Falling

      Честное слово, бессонные ночи у Чонгука потихоньку начали входить в привычку — правда, на этот раз причина была не в куче заданий или плохом настроении. Чон нервничал. Настолько, что у него даже пульс подскочил, грозя раскрошить рёбра в порошок. Он из любопытства не поленился его проверить. Экран небольшого приборчика показал сто двадцать пять ударов в минуту, но Чонгук чувствовал, что это не предел, потому как во время разговора с Тэхёном оно грохотало куда быстрее. Это действительно произошло? Тот самый Ким Тэхён, который стал для него дурманом и подвёл под монастырь его ориентацию, сам позвонил ему, да ещё и вовсе не для того, чтобы пригрозить заявлением в полицию? Такое звучало на грани фантастики, ведь Гук даже в мечтах не рассматривал подобный вариант.       Они поговорили всего несколько минут; точнее, говорил в основном Тэхён, а Чонгук просто пытался не заблудиться в этом человеке окончательно и через раз давал односложные ответы — кажется, Тэ из-за этого над ним даже беззлобно посмеивался. Звонок уже прекратился, а Чон всё не мог понять, как прийти в себя, он ведь на встречу согласился, даже не подумав и так и не спросив, откуда Ким узнал, что он на самом деле не маньяк, а всего лишь поехавший на почве его голоса идиот. Эта мысль тоже стала одной из тех причин, почему он, вместо того чтобы заснуть, до утра размышлял, и выводы складывались неутешительные: его сдал кто-то из хёнов. Чонгук грешил на Чимина; в самом деле, это ведь Паку надоело смотреть за тем, как его тонсен терзается сомнениями в отношении Тэхёна, так что он мог бы запросто заложить Чона Киму. Это логичное объяснение не сходилось лишь в одном месте: когда друг успел это сделать? При Чонгуке Чимин с Тэхёном точно не контактировал, а после Ким ушёл, и у Пака просто не было шансов поговорить с ним. Был и второй вариант — Чимин с Тэхёном уже были знакомы, и хён просто написал или позвонил ему, сдав душевные терзания Чонгука с потрохами. Но здесь обнаружилась вторая нестыковка: если Пак давно знал Кима, то почему сразу их друг другу не представил? Почему вёл себя так, будто видел того впервые в жизни?       Примерно на этом моменте Чимин из подозрений и выпал.       Оставался только один вариант, и Чонгуку он не нравился совершенно.       Где-то в аду черти явно не досчитываются одного Мин Юнги.       Так может, он не просто из уважения на имени Тэхёна споткнулся, когда Чимин своего бойфренда просвещал? Может, Юнги просто с самого начала и был тем, кто знаком с Кимом, и именно по этой причине так сильно угарал — он уже тогда знал, что и как сделает, и наверняка ловил кайф при мысли о такой своеобразной мести. Хотя местью это назвать язык не повернётся: Чонгук-то уже невесёлые планы строить начал, какими способами ему от мыслей о Тэхёне отвлекаться, чтобы переболеть свой нездоровый интерес. Но перед ним вместо пропасти вдруг нарисовалась ступенька, которую так любезно создал для него Мин. Возможно, однажды Чонгук ему за это даже спасибо скажет, но это не точно.       Окей, на самом деле, Чон ему благодарен до Луны и обратно, но ни за что в этом не признается.       Вздохнув, Чонгук потянулся за телефоном и открыл чат с Юнги.       j_key (05:15:27 13/04/22): хён       j_key (05:15:39 13/04/22): ничего не хочешь мне сказать? <(￣ ﹌ ￣)>       Ждать ответа пришлось пару часов, потому что Мин в отличие от Гука спал крепким, здоровым, ни разу не нервным сном.       meoWgie (08:34:12 13/04/22): что, мелкий, тяжёлая выдалась ночка? :)       meoWgie (08:34:12 13/04/22): извиняться не буду, но если тебе станет легче, могу сказать, что мне стыдно (☆_@)       j_key (08:35:58 13/04/22): да, на твоей совести видны явные следы угрызений... ты хоть секунду колебался перед тем, как сдать меня?       meoWgie (08:39:03 13/04/22): не-а. Чим продолжал ныть, как ему тебя жалко, а мне надоело слушать ¯\_(ツ)_/¯       meoWgie (08:39:47 13/04/22): и вообще, где моя благодарность? я тебе сильно задачу упростил       meoWgie (08:40:01 13/04/22): так что тоже хорош ныть, лучше позови его на свидание, хён уже всё для тебя сделал. кстати, Тэ для тебя тоже хён, так что поуважительнее с ним       Чёрт, и не поспоришь даже.       Но говорить ему о том, что он вроде как уже и даже не со своей подачи, не стал.       Потом полдня выслушивать советы...       Проворочавшись ещё час с боку на бок, Чонгук с тяжёлым вздохом выбрался из-под одеяла и поплёлся в ванную, а после на кухню; ему требовалась значительная доза кофе, чтобы заставить мозги соображать хоть немного. Мысли о предстоящей встрече пришлось запихнуть в самый пыльный сундук, потому что подготовку к семинарам на понедельник никто не отменял, а если он так и будет думать о Тэхёне, то про стипендию можно смело забыть. С видеоэтюдом уже тоже что-то надо решать, да поскорее: будет пиздецки обидно, если полгода курсов в итоге пойдут коту под хвост.       Почему никто не сказал, что симпатия намертво отключает голову и мешает сосредоточиться?       До обеда следовать этому плану ещё как-то удавалось; Гук сделал чёртов реферат по методикам, но никак не выводы: если кёсуним рассчитывала этим заставить его сменить свою точку зрения, то математика — это явно не её. Помимо него подготовил ответы к семинару по всё той же литературе, а после принялся корректировать теоретическую часть своего диплома, но на практическую его уже не хватило. Время неумолимо приближалось к девяти часам вечера — у Тэ скоро закончится смена, — и Чонгук, сделав несколько глубоких вдохов, практически нырнул в шкаф, ломая голову над тем, в чём будет прилично выглядеть. Чтобы сильно не нервничать, перебирал в голове разные мысли — вроде той, что Юнги, похоже, и есть тот самый загадочный «хён», зубы которого Тэхён обещал малость подкорректировать. Конечно, Мин мог быть не единственным хёном Кима, но с другими Гук не знаком, и хотя представить, как он угрожает Юнги в лицо, было сложно, картинка в голове всё же смешила.       А ещё становилось понятно, что у Тэхёна в отличие от Чонгука нет никаких проблем или кризисов ориентации. Зная хёна, Чон мог предположить, что тот не постеснялся в красках, когда описывал Киму его, чонгукову, заинтересованность, и Тэ даже не намекнул при разговоре, что ему это противно, и не послал в Марианскую впадину или куда подальше. По логике, если бы натуралу сказали, что в него парень втрескался, реакция явно была бы противоположна той, которую получил Гук, и это не могло не радовать. Смущало — красные щёки тому подтверждение, — заставляло язык прилипать к нёбу, завязывало внутренности узлом и путало мысли, но радовало однозначно.       По итогу с гардеробом он решил сильно не выпендриваться: надел голубые рваные джинсы, светлую рубашку в клетку, чёрные ботинки, сверху чёрное пальто — вроде для кафе было в самый раз, и, что важнее, не складывалось впечатление, будто он с выбором своего аутфита пару часов провозился, хотя на деле так и было. Тёмные волосы уложил на косой пробор, в каждое ухо вдел по колечку — получилось просто и со вкусом; не совсем в стиле Чонгука, конечно, но тоже сойдёт, плюс никогда не поздно попробовать что-то новое.       Ага — сходить на свидание с парнем, например.       На метро Чон добирался по привычному маршруту, если не вдаваться в детали, складывалось впечатление, будто он просто к хёнам в гости ехал: кафе ведь недалеко от их остановки. Но мозги было не обмануть, да и сердце на это не велось, громыхая о рёбра как лопасти вертолёта — влажные ладони то и дело приходилось вытирать о джинсы. Не спасало даже то, что они с Тэхёном уже заочно знакомы и знали друг друга в лицо — та встреча, по-хорошему, вообще не считается: Тэ ведь не в курсе был, кто перед ним... Но раз встретиться предложил, значит, Гук ему как минимум не противен и как максимум интересен, хотя так далеко он предпочитал не заглядывать. Уже перед самым входом в кафе Чонгук замер, вглядываясь сквозь прозрачные двери в знакомую фигуру, которая отпустила последнего клиента и взяла в руки телефон. Ещё буквально через несколько секунд завибрировал гаджет у самого Гука, оповещая о сообщении в ка-токе.       kth (20:55:21 13/04/22): привет ещё раз ＾◡＾ моя смена почти закончилась — ты далеко? не передумал?       Чонгук от неожиданности брови вскинул: разве он мог передумать? Да он спал и видел, чтобы с Тэхёном встретиться, его даже дрожащие коленки, коллапс лёгких и тахикардия, вместе взятые, не останавливали! Он снова перевёл взгляд на стоявшего за стойкой Тэхёна, который не отрывал глаз от телефона, покусывая губы — неужели не один Чонгук нервничал? — и решил не отвечать. Вместо этого уверенно вошёл внутрь, где его сразу окружили вкусные запахи и уютная тишина, и медленно подошёл к парню, продолжая гипнотизировать темноволосую макушку.       — Что будете заказывать? — на автомате спросил Тэ, не поднимая головы.       То, с каким нетерпением Ким ждал от Чона ответа, и как этот ответ был явно важен для него, настолько Чонгука подбодрило, что он даже почувствовал лёгкий прилив уверенности.       — Твоё время, хён, — ответил с улыбкой.       Тэхён тут же вскинул голову и ненадолго замер, зацепившись за чужой взгляд; ему понадобилось несколько долгих секунд — Гук за это время успел несколько микроинсультов словить, — чтобы отмереть, наконец, окинуть беглым взглядом застывшего напротив парня и мягко улыбнуться.       — Гуки. — Сказано таким тоном, что у Чонгука в груди ненадолго заглох моторчик. — Подожди минутку, я только переоденусь. Можешь пока выбрать любое место.       Чон прокашлялся, чтобы голос не напоминал хриплое воронье карканье, и кивком головы указал на дальний угловой столик.       — Я подожду там.       Тэхён подмигнул ему и оперативно испарился, а Чонгук на деревянных ногах потопал в сторону мягких диванчиков, надеясь, что щёки его не горят... слишком сильно. Пальто скинул на ходу и повесил на вешалку, а чтобы отвлечься, принялся рассматривать немногочисленных прохожих за окном, спешащих по своим делам. После встречи с Тэхёном его ориентация уже не казалась ему такой ненормальной, как в тот вечер после первого звонка; и хотя ситуация всё ещё напоминала какой-то сюр, у него не было желания сбежать или попытаться как-то заглушить в себе эту симпатию к парню, которая, похоже, медленно перерастала во что-то посерьёзнее.       На диванчик напротив плюхнулись, что заставило Гука, вздрогнув, вынырнуть из мыслей и повернуться к Тэхёну. Сейчас на нём вместо рабочей футболки с фартуком был мягкий свитер цвета кофе с молоком и светлые брюки, и в этой одежде он выглядел таким уютным, что первым желанием Чона было заобнимать Кима до потери пульса — чего тот, конечно же, не сделал. Пока что.       — Я взял на себя смелость сделать заказ за нас обоих, — просиял квадратной улыбкой Тэ. — Думаю, тебе понравится.       — Я сегодня только завтракал и съем что угодно, — скромно улыбнулся Чонгук.       — Неужели волновался? — по-доброму рассмеялся Тэхён.       — И это тоже. Просто весь день был занят учёбой.       — Какой хороший мальчик. — От такого комплимента лицо Гука полыхнуло. — И очень милый, когда смущаешься.       — Ну, хё-он, перестань! — не выдержав, простонал Чонгук, уткнувшись в ладони, на что Ким только расхохотался.       Но вопреки всему рядом с ним Гук чувствовал себя очень комфортно.       Будто сто лет с Тэхёном знаком. Родство душ и всё такое.       — Знаешь, — помолчав, нарушил тишину Тэ, — когда Юнги-хён позвонил мне и рассказал о парне, который запал на мой голос, я почему-то сразу подумал о тебе. — Он улыбнулся, а в его глазах блеснули смешинки. — Имею в виду, то, как ты застыл вчера, когда я спросил насчёт заказа... На меня по-разному реагируют как девушки, так и парни, но по какой-то причине кроме тебя никто на ум больше не пришёл.       — Я просто растерялся, — коротко рассмеялся Чонгук. — Мало того, что с первого раза твой номер случайно набрал, так ещё и пришёл в кафе, где ты работаешь — к такому меня жизнь не готовила. Но ты теперь хотя бы знаешь, что я не маньяк. Я ведь правда наобум цифры набирал.       — Да, он упоминал и об этом. Я просто не думал, что в наше время кто-то развлекается подобным образом.       — Ты просто не знаком с Пак Чимином, хён.       С губ Кима сорвался тёплый грудной смешок, сопровождаемый таким же тёплым взглядом, на который сердце Гука отозвалось как верный пёс, дождавшийся своего хозяина — разве что хвостом не завиляло, и то по причине его отсутствия.       — Ещё Юнги поделился... как бы это сказать...       — ...что из-за тебя пошатнулась моя натуральность? — фыркнул Чон.       Отчего-то сейчас шутить и при этом чувствовать себя расслабленным стало проще.       — Именно, — подхватил его смех Тэхён.       — Я в этом не уверен, если честно. То есть, я не могу представить себя в отношениях с парнями, но...       — ...но тебе нравлюсь я, так? — подсказал Ким, и по его глазам Чонгук понял, что тот, кажется, не против.       Похоже, у них уже появилась интересная особенность заканчивать друг за друга предложения.       — Да, — совсем уж тихо ответил, опустив взгляд на свои ладони.       — Эй, посмотри на меня, Чонгуки, — мягко протянул Тэхён и, потянувшись через стол, осторожно коснулся кончиками пальцев тыльной стороны его ладони.       Собственная воля куда-то вмиг испарилась, Чонгук попросту не мог сопротивляться, да и не хотел, если быть совсем уж честным. В глазах напротив он не заметил ни осуждения, ни раздражения, ни злости — только поддержку.       — В этом нет ничего страшного, ладно? — Казалось, Тэхёна совершенно не смущала тема разговора, в то время как Гук готов был сквозь землю провалиться. К тому же, кожу покалывало в тех местах, где до него дотрагивались чужие длинные пальцы, а это мешало сосредоточиться. — Ты мне тоже нравишься.       — Чего? — прохрипел Чон.       Ему срочно нужно воды. Или на воздух. А может, уже и реанимацию.       — Ещё вчера понравился. — Уголки губ Кима дрогнули в улыбке. — Ты ведь вполне в моём вкусе и таким робким и милым мне показался, я был готов тебя и без всяких Юнги на свидание позвать, но сначала побоялся спугнуть, а потом мою квартиру соседи затопили, о чём сообщили знакомые, не было времени думать об этом. Так что, если бы Юнги не позвонил, я бы сам тебя нашёл.       — Ты такой прямолинейный, — окончательно смутившись, пробубнил Гук, но руку убирать не спешил.       Словно почувствовав его немое согласие, Тэхён позволил своим пальцам скользнуть чуть дальше, уверенно обхватывая чонгуковы. То самое ощущение, когда волосы встают дыбом оттого, насколько тебе приятно, буквально затопило его с головой, Чонгук заворожённо наблюдал за тем, как гармонично смотрятся длинные кимовы пальцы на его ладони, и позволил себе легонько сжать их в ответ.       — Видишь? Мир не рухнул из-за того, что тебе нравятся парни.       — Только ты, — поправил Тэхёна Гук, и эти два слова так и повисли между ними.       — Так это ещё лучше.       — Ваш заказ.       Оба вздрогнули от неожиданности и отпрянули в разные стороны, дав официанту возможность выполнить свою работу. На столе перед Чонгуком материализовалось чапче, рёбрышки в остром соусе, кимчи, самгёпсаль и морепродукты. Желудок тут же дал о себе знать, разразившись громким урчанием, и Ким со смешком подтолкнул к Чону первое блюдо, проворчав себе под нос что-то похожее на: «Надо присматривать за тем, чтобы ты нормально питался...», и если это не было открытым намёком на то, что они далеко не последний раз видятся, то Гук просто не знал, как это назвать. Он накинулся на еду, будто только из голодного края приехал, а Тэ больше за ним наблюдал, чем сам ел. Ему было до смешного приятно вот так заботиться о парне, хотя они и знакомы-то без году неделя, но не зря ведь брат как-то сказал, что достаточно всего одного мига, чтобы понять, твой это человек или нет.       Ким был на девяносто девять процентов уверен, что да, и точно знал, каким именно способом добиться всей сотни, но это будет чуть позже.       Когда тарелки опустели, перед ними снова возник официант, который убрал посуду, заменив её на другую — с лимонным чизкейком, мороженым и ароматным кофе — тем самым капучино «Амаретто», который в прошлый раз заказывал Чонгук. Надо же, Тэхён запомнил.       — Ну, нет, в меня больше не влезет, — выдохнул Гук, демонстративно похлопав себя по животу.       — Ешь, не то обижусь.       Ким небрежно слизал с губ подтаявшее мороженое, чем привлёк внимание Чонгука, взгляд которого так и замер на губах напротив. У Чона, естественно, уже был опыт в поцелуях, но подобные мысли по отношению к парню посещали его впервые и нервничать заставляли тоже как в первый раз. А Тэхён, для которого смущение Чона стало отдельным сортом удовольствия, прошёлся языком по губам ещё раз, при этом неотрывно наблюдая за эмоциями на чужом лице.       — Куда ты смотришь, Гуки?       Тот сразу вскинулся и мило вспыхнул, когда столкнулся с чужим взглядом, а чтобы не отвечать на вопрос, ведь банальное «никуда» положения явно не исправит, принялся усердно поглощать принесённый чизкейк. Но если он этим и дал что-то понять Тэхёну, так это то, что Ким поступил верно, когда позвал Чона на свидание. Как только с поздним ужином было покончено, Тэ потянулся за кошельком и напоролся на чистое возмущение Чонгука.       — Я способен сам за себя заплатить, хён.       Усмехнувшись, Тэхён пересел на диванчик Гука, и теперь их плечи и бёдра тесно соприкасались. Чонгук на такое нарушение личного пространства никак не отреагировал — то есть, почти никак: только судорожно вздохнул, сцепив руки в замок так крепко, что пальцы побелели. Киму потребовалось время, чтобы расцепить их обратно и мягко переплести свои пальцы с чужими, чем, похоже, снова обеспечил парню коллапс.       — Это ведь я позвал тебя на свидание, Гуки — значит, я и плачу.       Чонгуку слышать такое было непривычно по понятным причинам. Иногда, правда, Чимин платил за него в университетской столовой, как и он за Чимина, но это ведь не одно и то же. Не сказать, чтобы было неприятно, как раз наоборот, но к подобному за один раз не привыкнешь, а делать это традицией не хотелось, иначе неловкость съест его с потрохами.       — Тогда в следующий раз плата будет за мной.       — Договорились, — просиял Тэхён, но не столько от перспективы халявной еды, сколько оттого, что Гук уже заранее согласен на вторую встречу и явно рассматривает его не как интересный одноразовый опыт.       После кафе Тэхён потянул Чонгука в парк через дорогу, где рассказывал ему смешные истории из своей практики и отогревал его ладони в карманах своего пальто. Поначалу Чон был слегка зажат, но после расслабился и тоже начал делиться кусочками своей насыщенной жизни. Когда время перевалило за полночь, Ким отправился провожать Гука, аргументируя это тем, что будет переживать о его благополучном возвращении, а Чонгук в ответ долго отнекивался, говоря, что в таком случае разнервничается, думая, когда Тэ вернётся домой, и Тэхён уже у самого подъезда Чона пошутил, что однажды им точно придётся съехаться, чтобы не волноваться о безопасности друг друга.       — Напиши мне, как доберёшься, — попросил Гук, нехотя выпутывая свою руку из цепких пальцев.       Ладони моментально стало холодно, но, похоже, к такому пока придётся привыкнуть.       — Конечно, — улыбнулся напоследок Тэ. — Кстати, у меня для тебя кое-что есть. Думаю, это поможет решить до завтрашнего дня, хочется ли тебе со мной чего-то серьёзного.       — Правда? И что это?       — Иди сюда.       Прежде чем Гук успел сделать хоть что-то, Тэхён сам шагнул к нему первым; руки уверенно легли на чонгукову талию, несильно сжав, и Чон почти задохнулся оттого, насколько Ким был близко. Но Тэхёну этого явно мало, потому что он слегка наклоняется, чтобы уткнуться носом в чужую щёку и тихо выдохнуть: всё именно так, как он и представлял. Тот самый последний процент. Но он даёт Чонгуку время осознать: это далеко не всё, что Ким задумал, — и возможность оттолкнуть, потому что без его желания продолжать свои действия не стал бы. Не чувствуя сопротивления, Тэхён шевельнулся, прижался к чужой щеке и потёрся о неё своей, словно гигантский кот, и разве что не замурчал от накативших ощущений. Так тепло и комфортно.       А если судить по сбившемуся дыханию Гука, это понравилось не ему одному.       Тэхён немного отстраняется, но лишь затем, чтобы сделать то, о чём думал весь вечер — накрыть губы Чонгука своими. Он не напирал и не пытался заставить отвечать — просто мягко касался, исследуя, запоминая, пробуя на вкус, а Чон тем временем прислушивался к собственным ощущениям. Да, он целовался с парнем, но ему не было противно, не хотелось ударить Тэ, сбежать, спрятаться в квартире и не выходить оттуда до конца своих дней. Это оказалось... приятно. Возможно, уже через пару секунд такого ненавязчивого контакта Ким отстранился бы, но Чонгук, у которого от лёгкого и трепетного поцелуя просто расплавились мозги, крепко вцепился пальцами в чужие плечи и с коротким вздохом припал губами к тэхёновым, проведя языком по нижней. Ким расценил это как приглашение, а кто он такой, чтобы отказываться? Дыхание сбивается у обоих, они упиваются друг другом, пока поцелуй из невинного плавно переходит во что-то посерьёзнее; Чон, кажется, даже забыл о том, что ещё недавно не мог уложить в собственной голове симпатию к парню. Сейчас это казалось таким несущественным... Ну, серьёзно, какая разница, какого Тэхён пола, если это Тэхён?       Мозги всё ещё плохо соображали, мыслительный процесс и вовсе через раз терял связь с разумом, но Гук был уверен, что ни с одной девушкой не испытывал чего-то похожего по ощущениям. Кима не хотелось отпускать даже для того, чтобы самому глотнуть кислорода; а внутри уже не то что лёгкий трепет — чистый хаос с вулканической лавой по венам, когда чужой язык проскальзывает в чонгуков рот. Руки Чона перебираются на тэхёнову шею, пальцы забираются в мягкие волосы, сжимают пряди, слегка оттягивая. С губ срывается тихий стон, когда Тэхён начинает поочерёдно покусывать губы Чонгука, обвивая руки вокруг его талии, прижимая к себе крепче, словно намереваясь впечатать его в себя намертво и самому раствориться в нём в ответ. Только когда лёгкие начали гореть от нехватки кислорода, они смогли оторваться друг от друга. Чонгук пару секунд смотрел расфокусированным взглядом на Тэхёна, а после с неловким смешком уронил голову ему на плечо.       Ему не нужен был завтрашний день, чтобы принять окончательное решение.