Камило буллит Бруно.

      Подросток вошёл и с громким стуком захлопнул дверь. Бруно от резкого звука вздрогнул и приподнялся на постели. — Хочешь поговорить? — медленно и взволнованно спросил предсказатель. — Это не важно, — резко и холодно бросил Камило. Он быстро пересёк комнату и остановился возле кровати. — Бруно, ты действительно думаешь, что я тебя люблю? — его губы растянулись в хищном оскале. — Я долго думал, как бы выкинуть тебя из нашей жизни, и меня осенило. — Если ты сделаешь что-то ужасное, мерзкое, аморальное … — он на мгновение замолчал, лицо исказилось в торжестве и отвращении. — Ты ведь понимаешь, что я тебя ненавижу. Так что ты покинешь этот дом, если, конечно, не хочешь, чтобы семья узнала о нашем грязном секрете. — Что? Но. Но ты же говорил, — ошарашенно отозвался мужчина. Он ясно ощутил, как воздух выдернули из лёгких, а земля начала уходить из-под ног. — Говорил? Я тебя не люблю и никогда не любил. Я всего лишь хотел, чтобы ты не покидал Энканто! Если ты уйдёшь, семья будет страдать, но если ты просто уберешься из «нашего» дома, всё будет в порядке! — злобно возвысив голос, возразил подросток. Он посмотрел на Бруно, словно перед ним была мерзкая, помойная крыса, от которой несло кислой затхлостью. — А если не соглашусь? — мрачно спросил Бруно. Его чёрные брови срослись на переносице. Он не желал снова остаться в одиночестве, снова покинуть семью. Ему хотелось найти какой-то другой выход из щекотливой ситуации. — Тогда семья, а в том числе твоя мать, узнают, какой ты мерзкий извращенец, насильник. Соблазнил собственного племянника, спал с ним. А я ведь, бедный, неразумный ребёнок, поддался уговорам, чтобы утешить бедного, одинокого, изголодавшегося по прикосновениям родственника, и совершенно не знал, чем всё обернётся. После первого раза мне было очень стыдно, и я просто не мог рассказать об этом. Все ведь были так счастливы твоему возвращению, да и никто бы не поверил. — в конце парень жалобно проговорил, делая плаксивый, разбитый вид: — Если правда выльется наружу, мои родители сделают из тебя отбивную, и даже Абуэла не будет им мешать. Ты всегда был для неё разочарованием. Специально для такого больного ублюдка построят тюрьму и будут обливать тебя помоями каждый день, пока ты не сдохнешь, как крыса. — его голос стал до того ужасен от злобы и бешенства, что уже только хрипел. — Этого не может быть! — дрожа, воскликнул Бруно. Его охватил приступ тошноты и пустоты. «Почему это происходит? Что я опять сделал не так?» — мелькали тяжелые мысли в голове. Ему почудилось, что чудовищная лапа сжала его бешено колотящееся сердце в железные тиски и пытается вырвать прямо из груди, начиная дергать с огромной силой. Всё внутри жгло и пылало. Боль была просто невыносимой. Слова парня вихрем вертелись в голове. — Ты. Ты говорил. Я не понимаю. — Пророк стоял, тяжело дыша, и делал усилие подавить поднимавшийся позыв к рвоте. — Ты мерзкий, неужели думаешь, что ты кому-то нужен? — Злая и ядовитая усмешка змеилась по губам подростка. Глаза пылали дикой ненавистью. Бруно показалось, что лицо племянника выражало удовлетворение и наслаждение, когда он смотрел на панику и замешательство мужчины.       Вдруг пророк ясно услышал, что бьют часы. Он проснулся в тревоге, задыхаясь, весь дрожа, как загнанная лошадь, и в ужасе приподнялся, посмотрел в окно, сообразил, что уже утро. И вдруг, как полоумный, вскочил с постели. Совершенно опомнившись. Он на нетвердых трясущихся ногах дошёл до середины комнаты и в мучительном недоумении осматривался кругом. На мгновение у него в голове всё смешалось. Он перестал отличать явь ото сна, всё подернулось каким-то туманом. Дверь распахнулась. В комнату вошёл Камило и беззвучно закрыл за собой дверь. Бруно раскрыл было рот, но ничего не сказал. Страх того, что это могло быть видение, полностью парализовало все его мысли. Чем больше Камило делал шаг вперед, приближаясь лицом к Бруно, тем больше пророк отступал всё дальше в свою комнату, пока, наконец, не наткнулся на постель. Бруно молчал, хотя ни на минуту не отрывал от племянника своего встревоженного взгляда, но всё не говоря, словно ему воздуха не хватало. Камило оцепенел, глядя на мужчину. Его губы перекосились так жалобно, как у детей, когда они начинают чего-нибудь пугаться. В первое мгновение он подумал, что с ума сойдёт. Бруно боялся его, словно ничего, что между ними происходило, и не было на самом деле. Будто Камило придумал это своим больным, извращенным мозгом. У парня по венам, подобно раскаленной лаве, разливается потрясение. Камило тяжело вздохнул и с изумлением начал осматривать Бруно с ног до головы. И не понимал, как это он мог всё придумать? Придумать собственную ложь? Сладкую сказку? Даже чуть не смешно ему стало от этих мыслей. И в то же время сдавило грудь до боли. Бруно с болезненным видом смотрел в ошарашенные, испуганные глаза парня и чувствовал себя до крайности беспомощным, потерянным и вместе с тем униженным. " Что я творю? Это просто жуткий, бредовый сон», — отругал себя мужчина. — Как ты себя чувствуешь? — мягко спросил пророк, рассматривая племянника пристально и с каким-то особенным любопытством. Камило дико и с напряжением продолжал сверлить Бруно. В воздухе повисла гнетущая атмосфера, которая мертвым грузом давила на головы мужчин. — Не очень хорошо. Я боюсь разрушить твою жизнь, — отчетливо и громко проговорил подросток. Его губы растянулись в кривоватую, дрожащую улыбку. Камило затаил дыхание, ожидая ответа. Он всё ещё не двигался, находясь в шоковом состоянии от паники, стресса и чувства вины. Бруно дрожащей рукой пригладил мокрые от холодного пота волосы. Он чувствовал, будто медленно слетает с катушек. — Что заставило тебя так думать? — обеспокоенно спросил мужчина. Его голос звучит невероятно глуховатый и в то же время гулкий. Камило только подумал, как каждый раз умудряется восхищаться и отыскивать что-то необыкновенно новое в Бруно. — Я просто хочу, чтобы всё было по-другому … — парень замялся и поднял на мужчину печальные глаза. Бруно удивленно выгнул бровь.  — Что ты имеешь в виду? — Я чувствую, что забираю у тебя остаток жизни. Вместо того, чтобы возиться со мной, ты мог жениться. У тебя могли быть дети. Ты стремился к этому, а я обманом влюбил тебя в себя. Бруно расхохотался. Его приятный смех эхом отдавался от стен Каситы. Но это был скорее истеричный, нервный смех. — Камило. Нельзя заставить полюбить. Любовь невозможно силой выжать из сердца. Я полюбил тебя по своей воле, хотя и противился вначале этому. Amor, давай поговорим. Что тебя тревожит? Неужели, наконец, пришло осознание, что я твой дядя? — Нет. Мне плевать, что биологически ты оказался моим tio. Я никогда не воспринимал тебя как дядю. Ты был для меня сначала странным чужаком, потом незнакомцем, а позже я влюбился. В тебя, Бруно, я первый влюбился на втором или третьем свидании в облике девицы. И там, на фонтане, я хотел поцеловать тебя. В тот момент мне было всё равно, что фактически ты брат моей мамы. Я хочу держать тебя, целовать, делать всё, что позволяется влюбленным. Я готов вечность скрываться, только если смогу прожить с тобой остаток своей жизни. — Камило, я умру раньше, — удрученно вымолвил Бруно. Понуро опустив глаза, он в изнеможении сел на кровать и машинально потащил подле лежащее одеяло, чтобы закутался в него. Камило быстро прошёл комнату и присел к нему на постель, неуклюже, как медведь. И тронул Бруно за руку, чтобы привлечь к себе внимание. — Я знаю, я проживу с тобой каждую минуту твоей жизни. Я не хочу, чтобы ты был одинок. Но я устал бояться, что кто-то узнает и нас заставят расстаться. Что тебя заберут у меня. Что тебя до смерти забьют, если узнают об этом. Я не могу допустить мысли, что потеряю тебя, но не перестаю думать о будущем, где зияет чёрная дыра, в котором мы не можем существовать по отдельности. И я не перестаю думать, что ломаю твою жизнь в угоду себе. Я эгоистичен и жесток. И как бы я не оправдывал эти отношения, это не меняет сути. Бруно молчал. Камило посмотрел на него. Блеск малахитовых глаз потух, губы сжались, а сердце застучало ещё сильнее, и на побледневшем лице мужчины появилось выражение испуга. — Значит, всё-таки вещий сон, — вымолвил Бруно. Его слова были пропитаны горечью и отчаянием. — Я не говорю, что хочу расстаться. Я беспокоюсь о тебе. Скажи мне правду, Бруно. Ты ведь думал о детях, верно? — в волнении вскричал подросток и обхватил мужчину за плечи, заставляя посмотреть на себя. — Я не думал об этом. Я не хотел детей из-за ожиданий матери. Меня пугала мысль, что я не смогу защитить их в собственном доме. Или что им достанется дар хуже, чем мой. — в голосе Бруно прозвучали нотки пронзительности. Пророк снова опустил хмурый взгляд в пол. Но приняв решение последовать любому выбору подростка. Он поднял голову, чтобы сообщить ему об этом. Но то, что Бруно увидел, подействовало на него как удар током. Слезы катились по лицу Камило, на губах была горькая улыбка.  — Ты самый прекрасный человек, которого я когда-либо видел. Ты столько сделал для этой семьи. Я счастлив, что ты появился в моей жизни. Так что я ни за какие коврижки не отстану. Эта любовь стоит того, даже если причиняет боль. Я твой будущий муж, — С губ парня ещё никогда не срывались такие правдивые слова. Бруно придётся чертовски долго стараться, чтобы избавиться от Камило. Бруно овладело какое-то странное спокойствие, как будто гора с плеч упала или свечи в тёмной комнате зажгли. Плохие мысли выветрились из головы. Он расслабился и с облегчением вздохнул. Сердце радостно забилось в груди, напоминая, что вся эта любовь подростка настоящая, а не иллюзия или самообман. — По любви? — Это как сам решишь. Захочешь по любви. Не захочешь — по принуждению! Ты совершенно свободен в своём выборе, — подросток ехидно улыбнулся, но затем его вид стал серьёзным. — Я правда люблю тебя. — Он взял лицо Бруно в ладони. Большие пальцы начали массировать щеки мужчины. Бруно улыбнулся, и Камило принялся осыпать его лицо мягкими поцелуями. — Прости за вчера. Я был готов взорваться во многих смыслах этого слова. Мне правда жаль, — вымолвил Камило, пристыженно опуская голову. — Всё в порядке. Я не злюсь, — нежно произнёс мужчина. Камило с обожанием и восторгом посмотрел на Бруно и чмокнул его в губы. Затем отстранился и поднялся с кровати. Одну руку он сунул в карман брюк и стал вытаскивать чёрную коробочку. Подросток опустился перед мужчиной на одно колено и протянул коробочку. Бруно обескураженно смотрел на предмет и трясущимися от волнения руками поднял крышку.  — Ох… Это? — Si, Бруно, ты же знаешь, что это значит, — уголки губ парня растянулись в довольную улыбку, а глаза засияли искренностью и любовью. От этого у Бруно внутри что-то перевернулось. — Я снял мерки после первой ночи, пока ты спал. Так, на будущее. Бруно продолжал гипнотизировать коробочку очарованным взглядом. И вдруг понял, что уже несколько секунд молчит. Изумрудное кольцо, лежащее на красном бархате. На обратной стороне кольца написаны слова: «люблю тебя навеки». В следующий миг Бруно обдало приятным жаром, и, застыв от счастья, он смотрел на гравировку.  — Наверное, не самое удачное. Я хотел найти лучше, — нервно вымолвил подросток. Бруно отрицательно покачал головой и с трудом сглотнул. — Нет, Ками, нет. Это… Это самая красивая вещь, которую я когда-либо видел. Я буду носить его всю свою жизнь. Камило с облегчением вздыхает, и на его губах расцветает нежная улыбка. — Я хочу будущее с тобой. Провидец изумлённо уставился на племянника. — Ты. Ты имеешь в виду? — Да, я хочу быть с тобой. Ты. Ты выйдешь за меня? — подросток смотрел на дядю с надеждой и верой. — Правда, официально мы, конечно, не сможем. Бруно неожиданно всхлипнул. Он никогда не думал, что кто-то захочет прожить с ним и в горе и в радости всю свою жизнь. — Ох, mi amor, сегодня твоя очередь плакать? Надеюсь, ты от счастья слёзы льёшь? — Камило взял ладонь мужчины и надел кольцо на безымянный палец своего супруга, как подтверждение клятвы. Он сел рядом и ласково обнял Бруно левой рукой за плечи. — Я уже говорил, ты делаешь меня самым счастливым человеком на свете. И я… — парень ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. — Вначале, когда я понял, что люблю тебя… Я чуть с ума не сошёл. Я думал, что никогда не смогу коснуться тебя, никогда не смогу поцеловать и никогда не смогу быть с тобой, потому что ты меня не любишь или потому что никогда не простишь… Я не знал, что сделать, но не хотел. Не хотел сдаваться и оставлять тебя. И когда ты встречался со мной в облике Селены, я тихо ненавидел себя! Я знал, что это невозможно и не имею права претендовать на твою любовь! — Камило — Бруно тёплой щекой прижимался к горячей щеке подростка. — Я часто думал о тебе. Почему-то я не мог выбросить тебя из головы, даже если мне говорили просто оставить тебя в покое. Ты был первым, о чём я думал утром, и последнее — вечером. Камило смущённо улыбнулся.  — Каждый раз, когда смотрел на тебя, я чувствовал, будто умираю. Сердце разрывало от боли, я задыхался. Жаль, что я не могу исправить прошлое, где я издевался над тобой или где ты страдал в одиночестве. — Камило поднял на Бруно извиняющийся взгляд. — Когда правда раскрылась, я испугался, что потеряю тебя навсегда. Что ты сделаешь что-то с собой. Эти мысли убивали меня изнутри. — Камило, всё хорошо, но, признаться, я немного напрягался. Я чувствовал, что ты страдаешь и просто сбрасываешь на меня свой гнев, негодование и обиду. Я очень хотел помочь, но не знал, как и в чём причина всего этого, — уверенно заявил мужчина. «Я и сейчас это чувствую», — подумал про себя Бруно, немного хмурясь. — Ни в чём. Я просто придурок, — буркнул лицедей. — Ты снова уходишь от ответа. — «ты мне не доверяешь?» — застревает в горле пророка. Он боится получить на это положительный ответ. — Почему ты думаешь, что я страдаю? — удивленно отзывается Камило. — Потому что это худший вид боли, когда ты улыбаешься. Просто, чтобы не заплакать, — доверительно и тоскливо говорит мужчина. Ошеломленный таким заявлением, Камило с широко раскрытыми глазами всматривался в смуглое, доброе лицо Бруно, словно не веря своим ушам. А потом отвернулся. — Я расскажу тебе об этом, когда буду готов, но это будет нескоро. Я никому и никогда не хотел говорить об этом, но тебе скажу, — подросток поднял усталые, пронзительные глаза. — Потому что не хочу, чтобы ты снова принял что-то на личный счёт и накрутил себя до предела или неизвестно каких выводов. — Значит так. Ты бы мне не сказал, — догадался Бруно. — Я бы никому не сказал. Я хотел унести этот позор с собой в могилу. И это не про нашу любовь. Там совсем глупое дело. — Камило сокрушённо вздохнул и спрятал лицо в ладонях. Бруно притянул парня к себе и заключил в тёплые объятия. Он крепче сжал Камило, прежде чем поцеловать его в макушку. Камило слушал дыхание своего любимого, быстрое биение чужого сердца и чувствовал себя умиротворенным, как никогда.  — Спасибо, Ками, что доверяешь мне. Я подожду, сколько понадобится. — Лицо мужчины посветлело, и он улыбнулся широкой, радостной улыбкой. Камило усмехнулся. — Я обещаю, что тебе и года ждать не придётся. Только дай мне собраться с силами. Неожиданно прозвенел будильник, который Касита любезно подкинула мужчинам, напоминая, что завтрак не за горами и им пора прекращать обжиматься. Камило хихикнул. — Хорошо, Касита, мы уже собираемся. Жаль, что я не смогу провести этот день с тобой. — У нас ещё будет время, — Бруно выпустил племянника, а затем, сбросив с себя одеяло, встал и неторопливо прошёл к двери. — Я буду внизу, на кухне, — сказал он, поворачивая ручку и выходя из собственной комнаты. — Хорошо, я догоню, — ответил Камило в пустоту и, хмыкнув, завалился на чужую кровать, а потом уткнулся в подушку носом, вдыхая аромат любимого. — Люблю, — прошептал он.       Через несколько секунд парень спустился на кухню, где был гул голосов. Родственники оживлённо обсуждали, кто чем займётся. Альма скользнула по внуку цепким взглядом, а потом перевела его на Бруно, который в последнее время выглядел более оживлённым и здоровым. «Похоже Бруно с Камило смогли наладить отношения». — Женщина улыбнулась своим мыслям. Пророк немного отодвинул стул влево, давая Камило проход на свободное место рядом с собой. Парень лучезарно улыбнулся и, окинув пророка очень нежным взглядом, сел за стол. Изабелла бросила на него беглый взгляд, как бы говоря: не пались, дурак. Камило удивленно посмотрел в ответ и улыбнулся с благодарностью. Девушка, хмыкнув, приступила к трапезе.  — Что ж, давайте сегодня разберёмся, кто чем займётся. — подала голос Абуэла. — Я помогу Изабелле украсить церковь. Там скоро будет проходить свадьба сеньориты Корнелии и сеньора Фернандо, — ответила Долорес, игнорируя пристальный и мрачный взгляд Мирабель. — Камило, а ты чем займёшься? И почему ты в последнее время отлынивал от работы? — немного строго спросила Абуэла, в ожидании выгнув бровь. — Я смотрю, пыль лежит. Дай, думаю, и я полежу, — весело бросил парень. В его глазах сверкнули озорные искры, а по лицу расползлась нахальная, деловая усмешка. — К тому же главный принцип любой уборки — равномерно распределить грязь. По кухне разнёсся приглушённый смех. — Хорошо, Камило. Тогда сегодня поможешь Луизе. А Мирабель возьмёт твои обязанности по развлечению детей. — Мирабель от этого заявления нахмурилась. Ей не удастся вырваться и допросить Долорес. Но она знала — спорить бесполезно. Девушка огорчённо вздохнула и откинулась на спинку стула. Изабелла с сочувствием посмотрела на сестру и послала ей ободряющую улыбку. — Жаль, так не хочется. Но помочь Луизе — святое дело, — заявил подросток. — Верно. Мы должны помогать людям и друг другу, — очень мягко и ласково сказала Абуэла. Её лицо озарилось нежностью, а глаза засияли теплотой. — К-как. Скажете, — под напором нежности, с отвисшей челюстью промолвил подросток. Абуэла, конечно, всё так же давала поручения, но теперь у неё можно было попросить отгул. И вообще, по мнению Камило, Абуэла стала слишком уж расслабленной и доброй. Может, это связано с тем, что скоро Мирабель возьмёт бразды правления семьёй. Женщина в любом случае уверена, что внучка справится лучше. — Кстати, куда ты так много денег потратил? — подала голос Пепа, смерив сына прощупывающим и подозрительным взглядом. — Рождённый тратить, копить не может, — лениво отозвался лицедей. На его губах расцвела приятная усмешка. — Эх, я хочу вечно беременного кошелька! Без угрозы выкидыша. Его реплика вызвала новый приступ смеха. У семьи. Изабелла поперхнулась вином и неожиданно навернулась со стула. И со звуком умирающей чайки пыталась встать. — Значит, не скажешь? — поинтересовался Феликс, удивленно глядя то на жену, то на сына. — Нет, — твёрдо отозвался подросток. — Ну и не надо, — заявила, обидевшись, Пепа. Феликс рядом с ней мягко рассмеялся. — Тебя совесть не мучает, что ты родной матери не доверяешь? — наставительно бросила женщина, возмущенно вздернув бровь. — Совесть больше не мучает. Отмучилась, видно, и сдохла. — Парень жалобно в конце вздохнул, продолжая черпать кукурузный суп. Родственники за столом снова захохотали, на этот раз не сдерживая себя. Смотреть на эту перепалку было слишком смешно. Абуэла тоже тихо посмеивалась в кулачок, смотря на свою возмущенную дочь и внука. Феликс притянул супругу к себе, нашептывая ласковые, успокаивающие слова. Грозовое облако над головой женщины испарилось. — Кстати, я тут вспомнил, а ведь когда Камило был маленьким, любил погонять мяч с Бруно и Каситой, — нервозно попытался перевести тему Феликс, надеясь, что жена не начнёт опять допрос. Пепа, нахмурившись, вонзила в мужа жёсткий взгляд. Феликс натянуто улыбнулся. Камило вытаращился на отца, будто он уходил за хлебом на долгие годы, а тут вернулся и раскрыл какую-то мистическую тайну. — Мы гоняли мяч, — протянул подросток и повернулся к Бруно, в недоумении изогнув бровь. — Я этого совсем не помню. — Ты был маленьким, — сконфуженно отозвалась Пепа, слегка сморщив лоб. Воспоминания об отрешенности брата больно царапнули сердце. — Да. И когда ты увидел, как Бруно делает предсказание одному горожанину, ты стал его бояться и избегать, — с печалью напомнила Джульетта. — В этом есть и наша вина. Мы подпитывали страхи детей, — с подавленным выражением лица проговорила Пепа. Камило только кивнул. «Всё равно ничего не помню». Он пожал плечами и приступил к еде. Луиза неожиданно поднялась из-за стола. — Я пойду работать, — твёрдо заявила она. — Подожди, Луиза, я с тобой! — воскликнул парень, подорвавшись с места. Он взял со стола парочку ареп, тут же запихивая их под пончо. — Куда? Разговор ещё не окончен! — гаркнула вдогонку Пепа, хлопнув руками по столу. — Работать! — крикнул лицедей с торжествующей улыбкой и веселыми искорками в глазах. Бруно на это только усмехнулся.       Луиза выскользнула из дверного проёма Каситы. Камило плелся за её спиной, но затем, обогнав, схватил кузину под локоть и быстро поволок через город, попутно здороваясь с горожанами. Луиза удивилась напору подростка, но ничего не сказала, позволяя тащить себя без сопротивления. И вот они оказались возле двухэтажной виллы Гузманов, которая просто удивила своей массивностью и широкой верандой. Сам дом был расположен в центре города и сделан из кирпича. Красные розы, орхидеи, георгины, тюльпаны выстроились вдоль всего фасада. Нужно было перевезти багаж и вещи Мариано. Возле крыльца дома уже стояла заправленная ослами телега. Это была одна из тех больших телег, в которых перевозят товары и винные бочки. — Луиза, если хочешь, я могу сам всё перевести. Я схожу за Мариано, он поможет, — бодро предложил подросток со светлой улыбкой на губах и мягким прищуром глаз. Лицо девушки вытянулось в удивлении, брови взметнулись вверх. Она отрицательно помотала головой, глаза блеснули беспокойством. — Ты уверен? Я не думаю, что ты справишься с этой работой, — Она наклонила голову на бок и неловко, но мягко улыбнулась кузену. Камило взглянул на её бицепсы и обиженно надул загорелые щеки. — Я не настолько слаб. У тебя, конечно, есть суперсила, но я тоже кое-что могу, — мягко возразил он и показательно отвернулся от кузины. — Я знаю, знаю. Но давай вместе быстрее закончим, — предложила девушка. — Да, хорошо, — согласился парень. Он понимал, что Луизу не так-то просто убедить бросить работу. Но она была права. Помимо вещей нужно было перевезти мебель, и тогда её сила очень пригодится. Камило скользнул по кузине изучающим взглядом. Луиза этого не говорит, но может: ей хочется, чтобы с ней обращались так же нежно и трепетно, как с другими девушками.       Ребята зашли в дом, прошли по тускло освещенному длинному коридору и вошли в пустой громадный зал, который просто ошеломил своей обстановкой: персидские ковры на полу, резная старинная мебель красного дерева, бронзовые люстры и письменные столики по углам, сиреневые бархатные обои с золотыми разводами. Ни пылинки нельзя было найти во всем доме. Везде была чистота, порядок. Сеньорита Гузман была в просторной белой кухне и расставляла по вазам георгины. Когда ребята вошли. Камило приостановился, осматриваясь. Его быстрые глаза подметили все: ковер, круглый стол овальной формы, стулья по стенам, цветы на окнах и тщательно подобранные картины в ореховых и малахитовых рамах. Луиза кашлянула, давая понять, что они пришли. Женщина обернулась, её губы растянулись в ласковую, виноватую улыбку. — Боже мой, совсем потеряла счёт времени. Простите, что не встретила у порога. Пожалуйста, присаживайтесь, — Сеньорита быстро сняла фартук и отряхнула руки. — Ничего страшного, мэм. Мы пришли работать, — заверила Луиза. — Работа подождёт. Давайте выпьем чашечку чая, — радостно отозвалась женщина с гостеприимной улыбкой и сделала приглашающее движение рукой на стол. — Мы уже поели. Не хотелось бы вас напрягать, — мягко возразила Луиза с успокаивающим выражением лица. — Ничего страшного. Хотя бы перекусите фруктами. И давайте всё же выпьем чашечку чая или сок. А может, кофе? Прошу, прошу, не стесняйтесь, — сказала Сеньорита и тихо, с шелковым шумом опустилась на стул. Светло-голубое платье, точно воздушный шар, распространилось вокруг стула. Понесло духами. — Спасибо, сеньорита. Мы не откажемся от чашечки чая с вами. — подал звонкий голос Камило. — Благодарю вас, — неловко вставила Луиза. Ребята уселись за стол. На разрисованных пестрыми узорами тарелках лежали нарезанные фрукты: маракуйя, папайя, манго, ананас. Меж тарелками — три хрустальных графинчика с разноцветными соками, четыре прибора, салфетки, свернутые в виде бабочек, и три бутылки вина. Все эти предметы помещались на тяжелом, как гробница, столе, накрытым белой скатертью. За кружкой чая сеньорита Гузман вскользь упомянула, что Мариано был поздним и долгожданным ребёнком и что муж, к сожалению, не дожил до его рождения, поэтому ей пришлось самой поднимать и воспитывать ребёнка. Теперь женщине было немного грустно отпускать своего сына в другую семью. Луиза активно поддерживала разговор, иногда монотонно отвечая. Камило предпочёл не участвовать в беседе. Просто слушая. Он стал обводить помещение глазами, лениво отпивая большие глотки чая. Стены были увешаны семейными фотографиями. На одной из фотографий была счастливая молодая парочка. Камило предположил, что это и есть сеньорита Гузман с мужем. На следующих был в основном маленький Мариано. Луиза резко поднялась со своего места, что заставило Камило поперхнуться чаем. Он откашлялся, прочищая горло. Луиза посмотрела на него недоуменным взором и кивком головы указала на второй этаж и направилась к широкой лестнице. Камило, как ошпаренный подскочил с места, да так быстро, что его стул опрокинулся назад и с тихим стуком ударился об пол. Он бросил сеньоре Гузман извинения и умчался вслед за Луизой. Сеньорита Гузман грустно покачала головой и, допив чай, отправилась к себе отдыхать. Луиза ввела в курс дела Камило, объясняя, что нужно перетаскивать. Камило кивнул и окинул комнату Мариано небрежным взглядом. Это была очень большая комната с фиолетовыми стенами. Мебель вся была из жёлтого дерева и состояла из большой кровати с шелковым постельным бельем и ватным одеялом, тумбочки, комода, двух шкафов, письменного столика, рояля. Перед окнами стояли малахитовые вазы с любимыми цветами Изабеллы. Не хватало только кактусов и плотоядных растений, в которых девушка души не чает. На одной стене висела громадная картина сеньориты Гузман в резной черной массивной раме. На другой — гитара. Камило фыркнул и подошёл к письменному столику с огромной макулатурой. На некоторых листочках со стихами мелькало имя Изабелла. Камило раздраженно закатил глаза, не понимая, что Долорес нашла в Мариано? Мускулы? Ровные зубы? Прямые локоны? В Энканто полно мужчин и покрасивее. И мгновенная влюблённость Мариано в Долорес после ухаживания за Изабеллой сбивала с толку. Как будто он внезапно осознал, что Долорес существует. Камило относился к этой любви настороженно и немного скептически. Но, видя, какой счастливой Мариано делает Долорес, заставляет его сердце радоваться и желать, чтобы счастье сестры было настоящим. Подросток обернулся в одного из горожан с широкими плечами и потащил стол на улицу, не обращая внимания, что большинство листов свалились. Он с небольшим трудом загрузил столик в телегу. Луиза уже погрузила пару предметов мебели. Подросток забежал в комнату и взял два приготовленных чемодана с вещами зятя и, мгновенно спустившись на улицу, загрузил их в телегу. Луиза принесла большой древний чёрный шкаф и тоже загрузила в телегу. Она встала, потягиваясь и отряхивая руки. Камило посмотрел на неё с любопытством. В его голове вдруг возникло осознание, что он редко общается с кузиной. Камило даже не знает её за своим даром. Он всегда любил повеселиться, а иногда и полениться, чего не скажешь о Луизе. Девушка с раннего детства работала не покладая рук. Конечно, он хотел пообщаться с ней, как с Мирабель и Долорес. Но Луиза всегда была занята, вот он и не пытался, не хотел отвлекать. — Луиза. А ты когда-нибудь хотела. Эм. Ну, допустим, обладать другим даром, — выпалил подросток, не зная, о чём ещё говорить. Пожалуй, что кузина, оказывается, очень чувственная натура, он узнал не так давно. — А ты хотел обладать другим даром? — удивленно отозвалась Луиза, вздернув бровь. — Не знаю, может быть, — откровенно признался парень. Он любит свой дар, но иногда это слишком утомляет. Но если сравнивать, то Бруно и Долорес больше всех не повезло с даром. — Хм. Я просто думаю, что мой дар очень полезный, но в то же время это очень тяжело и утомительно. И в конце я просто выгорела, — задумчиво сказала девушка, взглянув в голубое небо, словно и не с Камило разговаривала. В городе была ясная погода. Солнце светило ярко, заливая золотистым светом крыши домов. Ветер весело гудел, играя с водоемами, разгоняя лёгкие волны. Птицы весело щебетали. — Я понимаю, — вымолвил парень. — Но сейчас я намного свободнее и больше отдыхаю. А ещё Изабелла обстреливает кактусами слишком наглых особ…. Ты ведь тоже утомляешься из-за обликов? — обеспокоенно спросила девушка. — Да, я трачу много энергии, поэтому мне приходится много есть, чтобы восполнить ее, — доверительно отозвался парень. — Ну, в последнее время ты не перевоплощался до этого, — неловко пробормотала Луиза. — Я просто решил взять перерыв. — оживленно воскликнул парень. — Перерыв — это хорошо. Он всем нам нужен. Честно говоря, когда я только получила дар, я немного завидовала Изабелле. Она могла создавать красивые цветы. Мне казалось, суперсила будет хороша для мужчин. А не для меня, — честно призналась Луиза, вернув взгляд на веснушчатое лицо кузена. — Луиза: я думаю, что никто не смог бы управиться с твоим даром. Он потрясающий. И ты тоже, потому что делаешь то, что другим не под силу. Но отдыхай почаще, — серьёзно отозвался парень. Его внезапно сдавили в медвежьих объятиях. — Благодарю, Камило, — нежно сообщила Луиза. — Да не за что, — подросток поправил руану и застенчиво посмотрел на кузину. — Эй, хочешь отдохнуть и погулять после работы? Я знаю отличную забегаловку с запечённой кукурузой, — его глаза игриво сверкнули. — Хорошо, только после работы, — отозвалась девушка. — Отлично! — воскликнул парень на всю улицу, сияя не поддельной радостью. Он забежал в дом, на ходу перевоплощаясь в Мариано, и на плечах вынес комод, который с осторожностью загрузил в телегу. Луиза разинула рот, изумленная таким представлением. Она знала, что Камило не из слабых. Он был очень проворен и ловок и мог поднять на руки кого угодно, кто превышал его собственный вес. Пока она стояла в раздумьях, Камило уже загружал прикроватную тумбу и кресло. Луиза, очнувшись от транса, ринулась помогать, загружая последние детали интерьера. Работу они закончили раньше, чем планировалось.       И уже сильно вспотевшие от тяжелого труда, были в Касите и переводили дыхание. Камило предложил помыться и перекусить, прежде чем отправиться гулять. Луиза согласилась и через пятнадцать минут они снова встретились. Ребята уже во второй раз выходили на улицу. И вскоре они уже шагают бок о бок по-шумному Энканто. Девушка расположилась на скамейке в укромном, закрытом тенью уголке. На ней была лёгкая шляпка и нежное белое платье до самого пола. Подросток покупал кукурузу и вскоре вернулся к двоюродной сестре. Он плюхнулся рядом и с тёплой улыбкой протянул лакомство. Луиза быстро приняла угощение. «Теперь можно отдохнуть», — подумала она. Камило растянул ноги и обаятельно улыбнулся. Луиза съела свою кукурузу и, повернув голову в сторону кузена, стала внимательно рассматривать его. Камило почувствовал её сосредоточенный взгляд и повернулся к ней лицом. — Что? — он сощурил глаза, и его обаятельная улыбка сменилась на пленительную. — Я красивый? Луиза, не ожидав такого вопроса, замерла. Её брови в изумлении взлетели вверх. Она растерянно заморгала, пытаясь сконцентрироваться на кузене. — Нет… То есть да. Не знаю. Я не… Не… Почему ты позвал меня? Мы с тобой не так близки, как ты с Мирабель или Долорес, — наконец выговорила она и откашлялась, прочищая горло. Камило поднял на неё сияющие зеленью глаза и сокрушённо улыбнулся. — Оу, так я не настолько очаровательный, как думал. — он печально вздохнул. — Потому что ты всегда перетруждалась. Я бы и рад побольше общаться с тобой, да только думал, что буду путаться под ногами. — его голос был тихим и звучал пристыженно. Подросток заключил руки в замок и понуро опустил глаза в пол. Ему было грустно и немного обидно, что только сейчас ему пришла эта хорошая идея. Луиза взволнованно посмотрела на него, пытаясь понять, о чём он думает. Но лицо кузена выражало какую-то отрешенность и даже нервозность, будто он сейчас был не с ней, а где-то далеко. — Я не думала, что ты так беспокоишься об этом, — удивленно отозвалась Луиза и слегка нахмурила брови, понимая, что тоже не особо интересовалась жизнью кузена. Она была слишком занята своими обязанностями и просто не успевала обратить внимание на других. Камило хмыкнул и расслабил плечи. Он вернул любопытный взгляд на кузину. — Итак, что тебе нравится помимо работы? — Парень мягко улыбнулся, но хитро прищурился, наблюдая за кузиной с некоторым интересом. — Мне нравится веселиться. У меня есть… — девушка придвинулась поближе к Камило и серьёзно и даже сурово поглядела ему в глаза. Камило напрягся и в ожидании прикусил язык, пытаясь не выкрикнуть то, что ему сейчас скажут. — Когда Касита возродилась, у меня появился парк развлечений. Теперь я могу веселиться и отдыхать, сколько хочу. — У тебя парк развлечений? — Всё-таки воскликнул подросток. Он присвистнул и в волнении пощелкал пальцами. Его лицо озаряется в сияющей улыбке. Но, кажется, он переусердствовал, когда пытался сдержать чужую тайну. Во рту скопилось слишком много слюны, он поперхнулся и закашлялся. Луиза бережно и заботливо похлопала его по спине. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила она. — Да, да. — Хочешь, пойдём ко мне и можем всех позвать. Я ведь ещё никому об этом не говорила, — предложила Луиза. На её губах появилась искренняя улыбка. Она уже давно не веселилась и сейчас хотела отдохнуть и повеселиться в компании семьи. — Это отличная идея! — бодро воскликнул парень. Он и сам давно не тусил с кузинами, братом и сестрой, предпочитая отталкивать их. Всё его внимание было обращено к Бруно. — Идём! — подросток схватил Луизу за руку и потянул за собой к Касите. — Итак, что ещё тебе нравится. — Ммм. Медведи. Мне нравятся плюшевые мишки, — неловко пробормотала Луиза, придерживая шляпку, которая от стремительного темпа ходьбы норовила слететь. Девушка старалась не отставать, но из-за разницы в росте её тело странно дергалось и даже раскачивалось во все стороны. — Здорово, — Камило остановился и, посмотрев на кузину, отпустил её руку. — Подожди здесь, я сейчас! — крикнул он и тут же ринулся обратно в город. Луиза растерянно поглядела ему вслед. Ветер весело перебирал её пряди из конского хвоста. Она вздохнула, но тут заметила жёлтую фигуру, мчащуюся к ней на всех порах. В какой-то момент ей показалось, что Камило сшибёт её с ног, несмотря на сверхсилу. Но запыхавшийся подросток остановился в паре дюймов от неё. С его лица лился пот, он тяжело и глубоко дышал и одной рукой держался за пульсирующий болью бок. Локоны прилипли ко лбу, и Камило пару минут просто стоял, сгорбившись, пытаясь восстановить дыхание. Луиза уже хотела предложить ему залезть ей на плечи, но подросток поднял на неё радостные, удовлетворенные глаза. Уголки его губ приподнялись в лёгкой улыбке. Он выпрямился, а затем вытащил из-под пончо плюшевого мишку. Бантик на его ушке съехал немного в бок, и он пропах арепами. Видимо, Камило забыл, что держал парочку под пончо, прежде чем съесть. Он протянул его Луизе, и она без колебаний взяла игрушку. — Эт-жт-то тебе, — прохрипел Камило и мягко улыбнулся. Он снова взял кузину за руку и потянул в Каситу. Они переступили через порог, оказываясь в холле.       В доме царила атмосфера общего веселья и отдыха. Из кухни шёл приятный аромат свежей выпечки и доносились возгласы. — И когда Бетти, наконец, признается ему в своей любви, Армандо отвергает её. — Донёсся оживлённый голос Бруно из кухни. — Давай, их история не может закончиться на этом! — восклицает Пепа. Феликс рядом с ней смеётся. — Да, Бруно. Их история не может так закончится, — грустно говорит Джульетта. В её голосе звучат нотки мольбы. — Верно, дружище, нам нужен счастливый конец, — подхватывает Агустин. Дальше послышался звук чокающихся бокалов. Похоже, взрослые тоже решили устроить себе день отдыха. Чему Камило был очень рад. Ребята поднялись по узкой лестнице. Луиза немного сконфуженно поглядела за спину, где стоял кузен. После восстановления Каситы девушка никого не приглашала к себе и немного нервничала. Но, уверенно взявшись за ручку, Луиза распахнула дверь и прошла в свою комнату. Камило зашёл за ней. Её комната представляла собой огромный остров со спортивными площадками. Вокруг острова была чистая лазурная вода, искрящаяся под мягким светом, падающим из-под потолка. После площадок были остроконечные горы, а после них виднелся парк развлечений. Камило снова удивленно присвистнул. Вот эта комната. Не то, что у него, напичканная всюду зеркалами, но у его комнаты был секрет. Она меняет свою личину, как и хамелеон. Но это слишком тяжело даётся. Чтобы комната изменилась, ему нужно чётко представлять, что он хочет и держать картинку в голове, что после часа становится просто невозможно. — Вау! Ничего себе! Никогда не видел твою комнату! Это просто потрясно! — отозвался подросток. На его лице отражается истинный восторг, а глаза, кажется, норовят разбежаться в разные стороны, как у хамелеона, чтобы всё досконально рассмотреть. Луиза улыбается, и Камило вспоминает, что это должна быть своего рода вечеринка. Парень вышел обратно и побежал к другим кузинам, вытаскивая их из комнат. Изабелла сильно сопротивлялась и даже врезала ему пару раз виноградной лозой по лицу и заднице. Впрочем, её можно понять, когда к тебе врываются и без слов стаскивают с кровати, а затем хватают на руки и пытается силой вытащить из комнаты. Любой будет сопротивляться. Камило все-таки затащил Изабеллу в комнату. Она перестала размахивать кулаками и замерла, рассматривая ландшафт. Подросток осторожно опустил её на ноги и тут же вылетел обратно. Он приволок Мирабель и запихнул её к Луизе с Изабеллой. Они стали переглядываться между собой, не решаясь начать разговор. На этот раз подросток вернулся с Долорес и Антонио под руку и даже немного подпрыгивал, волоча их за собой. Он закрыл дверь, и все удивленно уставились на него, кроме Луизы. Камило с гордостью улыбнулся. — У нас тайная вечеринка в честь Луизы. Давайте отдохнём и повеселимся как следует! — весело воскликнул он. — Здорово! — воскликнул Антонио. — И так чем займёмся? — бодро спросила Мирабель. — Вечеринка? — удивленно отозвалась Изабелла и свирепо посмотрела на кузена. — Ты что, раньше не мог сказать? Тебе язык отрезали, — укоризненно сказала девушка. Её брови сурово съехались на переносице. — Ээ. Ты сопротивлялась. Это должен быть сюрприз, — Камило сделал шаг назад и поднял руки в знак примирения, чтобы Изабелла снова не начала атаковать цветами. — О, я сейчас принесу косметику, — подала голос Долорес. На её лице возникла лучезарная улыбка. — Я тоже пойду, принесу маски, — отозвалась Изабелла и метнула на Камило тяжёлый взгляд с кровожадной улыбкой. Подросток побледнел, его прошиб холодный пот. «Наверное, не стоило её тащить сюда в одной ночнушке», — запоздало подумал он. Девушки направились к своим комнатам. За принадлежностями. — Ну, пока они ходят, пойдём развлечёмся, — сказала Мирабель. Её губы растянулись в непринужденную улыбку. — Пойдёмте, я всё покажу, — радостно отозвалась Луиза. — Думаю, Изабелла и Долорес нас догонят. Камило уже хотел схватить брата, но Луиза опередила его, подхватив Антонио на плечи. Мирабель схватила Камило под руку, и они пошли чуть подальше от Луизы с Антонио. Они пошли вдоль по каменистой тропинке через горы. — Итак, — взволнованно начала говорить Мирабель. — Ты извинился перед Бруно? Он тебя простил? — Да, к счастью, да. У него золотое, всепрощающее сердце. — Я знаю…- девушка замялась и подняла на парня обеспокоенный взгляд. — К-камило я хотела спросить, ты ведёшь себя с ним… Немного странно… Иногда ты так на него смотришь, словно подзываешь. Камило нервно сглотнул, его плечи напряглись. — Я люблю его, — уверенно заявил подросток. — О, я тоже его люблю, — весело отозвалась кузина. — Нет, ты не понимаешь. Я люблю его в плане романтических чувств. Я хочу обнять его, поцеловать, быть с ним всё время. Но, конечно, когда рядом другие. Это невозможно, — серьёзно отозвался подросток. Мирабель застыла, как пораженная молнией, широко открыв свои большие глаза, и уставилась на кузена непонимающим взглядом, ожидая, что это его очередная шутка. Но на лице подростка не было и тени улыбки. У него был серьёзный, спокойный вид. У девушки в горле пересохло, виски сдавило жгучей болью, и сердце странно забилось. У неё никак не могло собраться в голове, что Камило влюблен в Бруно. Как такое возможно? Разве родственники могут влюбляться в друг друга? Она потерянно посмотрела на кузена. «Это шутка, это просто глупая шутка», — вертелось у неё в голове. Камило понял, какой сильный шок она испытала, и начал успокаивающе поглаживать её спину. Он сочувствующе посмотрел на неё в ответ. Девушка немного успокоилась и снова подняла глаза на кузена. — Как давно ты понял, что любишь его? — хрипло спросила Мирабель, поправив очки. Она посмотрела на него странным долгим взором. Это казалось просто невозможным и невероятно странным. — На втором или третьем свидании, — ласково отозвался подросток. Он с нежностью улыбнулся. — Теперь и ты это знаешь. Так что, надеюсь, ты перестанешь преследовать Долорес. Мирабель поперхнулась воздухом. В её голове завертелось «Свидании? Они ходили на свидания?». — обескураженно думала она. — Кто-нибудь ещё знает? — Ну, моя сестра и Изабелла. — Он передернул плечами и развёл руки в стороны. — Стоп! Свидании? Ты вроде бы не ходил с tio на свидания. А это значит — Мирабель вскинула брови. — Ты использовал свой дар, чтобы следить за Бруно? — сурово спросила она и скрестила руки на груди. Камило удивленно уставился на девушку. «Тебе бы в криминалистику идти, как в детективах», — мелькнула у него мысль. — Эм, давай-ка я тебе всё поподробнее расскажу. Луиза и Антонио уже ушли далеко вперёд. И подросток принялся рассказывать всё от начала до конца, уже без лжи, но упуская пикантные моменты. — Так это ты был той Селеной, в которую он влюбился? — недобро спросила девушка, нахмурив брови. — Ну, допустим, я умалчивал. Ну, не договаривал. Но лжи как таковой и не было. — Неловко пробормотал подросток. Мирабель, кажется, пытались испепелить Камило взглядом или прожечь дыру в его голове. А иначе он не мог объяснить, почему ему резко стало невыносимо жарко и очень душно. — Прекрати, я же сгорю! — взмолился парень и драматично откинул голову назад и вскинул руку, закрыв глаза, показывая жалобный, болезненный вид. Мирабель закатила глаза и хмыкнула. «Актёр» — с теплотой подумала она. — Ладно. Они возобновили движение. «А если подумать, то у них много общего. Но что это могло вылиться в такое» — подумала про себя девушка и с усилием потерла виски, стараясь взять себя в руки. — «А ведь tio был очень счастлив. И сейчас, кажется, тоже» — мелькнуло у неё в голове. Мирабель вернула взгляд на кузена. Его лицо выглядело бесстрастным и даже окаменелым, но всё тело было напряженным, а губы сжаты в тонкую линию. «Ему тоже тяжело пришлось осознать любовь к собственному дяде. Если бы мне сказали, что любить кого-то неправильно и невозможно, не знаю, чтобы я делала на его месте. Наверное, была бы в отчаянии». — с грустью подумала девушка и дрожащими руками обняла Камило. Это было так неожиданно, что подросток пискнул и растерянно посмотрел на макушку кузины. — Ладно, Камило, я даю своё одобрение. — Мирабель отпустила парня. — Но если ты его снова обидишь — она пригрозила кузену кулаком. — О, Мирабель, мне не нужно твоё одобрение и ни чьё либо в этом мире! — прыснул со смеху подросток. — А ведь я в тебе даже не сомневался. Ты всегда была чудесной, — ласково прибавил он, когда перестала смеяться. — Вот вы где догнали! — прозвучало со спины. Камило взвизгнул от испуга и, подпрыгнув на месте, перевоплотился в Абуэлу, Феликса и снова в себя. Он обернулся, схватившись за сердце. Перед ним стояли запыхавшиеся Изабелла и Долорес. — Видимо, я даже до тридцати не доживу, умру от сердечного приступа! — возмущенно воскликнул парень. — Да ладно тебе, испугался малыш, — весело фыркнула Изабелла. — А теперь вперёд! — воинственно воскликнула она и, схватив Камило за руку, потянула за собой. Долорес и Мирабель обменялись улыбками и пошли следом. — Я больше не буду тебя преследовать. — напряжённо вымолвила Мирабель. — Камило всё рассказал. — удивленно отозвалась Долорес. — Да, это странно, но вроде бы им хорошо друг с другом, — пробормотала Мирабель, теребя пальцами юбку. «Ты даже не представляешь насколько» — нервно подумала Долорес и уже вслух продолжила. — Да, это хорошо, когда находишь свою судьбу, — заявила она успокаивающим тоном. — Мы должны сохранить их тайну и помочь им держать это в секрете, — уверенно заявила Мирабель. Девушки посмотрели друг на друга полными решимости глазами и обменялись рукопожатием. Как будто закрепляли договор.        Наконец они дошли до парка развлечений и весело проводили время на аттракционах. Камило успел прокатиться на американских горках, колесе обозрения и карусели с ослами. Карусель ему показалось самой расслабляющей. Мирабель и Изабелла ожесточенно боролись за игрушку. Но, к сожалению, Мирабель, Изабелла оказалась более меткой и точной. Камило снова побледнел, когда заметил, как кузина ловко метает кактусы в воздушные шары. «Главное не довести её до бешенства, а иначе мне конец». — испуганно подумал парень. Затем они вырядились в костюмы, которые принесла Изабелла, разделились на две команды и колотили выскакивающих картонных рыцарей. Им удалось победить недругов, но впереди было самое сложное. Луиза оказалась боссом, и ребятам пришлось объединиться, чтобы победить. Но, к сожалению, они всё равно проиграли. И уставшие, все валялись и весело хохотали. Наступил вечер, и ребята расположились на песчаном берегу. Они по очереди задавали Луизе вопросы и весело болтали между собой. Мирабель красила ногти Луизе в разные оттенки красного. Изабелла сделала качели из лиан и раскачивала на них Антонио. Долорес накладывала маску из глины на лицо Камило. У подростка слипались глаза, но он держался, как мог. Антонио зевал, сонно потирая глаза. Изабелла взяла его на руки, и он, свернувшись калачиком, засопел. Камило поглядел на спящего брата в руках Изабеллы. Девушка мягко перебирала его кудряшки и гладила по голове. Долорес присоединилась к Мирабель, делая прическу Луизе с длинными, чуть завитыми волосами. Камило поднялся на ноги и забрал Антонио с рук Изабеллы. — Ладно, девчонки, теперь у вас девичник, — бодро сказал подросток. — Ещё как-нибудь потусуемся. — Он уже хотел пойти к выходу, но виноградные лозы преградили ему путь. — Ну нет, Камило, ты не уйдёшь, пока я не сделаю тебе прическу! — безумным голосом сказала Изабелла и начала наступать на парня со злорадной усмешкой. Подросток смиренно сел, с хладнокровием принимая свою участь. Девушки присоединились к Изабелле, делая Камило два пучка. Изабелла украсила его пучки незабудками и оценивающе посмотрела на результат. — Ну, неплохо. Всё, теперь можешь идти с миром. Камило вымученно встал и слегка склонил голову перед Изабеллой. — Спасибо, что разрешили мне уйти. Ооо, Королева цветов, — насмешливо протянул подросток. Девушки засмеялись. Камило поудобнее обхватил брата и, попрощавшись со всеми, а особенно с Луизой, отправился в комнату Антонио. Парс выбежал ему навстречу и потерся об ноги. Камило положил брата на мягкую постель и, оставив на прощание нежный поцелуй в лоб, покинул чужую комнату. Касита при помощи дощечек прокатила подростка до его волшебной комнаты. Парень вымолвил слова благодарности и завалился на постель. Он с наслаждением отыскал головой место на подушке, плотнее закутался хлопковым одеялом и заснул глубоким, крепким, сном.