Темное сказание. Книга 4 "Её личный Бес"

I

      Эшли сидела в неудобном кресле из черной кожи и оглядывала кабинет. С последнего ее появления здесь помещение так и не изменилось. Те же стены бледно-зеленого цвета (которые, по мнению доктора, отлично успокаивают), пыльный шкаф, забитый книгами по психологии и прочей макулатурой, скрипучие половицы, прогибающиеся под весом мебели и людей. Цветы, стоящие на подоконнике в горшках, все так же медленно увядали. В воздухе застоялся запах свежеприготовленного кофе и противных духов доктора. - Мисс Дженкин, - красноволосая подпрыгнула от неожиданности – с каких пор Вы ко мне добровольно? - Это не важно. Мне нужна помощь       Женщина, лет тридцати пяти, медленно прошла и седа в кресло напротив красноволосой. Одну чашку с бодрящим напитком она поставила около небольшого блокнота на столике, а вторую предложила клиентке, пододвинув чашечку на ее сторону. В блокноте женщина записала имя пациентки. - Итак, Эшли… Что привело Вас ко мне? Снова ночные кошмары и паралич? - Я даже не знаю, как все начать… Да, и стоит ли? – а про себя добавила – Не уверена я уже в этой затее - Если Вы боитесь, что я все доложу в школу, - она сделала глоток напитка – то это напрасно. Это только наш с тобой разговор. Ничего не выйдет за пределы этого кабинета - Хорошо… На этот раз я вам поверю… - тихо ответила красноволосая       Голос женщины был тихим и спокойным, не пугал и даже немного клонил в сон. Это подействовало на Эшли: немного расслабившись, девушка откинулась на спинку кресла и опустила руки на подлокотники. Хоппер последовала ее примеру – она знала таких клиентов, как Дженкин, и это был один из приемов женщины, который помогал ей наладить контакт. - Сейчас все намного хуже… Тогда это были просто ночные кошмары, эти странные картины, какие-то летающие твари в красном небе… Сейчас все будто появляется в реальности - Что же произошло? Это как-то связанно с тем, что ты видела в кошмарах? - В какой-то степени да… наверно…Происходят… - Дженкин замолчала, стараясь подобрать подходящее слово – странности - Понятно. – она что-то записала в блокноте – И что это за странности? Когда они происходят? Расскажи мне все       Дженкин сглотнула комок нервов: она хорошо помнила, что с ней тогда случилось. Начались эти странности четыре года назад, в начале учебного года. Меньше, чем через неделю, девушка должна праздновать день рождения. Эшли возвращалась домой со школы. Рядом шел Коди, с которым красноволосая разговаривала. Казалось, эта пара была изолирована от внешнего мира, погруженная в свои интересы и обсуждения. Все потому, что друзья не виделись все лето и, когда встретились, решили поделиться впечатлениями о прошедших летних каникулах.       До дома оставалось совсем немного. Уже и Девон, который вез Мари с прогулки, шел навстречу дочери. Эшли подождала зеленого цвета светофора и, попрощавшись с Коди, пошла через дорогу. Кто же знал, что в это время на дорогу вывернет бешеный автомобиль и направиться прямиком на красноволосую. Визг тормозов, казалось, замедлил ход времени. Глаза, полные страха, смотрели на надвигающуюся машину. Стук сердца эхом отбивался в ушах, горло мгновенно пересохло, тело сковал ужас, не дающий девушке сдвинуться с места. Отсчет пошел на секунды.       Когда до девушки оставалось полтора метра, что-то легло на спину. Такого тепла и спокойствия девушка никогда не ощущала. Машина будто разбилась о невидимый барьер. Об то, что оградило девушку от надвигающейся опасности. Автомобиль перевернулся и вылетел на газон. Эшли упала на колени, все еще смотря на дымящуюся машину. Даже родителям понадобилось минут десять, чтобы привести дочь в чувства. Дженкин находилась, будто, в вакууме, отдаленно слыша голос и плачь матери, отца, который пытался докричаться до нее. В стороне мелькал туда-сюда Коди. Он судорожно набирал на мобильном телефоне номер “скорой”. Девушку увезли в больницу, где ее осмотрели, сделали рентгеновские снимки. Дженкин не получила ни одной травмы или даже синяка. Ей назначили препараты от шока и успокоительные. Но никто так и не увидел, как ее тело, словно оболочка, окутывала вязкая дымка.

II

- И Вы запомнили все так детально? – Хоппер удивленно подняла бровь - Да, я видела, как машина врезалась в воздух и отлетела - Хорошо… - протянула женщина, продолжая писать в блокноте – Что еще происходило в Вашей жизни?       Эшли тяжело вздохнула, вспоминая, пожалуй, самый страшный момент свой жизни. Это заметила женщина и, склонившись через столик, взяла клиентку за руку, успокаивающе поглаживая по пальцам. - Да, произошло… через год. Уже в день рождения, когда мы поехали отдыхать на турбазу…       Солнце в тот день светило ярче обычного и Эшли жмурилась, но продолжала восхождение к вершине. Редко осенью выпадал настолько теплый день, и девушка была рада, что таким оказался ее день рождения. Дженкин, как и ее отец, любила активный отдых, и прыжки с тарзанкой были самым любимым занятием. На эту туристическую базу семья приезжала не первый раз. Девушка делала новые фотографии, веселилась и просто отдыхала. Вместе с ними поехал и Коди. Паренек высоты боялся, поэтому просто наблюдал за подругой и ее отцом или помогал Мари, которая готовила на гриле.       Девон совершил пару прыжков. Когда же пришла очередь Эшли, то с самого начала все пошло не так: то потерялась страховка, то не застегивался карабин – это не вызывало никаких опасений у красноволосой. Когда все приготовления, наконец, закончились, девушка прыгнула. Первый прыжок прошел хорошо. Но стоило сойти с платформы второй раз, как трос оборвался. Не сразу Дженкин поняла, что падает. Девушка закричала, когда увидела оборванный конец троса. Внизу – скалистое подножие горы и густой хвойный лес. У Эшли все слилось в глазах, а жизнь за секунду промчалась в памяти.       И снова это странное тепло и аура окружили ее, и падение заметно замедлилось. Эшли приземлилась в чаще. Все травмы, что у нее были – несколько переломов на ноге и царапины от веток. “Уж лучше это, чем разбиться насмерть” – думала Дженкин потом.       Девон, Коди и еще несколько сотрудников нашли ее спустя час, и все это время Эшли не покидало чувство тепла. Будто кто-то все время сидел рядом, утешал ее и помогал терпеть боль. Эмоции Девона, когда он увидел дочь живой, было не описать. Мари все сказали, что Эшли неудачно оступилась на лестнице, чтобы женщина сильно не волновалась.       В итоге, полгода Эшли лежала дома в гипсе. Турбаза полностью оплатила ее лечение и восстановление, принесли извинения за несчастный случай и пообещали, что подобного не повториться. Коди приходил по несколько раз в неделю, приносил новости из школы и угощения, они вместе читали книги из коллекции красноволосой. После поправки Эшли осталась на второй год, чтобы догнать учебную программу. Так она и стала учиться на параллели с Коди.       Бесследно случившееся не прошло: Дженкин до смерти начала бояться высоты и перестала посещать горы турбазы. Систематичность несчастных случаев в канун дня рождения, начала настораживать красноволосую. Теперь Эшли ждала этот праздник не так охотно, опасаясь, что следующий день рождения может стать для нее последним.

III

- И все это происходило именно в Ваш день рождения? - Происходили… - подтвердила Эшли – Но последний случился три дня назад…       Глубоко вздохнув, Дженкин рассказала о недавнем событии. Вспомнила, что этого человека в балахоне она видела в своих снах. “Вы же помните их… Я видела кроваво-красное небо, я стояла по колено в пепле и просто смотрела, как с неба падали мертвые ангелы… И на земле я видела его, он склонялся над ними, что-то делал, будто, высасывал из них души” – на эмоциях говорила Эшли. Однако эта история доктора Хоппер ничуть не задела. Она поправила очки и скептически оглядела девушку: посчитала, что у клиентки слишком богатое воображение. Эшли заметила это, и такая позиция ей явно не понравилась. Окружающее пространство мгновенно начало реагировать на смену эмоций у девушки. Растения на подоконнике завяли мгновенно, а в помещении стало невыносимо душно. Женщине пришлось не только включить кондиционер, но и открыть оба окна. - Вы мне не верите – выдала красноволосая холодным тоном - Эшли… Как давно Вы закончили прием таблеток, что я Вам прописала? - Как только кошмары закончились - Сейчас объясню… То, что Вы называете человеком в балахоне – это олицетворение Ваших страхов, этот образ из кошмара был слишком впечатлителен для Вас. Да, случилось все впервые в Ваш день рождения и дальше Вы сами себя настроили на то, что в этот день должно что-то произойти. – Хоппер снова взялась за блокнот – что же касается последнего случая? Ничего этого на самом деле не было, твой мозг сам составил эту картину… Я думаю, Вам стоит возобновить прием некоторых препаратов, и еще я назначу лекарства от галлюцинаций - Вы думаете, у меня галлюцинации?! Мне становиться плохо от Ваших таблеток, постоянно тошнит, клонит в сон, появляется головокружение. Я не хочу их пить! - Эшли, это делается для твоего блага - Но… - Никаких “но”! – возмутилась Хоппер – Вам нельзя прерывать лечение без моего ведома, Эшли - Хорошо – обреченно ответила красноволосая - Наше время окончено. Записать Вас на повторный прием? - Я подумаю       Эшли забрала рецепт из рук женщины, и лишь на секунду остановилась у двери, чтобы обдумать все. Но ничего путного в голову просто не лезло, и красноволосая все же открыла дверь. - До свидания – сухо ответила она и вышла из кабинета       Стоило двери захлопнуться, как необъяснимый жар исчез. В помещении резко стало холодно, и Хоппер побежала закрывать окна. Накинув на плечи пиджак, женщина обратила внимание на небольшое зеркало на стене. По диагонали тянулась тонкая трещина. Женщина подошла ближе и коснулась предмета кончиками пальцев – гладкая поверхность была горячей. Ее недоумевающий взгляд задержался на своем отражении.       Эшли ее уже не слышала, но понимала и знала, что устроила в ее кабинете. Ее тело окутывала аура, появившаяся в тот момент, когда Хоппер не поверила ее словам. Девушка оделась, вышла из здания и направилась к библиотеке: нужно было забрать вещи, пока их не украли. Но, как только Дженкин увидела сгоревшее здание, ее тело снова затрясло, кончики пальцев похолодели. “Просто зайти, забрать вещи и уйти” – твердило сознание. Глубоко вздохнув, она вошла в библиотеку.       Главное помещение все так же встретило ее тишиной и редкими лучами света, что пробивались сквозь доски. Быстро пройдя к своему тайнику, Эшли забрала вещи. Ее даже не побеспокоил тот факт, что забытая сумка и плед, аккуратно лежали в небольшом углублении за стеллажом, а не были брошены где-то на полу.

IV

      Но, как и говорил незнакомец, он все же добрался до Дженкин. Ей снился этот человек, он мерещился Эшли на улице, по ночам ее взгляд с опаской устремлялся на темный угол комнаты: девушка боялась снова увидеть красные глаза. Это пробуждало в ней нечеловеческий страх, ужас. Стоило красноволосой увидеть этого призрака в черном балахоне, как она теряла дар речи, ее начинало трясти, ноги подкашивало.       На смену одной проблеме пришла другая. По ночам Эшли стала чувствовать запах серы и приглушенные хлопки в других комнатах, на чердаке, в подвале. Причем повторялись они неоднократно, даже бывало, что хлопок раздавался за дверью в комнату Дженкин. Она видела, как по ту сторону что-то передвигалось, скрипя половицами. Бедная девушка пряталась под одеяло и, как маленький ребенок, звала отца. Он прибегал, выслушивал дочь, но уверял, что в коридоре никого не было. Ни Девон, ни Мари не хотели признавать, что у красноволосой были проблемы и, тем самым делали ей хуже.       Этот дурдом (по мнению самой Эшли) продолжался около двух недель, каждые день и ночь ее существования. Дженкин не могла нормально спать, с неохотой возвращалась домой, зная, что там ее ждет. Не помогали даже таблетки, что ей прописала доктор Хоппер. Девушка все чаще начала испытывать стресс и приступы необъяснимой паники. - Эш, у тебя синяки под глазами. Зачем в выходной день вставать так рано? – Девон собирался на работу, когда в гостиную спустилась его дочь - Я не могу, пап. Давай, вы с мамой вечером привезете мне то лекарство, о котором говорила доктор Хоппер - Обязательно, дорогая. – улыбнулся е отец – Помоги сегодня маме, у нее большой заказ - Как иначе       Одобрительно кивнув, Девон поцеловал дочь в макушку и покинул дом. Эшли же ушла в комнату. Ее мать еще спала, поэтому девушка решила занять себя чтением. Это хоть как-то успокаивало девушку и помогало, хоть на время, забыть о проблемах. Через какое-то время ей написал Коди: “Ты как?”. Уже после этого красноволосая начала параллельно переписываться с парнем. Его забота всегда заставляла сердце Дженкин трепетать, а приятные слова поддержки не давали ей окончательно сойти с ума.       Вскоре проснулась Мари. Эшли сразу же бросила все свои дела, помогла матери спуститься, позавтракала с ней. А после, обе сели за пошив одежды, которую заказали у Мари. Она рассказала дочери, какая ткань подходит, как правильно снимать мерки. Эшли тоже решила сшить себе школьный брючный костюм, на что Мари охотно согласилась ей помочь. За этим занятием они и не заметили, как наступил вечер.       Девон вернулся домой, поужинал и, вместе с Мари, поехал за продуктами и лекарством. Дом опустел. И если недавно красноволосой было приятно сидеть в одиночестве, то сейчас это нагнетало. Ей казалось, что еще немного, и в помещении снова возникнет призрак. Дженкин прошла в свою комнату, предварительно включив свет в коридоре, и закрыла дверь.       Эшли начало клонить в сон, поэтому она приняла душ, переоделась и легла в кровать. “Хотя бы сегодня… пожалуйста…” – молила она, выключив свет и надеясь, что ее желание исполнится.

V

      Эшли уже находилась в полудреме, когда у кровати услышала хлопок, сопровождающийся вспышкой. Сердце девушки тут же замерло, дыхание остановилось. Не открывая глаз, она прислушалась. “Что-то не так” – говорило сознание красноволосой. А это “что-то” подошло к ее кровати, присело, коснувшись ее ноги и скользнув по ней от стопы до колена. Действительно, не так. Эшли готова была поклясться, что ее страх исчез. От прикосновения веяло ни холодом, а теплом, даже жаром. Она даже хихикнула, что не укрылось от чуткого слуха. Дженкин явно догадывалась, что на нее смотрели, слышали ее учащенное дыхание, видели, как ее тело била мелкая дрожь от каждого прикосновения. И вот, у плеча она почувствовала чужое дыхание, что заставило девушку проснуться окончательно. Дыхание, что обжигало подобно пламени. Но было в нем что-то родное, то, чего ей так не хватало.       Ее пряди волос коснулись, и она плавно взлетела вверх. Создавалось ощущение, будто, кто-то протяжно вздыхал ее запах. “Это черная орхидея” – зачем-то прошептала Эшли. Это был ее любимый цветок, ее любимый аромат. - Не умру, если развернусь – подумала Дженкин и резко повернулась       Но комната уже была пуста, даже когда красноволосая включила свет. Все, что увидела Эшли, это витающий в воздухе пепел и гаснущие искорки. А посмотрев на ногу, она заметила следы небольших ожогов, точно там, где ее касались. - Что это было? – прошептала она, озираясь по комнате       Так же недоумевая, что произошло, Эшли легла обратно и не заметила, как уснула. Впервые за эти недели она спала спокойно, даже кошмары не беспокоили ее.       Дженкин проспала до полудня. Настолько крепко и спокойно, девушка еще никогда не спала. Встав, она пообедала с родителями, рассказав им, что ночью ничего не беспокоило. Мари предложила семье отправиться на прогулку по городу, на что Девон и Эшли согласились. Семья очень быстро собралась, отец взял деньги и все расселись в автомобиль. На половине пути, красноволосая обратила внимание на зеркало заднего вида, в точнее на отражение в нем. - Что за черт?! – она провела рукой по белой пряди полос – Это… как?!       Мари обернулась к дочери и тоже заметила разный цвет волос. Сколько она помнила, волосы ее дочери никогда не окрашивались. И дело было не в том, что Дженкин не хотела – волосы не держали краску, и она попросту смывалась. Куда страннее было то, что они и не подстригались – волосы путались в ножницах. А однажды Эшли прямо на глазах родителей срезала хвост ножом. И что выдумаете? Они тут же отросли до прежней длины, в срезанный хвост рассыпался пеплом. - Ну, все! Я перенервничала и теперь седею!       После этих слов Эшли рассмеялась, да и родители подхватили ее настрой. Девушке нужно было отвлечься от проблем. Семья посетила кинотеатр, посидела в кафе. Эшли нравилось проводить время с родителями, кто бы что не говорил. Они веселые, всегда помогут и поддержат – это самые близкие для нее люди, к которым красноволосая относилась гораздо лучше, чем к окружающим. И Дженкин дорожила этой связью. Эшли была единственным ребенком в семье, поэтому родители старались делать все для нее.

VI

      Под вечер погода испортилась – пошел снег. Семья успела приехать домой прежде, чем он начался. Девон загнал авто в гараж и зашел на кухню, где дочь и жена распаковывали пакеты с продуктами. Они увлеченно обсуждали просмотренный фильм. Мужчина присоединился к ним и за ужином они еще немного поговорили. Позже семья разошлась по комнатам: Девон унес Мари в спальню, а их дочь, вымыв посуду, ушла в свою комнату.       Эшли расстелила кровать и, приняв душ, легла, включив ночник. Долгое время она сидела, читая книгу и изредка поднимая взгляд на окно, о которое бились снежинки. Ветер прогибал дерево в их саду и его ветви бросали в комнату силуэты когтистых лап. Холодный ветер вырисовывал на прозрачной поверхности узор и, наблюдая за этим процессом, Эшли уснула.       Однако сон не был так долог. Электронные часы, что стояли на столике, показывали “3:15”, когда в комнате стало заметно холоднее. Девушка поежилась и, не просыпаясь, натянула на себя одеяло. Не услышала она и тихий хлопок, в дальнем углу комнаты. К кровати подлетело нечто, сверкая кроваво-красными глазами. Ледяные костлявые руки коснулись кистей красноволосой, придавив их и ноги к кровати. Это моментально разбудило Дженкин, но открыть глаза она так и не смогла – боялась. Девушка только шумно глотала воздух, пытаясь позвать родителей. Не выходило. Все, на что она была способна – выдавливать из себя тихие прерывистые обрывки фраз. Жалкие попытки вызывали у существа удовольствие, и оно тихо зарычало – хотело больше напугать ее. - Сгинь… – наконец прошипела девушка, хотя слова все так же был неразборчивы - Эшли, милая… теперь меня ничем не изгнать       Что-то острое скользнуло по ее ключицам, спускаясь к рукам, рассекая тонкую кожу, где тут же появлялись алые полосы. Эшли, стиснув зубы, приглушенно мычала. Она не могла понять, почему голос так подводит ее, а тело не слушалось, продолжая поддаваться страху.       Существо опустилось к ее лицу, обдав девушку ледяным дыханием, и стало что-то бормотать на неизвестном языке. Больше его речь походила на заклинание, каждое слово которого оно выговаривало протяжно, продолжая при этом наносить девушке раны. - Ну, же, Эшли, проси помощи… умоляй их прибежать к тебе… - С…гинь… - сквозь слезы шептала красноволосая – сгинь…       Пока существо снова начало что-то бормотать, раскачиваясь из стороны в сторону, Эшли почувствовала, как ее руку выпустили. Девушка мигом схватила то, что расцарапывало ее ключицы. Острая боль пронзила ладонь и Эшли закричала. Воздух в комнате накалился до предела за считанные секунды. Существо в балахоне опасливо отпряло назад – явно не ожидало такого – смотря, как вокруг девушки закружили искры. Еще мгновение и от ее тела пробежала волна пламени, задев существо. Оно, громко зарычав от боли, исчезло.       На крики дочери прибежал Девон. От увиденного он на секунду застыл, с ужасом глядя на дочь. Эшли билась на кровати в истерике, держась за кровоточащую ладонь. Вся ее кожу на руках и ключицах была исцарапана странными символами. Девон надеялся, что Мари этого не увидит, но ее голос донесся из спальни. - Что случилось, Девон? - Будь там, Мари. Не выходи… пожалуйста…       Не медля больше ни секунды, мужчина набрал номер “скорой” и начал утешать дочь.

VII

      Над городом разнесся зловещий, леденящий душу смех. Разрушитель сопровождал соперника гневным взглядом. Существо в черном балахоне издевательски вертело хвостом перед его лицом, вынуждая смотреть, как с его кончика стекала кровь. - Знаешь, что я сделаю? Я заставлю ее поверить, что это делаешь ты!       Демон схватил его за хвост и дернул на себя. Когтистая лапа вцепилась в горло существа, повалив его на поверхность крыши одного из зданий. “Убью!” - зарычал демон. Только он намеревался нанести следующий удар, как существо рассыпалось в прах. - Ты забыл, что без своего пламени меня не одолеть… Разрушитель без сил!       Демон с жадностью поглощал воздух, на лице появился оскал, а глаза, и без всякого Пандемийского пламени, загорелись ненавистью. Неизвестное существо появилось за его спиной из того же пепла, хохоча во весь голос и постепенно отдаляясь от Разрушителя. Достигнув края крыши, он выпустил из-под балахона костяные крылья и взлетел на них. Разрушитель зарычал в его сторону, приняв боевую стойку. - Что такое, Азазель? Не уж-то боишься высоты? – он обратил внимание на красное крыло – Да тебя уже обескрылить пытались. Это еще лучше! - Что ты такое? - Лучше бы подумал, что я могу сделать с твоей смертной пока тебя нет рядом… Может… она уже умирает…       Эшли мгновенно заняла все его мысли – кровь на хвосте существа была ее – и демон материализовался во дворе дома Дженкинов. К зданию как раз подъехала “скорая”, из машины спешно выскочили два фельдшера. Демон заглянул в открытое окно. Красноволосая девушка лежала на кровати и обессилено плакала. Врачи, как могли, успокоили ее, и теперь обрабатывали раны, задавая вопросы по поводу символов. Разрушитель сделал пару шагов назад, впившись взглядом в Дженкин. Внутри демона с каждой секундой, вперемешку с болью смертной, нарастала ярость и желание разорвать противника. - Что… что ты с ней сделал? – прорычал Кровавый Бес       Невзирая на боль, демон расправил крылья и сделал мощный взмах, сорвавшись с места. И даже на этот раз его когти зацепили лишь дым, оставшийся после существа. Издав пронзительный рык, демон материализовался у того же окна. Недалеко появился дух маленькой девочки. - Господин… - начала посланница, но тут же стихла, увидев состояние хозяина - Лучше не подходил ко мне! - Но, я… - Вон! Исчезни!       Не став перечить, дух исчезла, а демон еще долго перемещался по городу в поисках существа, которое пугало и мучило смертную. Внутри него раскаленным металлом по венам растекалась ярость. До дрожи в кончике хвоста хотелось, наконец, узнать, кто прятался в этих лохмотьях, сцепить на его шее когти и вырвать ее вместе с позвоночником. Только присутствие этого существа в Смертном Мире Бес не чувствовал, что злило еще больше.       В конце концов, демон опустился на часовню. Его взгляд блуждал по городу, в надежде найти врага. Но существо в балахоне его опередило: оно появилось на той же часовне. - Трудно без сил? – усмехнулось оно       Кровавый Бес резко обернулся на недруга, приготовившись нападать. Но балахон отдалился и стал практически прозрачным. - Не защищай ее, тебе же известно, что за это будет? - Да, и? – безразлично спросил демон – Я не отдам ее тварям, подобным тебе - Бесполезно, Азазель, ты ничего не сможешь. Ей предначертано умереть и это не исправить. Остальное – лишь вопрос времени       Демону показалось, как в глубине капюшона блеснула ухмылка существа, и оно испарилось окончательно.

VIII

      В комнате висела тишина. Мари трясущимися руками перебирала лекарства в аптечке, ища нужное. Девон сидел на краю кровати, держа руки в замке под подбородком, и смотря в никуда. Эшли сидела рядом, у стенки, и разглядывала перебинтованные руки. Боль, под действием лекарств, уже отступила, но неприятное жжение в области ключиц оставалось. Запястья и щиколотки были в красных пятнах от холодного касания, будто на них застегнули ледяные кандалы. Сейчас, ближе к утру, все тело ломило даже хуже, чем при простуде, мышцы ныли при каждом неосторожном движении. - Я даже говорить об этом не хочу! – Эшли указала на изодранные ключицы – Можно я просто отдохну? - Просто скажи, что здесь произошло? – попросил отец – Что случилось с мебелью? С окном и зеркалами?       Только сейчас красноволосая подняла голову и обратила внимание на перечисленные предметы. Окно в ее комнате было покрыто трещинами, а деревянная рама – обуглена. То же самое было и с зеркалом. Поверхность шкафа и письменного стола покрывала копоть. Казалось, что в ее комнате устроили небольшой пожар. - Без понятия – вяло ответила Дженкин - Девон, - начала Мари, успокоившись – не грузи ребенка, ей действительно плохо. – затем она обратилась к дочери – Дорогая, поспи сегодня в гостиной. Я сейчас поговорю с Девоном и спущусь к тебе       Эшли кивнула головой и, встав с кровати, медленно двинулась к лестнице на первый этаж. Подождав, пока дочь спуститься в гостиную, Девон аккуратно закрыла дверь и сел напротив Мари. Его жена опустила голову и скрыла лицо ладонями. - Господи… Девон, что я натворила – прошептала она       Мужчина обнял жену и успокаивающе начал гладить ее по волосам. Мари положила голову на грудь мужа, обняв его дрожащими руками. - Успокойся, дорогая - Сколько можно? Если бы я знала, что все так получится, никогда бы не согласилась стать хранителем Равновесия. – женщина всхлипнула – Он должен был оберегать ее… - Не кори себя, Мари… Никто не знал, что все так обернется… Подумай, как тяжело Элизе? Что с ней? У нас есть прелестная дочь, у нас есть дом, работа, мы лучшая семья. Разве это не счастье? Все пройдет, они отстанут от нашей дочери. Мы просто будем чаще приглядывать за Эшли - Я боюсь, что в следующий раз… что он станет последним для нее - Не смей говорить такого, Мари! – нахмурился Девон – Все будет хорошо!       Приведя себя в порядок, Мари попросила мужа спустить ее на первый этаж. Когда родители зашли в гостиную, Эшли уже спала. Мари села рядом с ней, погладив яркие волосы дочери и смотря на белую прядь. “И почему она вдруг стала такой?” – пронеслось в голове женщины. Они действительно всеми силами старались защитить свою дочь от воздействия Нижнего Мира. Но все же до девочки добрались… Мари сложила руки в молитвенный жест, поднеся их к губам. - Умоляю тебя… защити ее… Это единственное наше с Девоном счастье… я не хочу ее терять       Закончив молитву, женщина легла рядом с дочерью, поцеловав ее в макушку.