КВЕСТ: Второй мир или Путь контроля

Дима кивнул, не в силах произнести ни слова. Гулкий внутренний резонанс от увиденного выбора Минато всё ещё отдавался в его костях. Он был свидетелем не сценария, а таинства. И теперь ему предстояло стать соучастником. Он перенёс их. Не простым перемещением, а сдвигом слоёв сна. Мир-гравюра смялся, перелистнулся, и они оказались на поляне у озера, где вода была синей, а отражение луны полной. Здесь уже шло своё представление. Девятихвостый, извергнутый из тела марионетки-Кушины, был не монстром из плоти и ярости, а теневой проекцией. Гигантская фигура, отлитая из жидкого мрака и алых мазков, ревела беззвучно, разрывая тишину кошмара одним лишь давлением на реальность. Человек в маске стоял перед ней. Его движение — взмах рукой — было простым и лёгким. И тень-лис подчинилась.Один гигантский коготь, тёмный как пропасть, обрушился на крошечную, беззащитную фигурку женщины, лежавшей на земле. Вспышка. Не звука. Света. Золотая молния, разрезала своим сиянием ночь. На миг весь нарисованный мир стал негативом, а когда зрение вернулось, а когда зрение вернулось, Минато уже стоял на коленях рядом с телом Кушины, а в следующее мгновение мигнула новая вспышка — и они оба исчезли, чтобы тут же материализоваться в безопасном месте. — Ты и правда заслуживаешь прозвище. — Голос из-под маски звучал почти с уважением, но в нём не было души. Лишь констатация. — Но ты опоздал. Контейнер пуст. — Минато… — Прошептала марионетка-Кушина, её голос выдал идеальную смесь боли и облегчения. — Наруто… в порядке? — Да. — Ответил Минато, и его улыбка, обращённая к ней, была самой мучительной вещью, которую видела настоящая Кушина. Потому что в ней была настоящая нежность к копии. — Он в безопасности. Я обещаю. — Слава Ками… — «Кушина» выдохнула. — Останови его… Иначе… Коноха… В этот момент привычный образ Минато сдвинулся. Плечи расправились иначе, взгляд, только что мягкий, стал пустым и острым, как скальпель. Это был уже не он. Это был призрак сотканный из тьмы. Они заменили друг друга и теперь Минато был на его месте, а призрак занял тело. — Оригинал, согласно нашему договору, угроза классифицируется как «Критическая». Деревня под ударом. Требуется нейтрализация источника, — Голос звучал из его же уст, но был плоским, лишённым тембра. — Я беру управление. Я. Его. Уничтожу. — Мне казалось что тебе плевать ведь это сон. — Минато не применил поддеть свою копию. — Плевать, эта тварь задела меня за живое. — Его взгляд, холодный, аналитический, без единой искры человечности, упал на маскированного. И в этом взгляде была не ярость, а чистая, неопровержимая интенция уничтожения. — А я уже думал что между нами нет совсем ничего общего. — Скрестив руки перед собой произнёс Намкадзе. — Знаешь, у меня есть идея как нам проснуться. — Произнёс призрак активируя технику Летящего Бога грома. — Понимаю. Думаю нам надо одолеть Лиса и этого неизвестного. Он фактор который меня беспокоит и если мы его решим кошмар сам собой развеяться. Тогда мы сможем проснуться. Боли проснуться не помогает. Этот сон отличается не только тем что нас в нём двое, но ещё и целью. — Видимо, когда мы одолеем лиса, мы проснемся. А пока... смотри, он нас обнаружил. Парные щели-глаза в тенистой морде развернулись к ним. Даже в этом сонном подобии в них горела та самая, тысячелетняя ярость. — Наконец-то... Из пасти демона начала формироваться сфера — не привычная чёрно-красная, а сгусток искажённой реальности сна, пульсирующий фиолетовым ядом. Она вобрала в себя свет, звук и саму твердь сна вокруг. Минато отреагировал быстрее чем обычный человек мог подумать. Его действия и движения были быстрее чем мог уловить взгляд обычного человека. Его руки выбросили вперёд трёхсекционный кунай, но это был лишь жест, фокус для внимания. Настоящая работа шла на уровне ниже — Призрак, слившийся с его восприятием, молниеносно вычислял векторы, траектории рассчитывая каждую деталь на которую тот был способен. Пространственно-временной барьер возник не как щит, а как аномалия. Место перед Минато просто перестало подчиняться законам сна. Сфера-яд вошла в него и, вместо взрыва, начала растворяться, как клякса в воде, унося с собой клочья нарисованных домов и деревьев. Где-то за горами, в пустоте за границей кошмара, донёсся глухой хлопок — эхо ликвидированной угрозы. — Сзади! — Мысль переданная Минато была холодной иглой. — Знаю. — Мысленно парировал Призрак. Отреагировав в мгновение ока. Кунай в руке Намикадзе прошёл сквозь руку Неизвестного, не встретив никакого сопротивления, как удар по миражу. Но в следующий миг хватка стала абсолютно материальной — деревянные пальцы сомкнулись на запястье Минато. — Что? — Синхронно удивились оригинал и его тень. Пространство вокруг них завихрилось, заскрипело, начало затягивать в воронку небытия. — Твой противник я! И тебе конец! — Минато в этот момент удалось разглядеть взгляд неизвестного, он горел алым, с сильным Ки, плотным намереньем убийства. Вспышка. Когда мир вернулся, Минато стоял на поляне у озера, один, тяжело дыша. Тело слушалось его с трудом — будто он тащил на себе невидимый груз. — Хм, кстати, — Голос настоящей Кушины прозвучал неожиданно рядом, заставив Диму вздрогнуть. — «Я» рожала именно в этом доме? — Нет. — Отвлёкся Дима, всё ещё мысленно разбирая технику Намикадзе. — Минато телепортировал вас сюда. Место родов было секретным где-то в дали на самом краю Кохи, а может в не её. Что-то не так? — Удар прошёл навылет, но хватка была настоящей, — вслух анализировал Минато-оригинал. — И эта телепортация... она другая. Не моя. Этим он и выкрал «Кушину»? Пространство перед ним снова разорвалось — не вспышкой, а тихим, влажным звуком рвущейся ткани. Из разлома вышел маскированный. — Он тоже оперирует пространством. — Мысленно констатировал Призрак. — Но его метод... грязный. Нет изящества. Только насилие над реальностью. Он рвёт и продавливает пространство. Не изучи мы эту технику, даже не заметили никаких изменений. Дальнейшее Дима воспринял как серию сломанных кадров. Это не была битва в привычном смысле. Это было состязание в приоритете. Они не двигались — они переопределяли свои координаты в сновидении, оставляя после себя лишь дрожащие послеобразы и трещины в нарисованном мире. Дима уловил лишь кульминацию: Минато, вращающий в руке сферу неистово вихрящегося ветра «Расенгана», и мгновенную, беззвучную мысленную команду, брошенную своему второму «я». Удар. Не громовой, а тихий, как лопнувшая струна. Неизвестный отшатнулся. Не от силы, а от неожиданности. Его маска с характерным скрежетом дала трещину. Он не рассчитал такого хода от своего противника. Идеальный финт, в конце которого идеальная контр атака. — " Сон адаптируется. Даёт ему больше, чем я закладывал. Интересно... " — Пронеслось в голове Димы с долей леденящего, профессионального восхищения. Не сказав больше ни слова, маскированный растворился в складке пространства, оставив после себя лишь чувство незавершённости и висящую в воздухе угрозу. Минато, тяжело опираясь на колено, исчез. А через несколько мгновений вернулся — уже с марионеткой-Кушиной на руках, со свёртком-Наруто и с гигантской, скованной призрачными золотыми цепями тенью Девятихвостого. Цепи исходили из спины «Кушины» — искусная подделка под технику Узумаки, но в условиях сна достаточно убедительная. — Чёрт. — Выругался Минато, и в его голосе была настоящая, живая усталость, пот, сбитое дыхание. — Даже во сне... чакры не хватает. Биджу тебя подери... — Минато, я всё ещё могу держать его. — Сказала марионетка. — Кушина... Дима отвёл взгляд. Он больше не мог смотреть на эту пародию, на эту глубоко профанированную копию их любви и жертвы. Он мысленно возвёл вокруг себя барьер — не от звука, а от смысла этой сцены. Он оставил себе лишь метку-напоминание, тихий звонок в сознании, который прозвучит, когда начнётся главное. — Знаешь. Я много думала и пыталась представить, что мы с Минато будем делать. — Повернувшись к нему, она посмотрела в его глаза, оставаясь полностью серьёзной. — Но сколько я ни пыталась придумать план, у меня это получалось. — Но меня встретила куча проблем. Мы были бы в равных условиях, но ты далеко и уже плетёшь свои козни, ты рано или поздно придёшь за мной, если мы не перезапечатаем Биджу в другой сосуд. Тебе хватит на это сил, я в это верю, и сейчас я убеждаюсь... Не обратись ко мне, ты пришёл в иное место, нашёл себе сторонников и рано или поздно добился своих целей. Я испытываю боль каждую секунду своей жизни за то, что я сделала. Мне придётся жить с этим выбором, и всё из-за тебя, но кажется, что поступаю правильно. Дилинь. Звонок отозвался в самой глубине его восприятия. Барьер пал. И он увидел. Минато стоял, его руки складывали печати. Не боевые. Ритуальные. Древние, несущие в себе тяжесть окончательного решения. Техника призыва Бога Смерти. " Какого? Он знает, что это сон... Зачем? " — Мысль Димы сплелась с идентичной, прозвучавшей вслух хриплым шёпотом Призрака, ненадолго вернувшего контроль. — Идиот. Это бессмысленный риск даже для иллюзии. Остановись. Но Минато-оригинал, казалось, не слышал. Его лицо было сосредоточено, почти просветлённо, будто он наконец-то увидел разгадку. — Знаешь... — его мысленный поток был обращён к своему «Капитану». — Этот сон... он настолько реален. Чакра, боль, ветер... Как будто это иной пласт бытия. А если... если это не просто сон? Если «я» этого мира должен был умереть, а нас занесло сюда как ошибку? Его взгляд даже не дрогнул. — Если, завершив ритуал, мы... исполним местный «сценарий» и нас вытолкнет обратно? Помнишь, кажется Наруто уже бывал в нашем мире, разве это не так? Тот парень. И ещё... мне кажется, наш сын... он и есть тот, о ком пророчество. Я закончил. " Погоди, если техника Кушины сработала. Тогда? " — Печать Бога Смерти. Мир схлопнулся. Не затемнился — а будто вывернулся наизнанку на одно мгновение, показав изнанку — беззвучное, белое, абсолютное ничто. Когда реальность вернулась, на поляне, за спиной Минато, стояла фигура. — Значит, это возможно даже здесь, — прошептал Дима, и в его голосе был не страх, а жгучий, почти научный интерес. Шинигами медленно повернул голову. Его взгляд, пустой и всевидящий, скользнул по Диме, и... дрогнул. Почти незаметно. Из небытия, которое было его ртом, раздался голос — не принадлежащий ни мужчине, ни женщине, звук сам по себе, скрип ветвей Мирового Древа. — Кто... ты такой? Нет. Я помню тебя. Ты — первый [■■■■■■■■■■■]. Нет. Ты не он. Иначе этого бы не было. Но ты... похож. Странно. И «она» с тобой... но «она» изменилась. Говори. Чего ты хочешь. Третий? Ледяная волна прошла по спине Димы. Узнали. Не его, а... что-то дальше. То, что стояло за Системой. «Первый». «Третий». Значит, был и второй — тот, кто прислал письмо? Значит, эта цепь, этот суд... был реальнее, чем смел предполагать Вектор. Смерть была во всех мирах и наверняка она уже знала и его. — Я... — Он подавил комок паники в горле, заставив голос звучать ровно, почти бесстрастно. Его разум мгновенно придумал решение. — Хочу, чтобы души Минато Намикадзе и Кушины Узумаки были привязаны... ко мне. Или к определённому месту. Чтобы после физической смерти они не ушли к вам. Возможно ли это? Шинигами смотрел на него. В этом взгляде была бездна времени, бесконечность циклов конца и начала. — Понимаю твой запрос. И твою цель. Но сейчас... невозможно. Время истекает. Энергия носителя на исходе. Мы встретимся вновь. Первый... нет. — В голосе послышался отзвук чего-то, почти похожего на древнюю, запредельную иронию. — Ты уже третий. Забавно. Фигура начала расплываться, таять, как туман на рассвете, унося с собой леденящий холод небытия. — Чёрт! — вырвалось у Димы, но внутри бушевал вихрь. " Кто первый? Что за суд? Почему третий? Я — звено в цепи? Система... «Истинная»... Она что-то знает. Нужны ответы. Сейчас. " Он щёлкнул пальцами, «разморозив» восприятие Кушины и растворив мучительную сцену в нейтральной белизне. Ещё один щелчок — и в пустоте возник тёплый, уютный дом, пахнущий деревом и покоем. Он молча пригласил её жестом. Кушина застыла, обрабатывая слова Минато её сознание захлестнула новая волна шока. Пророчество. Иные миры. Слова Минато из сна раскалывали её реальность. Наруто уже был... там? С отцом? Что? Она вошла, её движения были медленными, будто после долгого боя. Сев в кресло, она не смотрела на него. Её взгляд был устремлён внутрь, туда, где крутились обрывки увиденного: выбор мужа, пророчество, бог смерти. — Значит, мой сын... уже встречался с отцом, — наконец сказала она. Голос был тихим, но в нём не было растерянности. Была новая, странная, стальная решимость. — У него будет... большая жизнь. Не как у меня. Не в четырёх стенах Конохи. Это... хорошо. Она подняла на него глаза. В них не осталось бурь. Только ровная, бездонная поверхность, готовая принять любое решение. — Так что с нашим договором? — Всё будет, — сказал Дима. — Но сначала — формальности. Он обратился внутрь себя. " Иса. Вопрос. Если сотрудник умрёт, от подобной техники его душа попадёт к Шинигами. Как её вернуть, не вызывая... недовольства высших инстанций? " Ответ пришёл не окном, а прямым, безличным потоком в сознание:  

[Анализ запроса... Есть вариант. Заключите контракт с существом, имеющим приоритет в правах на душу. Пусть оно совершит сделку вместо них. Это всё.]

" А что с Минато? Кто из них — оригинал или его вторая натура — попадёт в Комплекс, если умрёт заключивший сделку? "

[Перенесётся тот, кто заключил договор. Но процесс будет болезненным. Его сознание и душа разделены. Они как сиамские близнецы. Система может провести коррекцию, восстановив целостность, но это долго и мучительно для субъекта.]

" Понятно. Спасибо. " Но не ожидая этого возникло окно с игривым сообщением

[Не за что, Пользователь ≤3]

Он мысленно отшвырнул с глухим раздражением, пока его сердце металось в его тело от страха который он испытывал. Не без сообщения от Исы. Вернувшись в комнату, он увидел, что Кушина не двигалась, словно высечена из камня. — Я предлагаю вам сделку. — Начал он без предисловий, его голос прозвучал в тишине. — Знание будущего. Всё которое у меня имееться. В том числе знания про другие миры и всё в этом духе. Максимальные плюсы для вас и вашей семье. Шанс на спасение — не гарантия, но план. Помощь вашей семье — мои ресурсы, моё знание, моё вмешательство. Взамен... вы становитесь сотрудником Исследовательского Комплекса Аномалий и Неизвестного. Ваш разум, ваши уникальные знания, ваша сила — на службе. Почти навсегда. Щёлк. В воздухе между ними материализовалась папка. Не бумажная. Светящаяся, из сплетённых лучей янтарного света. Текст на её «страницах» был живым, меняющимся, предлагая немедленное понимание сути каждого пункта. — Все условия. Все «за» и «против». Все скрытые ловушки и все возможные выгоды. Полная прозрачность. Кошмар: 1 | Жертва: 1. Внутренний счёт был равным. Он позволил себе лишь лёгкую, усталую улыбку — не триумфатора, а игрока, поставившего на кон всё, что имел, и теперь ждущего ответной ставки. — Это... не то, что я ожидала. — Хмуро сказала Кушина, но её руки уже тянулись к светящемуся контракту. В движениях не было страха. Был анализ. Изучение карты вражеской крепости перед решительным штурмом. Она «читала» молча, часами. Дима наблюдал, как её лицо, отражаемое мерцанием текста, проходит через спектр эмоций: недоверие, гнев, холодный расчёт, горькое понимание, и наконец... пустое, чистое принятие. Принятие цены. Наконец, она подняла голову. В её синих глазах не осталось ничего, кроме тихой, абсолютной, нечеловеческой решимости. Решимости матери, узнавшей судьбу своего ребёнка и готовой ради её изменения стать чем угодно. Даже призраком. Даже орудием. Даже сотрудником. — Я согласна. — Отлично. Иса. Инициируй. — Что ты... — Не успела девушка договорить. Волна структурированного информационного шока прокатилась по её существу в мире сна. Это не была боль. Это было переформатированием. Встройкой нового интерфейса, нового протокола в саму основу её сознания. Её глаза на мгновение закатились, заполнившись бегущими потоками неземного кода.

[Поздравления с первым сотрудником. Активирована базовая функция «Сотрудники».]

[Доступно: отслеживание статуса, базовое взаимодействие, навигация.]

[Обнаружен сотрудник уровня S+(A-). Потенциал: колоссальный. Рекомендуется осторожность.]

" Иса, отложи её немедленный перевод в Комплекс. До её естественного пробуждения в реальном мире. "

[Директива принята. Настройки обновлены.]

Дима обернулся к ней. Кушина сидела, слегка оправившись, её дыхание было ровным, а взгляд — пронзительно ясным и острым. В нём появился новый, неуловимый отблеск — отзвук системных интерфейсов в глубине радужки. — Добро пожаловать на борт, — сказал он просто. — Для всех ты останешься Кушиной Узумаки. Для меня и системы — сотрудник номер один. Меня зовут Дима. Для тебя — Эл, пока мы находимся здесь в этом мире. Думаю, прежде чем вопросы «зачем» и «почему я», тебе нужен ответ на вопрос «что». Что будет с твоим сыном. Какое будущее я пытаюсь переписать. Он повёл рукой. Стена комнаты растворилась, превратившись в огромный, идеально чёрный экран. На нём застыл единственный кадр — маленький, улыбающийся, мальчик с отметинами на щеках, в ярко-оранжевом костюме. Его синие глаза смотрели прямо на них, полные наивной, ничем не убитой надежды. — Тогда смотри, — тихо сказал Дима. — «Наруто». Всё с начала. Я... я выжат досуха. Последние дни... — Он не договорил, просто махнул рукой. — Ты сама сможешь управлять просмотром. Время ускорено не будет, но это тоже можно будет исправить. Время сна эластично. Сколько успеешь узнать, столько успеешь. После того как я отдохну, мы продолжим. Минато всё ещё не изгнан из сна. И да это тоже в твоих силах. Я без понятия когда я проснусь. Не забудь, что тебе придётся иметь с ним дело в реальности. Увидимся, когда я отдохну, я слишком вымотался. Шинигами, схватка «масочника» и Минато. Уф-ф... Узумаки не видела его встречу с Богом смерти, поэтому её реакция была потрясающей. Перенеся себя в другую комнату Дима с облегчением рухнул в кресло, закрыл глаза, позволяя тьме сомкнуть его веки и унести прочь от кошмаров, которые он сам же и создал. Он не беспокоился за свою жизнь, Кушина была не способна навредить ему как-либо. А перед Узумаки на огромном экране оживал мир. Мир, в котором её не было. Мир, где её яростный, одинокий, непобедимый мальчик, её Наруто, только-только делал первый неуверенный шаг на долгом, тернистом, невероятном пути к своему свету.