Больше не человек

Спустя столетия времена сильно поменялись, и привычная готическая капелла клана Тремер давно сменилась на окруженный магическими ловушками, заброшенный людьми современный завод. Люди стали сильнее, их оружие теперь могло уничтожать целые города, и нечисть пряталась от них ещё усерднее, чем прежде. Обычных людей, не вхожих в Мир Тьмы, часто удивляло, почему на окраине города до сих пор стоит старый завод. Казалось, он там находится с самого основания, насколько долго, что никто уже и не помнил, что там производили. Его пару раз пытались снести, один раз хотели провести через него железную дорогу, но документы на снос и новые постройки всегда чудесным образом где-то терялись, или заменялись на совершенно другие. Дорогу почему-то переместили на несколько километров к востоку от расположения завода, что было гораздо дороже и совсем неудобно, но люди не придавали этому особого значения. И все это стараниями магии низших вампиров и умениям гулей. Во всем городе только одного человека интересовала тайна завода - детектива полиции Сару Лившиц. Лившиц давно уже заметила, что в городе творится что-то неладное - не только с заводом - и была искренне уверена, что здесь замешана какая-то тайная мафиозная организация. Шеф настоятельно посоветовал не лезть в это дело, но она не могла так просто отступить. Естественно, вампирам клана не нравилось, что вокруг них кто-то рыщет, и они с радостью бы просто убили Сару, но это вызвало бы еще больше подозрений. В отделе все знали, чем занимается Лившиц, и, если с единственным человеком, что крутится у завода, произойдёт несчастный случай — это привлечет еще больше ненужного внимания. Поэтому они решили заручится помощью Носферату - те лучше всех умеют действовать незаметно. Возвращаясь домой с работы, Лившиц увидела в переулке странную тень. Детектив давно уже чувствовала, что за ней кто-то следит - с тех самых пор, как начала расследование того злосчастного завода. Но это её совсем не пугало. Сара не считала себя храбрым человеком - скорее безбашенной идиоткой, как ей часто говорила мама. И все же даже у неё хватало разумной предосторожности, чтобы не приближаться к этим теням. Сара боялась смерти, как и все нормальные люди, хоть и ужасно любила рисковать жизнью. Больше, чем риск, она любила только жизнь в необычных условиях. Приехав в Лос-Анджелес, Сара поселилась сначала в чёрном гетто, затем переехала в Чайна-таун. Для полицейского это давало редкие преимущества - знание подпольного мира, связи, доверие со стороны жителей гетто. Квартира Сары находилась над магазином косметических средств. У одной из дверей в коридоре стояла Мейли, в полураскрытом кимоно, из-под которого проглядывалось ее нижнее белье. Она держала в руках сигарету в мундштуке, из которой поднималась к потолку тонкая струйка дыма. Весь её образ - иссиня-чёрные волосы с искусственно выкрашенной седой прядью, смуглая кожа, чёрные, как безлунная ночь, глаза, поза, в которой она стояла, оперевшись о косяк, и этот мундштук - вызывал у Сары самые противоречивые чувства. Раньше Сара никогда не испытывала ничего подобного к женщинам, но в китаянке было что-то необъяснимо притягательное. Казалось, она может соблазнить кого угодно, вне зависимости от пола и ориентации, и унести на небеса. Они с Мейли долго целовались - от той сильно пахло табаком - пока китаянка не прошептала своим вкрадчивым голосом: - Я ждала тебя, chong'er. Зайдёшь ненадолго? - Я бы с радостью, но очень устала - ответила Сара - Лучше ты зайди ко мне. - Не могу - сказала Мейли и завернула в свою квартиру - если передумаешь - дверь всегда открыта... Они обе знали, что Сара передумает. Пройдя мимо ещё нескольких дверей Сара окунулась в привычную атмосферу. Было шумно, прямо в коридорах стояли сушки для белья, люди суетились в коридорах в одних халатах и трусах, почти все двери были открыты. Войдя, наконец, в свою квартиру, Лившиц поздоровалась с остальными съёмщиками. Те сидели на рваном диване среди раскиданного по полу мусора и курили какую-то дрянь из бонга - скорее всего, метамфетамин. - Копы! Бежим, нас накрыли! - повторила Юн свою любимую шутку, и все засмеялись. Сара была горда тем, что такие люди, как Юн, считают её своей, хотя и презирают американских копов. Си Шан предложил ей затянуться, но Сара, естественно, отказалась. Этот ритуал тоже уже был традицией. В комнате Сары не было мебели - вещи стояли прямо на полу, в мешках и сумках, там же был расстелен спальный мешок. Женщина была помешана на работе, так что о домашнем уюте думать было особо некогда. К тому же, так выходило гораздо экономнее. Мама говорила, в Америке, в отличии от Польши, люди гораздо чаще снимают квартиры, чем покупают, а мебель приходится переносить при переезде, так что, по мнению Сары, удобнее было жить вообще без мебели - она все равно нигде не чувствует себя как дома, как его не облагораживай. Её домом была работа - её отдел - где Лившиц провела много бессонных ночей. Даже не переодевшись - Мейли нравились её полицейские атрибуты - Сара уже собиралась возвращаться к своей прекрасной музе, как вдруг осознала, что вещи в комнате слегка переставлены. Соседи обычно не заходили к ней без приглашения. Может, у Си была ломка, и он искал наркоту? Что же, он в любом случае не признается. Взгляд Сары внезапно зацепился за какой-то конверт. Внутри лежал неаккуратно оторванный тетрадный листок. Надпись на нем гласила: "Если хочешь, чтобы тайна раскрылась, встреться со мной сегодня в полночь у того места, что первым вызвало любопытство. Приходи одна!" У Сары мурашки побежали по коже от предвкушения. Лившиц понимала, что идти в заброшенный завод одной, ночью, на встречу с незнакомцем - не самая лучшая идея, но как иначе она раскроет это дело? Сара уже давно топчется на месте, а результата до сих пор нет. Она решила попросить помощи у той, кому больше всех здесь доверяла. - Хочешь чаю? - полушепотом спросила Мейли. - Нет, не хочу - ответила Сара. - Ты все ещё мне не доверяешь? - Я пришла как раз потому, что верю тебе больше, чем всем, кого я знаю в этом районе. - И все же недостаточно... - Обычная полицейская предосторожность. Если в крови найдут хоть каплю наркотиков - меня попрут с работы быстрее, чем ты успеешь сказать "чимхи". - Ты ведь в курсе, что это корейское блюдо? Сара смутилась, а Мейли рассмеялась своим прекрасным смехом, чуть хрипловатым от кофе и сигарет. Ради этого смеха Сара была даже рада выглядеть дурой. - Мне нужна твоя помощь. Я иду на одну небезопасную встречу и возьму с собой микрофон для прослушки. Ты можешь остаться тут с записывающим устройством, и, если что... - Ты опять со своим заводом? - китаянка цокала языком - Сара-Сара-Сара... что же, со мной или без меня, ты все равно туда полезешь. Shabi! Но я соглашусь, только если выпьешь чаю. - Хорошо, только чёрный. Мне нельзя зелёный. И без трав. - То есть обычный, из пакетика? Американцы! Yuchun de meiguo ren! Yuchun de jinu! Не переставая ругаться на китайском, она начала заваривать чай. - Ты только что назвала меня тупой шлюхой? - усмехнулась Сара - Biao zi! Мейли поставила красивые фарфоровые чашки на круглый маленький столик. Сара взяла свою и потянулась к ней губами. - Куда ты лезешь, meiguo ren? Он ещё горячий! - Я ведь даже не американка. - Для нас вы все yang guidzu. Хотя лично мне кажется, ты не совсем глупая. Сара все-таки сделала пару глотков и обожглась. - Скорее сумасшедшая - продолжала Мейли - Скажи, почему ты живёшь в этой помойке? Детективы полиции обычно не бедствуют. - Мне нравится атмосфера - улыбнулась Сара. - По-моему, ты просто извращенка! При этих словах Мейли взяла лежащий на столе мундштук с догорающей сигаретой и прижгла Саре руку. Сара вскрикнула и вскочила со стула. - Ах ты... - Ni xihuan ta, dui ba? - голос Мейли снова сделался вкрадчивым и пробирающим до мурашек. Сара ничего не ответила. Она подошла к китаянке и обхватила своими ногами в простых чёрных штанах смуглые, гладкие, и такие желанные ноги Мейли. Именной бейджик, висящий на шее Сары, упал на грудь Мейли. Женщины начали жадно трогать груди друг друга. Кожа Мейли на ощупь оказалось такой же нежной и приятной, как на вид. Мейли, Мейли… её имя означало «красивая», но оно ей совершенно не подходило. Она гораздо больше, чем просто красивая. Раньше они с Мейли никогда не спали друг с другом, но Саре было достаточно простого общения. При каждой встрече китаянка как будто вытягивала из нее энергию, но отдавала что-то взамен, из-за чего Сара каждый раз чувствовала лёгкую, приятную слабость. Это очень расслабляло после работы. Сара потянулась к её трусам. Какая же она мягкая, там, внизу! Си Шан говорил, что китаянки никогда не бреются, и у них там «просто кустища». Сара сильно возбуждалась, когда это представляла, хотя сама всегда брилась начисто. - Что же я творю? – тихо произнесла Сара. - Сегодня последний день твоей жизни. Сегодня тебе можно все! Не успела Сара опомнится после её слов, как Мейли, удивительно легко для такой хрупкой девушки, приподняла её одной рукой за промежность и положила на стол. Она сняла с Сары штаты и белье, а затем взяла лежащий на обувной полке каблук. Сара никогда не видела, чтобы она носила такую обувь. Шпилька была похожа на ручку от полицейской дубинки – ребристая, длинная и толстая. Мейли нагрела её к себя в руке и засунула Саре прямо во влагалище. Ощущения были приятные, пока внезапно она не почувствовала сильное головокружение и тошноту. - Мейли… чай… точно… был… не… зелёный?.. – собственный голос Сары доносился до нее словно из потустороннего мира, и звучал будто в замедленной съёмке. Из-за слабой нервной системы Саре нельзя было пить зелёный чай. От него у женщины кружилась голова, болел живот, и она чувствовала себя как наркоманы при передозировке. А уж наркотики ей тем более было нельзя. - Нет, он был чёрный и без трав, как ты и просила – ласково прошептала Мейли. Она отшвырнула каблук к стене и резко надела на Сару её белье и штаны обратно – Ох, и куда же ты полезла, милая Сара? Ты сильно устала, милая Сара. Ты много работала и теперь заслужила отдых… милая Сара. Сара внезапно поняла, что произошло. В чае что-то было. «Вот су…» - только и успела подумать она прежде, чем погрузилась во тьму. Снова голоса из другого мира, только чужие. - А что мне было делать? Она хотела пойти с прослушкой! – похоже на голос Мейли. - Я это и планировал. Ты бы все слушала, но не вызвала бы полицию… - незнакомый, шипящий и хриплый голос – но нет, надо было обязательно отравить копа! - Нельзя было меня предупредить? - А ты бы поверила, что с ней все будет в порядке? Сара не сразу начала ощущать свое тело. Поначалу она даже думала, что уже мертва. Она лежала на раскладушке. Дико болела голова. Сара попыталась сесть. - Она пришла в себя – снова этот новый голос. Сара подняла голову на источник хрипа и вскрикнула. Перед ней стояло, наклонившись вперед, существо с острыми зубами, по форме похожими на акульи, красными зрачками, острыми ушами, неестественной бледно-желтой кожей и большими кожистыми пузырями по всей голове. В носу и единственном ухе – вместо второго был пузырь – красовался пирстинг. - Каждый раз одно и тоже… - прошипело существо, улыбнувшись во все зубы – Это уже почти перестало меня смешить. Тебе повезло – я еще симпатичный для Носферату! - Носфе-что? - Это такой клан вампиров. - Вампиры?! Сара повернула голову влево и увидела Мейли. - Ты… ты… - только и смогла вымолвить она. - Я просто пыталась уберечь тебя, shabi! - Я же говорила, что мне нельзя сраные наркотики!! – вскричала Сара – Мы каждые два месяца сдаём кровь, и из-за тебя я, скорее всего, лишусь ебаной работы!! - А могла бы лишится жизни! Ты даже представить не можешь, во что ввязалась! Ben laowai... На Сару обрушилась гора китайских ругательств. - Из-за твоего очаровательного чайка я тоже могла бы лишится жизни, между прочим! - Дамы! Дамы! – воззвал к ним пузырчатоголовый – Может, потом будете выяснять отношения? Мейли, уйди отсюда, ты будешь её отвлекать. А насчёт работы можешь не волноваться – у тебя теперь будет новая. Мейли, несмотря на просьбу существа, осталось в комнате. Сара старалась не смотреть на неё. - Новая работа? В каком смысле? - Давай объясню все по порядку. Для начала представимся друг другу – я Бертрам Танг, а ты, насколько я знаю, Сара Лившиц. Пытаясь расследовать тайну того завода, ты полезла туда, куда не следовало. Мы всячески пытались запугать тебя, отвратить от этой идеи, но все было напрасно. Твоя смерть вызвала бы слишком много кривотолков и неудобств, потому я нашел более выгодное для нас обоих решение – ты будешь работать на меня. С этого дня жизнь твоя подвергнется кардинальным изменениям! Голова от полученной информации разболелась ещё больше, так что Сара даже не нашла сил на возражения. Бертрам взял одну из чашек Мейли и, надрезав длинным когтем вену на своей руке, вылил туда несколько капель. - Выпей. Станет легче. Сара смотрела на Танга, округлив глаза. - Что за еп твою мать… - Пей! – хором сказали Танг и Мейли. Сара мигом забрала чашку и выпила содержимое. Жидкость была вязкой, как сироп. Она моментально почувствовала себя намного лучше. Все тело будто менялось изнутри и снаружи – давление повысилось, понизился пульс, голова тут же перестала болеть. В мозг вдарила огромная доза серотонина и дофамина. Сара чувствовала невероятный прилив сил и энергии, а стоящий перед ней монстр показался самым красивым существом на свете. - Я люблю тебя! – неожиданно для себя произнесла Сара и начала плакать – Как же сильно люблю! - Что это с ней? – дрогнувшим голосом спросила Мейли. - Всё реагируют на узы крови по-разному – сухо ответил Танг – скоро придёт в себя… Не успел монстр договорить, как Сара тут же вскочила с кровати и поцеловала его в зубастый рот, а затем стала покрывать поцелуями все пузырчатое лицо. - Хорошо, что на Харрингтона это не так подействовало! – шипяще рассмеялся Бертрам. Но Мейли было не до смеха. - Сейчас же прекрати это! - Ты же прекрасно понимаешь, что не могу. Надо подождать. А ты пока выйди из комнаты, будь добра… Мейли возмущённо вышла, а Бертрам начал страстно целовать Сару. Все происходило как во сне. От Танга пахло, как от трупа в морге, но ей было все равно. Спустя несколько минут Сара пришла в себя. - Что это было? – тихо спросила она. - Ты стала гулем – объяснил Бертрам. - А это можно повторить? - Не сейчас. Ты нужна мне в здравом уме. - Значит, ты вампир. В голове не укладывается! Никогда не верила в сверхъестественное. А Мейли… где она? - Забудь о ней. Мейли – ведьма. Она приворожила тебя и питалась твоей энергией. - Так значит, все это было не по-настоящему?! – Сару переполняли гнев, обида, и в то же время она не могла перестать любить китаянку. От этого было ещё больнее. - Что вообще есть настоящее чувство? – философски прошипел Бертрам – Чувства вызываются лишь химией в мозгу, а её можно создать искусственно. Сару его слова расстроили ещё больше. - А тебе-то я зачем понадобилась? – обречённо спросила она. - Будешь моим личным детективом – очаровательно улыбнулся Танг. - А что насчёт зарплаты? В отделе я получала сто тысяч долларов в месяц… - Только что узнала о существовании целого подпольного мира нечисти, а думает только о деньгах! Евреи! Конечно, без денег ты не останешься. Но кроме них получишь гораздо, гораздо большее! Бертрам не соврал – жизнь Сары и правда кардинально изменилась. Только вот изменения в основном были во внутренних ощущениях, в самом сознании. Женщина всегда старалась мыслить позитивно. Вот и сейчас она пыталась найти в своём положении как можно больше плюсов. Работу она пока не потеряла – хозяину выгодно иметь связи с полицией (шеф, похоже, все это время что-то знал, но явно работал не на хозяина). Что ещё важнее, для Сары открылся новый мир. Мир, полный новых опасностей и приключений, мир, о котором не ведало большинство простых людей. Гордыня всегда была самой главной слабостью Сары, а теперь она вовсе иногда ощущала себя избранной. Это напомнило Саре об одном случае, когда её вызвали в морг посреди ночи. Полусонная, голодная, глядя на обгорелый труп, она была ни капли не раздражена. Наоборот, Сара почувствовала тогда сверхъестественно сильную эйфорию, будто вся жизнь вела к этом мгновению. «Призвание – прозвучало в голове громкое слово – Вот как это бывает. Гражданские спят в своих постелях и даже не подозревают о том, какие опасности таятся за их уютными квартирами, пока мы защищаем их беззаботные жизни с их мелкими повседневными проблемами. Потому-что таково. Наше. Призвание» Она была горда, когда закончила Нью-Йоркскую полицейскую академию, когда на нее надели значок, и она знала, что мама и папа слышат с трибун, где сидят десятки тысяч человек, как она поет гимн США у микрофона. Сара гордилась каждое утро, любуясь в свое отражение в зеркале в полицейской форме, каждым своим новым повышением. Детектив полиции Лос-Анджелеса. Детектив Лившиц… как же гордо звучит. Сару саму тошнило от собственного самодовольства, но что она могла с этим сделать? Вот и сейчас она чувствовала себя как никогда более гордой. И все же детектив не могла не думать, как бы все сложилось, не найди она тот чёртов завод. Может, не ведая об этой стороне мира, она была бы гораздо более счастливой и беззаботной. И до сих пор общалась бы с Мейли… Ну уж нет! Множество раз, по дороге на работу, Сара смотрела в окно такси и невольно предавалась воспоминаниям. Прикосновения утонченных, нежных пальцев, её прекрасная кожа, вкрадчивый голос… особенно сильно о ней напоминала музыка. Почти любая, но больше всего китайские песни и блюз. Но нет, Сара больше её не хочет и не любит. Совсем не любит! Мейли околдовала её, обманывала её. Как после этого можно её любить? Ей даже не нравятся женщины, совсем. Это все чёрная магия! Теперь Сара жила уже в другой квартире, да и Мейли все равно куда-то исчезла, так что возвращаться в старый дом смысла не было. Теперь она любила хозяина. Только его, все ради него, ради него и его желанной крови, ради укусов всех его острых зубов, дающих такое приятное забытье – поцелуя тьмы. «Разве ты можешь быть довольна такой бездуховной, бессмысленной жизнью? – преследовал Сару навязчивый внутренний голос – Существовать от одной кровяной подачки до другой? Ты никого по-настоящему не любишь, и никто не любит тебя. Веришь ли ты в любовь вообще? Раньше ты хотя-бы думала, что делаешь что-то хорошее для людей…» Нет-нет-нет. Все в порядке. Сейчас она встретится с Ноксом, и они пойдут на задание, а потом она снова вернётся к Тангу и получит награду. Саре всегда нравилось общаться с новым напарником. Тот был в восторге от всего, что связано с нечистью, и это было заразительно. Они с Харрингтоном хорошо друг друга понимали и быстро стали друзьями. Обоих гулей всегда переполняли энтузиазм и жажда новых ощущений. Нокс говорил, что «мерзкий чувак» давно уже обещал сделать его вампиром, и когда-нибудь это точно случится. Сара только вежливо кивала головой, понимая, что это врятли произойдёт. - Что ты чувствовал, когда впервые выпил его кровь? – спросила она по дороге в клуб. - Ну, моё тело тогда как-то все перестроилось, и было такое странное ощущение… - Будто вся жизнь сливалась в одно мгновение? - Да, да! Именно такое. Сара вдруг вспомнила, как лишилась этой самой крови. - У каждого клана свое проклятье – просвещал Сару Бертрам – Равносы, к примеру, не могут не совершать преступления, Бруха страдают приступами агрессии, Малкавианы – безумием… - А проклятье Носферату заключается в том, что они слишком красивые? Бертрам рассмеялся, но, когда Сара погладила его по щеке, понял, что она говорит серьёзно. - Нам повезло, что существуют гули… - сказал он скорее себе, чем ей, и облизнул губы своим неестественно длинным языком. Саре ужасно захотелось ему отдаться – Только вы можете беспрекословно любить нас, несмотря на такую внешность. - Ты нравился бы мне в любом случае, хозяин. - Ты в этом так уверена? - Нет, но хочу быть уверена. Лиши меня крови на долгое время, чтобы узы исчезли, чтобы я поняла, что это все по-настоящему… не как с той ведьмой. - Будет тяжело. Начнётся ломка. - Всё равно. Это для меня важно. Бертрам кивнул пузырчатой головой. Сара понимала, что не сможет долго бежать от мыслей о том, что в её жизни теперь одна лишь тьма и нет больше ничего настоящего. Она хотела, чтобы хотя-бы эти чувства были осмыслены. А если окажется, что нет… что же, она всегда сможет временно закрыть пустоту в душе новой дозой крови, как делала много раз до этого. Но так не должно продолжаться вечно, просто не должно. Хозяин, скорее всего, не любил её. Вампиры могут разве что уважать друг друга, чувствовать привязанность – и то очень редко. Но могут ли они испытывать такое к гулям? Может, если Сара будет хорошо выполнять задания, он будет уважать её? Или для этого нужно стать вампиром? А вообще, так ли ей важна эта взаимность... В общем, теперь она только и думала о новой дозе, и было очень сложно сосредоточиться. Зайдя в нужный клуб, гули стали осматриваться. - Вот он – наш подозреваемый – Нокс кивнул в сторону танцпола. Там стоял и разговаривал с какой-то растрепанной девчонкой бледный, как снег, вампир с красными глазами. Если бы не эти особенности, он выглядел бы как обычный подросток. Чёрные волосы, заплетенные в небольшой хвостик, серая шапка на голове, круглые серьги в ушах, большая толстовка и странные мешковатые бежевые штаны. Спутница его была похожа на полутруп, что слегка сбивало с толку – бледная, в рваном платье, будто только что вылезла из могилы. Но все же она явно не принадлежала их темному Миру, подумалось Саре. Просто одета по странной моде готического клуба. Клуб этот был одним из тех, где вампиры могут незаметно для других питаться кровью людей. В темных углах со стороны это выглядело так, будто они просто целуются. После укуса человек какое-то время пребывал в трансе и напрочь забывал последние несколько минут. Сара вдруг вспомнила, что однажды чувствовала нечто похожее ещё до встречи с Тангом, после близости с незнакомцем из чёрного гетто. Она была усталой и бледной, сильно кружилась голова. Тогда Сара подумала, что это все из-за хорошего секса, но был ли он вообще? Значит, её уже когда-то кусали. Тёмный мир был так близко, а она даже не поняла этого. Сара поежилась. Из-за этого забытья убивать людей было совершенно не обязательно и, даже наоборот, нежелательно. Частые исчезновения могли вызвать лишнее внимание со стороны копов. Но цели их, похоже, эти правила были не писаны. Все, кто говорили с жутким подростком, пропадали без вести. «Может, он просто ещё новичок и не знает, как нужно питаться?» - с надеждой подумала Сара. Хотя, вполне вероятно, ему просто нравится убивать, так что стоит приготовится к худшему. Из оружия у них с собой были только обычные револьверы, но стычки и не планировалось. Надо просто проследить за целью и потом доложить хозяину. Но как же девушка? Парню в любом случае конец – он нарушил законы Камарильи (организации, на которую как раз работал хозяин), но её то можно было бы спасти… Нет, хозяин будет недоволен. Это противоречит приказу. Юноша и девушка двинулись в сторону выхода. Детективы пошли за ними. На улице юноша несколько раз оборачивался с опаской, и Сара с Ноксом с трудом укрывались от взгляда его красных глаз. Взгляд Сары скользил по номерам домов. 63, 65, 67… здесь их цель и остановилась. - Всё в порядке? – спросила девушка. - Д-да… да, все нормально. Хотя нет, не совсем. У меня как-то настроение пропало. - Мне уйти? - Да… извини. - Ничего. У тебя есть адрес моей электронной почты. Девушка ушла, а подросток развернулся и пошёл обратно. - Что за черт? – возмущённо прошептал Нокс. Они продолжили следить, пока подросток не выбрался за черту жилых домов и не дошёл до пустой автостоянки. - Постой! – осознание обдало Сару, как ведро ледяной воды – Он знает. Он завёл нас сюда, чтобы… Но было уже поздно. Юноша обернулся и прыгнул к гулям, оттолкнувшись от земли метра на два, и приземлился на машину, за которой они оба прятались. Та чуть примялась под монстром. Детективы быстро среагировали, достали оружие и принялись палить по нему. Почти все пули попали в цель, но вампир только чуть пошатнулся. А затем раны на нем начали быстро затягиваться. - Вот ведь срань!.. – закричала Сара. - Простите… - тихо произнёс вампир и прыгнул на Сару, выбив из её руки пистолет. Ужас и боль сковали женщину железной хваткой. Похоже, вампир сломал ей ребро. Жизнь Сары множество раз подвергалась опасности, но никогда ещё она не чувствовала такую близость смерти. Раздался выстрел – Нокс попал вампиру в голову. Тот с досадой посмотрел на выпавшую из раскромсанного уха серьгу, со звоном приземлившуюся на асфальт, а затем повернул голову на стрелявшего. Харрингтон выстрелил ещё раз, попав вампиру в лицо. Пули закончились, и он в отчаянии продолжал жать на курок, но в ответ раздавалось только тихое щелканье. Дальше все происходило как в замедленной съёмке. Точнее, замедлены были все, кроме Сары. Она подняла упавший пистолет, быстро перезарядила его и несколько раз попала по вампиру. В этот раз пули прошли насквозь и слегка оттолкнули монстра, будто она стреляла не из обычного револьвера, а из дробовика. Со стороны Нокса это выглядело так, будто Сара со сверхъестественной скоростью и ловкостью вложила пули в пистолет, хотя самой ей так не казалось. В этот раз вампир упал на асфальт, но тут же прыжком поднялся на ноги. - Пожалуйста, я не хочу с вами драться… - умоляюще произнёс подросток. В его взгляде чувствовалась обречённость, губы и нос были изуродованы выстрелом, но быстро восстанавливались – Я просто хочу, чтобы вы перестали за мной ходить! Детективы отчётливо осознавали, что им вдвоём не справиться с монстром, и оставалось только попытался поговорить. - Ты… з-знаешь… почему мы з-за тобой с-следим? – сквозь боль прошипела Сара. Юноша убрал ногу с Сариной груди, нарезал вену на руке и поднёс рану к её рту. - Вот, выпей. Станет легче… - заботливо произнёс он. - Я знаю – сказала Сара и присосалась к ране. Лицо вампира уже полностью зажило. Тот подобрал с пола свою серьгу и положил в карман. Нокс подошёл к Саре и помог ей подняться. Ребро уже не болело. - Вы… копы? – растерянно спросил вампир. - Неа... мы гули – ответила Сара, все ещё тяжело дыша от пережитых впечатлений – Расследуем… несколько исчезновения. Как тебя зовут? - Тео. Тео Маллрой. Я не собирался убивать ту девушку! Только не её! Она – моя подруга! - Парень, мы просто хотим помочь – добродушно сказал Харрингтон. Если ему и было сейчас страшно, он этого не показывал – Ты нарушил маскарад, и Камарилья будет охотиться на тебя… - Я знаю. Папа говорил, чтобы я был осторожен. Я убивал только тех, кого было совсем не жалко. Тех, кто совращает детей. А девушку я бы не тронул… - Ты разве не в курсе, что убивать людей не обязательно? – спросила Сара. - Я приводил их не для того, чтобы питаться самому. Но больше я не могу вам ничего сказать… пожалуйста, просто прекратите следить. Я не хочу вас убивать! - Послушай, чувак, - вздохнул Нокс – если мы прекратим, на этом дело не кончится. За тобой просто будут следить Носферату, а прячутся они будь здоров, и дерутся уж точно лучше, чем гули. Ты даже не успеешь заметить, как они проследят до твоего дома, и все доложат Камарилье. - И что же мне делать? - Для начала, перестать убивать людей – вежливо посоветовал Нокс – Конечно, другие вампиры все равно от тебя не отстанут, так что придется быть в бегах, или найти убежище… - Я не могу перестать! - Почему же? – спросила Сара – Если ты нам не расскажешь, мы не сможем помочь! - Это все ради мамы. - Мамы? – удивлённо посмотрел на него Нокс – У вампира не может быть двух сиров. Или это родные родители? - Нет. Папа с мамой полюбили друг друга и хотели создать семью. Тогда они обратили меня. - Ты был сиротой, да? Кто из них тебя обратил? – продолжал Харрингтон свой допрос. - Папа. Он не хотел, чтобы мама передала мне свое ужасное проклятье. - Зачем твоей маме нужны все эти убийства? - Она так питается. По-другому она не может… - Нагараджа! – вдруг осенило Нокса – Дважды проклятая… теперь все встало на свои места. Сара вопросительно посмотрела на напарника. - Они почти как вампиры, однако вынуждены питаться не только кровью, но и плотью, причём обязательно живых людей – объяснил Харрингтон – Встреча с такими существами в Америке, к счастью, огромная редкость, и нам повезло… - Мне пора возвращаться домой – прервал его Тео – Мама может проголодаться, и тогда жди беды… - Чувак, ты не понимаешь – снова устало вздохнул Нокс – Кем бы ни был этот твой батя, он тебя просто использует. Решил поиграть в семью и заодно спасти шкуру своей драгоценную любушки, сделав из тебя приманку для педофилов… - Нет, папа любит меня. Вы совсем его не знаете!! Тео повернулся к выходу из автостоянки, и, сделав несколько высоких прыжков, расстроился во тьме. - Будем его преследовать? – спросила Сара. - Конечно нет! Боже, поверить не могу, мы чуть не погибли, а ты ещё хочешь за ним гнаться! Бертрам был прав – ты долбанутая! Зато стреляешь офигенски! Как ты это вообще сделала? - Сама от себя такого не ожидала. Наверное, просто от адреналина. Но это не сильно помогло, знаешь ли. Как же легко, оказывается, нас победить… - Да уж, прям жуть какая-то. Поэтому надо поскорее становиться вампирами. Видела, какие они мощные? Просто… просто вау! Сара раньше ни в какую не хотела обращаться в вампира – зачем это нужно, если можно и так быть вечно молодой, не утратив при этом человеческих чувств? Только теперь она поняла, каким хрупким и беззащитным является тело человека – даже гуля – в сравнении с вампирским. Саре не хотелось в это верить, но страшная мысль продолжала крутится в голове – в мире, где правит нечисть, обычные люди долго не живут…