90

      Цзяэр сидел напротив него на точно таком же диване, на каком сидел он сам: минималистичном кожаном грязно-красного цвета. Словно символ всей той крови, что была пролита ради того, чтобы иметь возможность такие диваны покупать. Несмотря на то, что официозный стиль Чжаня он не разделял, смотрелся Ван Цзяэр в этой обстановке все равно крайне органично. Он чаще всего был в чем-то серого цвета и обтягивающем. Сегодняшний день не был исключением. Даже волосы у него были какого-то невнятного серо-голубого цвета. Сильные руки, по кистям которых, словно перчатки, струились татуировки, сегодня были видны во всей красе, так как мужчина сидел в майке. Тяжелые ботинки с металлической подошвой выглядели так, будто одним движением ноги тебе выбьют все зубы. И это даже не было преуменьшением, потому что Чжань знал, что у Цзяэра на обеих ногах была уйма имплантов, так что дело тут было и не в подошве. На светло-голубом меню перед лицом мужчины высвечивалось изображение того металлического нечто, что сегодня увидел Ибо. Цзяэр свел брови и сдвинулся чуть вперед на своем мягком сидении, отчего кожа дивана возмущенно скрипнула. Звук заставил Сяо Чжаня отвлечься от созерцания собеседника. — Они изобрели что-то новое, — Цзяэр озвучил очевидное, Сяо Чжань автоматически кивнул. — Зачем? У них же и так все под контролем, — весь диалог происходил будто формально, на самом деле оба мужчины были далеко не глупы.       Вопрос о том, как такая штука оказалась на каком-то всего лишь продовольственном предприятии, никто не задавал. Оба понимали, что вышло это примерно случайно. Какая-то важная шишка взяла с собой свою новую игрушку. Ибо просто не повезло влезть туда именно в тот момент, когда эта важная шишка решила данное место посетить. Также было очевидно, что это было что-то вроде пилотного проекта, еще сырого и недоделанного. Иначе Ван Ибо бы уже не жил. Сяо Чжань был уверен, что это изобретение еще должно перемещаться со скоростью света, летать, быть неуязвимым для большинства пуль и далее по списку. Просто этого еще не сделали, но обязательно сделают. — Они сделают что-то такое, что может пошатнуть этот контроль. Или не они, — ответил тихо Чжань и наконец отвел глаза от мужчины напротив и перевел взгляд на панорамное окно с ночным городом за ним. — Нам следует ускориться.       Где-то там сейчас Ибо чуть не умер, пока он просто сидит. Сяо Чжань прекрасно знает, что страшно парню не было ни капли. Он уже понял, что жизнь для Ибо — как невнятный подарок, который он не знает куда деть. Испугался ли сам Чжань? Он, если честно, не знает. Его этот парень очень интересовал и в глубине души он уже взял на себя ответственность за него. Но с такой же легкостью он мог бы и все это отпустить. Наверное. В конце концов он уверен, что Ибо может справиться почти с чем угодно, если того потребует ситуация, но он почему-то выбрал для себя иной имидж. Имидж раздолбая. Сяо Чжаню на самом деле было интересно, кто такой Ван Ибо, почему он переехал сюда два года назад, почему не дорожит жизнью, почему имеет такой внушительный ряд способностей и навыков, почему избегает его, Чжаня, в конце концов. Вернее избегал он не лично его, а каких-то личных взаимодействий между ними. Хотя часто он инициировал их сам, но всегда останавливался на полпути. Насколько Сяо Чжаню было все это интересно, настолько же его привлекал Ибо именно со всеми этими недосказанностями. Их вроде и хотелось разгадать, но в них была своя прелесть, дающая Ибо такой образ, полный самостоятельности. Вдобавок ко всему Чжаня заинтересовало то, что Ибо от него ничего не было нужно, кроме того, что он сам был бы совсем не прочь предложить.       Ван Цзяэр молчал. Он был его правой рукой и кем-то вроде заведующего по боевым операциям, так что знал почти все то же, что и сам Чжань. Сяо Чжань уже несколько месяцев назад начал методично влезать в правительственную сеть через разные места. Как раз одну из таких задач сегодня выполнял Ван Ибо. Очевидно, лезть вслепую примерно самоубийственно, но информация была нужна, поэтому было принято логичное решение начать с примыкающих к правительству предприятий и организаций. Если повезет, они найдут все нужное уже там. Если не повезет, попадание в головной центр это все равно облегчит. Таким образом Чжань посылал Ибо в разные места, куда дотягивалась главная сеть. Ну а дальше дело было за Исином.       Исин Сяо Чжаня восхищал. Работа ему выпадала в последнее время крайне сложная, но тот мало того что не жаловался, так еще и как будто не спал и не уставал. Чжаню казалось, что у Исина нет чувств и тот может сделать что угодно. И речь сейчас не про то, что он мог работать без остановки, а про то, что в нем не было сожалений и состраданий, страха, не было сомнений. Казалось, в нем нет даже банальной похоти, потому что скучающе он смотрел абсолютно на всех. Кроме Ван Цзяэра. Уму было непостижимо как, но с ним все эти законы не работали. Это все мало кто замечал, потому что Исин был очень болтлив и постоянно смеялся, никому и в голову не приходило, что за этим всем чаще всего не стоит никаких живых эмоций. Они работали вместе много лет, но Сяо Чжань был почему-то уверен, что Исин не раздумывая сможет убить его, если ему это окажется выгодно. Ну или если его не остановит Цзяэр, в котором эмоций и сострадания для этого города было даже чересчур много. — Исин работает, ты знаешь. Но пока ничего нового, — мужчина в сером наконец свернул свое меню и посмотрел прямо на Сяо Чжаня, упирая локти в колени и кладя подбородок на сложенные татуированные кисти. — Я не подгоняю, но мне нужно все, так что мы продолжим взламывать смежные сети. Еще нужно выяснить все об этом новом боте, с которым сегодня столкнулся Ибо. Его способности и слабые места, ты понимаешь. Подготовь для Ибо еще пару операций. И сходи с ним, если будет необходимо. Если он не захочет работать вместе, то можешь не идти.       Сяо Чжань продолжал сыпать предложениями, он знал, что Цзяэр все внимательно слушает. Цзяэр отвечал за разработку планов, что помогали достичь желаемого, так что кому, как ни ему, это слушать. Их с Исином тандем позволял достичь почти всего, чего Сяо Чжаню хотелось. И ему даже не нужно было большее количество людей, ему повезло. Они даже пришли к нему сразу парой и сказали, что будут работать только вдвоем. Как давно уже это было. А еще Сяо Чжань с Цзяэром мог и просто поговорить, так как их отношения больше напоминали дружеские, нежели отношения босс-подчиненный. — Не злишься, что не предусмотрел случившегося сегодня? — интересуется просто из любопытства, потому что знает, что нет, не злится. — Я отчего-то уверен, что Ван Ибо сложно убить. Вселенная как будто издевается над ним, он хочет своей смерти, а она нет, — Чжань медленно улыбается, глядя в теплые и привычные глаза Цзяэра. — Зачем ты выбираешь его? — теплые глаза вопросительно сужаются. — Я вижу, что он хорошо выполняет свою работу, но дело же не только в этом. — Хочу, — просто отвечает Чжань и выдерживает паузу, как бы подчеркивая, что и этим все сказано. — И думаю, это неплохое вступление для того, чтобы сообщить тебе наконец то, о чем ты и так наверняка догадывался. Я пошатну контроль правительства, о котором мы говорили. Мне будет приятнее, если Ибо будет на моей стороне. К тому же мне не помешает иметь большее количество людей, которым я доверяю.       Ван Цзяэр не выглядит удивленным и просто кивает. Он даже не спрашивает, откуда берет свое формирование доверие к Ван Ибо, который его по идее не заслужил да и вообще на стабильного человека не очень похож. Он знает, что Сяо Чжань окажется прав, так происходило почти что всегда. Непрямое заявление о том, что тот собрался захватить власть в городе, тоже никаких особых эмоций не вызывает. Эта тема висела в воздухе уже давно, но по негласному соглашению никем не обсуждалась. Это было лишь вопросом времени, Чжань не из тех, кто любит смотреть со стороны. И Цзяэр, и Исин давно были к этому готовы и поддерживали, хоть и никогда такого не говорили, но Сяо Чжаню слышать и необязательно, чтобы понять. Однако озвучить свои планы вслух он все же должен был. Этим он как будто ставил печать под их исполнением.       Компьютер Чжаня открылся перед его лицом сам собой, изображая на себе смеющееся лицо Чжан Исина. Он бы и испугался, но за все время уже привык к техническим фокусам этой лисы. И слишком уж он был хорош, чтобы его за такие периодические шалости увольнять. — Считаю своим долгом предупредить, что Ван Ибо решил взыскать с тебя за полученный сегодня урон его психике в виде того, что ты его накормишь, напоишь и далее по списку, — Исин подмигнул своим механическим глазом, намекая на продолжение деликатного характера и скрылся так же быстро, как появился.       Если Ван Цзяэр чаще всего решал свои проблемы силой, то жизнь Чжан Исина напрямую зависела от его навыков взломщика, а потому один глаз он все же решил заменить на синтетический. Такие глаза можно было сделать неотличимыми от настоящих, но Исин решил, что если уж делать, то делать что-то интересное. Потому один глаз у него был почти черный — тот, что органический. А второй светло-голубой, словно светящийся изнутри. Сяо Чжаню это всегда казалось чем-то демоническим, хотя цвет был вроде как наоборот невинный. Из-под черных прядей он и вовсе выглядывал так, будто прожжет в тебе дыру плазмой. Чжань бы не удивился, если такой функцией этот глаз действительно обладал.       В следующую же секунду входная дверь его дома открылась, и на пороге предстал Ван Ибо. Исин как всегда просто решил побаловаться со своим предупреждением. И дверь в его дом ему только что тоже открыл Чжан Исин. Существовало ли хоть что-то электронное, с чем Исин не мог совладать? — Во время всех этих скачек сварился в костюме, как курица в пакете для запекания, — он уже двигался в сторону ванной, не удостоив Сяо Чжаня и взглядом. — Так как водоснабжение нынче недешевое, считаю, что господин Сяо обязан предоставить мне свои апартаменты в качестве моральной компенсации, — на этих словах дверь в его ванную хлопнула, закрываясь. — Видимо, мне пора идти, — тихо хохотнул Цзяэр. — Если бы, — с театральным мученическим вздохом отозвался Сяо Чжань, прекрасно знающий, что помимо голодных взглядов и балансирующего на грани флирта им ничего сегодня не светит. — Но ты и правда уже свободен. Исходя из сказанного Исином, меня сегодня ждет поход в какой-нибудь клуб, так что если хотите, можете сходить с нами, Исин же любит подобное. — Я ему предложу, — Цзяэр наклоняет голову в прощании и разворачивается, чтобы уйти, а в глазах так и пляшут смешинки. Он хоть и был душевным человеком, но предпочитал концентрироваться на конкретных задачах и не болтать попусту.       Сяо Чжань наконец поднимается с места и направляется в спальню с бурчанием: «А то ты не знаешь, что у меня в ванной не твой гардероб с одеждой, Ван Ибо.» Ибо как обычно будет дразнить. И Чжань решает отомстить, выбирая самый официальный наряд из своей коллекции, дабы парень помучился. Ибо терпеть не может носить подобное, ему это все жутко неудобно. Хотя Чжань и не то чтобы против таких знаков внимания со стороны Ван Ибо, но попакостить все равно приятно, иначе это все будет уже не так интересно.       Мужчина останавливает выбор на костюме темно-синего цвета с двумя рядами пуговиц по пиджаку, что придает пущей аристократичности. Рубашку решает не брать, потому что надо и себя порадовать. К тому моменту, когда он возвращается в главную комнату, все происходит именно так, как он и ожидал: мокрый Ван Ибо сидит в одном только полотенце на бедрах прямо посередине его длинного красного дивана. В его, между прочим, полотенце, потому что свежее он еще не вешал. Наглый и оттого еще более красивый. Руки раскинуты на мягкой спинке. Как будто не он пережил то, что недавно пережил, и как будто это его дом, а не Сяо Чжаня. Порой оно как будто так и было. Ибо бывал здесь уже не раз и давно творил, что ему вздумается.       Чжань молча подходит и кладет одежду рядом, кидая на сидящего взгляд из-под бровей, ловя в ответ аналогичный. Хочется сделать больше, но знает, что нельзя, еще нет. — Я мог просто оплатить твои многомиллионные расходы за сегодняшний душ, — Чжань решает поймать парня в собственную ловушку. — Твой душ все равно круче. И мне все равно можно, — что есть, то есть.       Ибо отлепляется от спинки, подхватывает принесенную одежду и двигается в сторону спальни, расположение которой ему прекрасно известно. В момент их наибольшего сближения Чжань чувствует запах собственного парфюма, но не от себя, и беззлобно усмехается. Ибо на самом деле он идет не меньше.       К тому моменту, когда Чжань уже заканчивает с продумыванием их культурной программы на сегодня и пишет Цзяэру, он слышит кокетливое «Господин Сяо, мне бы очень пригодилась ваша помощь» все еще из своей спальни. Он понятия не имеет, что его там ждет, а потому с интересом движется навстречу неизвестности.       Ван Ибо стоит в выбранном им костюме, и ему чертовски идет. Чжань даже не знает, что ему идет больше: подобные наряды или то непотребство, что тот обычно носит. Хотя честно сказать против непотребства Сяо Чжань не имеет абсолютно ничего. Парень стоит напротив зеркала во всю стену и опирается руками о комод, что к нему примыкает. Только зашедший Сяо Чжань останавливается чуть позади и вопросительно наклоняет голову, закинув руки в карманы. Хотя этими руками хотелось бы схватить за волосы и вжать щекой в зеркало. Пока что у него только один вариант «помощи» в голове, особенно с учетом позы просившего. — Что ты хотел? — Решил, что не хватает украшений, раз уж у нас сегодня выход в свет. Поделись с другом. Где прячешь свои пиратские сокровища? — Открой верхний ящик и выбирай любое, какое нравится.       Стоит этой фразе прозвучать до конца, как Ибо, который до этого заинтересованно рассматривал свой наряд, переводит взгляд на Сяо Чжаня в отражении и смотрит прямо в глаза. «Какое нравится». Как специально все это представление придумал, но тем не менее оно все равно работает, потому что Чжань хоть и смотрит твердо в ответ, но в глубине души немного сгорает. Казалось, он уже немало пережил, его сложно удивить, сложно надолго захватить внимание, но Ибо это удалось. И за все то время, что они знакомы, градус интереса нисколько не изменился. Потому Сяо Чжань держался за этот источник своих эмоций. И он пока еще не совсем признался самому себе, но хочет получить его в личное пользование. — Хочешь, чтобы господин Сяо помог с выбором? — давит мужчина, не разрывая зрительного контакта, когда пауза затягивается.       А Ибо загадочно улыбается и сворачивает то, что сам и устроил, потому что наклоняет голову вниз и открывает ящик, будто вырезая из прошлого то, что сейчас сделал, будто Сяо Чжаню показалось. — Куда пойдем сегодня, ты выбрал? — парень с живым интересом оглядывает содержимое комода. — Выбрал. Твой наряд как раз не очень вписывается, — Чжань расплывается в змеиной улыбке, Ибо же к его удивлению только равнодушно пожимает плечами. — Зато у него есть ряд других плюсов. — Каких? — Чжаню правда интересно, потому что он от парня ожидал только ворчания на протяжении всего вечера.       Ибо же снова внезапно поднимает глаза, сталкиваясь с чжаневыми в отражении, как бы говоря, что вот он — главный плюс. На сей раз Сяо Чжань погружается в свои размышления. Сегодня один из тех дней, когда Ибо флиртует напропалую. Периодически на него нападало такое настроение. И вариантов развития событий сегодня могло быть примерно два. Либо Чжань стоически делает вид, что он слепой и глухой. Либо отвечает взаимностью. Второй путь обещал множество наслаждений сегодня, но грозил тем, что Ван Ибо потом надолго залезет в свою раковину одиночества. Да и наслаждение то было мнимым, Чжань прекрасно чувствовал, что единственный раз, когда Ибо хоть на сколько-то показал свое истинное лицо, остался в том дне годовалой давности. И только тогда он позволял прикоснуться к себе везде, но абонемент то был однодневный. Сяо Чжань просто чувствовал, что он не может протянуть руку и взять, как делал со всеми другими. Чем сильнее он будет сжимать пальцы, тем более скользкой будет становиться чешуя Ибо. И оттого сжимать хотелось только сильнее.       Ван Ибо уже тем временем извлек желаемое и приложил к своей шее. Чокер из алмазов с каплей сапфира по центру. С синим костюмом смотрелось просто прекрасно. Без костюма было бы еще лучше, но чем богаты. Чжань поймал себя на мысли, что хотел бы видеть Ибо только в этом чокере. Желательно где-нибудь на своем огромном диване. Желательно с его членом во рту. Или не во рту, это уже не так важно.       Он подошел сзади, ловя края украшения, чтобы застегнуть. Ван Ибо никакого недовольства не выразил и терпеливо ждал, пока мужчина закончит. Тонкие ловкие пальцы будто невзначай задевали кожу, и оба делали вид, что ничего не замечают, но замечали все. — Хочешь есть? — спросил Чжань, отдаляясь. — Не особо, — наверняка врет. — Мы нескоро вернемся. — Что же со мной собирается делать великий и ужасный? — Ван Ибо как всегда соскальзывает с темы, и Чжань позволяет. — То, о чем ты пронылся Исину. — Пойдем, — Ибо наконец оттолкнулся от комода, над которым нависал, и двинулся в сторону входной двери.       Сяо Чжань двинулся следом почти что автоматически, но его топило чувство иррациональности ситуации. Со стороны они выглядели, как пара. Они сейчас вели себя, как пара, даже не со стороны, а по его самоощущениям. Но они ей мягко говоря не являлись.       В машине Ибо ожидаемо плюхнулся чуть ли не ему на колени, а выдержка Сяо Чжаня дала новую трещину, когда тот пальцем подцепил свой чокер, оттягивая от шеи, откинул голову на сидение позади и сглотнул — отчетливо отразилось движение кадыка. — Настоящие камни? — иногда Чжань и правда не понимал, зачем Ибо говорит так много ни о чем. Он же знал, что настоящие. Мужчина непроизвольно кинул на спросившего скучающий взгляд. — Помолчим? — Не нравится меня слушать? — как-то чуть горько хохотнул Ибо, наконец отпуская свое украшение и кладя руку на колено, конечно же, внешняя часть пальцев задевает чжанево бедро. — Нравится, но я хочу чувствовать, — на парня он решил в этот момент не смотреть, утыкаясь в окно.       Пару минут он действительно пребывает в тишине и покое и даже верит в то, что его просьба была услышана, но затем чувствует, как Ибо под боком смещается. Следом чувствует губы на своем ухе: они касаются его едва-едва, шепча на грани слышимости: — И что чувствуешь?       Много чего. И много чего ему хочется как сказать, так и сделать, но с Ибо он не может себе этого позволить. Пока что нет. Потому в ответ лишь разворачивается и смотрит тяжелым взглядом. Он звучит громче слов, потому что в глазах напротив мелькает страх. Страх не от того, что Чжань разозлился, а от того, что бежать от своих эмоций порой пугающе. Остаток пути Ибо и правда молчит.

***

— Привет, Сяо Чжань, давненько не виделись лицом к лицу, — Исин опирался спиной на барную стойку и отвлекся от потягивания своего коктейля. В темноте клуба его голубой глаз сиял просто адски, неизменно привлекая всеобщее внимание. Хотя в таком обилии кислотного хаоса вообще удивительно, как что-то могло привлекать внимание, выделяясь.       Чжань только успел кивнуть, как Ибо вставил свое: — Привет, лисенок.       Как-то раз Чжань сказал Ван Ибо, что Исин напоминает ему лису. С тех пор иначе к нему парень редко обращался. Сейчас губы Чжан Исина в ответ на услышанное изогнулись в немного хищной улыбке, а глаза с интересом оглядели наряд Ибо. Сяо Чжаню даже почудилось, что воздух вокруг немного похолодел, хотя духота вокруг была неимоверная.       Чжан Исин легко махнул рукой на прощание, оттолкнулся от стойки и двинулся в толпу. Где-то там, вероятно, находился Цзяэр. Ибо проводил ушедшего ленивым взглядом. Исин шагал так, будто плыл по полу сквозь толпу, словно змея ползла в траве. — Он интересный, — беззастенчиво выдал Ван Ибо свой вердикт, возвращая свое внимание мужчине напротив. — Можно и так сказать, — тихо потянул Чжань.       Ван Ибо больше ничего не спрашивает, но какую-то пометку в голове себе наверняка делает. Чжаню было бы интересно узнать какую именно. Мужчина наклоняется к бармену, заказывая два коктейля. Ибо он как обычно выбирает что-то безо всяких примесей. К тому моменту, когда он разворачивается обратно, этого самого Ибо рядом уже нет. Мужчина лишь мысленно пожимает плечами и прикладывается к своему коктейлю, впериваясь взглядом в толпу на танцполе. Но не успевает он и пары глотков сделать, как чувствует, что по его талии собственнически ползет чужая рука. Мог бы сломать без особых раздумий, но знает чья. — Эй сладкий, не хочешь познакомиться? Тут в меню нет десертов, а я так хотел, — горячий шепот льется в ухо уже второй раз за сегодняшний вечер, а губы мажут по уже несколько мокрой от жары коже. Ибо сегодня решил оторваться по полной, это он уже понял. — Здесь есть десерты в меню, — невозмутимо отвечает Сяо Чжань, даже не поворачиваясь в сторону говорящего и продолжая тянуть ядовитую жидкость из своей соломинки. — Мог бы и подыграть, — Ибо отстраняется, плюхаясь на барный стул рядом и бесцеремонно хватая свой коктейль из левой руки Чжаня, которую тот уже заведомо держал поднятой с нужной стороны. — Мог бы, — просто ответил мужчина, оставляя простор фантазии Ван Ибо.

***

      Внутри плескался уже не один коктейль, Сяо Чжань буквально физически чувствовал это. Из-за наркотиков звуки казались громче, касания ощутимее, чувства глубже. Он тонул в том, что происходило вокруг него, едва успевая дышать. Его ждало так много работы, но это будет завтра. Но и сейчас перед ним была одна большая работа по имени Ван Ибо. Сейчас, когда контроль разума над телом ослаб, его хотелось просто обнять и не отпускать. Казалось, что это действительно может сработать, но проверять он боялся. Иногда ему казалось, что он сходит с ума, раз думает, что может построить с Ван Ибо что-то хотя бы не однодневное, о вечном уж никто сегодня и не думал. Чжань отмахнулся от навязчивых мыслей, его нынешнее состояние позволяло это сделать.       Под боком настоящей змеей извивался Исин. Цзяэр ничуть не отставал. Руки обоих перетекали по телам друг друга так, будто они были цельной композицией, каким-то объектом искусства. И это неудивительно, за столько лет совместной жизни они возможно знали друг друга лучше, чем самих себя. Они всегда были такими в клубах, всегда привлекали внимание, вызывали зависть, а вместе с тем и испепеляли своими взглядами, стоило кому-то попытаться предпринять поползновения для какого-либо знакомства. На их фоне Сяо Чжань с Ван Ибо выглядели, как два неловких школьника. Хотя Чжань старался быть крутым, он правда старался.       Казалось, сейчас было самое время для того, чтобы танцевать, отдаваясь телам друг друга, но Ибо демонстративно находился чуть в стороне. А Чжань как всегда не давил. Он терпелив. Не потому что он весь такой прекрасный и понимающий, а потому что иначе он этого парня не получит, а получить его он хочет. Ван Ибо был сложным во всем. Казалось, в нем ничего не работает по понятным законам. Сяо Чжань закрыл глаза, откидывая голову назад, ведя руками по своим ребрам. Музыка разрывала черепную коробку изнутри, но сейчас это казалось спасением.       Сначала он услышал истошный крик, перекрывающий даже гремящие биты. Затем открыл глаза и увидел мужчину с туловищем, рассеченным от пояса до шеи одним слитным движением посреди грудной клетки. Разрез был не смертельным, но явно очень болезненным, останется шрам. Лужа крови под ним росла в геометрической прогрессии. А перед мужчиной стоял Исин с абсолютно бесстрастным выражением лица. — Может стоило отрезать руки? — бесстрастность Исина сменилась на азарт, в его глаза сейчас было бы действительно страшно заглянуть.       Мужчина страдал от боли, а вместе с тем и захлебывался яростью. Было видно, что он хотел наброситься на Исина, но это было заведомо самоубийственное решение, да и сил ему сейчас не хватило бы. — Советую пошевелиться, а то долго не протянешь, — Исин подтвердил то, что крутилось у Чжаня в голове.       Толпа вокруг них расступилась, но вместе с тем мужчина ощутил у себя за спиной присутствие Ван Ибо. Тот наклонился к его уху и спросил: — Что происходит? — Ничего такого. Я потом тебе расскажу.       Чжань отвернулся от представшей ему внезапно картины, не желая более интересоваться происходящим. Вокруг все еще гремела музыка, и все очень быстро возвращалось на круги своя. В общем-то случилось обычное дело. А мужчина решил утонуть в глазах Ван Ибо. Сейчас в них была нотка страха, совсем еле заметная, но оттого не менее удивительная, ведь она была ему несвойственна. Ибо впервые увидел жестокость Исина. И его удивило не то, что кого-то в клубе покалечили неизвестно почему, а то, что это сделал Чжан Исин, от которого он до того слышал только дурацкие шутки. — Пойдем? — Чжаню нужно было говорить прямо в ухо, чтобы быть услышанным. — Пойдем, — ответил Ибо, даже не спрашивая куда.       Тогда Чжань крепко сжал его запястье и потянул в сторону выхода, лишь махнув на прощание Цзяэру с Исином. Происходящее стало казаться таким нереальным. В полноценном прощании они в общем-то не нуждались, будучи здесь и так довольно отдельной единицей.       В лифте они ехали молча, Ибо уже явно пережил первичное удивление и сейчас выглядел даже скучающе. Плескающийся в крови алкоголь так и шептал сознанию на ухо требования того, что Ибо нужно срочно вжать в зеркало, а затем глянуть на свои налитые страстью глаза в отражении. Вместе с тем хотелось и немного погрустить в одиночестве.       От крыши дома их отделяла дверь с самым обыкновенным кодовым замком. К общему удивлению она еще не была сломана и вообще присутствовала. Чжань на всякий случай проверил, не открывается ли она, и, долго не думая, просто снес своим кибернетическим кулаком ту часть двери, где располагался замок. Металл смялся, словно блестящий фантик, и дверь распахнулась от последовавшего следом удара мужской ноги.       Сяо Чжань прошел почти до края крыши и просто сел на полотно в расслабленной вариации позы лотоса. Ибо все еще безмолвно повторил его действие, садясь справа от мужчины так, чтобы их плечи соприкасались. Занимался рассвет. — Исин всегда так делал, сколько я его помню, — Чжань начал давать обещанный ответ. — Вероятно, тот мужик его облапал или предложил ему отсосать, что-то такое.       Ван Ибо явно все услышал и принял, но все еще продолжал молчать. Чжань гадал о том, сколько же парень выпил сегодня. Словно в ответ на мысли на его плечо ложится чужая голова. — Ван Ибо? — наконец тихо решается Чжань. — М? — негромко спрашивает парень, не двигаясь с места; вообще-то это хороший знак, что он не отскочил после первого же слова. — Чего ты хочешь? — он решает зайти издалека. — Я не смогу ответить на твой вопрос. Или не хочу, — Чжань ответа ожидаемо не получает, однако его удивляет то, что Ибо не спрыгнул с темы и ответил возможно даже правдиво. — Ты чего-то боишься? — мужчина разглаживает свои штаны, рассматривая синтетическую руку, его все же немного волнует этот разговор. — Много чего. Зачем ты спрашиваешь? Что тебе от меня нужно? — несмотря на агрессивность вопросов, голос Ибо звучит очень ровно и даже скучающе, словно он уже не раз переживал то, что сейчас происходит, словно он уже знает, что будет дальше. — Ты, — беззастенчиво признается Сяо Чжань.       На этот раз Ван Ибо просто молчит. Любой бы от подобных слов с его стороны уже бросился ему на шею с любовными признаниями или восторгами, а Ибо даже не вздрагивает. Чжань знал, что это будет непросто при любом раскладе, но следующий вопрос он все равно задает через несколько минут: — Ты не задумывался о том, почему правительственная армия безропотно подчиняется? Почему у них нет бунтов и осечек? — ответ он слышит не сразу. — Нет. В смысле не задумывался. Но и так понятно, что это не от больших зарплат.       Первым терпение все же подводит Сяо Чжаня. Он разворачивается в сторону собеседника и берет его лицо в ладони, еле касаясь чужой кожи. В глазах напротив одновременно интерес к нему и безразличие ко всему окружающему. И разве не должно второе перебить первое? — Ты не боишься, что когда-нибудь и твой разум перепишут без спроса? — он говорит тихо, но слова бьют по ушам. — Мне все равно, я ведь это забуду, — Ибо, кажется, и правда интересует совсем другое.       Кончики его пальцев ложатся на подбородок Чжаня, легко поглаживая. Он любуется и легко улыбается. Кажется, что его не волнует весь мир вокруг. Его интересует только то, что он видит сейчас перед собой. Решил так сбежать от разговора? Чжаню это с одной стороны льстит. А с другой стороны его пугает то, что Ибо мир действительно безразличен. Какого черта вся жизнь Чжаня крутится вокруг этого мира непонятно зачем и почему, а у Ибо все вот так просто? — А если не забудешь? Если будешь помнить всю свою жизнь, но продолжишь страдать, не имея возможности управлять своими действиями? — одна рука перемещается на волосы Ибо, зарываясь в жесткие пряди, от наслаждения хочется зажмуриться, но сейчас не до этого. — Все еще все равно, — он односторонне улыбается, его глаза смеются. — Ван Ибо, — это Чжань выдыхает уже бездумно, не преследую никакой цели; имя испуганным голосом слетает с губ само собой. — Господин Сяо, — вторит парень чуть более бодрым голос и медленно наклоняется для поцелуя, пьяно глядя из-под ресниц.       В тот момент, когда собственных горячих губ касаются холодные, у Чжаня внутри взрывается фейерверком эмоций. И не от того, что сбывается его любовная фантазия. Этот мальчишка выворачивает все его эмоции наизнанку и перемешивает между собой. Чжань сейчас хочет его понять и спасти, а вместо этого получает привычный отказ от всего. Получает поцелуй, которого так давно хотел. После того, как фактически услышал, что Ибо не хочет жить. Ибо целует искренне и отчаянно, но вместе с тем он этим способом просто избегает всего. Чему он тут должен радоваться? И сердце Чжаня ноет, хотя давно уже подобного не испытывало.       Поцелуй очень медленный и тягучий, в какой-то степени целомудренный. Аромат собственного парфюма и алкогольный вкус на языке кружат голову. Сяо Чжань уже истинно теряет нить мысли, а затем Ибо перемещается губами на его шею. Припадает жадно, будто в последний раз. А Сяо Чжань бесстыже стонет, потому что он так скучал. И им бы сейчас остановиться, потому что происходящее только разрушает обоих, он знает. Но не может себя заставить и лишь сильнее сжимает руку в чужих волосах, подставляясь.       Ибо принимает более удобное для себя положение и с силой тянет в нужную сторону, падая на спину. Чжань, сам с трудом осознавая, нависает над ним, упираясь руками по обеим сторонам от головы парня. Дышать уже тяжело, а все выпитое только усугубляет ситуацию. Рука на шее тянет к себе, и он подчиняется. Ибо больно целует, а затем резко отстраняется и смотрит в глаза, одна нога его сейчас обвивают чжанево тело, и он жадно кидает таз вверх, притираясь уже стоящим членом. — Господин Сяо, — блять, скулит так просяще.       Вместе с тем рука Ибо с нажимом тянется по животу. И Сяо Чжань обессиленно падает на тело под собой, зарываясь носом в чужую шею, топит в ней свой громкий стон. — Нет, — он шепчет все в ту же шею под своими губами, — остановись.       Зачем он это сказал? Зачем? Он же этого от Ибо и хотел. А хотел он уже не тела Ибо, а его целиком. И подчинись он сейчас, только сильнее отдалится от цели. Напряжение Ибо чувствуется моментально, тот сразу замирает, едва услышав отказ. От былого желания мигом не остается и следа, хотя сознание все еще ощутимо плывет. Сяо Чжань тут же обнимает ладонями его лицо, перехватывая инициативу и не давая оттолкнуть. — Ты потом будешь расстроен, не надо.       Не успевает Чжань закончить предложение, как выражение всепоглощенности на лице Ибо сменяется на полное безразличие. Теперь все выглядит так, будто инициатором случившегося сейчас был Сяо Чжань. Отвратительно. Существовала хоть одна последовательность действий, которая привела бы его к «правильному» результату?       Чжань с сожалением убирает руки с чужого лица и слезает с парня под собой. Ибо садится напротив, и теперь его лицо абсолютно бесстрастно. Теперь уже Чжаню кажется, что весь сегодняшний день он сам себе придумал. Зато сейчас Ибо будет говорить прямо, что для Чжаня в данной ситуации довольно полезно. — Я не хочу потерять контроль над своим сознанием. И не хочу, чтобы это случилось с тобой, — договорить он не успевает, потому что Ибо его перебивает. Отвлечение от разговора не удалось, и теперь он будет просто бить наотмашь своим раздражением. — Ты можешь просто уехать отсюда. — Я не хочу бежать, я люблю управлять своей жизнью.       В этот раз парень ничего не отвечает и просто задумчиво смотрит. Сяо Чжань бездумно тянется рукой вперед и сжимает ладонь Ибо в своей. Тот не сопротивляется. Тогда он решает дойти до конца: — И я хочу, чтобы ты в это время был не один, был со мной.       Ван Ибо смотрит на рассветное небо за его спиной, а Сяо Чжань — на их сцепленные руки. Легко поглаживает выступающие вены.       Через несколько минут Ибо спокойно спрашивает: — Отвезешь меня домой? — Чжань переводит взгляд с их рук на его лицо, и на дне его глаз плещется сожаление, но в глубине души он знал, что ничем хорошим этот вечер сегодня не закончится. Однако другого пути нет и через такое придется пройти. — Да.       Не желая более предаваться собственной меланхолии, он бодро поднимается и протягивает руку.

***

      Весь путь они проводят в молчании, однако назвать его слишком напряженным нельзя, и на том спасибо. Они все же уже настолько привыкли друг к другу, что сложно чувствовать дискомфорт, будучи рядом.       Когда они останавливаются у дома, Ибо внезапно разражается довольно длинным для нынешней ситуации предложение: — Мне надо отдать тебе костюм, — Чжань о нем уже и забыл. — Оставь, тебе идет, — он даже не смотрит в его сторону, заинтересованно наблюдая за дорожным покрытием. — Я ведь его даже не надену, — на это Чжань только равнодушно пожимает плечами. — Хоть это сниму, — он видит краем зрения, как Ибо тянется к своей шее с украшением. — Не надо. Мне будет приятно, если останется у тебя, — на этих словах руки парня замирают, а Сяо Чжань наконец разворачивается в его сторону. — До встречи, — и легко улыбается одним уголком губ. — До встречи, господин Сяо, — хмыкает Ибо, надевая свою маску беззаботности, и выходит из машины. — Когда же ты назовешь меня просто по имени? — ворчит себе под нос Сяо Чжань.