обстоятельств был уронен в зловонную лужу.       — Зараза! — выругалась Ольга, отодвигая тяжелый багаж на сухое место.       Вода все же попала внутрь, запачкав кромку тканевых вещей. Всякого рода кофты спасли от гибели самый важный груз, не дав воде достичь техники. Смрад можно было вывести только чистящими средствами, но вряд ли бы такие изыски смогли бы попасть ей в руки в ближайшее время.       Блондинка тяжко вздохнула, доставая из кармана крышки влажные салфетки. Спирт и отдушка мутят голову резкостью запахов, но чуять приторную отдушку сирени и резкий аромат химии было намного приятнее. Средство отлично справилось со своей задачей, с первого раза счищая с нежной кожи мутные разводы и слизь.       День задался с не самой лучшей ноты. Хорошо еще, что настоящим событиям еще предстояло появиться впереди.       Когда чемодан был вновь собран, а вещи сменены на более подходящие под местные реалии, девочка вышла из подворотни, осторожно оглядываясь.       Вокруг было не так много людей, как ей хотелось, чтобы воспользоваться сокрытием в массе толпы. Но, как говориться, держи морду кирпичом и будь уверенным!        Спокойно пройдясь вдоль улочки до конца улицы, блондинка перевела дыхание и нервно утерла щеки — граждане Танзаку и редкие шиноби из Конохи на нее не пялились и не следили взглядом. Некоторые дети все же заинтересовались ее нашивками, расположенными вдоль рукавов. Вышитые цветы могли бы подойти под символ клана, но навряд ли бы тот выбрал настолько сложные орнаменты. Запахами от нее вроде бы не разило, но будь тут Инузука, то к ней бы сразу же возникла пара вопросов.       Приоритетной задачей теперь стал поиск безопасного места.       Японцы были достаточно азартными игроками, поэтому такой город, как Танзаку, можно было считать Вегасом местного разлива, только куда более старой вариацией. Совсем рядом с закоулком, куда она переместилась ночью, оказался Квартал Красных фонарей, чьи дома и освещение действительно имели ярко-алые цвета. Заведения выглядели очень колоритно и красиво.       Шествие местной ойран в компании свой свиты походило на мини-парад. Юдзе выглядывали со своих окон, чтобы засвидетельствовать красивое путешествие старшей госпожи. Горожане и гуляки с нескрываемым восторгом и восхищением провожали красивейшую женщину взглядом, пока за ней плелись слуги.       Ольга никогда не видела настоящих японцев вживую, хотя возможность посетить саму Страну Восходящего Солнца имелась. Картинки на просторах интернет-сети не могли передать всю глубину чужой культуры и общества, поэтому она сама не могла скрыть удивления и восторга от представленного зрелища. Ойран была облачена в кимоно изумительной расцветки. Наверняка очень дорогое, по его рукавам и подолу мерцали цветы из металлических нитей. Круглую голову венчала сложная прическа черных волос с крупными заколками, невольно походящая на золотой нимб.              Иметь такую красоту и капитал тоже хотелось. Ольга завистливо вздохнула, потакая своим мечтам, но она надеялась, что обстоятельства позволят ей иметь достаточные суммы, чтобы одеваться в будущем также красиво.       Медленно спонтанно собранная толпа расходилась. Вновь поднялся шум, затмевающий большую часть вдохновленных мыслей.       Обойдя квартал по внешней стороне, блондинка попала на торговые улочки, больше походящие на кондитерские мастерские. Вероятно, это было обусловлено тем, что мужикам после или до посещения женщин будут необходимы презенты. За стеклом на полках стояли ряды со сластями, каждое из которых представляло собой маленькое произведение искусства: стеклянные конфеты, разноцветные пирожные, разнообразные узорчатые печенья, бархатные торты и т.д.       Но прогулка на голодный желудок от витрины к витрине было тем еще извращением. Желание почувствовать на языке и небе изумительный вкус иностранных яств будоражило нежный орган.       Светловолосая только губы поджала, намеренно уходя в другою сторону. Нужно было найти гостиницу и какую-нибудь кафешку под жопой, где она бы со знанием профессии могла бы осесть. Дорогие и среднего класса хостелы сразу же отметались не только по причине цен, но и по контингенту там проживающего.       — «Странный запах». — предупредил змей.       Существо словно бы жило внутри, глубоко под плотью. Там, где две разных полости, — грудина и брюшина, — вопреки реальной физиологии были ментально соединены. Органы нежно обнимал и сжимал гигантский питон, тычась мордой в самое сердце. Дележка тела была необходимой мерой, но не надежной. Вряд ли такие ощущения должны были чувствоваться простым человеком, и, скорее всего, они были связаны с соседством двух сущностей одном теле.       — «Какой есть», — поморщила нос золотоглазая, — «еще не самое плохое. Бывает куда грязнее и опаснее». — круглая голова поворачивалась по сторонам, высматривая вывески постоялых дворов.       Ноги все еще ныли от чересчур активной деятельности за последние часы, но желание отдохнуть в комфортабельных условиях заставляло перебирать ноги и наслаждаться медленной прогулкой.       — Извините! — подошла девочка к шиноби с хитайате Листа, — Не подскажите, где ребенку можно остановиться на ночлег? — по сравнению с взрослым мужчиной среднего роста, ее образ становился совсем крошечным, однако чистая одежда с гражданской сумкой должны были сыграть ей плюсом, — У меня не так много денег… — смущенно добавила блондинка, старясь вести себя максимально мило, скромно и осторожно.       — А где твои родители, малышка? — не то, чтобы сам ниндзя действительно был заинтересован в чужом благополучии, но война отгремела не так давно, и тут и там находились лазутчики, что всеми правдами и неправдами пользовались чужой сердобольностью.       — Где-то на фронте. — легкомысленно ответила желтоглазая, переступая с ножки на ножку, — Наверное. Это был последний город, где они остановились, а потом дальше ушли.       — Кого-то потеряла? — жизнерадостно поинтересовался кто-то со стороны.       Оглянувшись, Ольга увидела знакомого персонажа, который импонировал ей своим легким характером и сомнительным увлечением.       Легендарную книгу очень хотелось найти и почитать каждому поклоннику Масаши Кисимото. Ольга и сама едва сдерживалась, чтобы не сорваться с места и не кинуться в объятия беловолосого шиноби. Она непременно бы визжала, как настоящая фанатка, встретившая своего кумира.       — Джирайя но Доно! — воскликнул ребенок, широко распахивая глаза и приоткрывая от радости рот.       — Ого! — делано удивился светловолосый, широко улыбаясь, — Видимо моя слава достигла самых маленьких ушей! — но стоило тому полноценного рассмотреть фигурку и личико, подмечая характерные черты одного известного сокомандника, как Джирайя сразу же стал куда серьезнее и осмотрительнее. Широкие зрачки сузились. Жабий Отшельник не знал, почему юная незнакомка так похожа на Орочимару, и, признаться честно, знать совсем не хотел, но такая встреча точно не была спонтанной.       — Хи-хи-хи. — смущенно захихикала землянка, щуря от удовольствия глаза, — Папа мне читал «Повесть непреклонного Ниндзя». У него была и другая серия, но мне ее читать мама не разрешала. И вы же герой Второй Мировой! На вас все мальчишки равняются!       — О как! — самодовольно ухмыльнулся джонин, подмигивая чунину, который едва сдерживался от закатывания глаз, — Хочешь тоже быть ниндзя?       — Если можно. — девичья улыбка чуть поугасла, а змеиные глаза стали рассматривать футуристичные кроссовки, которые выделялись ярким апельсиновым пятном в ее простом образе, — Господин Джирайя-сама, а вы знаете, где мне можно остановиться на ночлег?       — На ночлег? А где твои родители? — типичный вопрос от другого шиноби не вызвал ступора и Ольга упрямо повторила ложь.       — Не знаю. — пожал плечами светлоликий ребенок, — Бабушка говорила, что они ушли на фронт. Но война кончилась, а их все нет.       — Пойдешь со мной? Будем искать родителей. — настоял Саннин, решительно и осторожно обхватывая маленькую ладошку, — Уверен, что в записях где-то есть сведенья о таких специфических шиноби.       — «ОПАСНОСТЬ!» — отчаянно зашипела змея внутри, сжимая органы в тиски, не справляясь с шестым чувством, — «БЕГИ!»       — Хорошо. — напряженно улыбнулась Ольга, позволяя мужчине вести себя простым шагом в противоположную сторону.       Чунин сзади взялся за ручку чемодана, на ходу проверяя легким встряхиванием массу содержимого, но звук шорох ткани не позволял ему определить точнее, что же лежит в таком крепком корпусе.       Сама же иномирянка засунула ладошку в карман кофты, в котором лежала фигурка. Отрывая бумажный лепесток, она на русском языке прошептала желание, замечая как напряглись коноховские представители, наверняка подметившие ее попытку что-то достать или использовать в кармане. Только и они не лыком шиты, чтобы чужая «атака» действительно могла подпортить им здоровье.       Ниндзя предполагали многое, но они точно не ожидали, что на их глазах девочка и чемодан растворяться в сизом дыму, полного блесток и искр. Странная иллюзия или искажение гендзюцу не выявились обычными способами выявления чакры.       Джирайя поджал губы. Стоило донести начальству о странной незнакомке, приходящейся подчиненной Орочимару.       Сама блондинка тем временем упала куда-то посреди тракта, звонко шлепаясь спиной о пыльную дорогу. Покарябанный чемодан отлетел в траншею, оглушая округу громким стуком.