Фиалки

На каникулах Акутагава во всю исследовал подарок отца. Чуя даже скачал ему Вконтакте, сказав, что он будет самым крутым в классе. Идти после долгих каникул в школу казалось чем то непосильным. Волшебная зима, которую до этого познал Рюноске, сегодня встречала его вьюгой в лицо и морозом в -20°С. Интересно, как Ацуши провёл каникулы? Сегодня в школе было особенно шумно. А в их классе тем более.  Некоторые говорили, что уже видели новенькую, некоторые говорили, что она вообще не сегодня должна прийти. Классная руководительница нервно оглядывала весь класс, ища кого-то глазами. — Рюноске, ты случайно не знаешь,  где Ацуши? — Не знаю, скоро придёт наверное. Она сделала глубокий вздох, и вышла из кабинета.  Урок должен был начаться только через тридцать минут, и было не удивительно, что его друг ещё дома. Их класс находился на 1 этаже, с выходом окон на главные двери школы. Поэтому легко можно было увидеть бегущего в школу Накаджиму. Снег валил всё сильнее, и люди на улице превращались в цветное пятно.  У одного пятнышко был белый верх. Это точно Ацуши. Рюноске снова сел на своё место.  Ожидание длилось не долго,  и меньше чем через 5 минут его друг пришёл, а за ним и преподавательница. — Итак, поймали тишину! — Дверь в класс осталась открытой, а женщина в розовом свитере встала посередине класса. Бегло пересчитала всех глазами, и продолжила — Все помнят о новой ученице? Так вот, Акутагава пересядь на пятую парту, сидишь теперь один, хорошо? — Что? Почему…— не успел возразить Рюноске,  как его прервали. —  Я посажу Люси с Ацуши,  чтобы ей легче было адаптироваться в новом классе. Никаких возражений, бери все свои вещи и пересядь уже. Акутагава взглянул на Накаджиму. Тот тоже был растерян. Вещи он собирал рвано,  скидывая всё в рюкзак. Внутри всё кипело от обиды,  и от части даже Ацуши казался виноватым. А почему он ни слова не сказал? На пятой парте никого не было.  Один одинёшенек. Спереди него сидел Марк, что тоже внешний раздражитель. Уже в голове он ненавидел новенькую, лишь за то, что она есть. Через несколько минут к ним зашла худенькая красноволосая девочка. Со всеми поздоровалась,  и села с Ацуши. Весь следующий день прошёл просто отвратительно. Этой девчонке весь день показывали школу; поручили конечно же Ацуши.  От злости на горло Рюноскэ словно давила какая-то тугая нить. Домой он уже собирался идти один, как его окликнули. — Акутагава, нам надо поговорить! — Ацуши кажется бежал, и одновременно одевался. Через тяжёлое дыхание он продолжал говорить.— Я больше не смогу ходить к тебе в гости, по крайней мере в понедельник, среду, и пятницу. Меня записали на лёгкую атлетику и… — Ну просто прекрасно! — День не мог стать хуже, думал он до этого. — Как жаль, что во вторник и четверг я занят. Конечно же,  это была ложь. Обида просто съедала его, и под рукой оказался опять ни в чём не виновный Ацуши. Рюноске развернулся, и пошёл в сторону дома, ни разу не обернувшись на крики.  Во время вьюги звук притуплялся, и отрывками было слышно жалобное — Прости Рюноске… Жизнь — хуже некуда. Сегодня ты теряешь друга,  из-за какой то девчонки, а завтра первые два урока динамическая пауза в большом зале. Опять сидеть на скамейке и смотреть на счастливые лица одноклассников. Наверняка и Ацуши будет среди них. И эта Люси, которую уже всё полюбили. А Акутагаву никто не любил. Никто. Холодное утро, скамейка, и телефон в руках. Он подготовился заранее и скачал игры без интернета. Учитель ничего ему по этому поводу не говорил, он был занят здоровыми детьми. Игра Cut the Rope. Рюноске её скачал Чуя, сказавший, что сейчас в неё все играют. Странное зелёное существо поедающее леденцы, при этом всегда улыбаясь.  Никого не напоминает? Акутагава по детски злился, когда проигрывал, и со злостью пробовал снова и снова. А он и был ребёнком.  — Во что играешь? — Рядом с ним неожиданно оказался его одноклассник. Тачихара Мичидзу.  Выглядел он не важно, хотя невооружённым глазом нельзя было сказать,  что с ним. Акутагава показал ему экран,  и принялся дальше резать виртуальные верёвочки. — Почему не играешь со всеми? — Мне мяч в голову прилетел, физрук сказал пойти посидеть,  а то вдруг сотряс. — Он говорил это так буднично, будто такое каждый день происходит. — А ты чего сидишь всегда? — Тачихара придвинулся, чтобы можно было смотреть за экраном телефона. —  Не твоё дело. — Рюноске ожидал, что от него сразу же отстанут, и он сможет продолжить наслаждаться игрой в одиночестве,  но не тут то было. — Мой брат скачал эту игру на планшет и прошёл за 2 дня. Давай помогу. — Мичидзу уже тянулся пальцами,  как Акутагава дёрнул плечом в сторону подбородка мальчика. — Лапы свои убрал. Невозможно её за два дня пройти. — Я тебе отвечаю,  за два дня! — Тогда он в интернете посмотрел как проходить.— Акутагава был непреклонен.  В особенности он не верил, что кто то может пройти игру за два дня, а он нет. — Ну не хочешь не верь. — Тачихара повернулся и снова следил за игрой. Они немного посидели в тишине, пока учитель не отправил обоих в мед пункт.  Одного,  чтобы удостовериться в здоровье и сохранности маленькой черепушки, а второго, на случай непредвиденных обстоятельств. — Рюноске,  ты такой молчаливый. — Тачихара шёл медленно,  но вполне ровно и уверенно. Акутагава же пытался ускорить шаг, чтобы побыстрее дойти. — И что? О чём мне с тобой разговаривать? — Ну, например о играх. Никогда не думал,  что тебе нравятся игры. Я думал ты заучка. — А при чём тут это— раздражённо спросил Рюноске. — Ну не знаю, просто необычно как то. Ты играл в Subway surf? У меня вот уже заяц есть. — Тачихара с силой дёрнул дверь, придерживая для Акутагавы. — Ну не у меня,  а у брата. Но он разрешает мне на своём планшете играть. Мед сестры не было в кабинете,  и они уселась на чёрное кресло без спинки. Пахло спиртом, к запаху которого они потом привыкли.  Мичидзу не унимался, и изредка ему даже отвечали. — Мой любимый аниматроник— Фокси. У него такая повязка прикольная.  А твой? Мне кажется ты похож на Майкла. — Кто такой Майкл? — Акутагава отвернулся от экрана,  взглядываясь в увлечённого разговором Тачихару. — А! Ну это такой… Резкий хлопок, в комнату влетает пожилая медсестра, не замечая гостей. —Здравствуйте,  в меня мяч попал, я… Она подняла морщинистое лицо на долю секунды,  поправила очки и скрылась в межкомнатных дверях. — Тошнит? Голова кружится? — У неё в руках была какая-то баночка. Женщина нервно теребила крышку, то открывая то закрывая. — Да вроде нет…— Тачихара задумался, и даже не заметил что смотрит в пол, а не на медсестру. —Ну идите тогда гуляйте,  не сидите тут. — она открыла крышку,  давая им по аскорбинке. Выходя из кабинета Тачихара резко вложил свою в руки Акутагавы. — У меня на них аллергия,  съешь за меня. —Рюноске, а ты видел место в школе,  где старшеклассники рисуют и пишут всякое? —Нет, а что? — Вне класса он мало где был, не любил без дела ходить по школе. —Так лень идти на физру, пошли лучше покажу это место. Помявшись немного, он согласился. И теперь они вдвоём прогуливали урок. Повод для гордости. Спускаясь до 1 этажа они завернули под лестничный пролёт. — Смотри, вот это я написал! Мальчик ткнул пальцем в написанный на стенке номер телефона с добавлением лох. Там было много номеров телефона, и кто то писал действительно оскорбительные слова, а кто то просто забавлялся. Пробегаясь по всей стенке Рюноске ещё заметил надпись Ацуши + Люси = ♡ — И кто это написал? — А, да Марк как обычно.  Злится, что на него никто не обращает внимание.— Тачихара присел на холодный пол, поднимая голову высоко над собой. — Ты только ему не говори, но он без ума от этой новенькой. А она всё с Ацуши ходит хвостом. — А Ацуши что насчёт всего этого думает? — Рюноске пытался как можно правдоподобнее выразить безразличие. — Я откуда знаю, наверное он не замечает просто.  Он парень добрый. — Из кармана штанов Тачихара достал большой чёрный маркер.— Хочешь написать что-нибудь? Акутагава чуть наклонился беря маркер в руки. Идей было множество. Для начала он решил зачеркнуть ту броскую надпись про Накаджиму. После нескольких надоедливых вопросов со стороны Тачихары он ещё решил нарисовать что-нибудь.  Места пустого было мало, но ему много и не надо. Где то в углу появилась чёрная тигриная морда. — Не знал, что ты рисовать умеешь. — Мизидзу поднялся что-бы поближе рассмотреть рисунок. — А нарисуй мне на руке кота. — Но он не отмоется же? — Да вообще плевать. — Он улыбнулся смотря прямо в глаза Рюноске. Усевшись на холодный кафель вместе, он протянул ему свою бледную ручку, пока ещё без самодельных татуировок. — У меня брат тоже хочет татушку, но настоящую. — Что хочет набить? — Да фразу какую то сопливую. Ут амэрис, амабилис эсто. —А что, звучит неплохо.