Ласточка и змей

      Попасть в лагерь кентавров — редкая удача для мага, Том даже не знает, кто в последнее столетие попадал сюда. От ощущения открытия новой тайны он чувствовал, как кончики пальцев покалывает от волнения. В лагере кентавров было намного больше, были и женщины, и дети, и старики. Жильё представляло собой шатры, сделанные из древесины, почти у каждого были костры, что освещали местность и словно ограждали от тёмного леса. Все суетились, пока не обращали внимание на гостей. Хагрид показывал всё своё любопытство открыто, он явно был в восторге, но в то же время не забывал крепко держать на руках подругу, которая в отличие от всех была хмурой и не заинтересованной. — В этом шатре вы сможете переночевать, еду вам принесёт Кора, отдохните, Аргос сказал, что нужно время, чтобы прочитать желание звёзд. — Миртл, ты как? — Спросил Хагрид, садя её на разложенные в углу шкуры, к слову, кроме них внутри был только огромный кувшин с водой и больше ничего. — А ты как думаешь? — Миртл злобно глянула на друга, но увидев его растерянность, пристыдилась. — Извини, Хагрид, я просто нервничаю, когда мы собирались найти источник, я не думала, что произойдёт такое. — Ты походу никогда не думаешь, — встрянул не менее раздражённый Том, тайком выглядывая из шатра. — Я сделаю вид, что не слышала этого, Реддл! Не забывай, что пока ты не вернул своё тело и я в силах надрать тебя за уши! Том вспыхнул и круто развернувшись, было уже бросился к наглой девчонке, но та уже лежала на шкурах, спиной к мальчикам, свернувшись в слишком жалкий комок. Поэтому отвечать на её грубый выпад он не стал. Хагрид всё также растерянно топтался, действуя на нервы, он поглядывал то на него самого, то на девчонку. — Пошли, Хагрид, пройдёмся, оставим её. — А.ну, нам можно? — Какая уже разница, дел мы и так натворили, больше или меньше, разницы нет. Оставим её. — В подтверждении Том кивнул на Миртл и та, будто почувствовав, сжалась ещё сильнее. Хагрид всё понял, кивнул, быстрыми шагами вышел из шатра, не забыв взяв Тома за руку, что тому очень не понравилось. Миртл всматривалась в стенку шатра, пытаясь разглядеть природный узор, но взгляд, как и мысли, путались. В голове девушки, казалось, бушевал ураган, у неё складывалось ощущение, что она что-то забыла, что-то важное и одновременно неважное, хотелось поскорее вернуть Тому облик и разойтись, как в море корабли, хотелось вернуть палочку и вернуться к тёте, или в школу? А куда ей хочется вернуться? Где её дом? Мысли путались и Миртл провалилась в тревожный сон, но и в нём беспокойства не отпускали. — Как много в тебе переживаний, — женский голос подействовал как внезапный будильник, Миртл моментально села и сонными глазами принялась искать хозяйку голоса. Красивая девушка кентавр, с черными волосами и глазами, не моргая рассматривала её. Перемогавшись, Миртл заметила в волосах незнакомки знакомые ленточки и понимание сразу пришло к ней. — Вы мама Лукаса. — Меня зовут Кора, я принесла вам еды. Поешь. — Кора протянула деревянную чашу и ложку с похлёбкой, но Миртл не могла есть. Она поковырялась в незнакомой жиже ложкой и отставила её прочь. Кора уходить не спешила. — Не могли бы вы перестать на меня так пристально смотреть, — не выдержала Миртл. — В тебе слишком много переживаний, для одного человека. Я вижу, что ты столкнулась с чем-то запредельно удивительным и пугающим одновременно. Если ты не отпустишь своё прошлое, будущее будет закрыто для тебя. Ты сгоришь в своих страхах. Прошлое? А что есть её прошлое? Перед глазами появились картинки прошлой жизни, которые так старательно она отгоняла, чёрт возьми, она себя называет Миртл Уоррен! Она, кажется уже забыла своё другое имя, она старается, о каких страхах говорит эта женщина?! Кора продолжала пристально смотреть и будто прочитав её мысли сказала: — Источник истины поможет тебе, развеет твои сомнения. — А если нет? Как мне жить тогда? — Любая жизнь — это случайность и одновременно дар, — Кора приблизилась и нагнулась так, что Миртл могла разглядеть веснушки на отточенном, как у скульптуры, носу, — вселенная, бог, судьба а может действительно просто случайность, но не отвергай, прими такой щедрый подарок и проживи его, прочувствуй. — Почему вы помогаете мне? Кора выпрямилась и кинула взгляд за спину, где из-за приоткрытой ткани открывался вид на играющегося Лукаса. — Мой сын крепко связан с тобой, звёзды говорят, ты станешь его путеводной звездой, ты спасёшь моего сына и изменишь наш привычный мир. — Я? Да что я могу?! Миртл занервничала, нет ни дня, без волшебства и пророчеств, и приключений. Как оказалось, это только в книжках и фильмах интересно, а самому это проживать страшно. — Пока ничего, пока ты не полностью здесь, твоё сознание наполовину спит, ты блуждаешь в тумане и обманываешь саму себя. Пока ты душой не примешь изменения, ты бесполезна. — Даже если я и приму, с чего вы взяли что тогда я не буду бесполезной?! — Жизнь тебя сама приведёт в нужное направление и рано или поздно, но ты окажешь влияние и поможешь моему сыну. — Так дело не в мире, не в судьбе, дело в твоём ребёнке! Так вот знай, я не связана с ним никакими узами, я просто проявила глупую дружелюбность, я даже колдовать нормально не умею, что я могу?! Миртл яростно кричала, выплёскивая все свои эмоции, но Кора оставалась беспристрастной. — Любая мать за счастье своего дитя положит жизнь, я чувствую, что он может изменить жизнь нашего племени, нет, всех кентавров. Я умру за сына. Миртл вздрогнула, ведь это не было вопросом, не было просто словами, это было утверждение, факт, который Кора уже знала. От звёзд ли, а может она действительно умеет читать судьбы, своими чёрными глазами заглядывает в самые сокровенные и тайные места души человека и считывает предписанное. — Тебе тоже предстоит это. Миртл затошнило. — Я умру за своего ребёнка? Кора наконец-то мягко улыбнулась. — Любая мать умрёт за своего ребёнка.

***

Глубокой ночью, под мастерски наложенными скрывающими чарами Тома, вся их чудная, по мнению Миртл, компания, направилась снова в глубину леса. Ей оставалось только удивляться способностям Тома, даже в образе ребёнка, он научился контролировать свои силы. Хотя сейчас его вёз на себе Леико, ведь для ребёнка это было очень энергозатратно. Том тяжело дышал, чёлка прилипла к потному лбу, но он продолжал контролировать магию. Хагрид, к сожалению, плох в подобных заклинаниях и сейчас стыдливо он прятал взгляд, но бережно нёс на руках Миртл. Кора шла самая первая и сама первая она заметила опасность. Леико тут же выхватил из своих ножен кинжал. Том, видимо уже от усталости отпустил скрывающие чары и тут-же перед ними проявились волшебники в масках. — Так-так-так, голова кентавра — это ценный экземпляр на рынке, схватить их! — Петрификус тоталус! — Закричал второй волшебник женским голосом, выстреливая в кентавров, но те, несмотря на свою массивность, грациозно увернулись, заклинание попало в Хагрида, он замер, роняя Миртл в колючие кусты. Обзор закрыли густые ветки, она пыталась выпутаться, но волосы и одежда, цыплялись за колючки и приходилось рвать одежду, стискивать зубы и вырывать волосы, когда она выползла из кустов, увидела самый настоящий бой. Леико и Кора, бились невероятным для неё способом, отражая заклинания и почти голыми руками ликвидируя противников, Хагрид лежал лицом вниз и его защищал, как ни странно, Том. — Том! — Миртл подползла к Тому, он сжимал зубы, из последних сил держал заклинание. Противников становилось больше, заклинания летали подобно фейерверкам разбиваясь о защиту Реддла. — Не спи, Уоррен, сделай что-нибудь! — Что?! — Истерично воскликнула Миртл, заставляя Тома скривится, от высоты интонации. — Ты же, чёрт тебя дери, колдунья, так колдуй! Возьми у Хагрида палочку и колдуй! Миртл тут-же принялась шарить руками по карманам Хагрида. Его палочка была непривычно длинной, простой, но сильной, похожая на хлыст. И, как и её хозяин, дружественно отозвалась к Миртл. — Прости, Хагрид, я осторожно, — голос Миртл дрожал, руки тоже. — Хватит любезничать, колдуй! — Никогда Том не кричал так яростно, никогда не выкладывал столько сил. Миртл вскинула руку и направила её на одного из обидчиков. Как-то в книге волшебства она читала, что магия, это внутренний поток, который под правильным руководством может быть бесконечным это одновременно работа чётких инструкций и воображения. Миртл было страшно, как в замедленной съёмке она видела раненых друзей кентавров, лежащего на земле Хагрида и почти теряющего сознание Тома. — Вингардиум левиоса. — Чётко, без запинок, захватывая взглядом всех ближе стоящих врагов. Она вложила в это заклинание максимальное количество сил, все, на ком останавливался её взгляд, взмыли в воздух, растерянно крича и болтаясь подобно марионеткам. Том бросил на неё ошарашенный взгляд и увидел уже знакомое ему, но словно забытое самой Миртл, сосредоточенное и серьёзное лицо. Она словно повзрослела на несколько лет. Была спокойна и хладнокровна. — Ах ты наглая ведьма, — закряхтел враг, вскидывая руку для удара, но Миртл его опередила. — Депульсо! — Взмах палочкой и всех одним ударом отбросило в сторону, ударяя о деревья, удар мгновенно отключил их сознание, а Миртл вздрогнула. — Молодец, Уоррен, — Том довольно ухмыльнулся, снимая заклинание защиты. Усталость накрыла внезапно, кровь прилила к вискам, в глазах заискрились искры. Сознание покидало его, последнее, что он запомнил, большие тёмные глаза Миртл, наполненные страхом. Том устал, вся его жизнь сплошное выживание, он всегда чувствовал, что достоин большего, он делал всё, чтобы стать сильнее, лучше. Но последние дни были слишком необычны, даже для него, даже учитывая факт присутствия волшебства в его жизни. В какой момент его жизнь повернула с намеченной дороги? — Том! — Где-то вдали слышался девичий голос. Миртл? Точно, его жизнь перевернулась после того, как эта девчонка очнулась после встречи с василиском. Это всё её вина. Тело горело, каждый последующий вздох давался с трудом, а каждый выдох ощущался последним. — Том, держись! Девчонка плакала. По нему? Странная. Глупая. Он пытался убить её, а она плачет. Внезапный холод окутал его тело, вода накрыла его с головой, заполняя лёгкие. Том забарахтался, пытаясь выплыть из внезапного водоёма. Эта сумасшедшая решила его утопить? Том гневно раскрыл рот, пытаясь крикнуть на неё, наконец, у него получилось открыть глаза. Сильный толчок и он выплыл на поверхность. Первое что он увидел — это небо. Бескрайнее полотно, усеянное звёздами, они мерцали и это было так красиво. Рядом были слышны всхлипы этой несносной девчонки, а ему хотелось улыбаться. Впервые он чувствует себя настолько живым и как это прекрасно, вдыхать воздух. Оказывается, водоём был неглубоким, можно было запросто достать ногами до дна, что он и сделал. Он выбрался на сушу, грязь и трава прилипли к ладоням, одежде, но это всё было неважно, сейчас всё было неважным. — Том? Повернув голову, взгляд упал на маленькую девичью фигуру, она сидела на земле, вся исцарапанная, в порванной одежде, лохматая, очки сломанные, кое как держались на лице. Она всхлипывала, прижимая к губам костяшки пальцев и снова смотрела своими огромными глазами, такими-же тёмными, как небо. — Миртл, — Том немного растерялся, услышав, насколько низким стал его голос. Прокашлялся, затем обратил внимание на руки. Не веря своим глазам, он суетливо рассмотрел руки, затем прикоснулся к своему лицу. Не было детских щёк, ни маленькой шеи, руки тоже были его, прежние. — Получилось, — произнесла вслух его мысли Миртл. — Получилось… Произнёс и оказался в крепких объятиях, теперь эта девчонка смеялась. Странная. А может странный он, ведь отвечал ей на объятия и улыбался так широко, как, кажется, никогда не улыбался.

***

Джек завистливо смотрел, как Хитрый Билл обнимал Иду, которая снова уткнулась в свою книжку и нашёптывала заклинания. Вечно этот проныра был впереди него. Самый быстрый. Ловкий и хитрый, очень хитрый. Больше всего добычи добывал он, каждый хотел стать его близким другом, каждая девчонка хотела его внимания. Даже Ида, самая отстранённая, но безусловно красивая, стала его. Как-же ему это надоело, пора кончать с этим, этой ночью он убьёт Хитрого Билла и займёт его место. Хитрый Билл много пережил за свою жизнь, брошенный в детстве, видевший смерть от голода, он мечтал, построить свою общину, мечтал построить свой дом, большой, двухэтажный, где будет ждать его красавица жена, которой видел, разумеется Иду. Он написал бы свои законы, в его мире никто бы не голодал, не бросал детей, их бы все боялись, и волшебники, и маглы. Ида снова взялась за палочку, направила её на свечу и что-то прошептала, фитиль тут-же зажёгся, заставляя Иду радостно встрепенуться. Довольный собой Билл подставил к её лицу свою щёку, выпрашивая поцелуй, ведь это он принёс ей палочку. И он не видел, как девочка поджала губы, как сжала кулаки, главное было то, что она его поцеловала. А поцеловала — значит любит. Всё что так, как он и хотел. Настолько Хитрый Билл был погружён в своё личное счастье, что не заметил бурю, надвигающееся на его голову. В эту ночь, подговорённые Джеком мальчишки, тихо пробрались к крепко спящему Биллу и не дав тому опомниться, схватили его и принялись связывать. Они закрыли его рот грязной тряпкой, скрутили руки, он отпирался и брыкался, одному нападавшему он выбил зуб, другому разбил нос. Но их было больше, и они сумели обездвижить его. Словно мешок, они бросили его под ноги довольного Джека. Тот возвышался над ним, выпятив грудь вперёд, держа руки в карманах и улыбаясь безумной улыбкой. — Кончилось твоё время, Хитрый Билл, твоё кончилось, моё началось, — затем Джек пнул его так сильно, как только мог, Хитрый Билл взвыл и сжался сильнее, пытаясь унять боль. Джек присел на корточки, схватил Джека за грязные волосы и потянул их так, чтобы их лица оказались друг напротив друга. — Я тебя ненавижу, думал, ты всегда будешь на вершине? Хитрый Билл яростно смотрел в глаза обидчика, как только он выберется, он размажет этого гада, так он думал, пока не услышал девичьи крики. Пот прошиб его тело, этот голос он узнает из тысячи. Остальные прихвостни Джека тащили брыкающуюся Иду. — Отпустите меня, отпустите! Билл не позволяет касаться меня! — Билл? — Джек засмеялся, как картонный злодей, его шайка засмеялась тоже. — Цыпочка, ты ничего не понимаешь, Хитрый Билл больше не главный, теперь главный я. И всё, что принадлежало ему, теперь моё. — Я не вещь! Отпустите, придурки! — Ида завертелась сильнее, но что могла слабая девочка против толпы озлобленных парней. Джек подошёл к ней и недолго думая дал сильную пощёчину. Хитрый Билл брыкнулся в их сторону и громко замычал. Иде показалось, что в глазах потемнело, а во рту появился вкус крови, настолько сильный был удар. Билл никогда такое не позволял, по отношению к ней он был осторожен, всегда защищал. Конечно, в этих скоплениях озлобленных подростков случалось всякое, насилие тоже, но Хитрый Билл подобного не приветствовал, Джек был другим. — Эй, Хитрый Билл, — довольно протянул Джек. — Ты был первый, кого она поцеловала, а я буду первым, кто вкусит её. Ида снова забрыкалась, парни смеялись, свистели и помогали Джеку оголить её. Она плакала и дрожала, молясь чтобы её спасли. Хитрый Билл кричал, но его крик тонул в кляпе. Он вырывал руки из верёвок, натирая кожу до крови, до мяса. Он плакал, больше всего на свете он боялся за Иду. Он ненавидел себя за то, что ничего не мог сделать. В какой-то момент у него получилось подняться на ноги, но его тут-же прижали обратно к грязному полу. Ида пищала, вокруг столпились сонные подростки, ничего непонимающие но и не помогающие. Джек уже навис над ней, он ликовал и торопливо пытался стянуть штаны, когда в помещение из ниоткуда появились волшебники. Трое подростков их возраста, явно не бродяжки. — Какая мерзость, — прошипел темноволосый парень, брезгливо осматривающий окружение. — Вы что творите! — Закричала очкастая девчонка, подбегая к растерянным насильникам и расталкивая их, те только тогда и очнулись, и попытались толкнуть её, как были сбиты двумя заклинаниями. Громила и надменный тип стояли со сдвинутыми руками, они держали палочки и явно в любую минуту могли воспользоваться ими снова. Все отступили от девчонки и от Иды, позволяя Биллу выдохнуть. — Т-том, Хагрид, нужно привести её в порядок. Том сморщился, но послушно взмахнул палочкой и внешний вид Иды вернулся в прежнее состояние, что не скажешь о её эмоциях. Она всхлипывала и дрожала, заставляя Билла снова замычать. Хагрид обратил на него внимание и взмахом палочки распутал верёвки. Билл подскочил сразу, он даже не знал, что в нём было столько сил. Выплюнул кляп и в два прыжка набросился на Джека, впечатывая свои кулаки в его лицо. Словно по команде, все наблюдавшие набросились друг-на друга и началась такая драка, которую Миртл никогда не видела. Настоящий бой без правил, все бились кулаками, предметами, избивали до крови, выбивали зубы, разбивали головы. И все кричали как раненные звери. — Надо убираться! — Закричал Хагрид, закрывая собой девочек. — Мы ещё не нашли мою палочку! — Крикнула в ответ Миртл, а затем посмотрела на девочку в её руках, ей показалось, та что-то сказала. — Что? — Переспросила Миртл. — Палочка у меня, — Ида достала дрожащей рукой палочку из штанов и протянула Миртл. — Ты поплатишься за это, — рыдал Джек, отбиваясь от ударов разъярённого Билла. — Уходим, сказал Том. — Мы не можем её оставить тут, в таком состоянии, среди этих дикарей! — Возразила Миртл и Том яростно задышал. — Ты уже натворила дел своей помощь, оставь её, — его ноздри раздулись от ярости, а лицо стало таким злым, что Ида невольно прижалась к Миртл. Но та только зыркнула недовольно на него сквозь линзы своих очков. — Я её не оставлю! — Она права, тут опасно, мы должны помочь — присоединился Хагрид. — Тогда хватай девочнку, беритесь за руки, транесгрессируем! Снова мгновение и они оказываются прямо в доме мистер Додвелла. — Ох, святая магия! — Произнёс испуганный старик, хватаясь за сердце. — Мы вернулись, — произнёс устало Хагрид. Ида только сильнее прижалась к бледной, словно мел, Миртл.

***

Когда Миртл всё это задумывала, она многое обдумывала, в её голове было много планов и действий в случае неожиданных поворотов, она многое обдумывала, но только не то, как объяснит тётушке Тесси отсутствие Тома. Она пришла домой только вечером, когда все её друзья снова встретились у старика Додвелла, те радостно встретили их, делясь своими новостями. — Поздравляю, Реддл, ты сбросил личину карлика и снова в своём обычном амплуа, — объявил довольный Джарретт. — Джарретт! — Лола пихнула друга локтём. — Ай, женщина! Вы нанесли мне травму! — Ребята не успели ещё вернуться, а ты уже припираешься. — Неправда, вообще-то я искренне рад, что не придётся больше пить эту дрянь и превращаться в ненаделанную версию Реддла. — Заткнись, Уилсон. — Рявкнул Том, затем он осмотрелся и быстрым шагом покинул помещение. — Том, ты куда? — Миртл выбежала за ним. — В приют, до прибытие в Хогвартс я живу там. — Ты можешь остаться с нами, зачем тебе уходить? Том молчал. Миртл чувствовала странное волнение, будто сейчас происходит что-то важное, но она не могла считать собственные чувства, слишком устала, слишком много произошло. — Увидимся в школе, мисс Уорен. И он ушёл, скрываясь в темноте, оставляя Миртл со странными переживаниями. И с их общими воспоминаниями. Друзья с ней разговаривали не долго, старик Додвелл напомнил им, что она и Хагрид сильно устали с путешествия. Хагрид не присутствовал при уходе Тома, он помогал старику Додвеллу успокоить девочку Иду. Сейчас она отсыпалась в другой комнате. — Ты можешь переночевать тут, а завтра возвращайся домой. — Нет, спасибо. Мне тоже нужно домой, мой отец может волноваться, Миртл и э.ребята, пишите письма. — Конечно, здоровяк, — Джарретт обнял друга, за ним Хагрида обняла и Лола. — Спасибо тебе за всё, Хагрид, — Миртл тоже подарила Хагриду объятия. — Ты всегда можешь обратиться за помощью, Миртл. За Хагридом с помощью летучего пороха исчезли и Джарретт с Лолой. И вот, Миртл осталась одна. О тётушке, к своему стыду она вспомнила, когда та встречала её со свечой на пороге дома. — Ох, милая, ну разве можно так долго гулять? Я уже вся испереживалась! Внезапно убежали, даже ничего не сказали! Тётушка была очень хорошей и как, оказывается, Миртл скучала по ней. — А где Том? И тут Миртл поняла ошибку, которую совершила. Она не должна была оставлять Тома у тётушки, не должна была позволять им сближаться, ведь она знала, что он вернёт свой облик. Она поступила ужасно, она виновата перед тётушкой. Из-за своей глупости она втянула её в эту ложь. — Он.тётушка, он ушёл. Домой. Самое страшное, это когда теряешь близкого, теряешь любимого, теряешь семью. Тётушка Тесси знала это как никто другой, но она никогда бы не подумала, что будет оплакивать ребёнка, которого только получила. Она рыдала, не страшась что её увидят, она плакала по мужу, плакала по далёкой мечте о своей семье, плакала по мальчику, который поселился глубоко в сердце. — Том, сынок.