Кандидат в боги или ваятель горшков.

Спаситель оказался человеком, что меня немного успокоило. Всё-таки это не демон. С человеком есть шанс договориться. Но, скорость расправы над парнями пугала. Такая невероятная быстрота, невероятно точные движения, в случае конфликта у меня не будет ни единого шанса на победу. Зря я, наверное, думаю о конфликте. Раз уж у меня нет шансов, то нужно думать о том, что я могу изменить, определиться с линией поведения. С другой стороны, ничего не зная о спасителе, выработать линию поведения тоже невозможно. Наконец-то меня начал отпускать страх, и я начала смотреть по сторонам и интересоваться, куда же меня ведут. А вели меня в противоположную от поселка сторону. Мы уже подходили к границе зоны, когда я решила проверить границы дозволенного, изобразить маленький бунт. Остановилась и стала ожидать реакции своего… Кого? Кто же он для меня? Мой страх уже улегся. Мне уже не хотелось все время ругаться или бежать. Было видно, что это человек. Та невидимость была маскировкой. Перед самой войной уже появилась подобная технология. Невероятная скорость может быть результатом применения какого-либо артефакта, возможно, технической природы. Лучше, если будет технической природы. Потому, что артефакты из зоны, после приживления могут вызвать мутации. Мутации бывают очень разными, но редко красивыми. Человек прошел вперед буквально пару шагов и остановился. Теперь всё должно решиться. Как он поведет со мной, так дальше и будет. Станет ясно, пленница ли я, рабыня, или что-то другое. Обернувшись, человек осмотрел меня с головы до ног, что-то прикинул в уме, хмыкнул насмешливо и, повернувшись в прежнем направлении, снова зашагал вперед. Ну, и что это может значить? Некоторое время я простояла на месте, не зная, что и думать, а затем поспешила догнать этого. Этого охотника? Сталкера? Возможно он из княжеских витязей? Или он из храмовой стражи? Храмовая стража – это те же княжеские витязи, только служат святошам, а не князю. В остальном они похожи, как братья близнецы, та же подготовка, одинаковое снаряжение, только эмблемы отличаются. Снаружи никаких знаков отличия не было, поэтому опознать принадлежность спасителя к какому либо отряду было невозможно. Но, снаряжение было высшего класса, одна только система маскировки стоила сумасшедших денег, и даже за огромные деньги купить её было практически невозможно. Кроме системы маскировки успела рассмотреть армированный плащ, сапоги с металлическими вставками и под капюшоном шлем с множеством визоров. Наверное, иметь такую одежку не каждому князю по карману. Ладно, сапоги и плащ, определить насколько эти шмотки ценные - очень трудно. Похожие сапоги используют в страже. Металлические вставки обычно не способны спасти даже от обычного огнестрельного пистолета. Поэтому можно считать, что мои собственные сапоги охотника по степени защиты не сильно слабее. Плащ тоже сложно оценить, всё так же, как и с сапогами, зависит от материалов использованных для армирования. Если армирование выполнено обычными стальными струнами или даже пара-арамидным волокном - кевларом, то стоимость плаща большая, но не заоблачная. Другое дело, если в этом изделии использованы последние предвоенные технологии нанотрубок. Чем они отличаются от того же кевлара? Не знаю. Вообще, о таком только слышала. Другое дело – шлем. Он и на вид был невероятно дорогой и редкой игрушкой. Визор, или визир, тут – это не прозрачный щиток, как у дешевых моделей. Тут были точки камер и сенсоров, которые передавали изображение и звук на соответствующие органы чувств внутрь шлема. Возможно, на шлеме были и сенсоры газоанализаторы. Чтобы опознать всё, у меня не было соответствующих знаний. Просто, поняла, что модель шлема мне совершенно незнакома и прикинула число сенсоров, из чего и сделала выводы. Подумав немного, решила, что этот непонятный охотник не станет продавать меня в рабство. Пусть я и могу стоить относительно дорого, но не похоже, чтобы этот тип занимался чем-то похожим на работорговлю, а для случайной подработки он слишком богат. Сделанные выводы немного успокоили, и я продолжила следовать за непонятным охотником уже более уверенно. - Однако, - озадачено выдала я вслух, когда увидела вход в убежище. Особо примечательным был момент, что никакого убежища здесь раньше не было. Нет, конечно, допускаю возможность, что просто могла не заметить входа, в конце концов, я далеко не лучшая охотница, но здесь ходили и другие. - Что? – спросил мой спаситель. - Ничего, - слишком поспешно ответила я, что насторожило охотника. - Говори уже, - усмехнулся тот. – Между нами не должно быть недоговорок, по крайней мере, с твоей стороны. - Здесь раньше ничего не было, - неуверенно сказала я. – Будь иначе, кто-нибудь из охотников поселка обязательно заметил бы вход. Тут ходили сотни раз. - Тут была маскировка, - пояснил странный охотник. – Пока вход в убежище никто не открывал и не выходил, обнаружить вход было почти невозможно. Теперь, когда здесь появятся наши следы, обнаружить нас будет немного проще. Но даже так, у меня есть свои способы для сокрытия следов. - Да-да, конечно, - прорезался сарказм, несмотря на моё желание удержать его внутри. - Не сомневайся, - нейтрально ответил охотник. – Так оно и есть. Он снял маскировку с входа. Я должна была признать, что заметить вход, даже находясь вплотную, не смогла до отключения камуфляжа. *** Глубина убежища оказалась небольшой, метров пять или шесть от силы. Вызывало сомнение, что такая глубина может обеспечить приемлемый уровень защиты даже при обычной бомбардировке. Про ядерный взрыв и тяжелые бомбы можно не упоминать. По всему выходило, что это убежище предназначено для укрытия от последствий бомбардировки, но не от самих взрывов. Однако уровень комфорта по нынешним временам поражал. Здесь было электричество, чистая вода, какие-то аппараты для связи и система безопасности. Всё это находилось под управлением компьютера, который воспринимал голосовые команды и в ограниченных рамках имел некоторую свободу по принятию решений, или, скорее, свободу выбора решений из списка доступных вариантов. Охотник выделил мне небольшую комнату для личного пользования. Комната три на четыре метра, маленькая она по довоенным меркам, а по нынешним временам просто малюсенькая. Так уж получилось, что доступного жилья в современных поселках просто завались. Пусть и заселяют в высотных зданиях только до третьего этажа включительно, а некоторые здания аварийные, но людей не хватает, чтобы заселить даже эти площади. Короче говоря, свободного жилья в поселке полно и маленькая комната для дочери первого охотника – это не верх мечтаний. Примирял со стесненностью уровень комфорта. Тут не нужно бегать на улицу в туалет. Вода в кране в отдельном только на эту комнату санузле присутствовала постоянно, а не в какое-то определенное время. В поселке, даже не в каждом доме, вода подавалась строго в определенные часы. Электричество в этом подземном доме, как уже отмечала, было постоянно. Однако нужно было определяться: в каком статусе я тут нахожусь. Понятно, что никто меня съедать не будет и в рабство не продадут, но нужно узнать, чем я обязана спасителю. Что он хочет от меня? Зачем спас? Не нужно думать, что я неблагодарная тварь, которая не желает платить по долгам, или, что у меня совсем нет чувства благодарности. Дело здесь в банальном желании знать, какие на мне висят долги. В комнате не стала устраиваться. Это еще успеется, если задержусь тут. Только оценила обстановку и вышла в гостиную, ту большую центральную комнату в которой мы оказались сразу после тамбура в который спустились с поверхности. Гостиная, так я её обозначила. Круглая комната, относительно большая с мебелью и скрытыми нишами в стенах. Восемь дверей куда-то вели, вероятно, в другие комнаты навроде той, что мне выделил спаситель. - Что будет дальше? - спросила я, сидящего на диване странного охотника. Старалась поставить вопрос так, чтобы он звучал как можно нейтральнее и обще. Надеялась получить как можно более объемный ответ, если спаситель захочет говорить. - Присаживайся, - указал хозяин данного места на кресло напротив себя. Простым жестом он выразил всё. Тут была и его неопределенность по отношению ко мне и желание обсудить ситуацию, и его пассивная позиция. Да-да, он отдавал инициативу мне, но делал это так показательно, что желания наглеть не появлялось. - Что будет дальше со мной? – повторила я вопрос, не зная, что еще спросить. Вопросов было много, но я решила следовать той линии поведения, которая у меня была в планах до того, как я зашла в эту комнату. - Всё зависит от тебя и твоих желаний, - ответил охотник. – У меня на тебя нет никаких особых планов, пока. - Как к тебе обращаться, спаситель, - решила я узнать имя своего благодетеля, осознав, что до сих пор ничего о нем не знаю, даже такую мелочь. - Гончар Виктор Степанович, - представился охотник, а я более внимательно всмотрелась в его лицо. Тут было не слишком яркое освещение, да и не было у меня раньше возможности увидеть его лицо, всё время он был в шлеме. Но вот сейчас, когда он снял плащ и шлем, я рассмотрела его как следует. - Он старый, - проскочила у меня мысль, и, видимо, что-то проскользнуло у меня на лице. Поняла это из-за реакции этого охотника. Он саркастически улыбнулся и спросил: - Что-то не так? - Всё нормально, - поспешила ответить я. – Просто мне казалось, что ты… вы – моложе. Не то, чтобы это было важно, просто… - замолчала я, поняв, что загнала себя в неоднозначную ситуацию. Ну, какое это вообще имеет значение? Ну, старый он, и что такого? – Вы видели мир до войны? - Может, сначала сама представишься? – предложил старик. - Мария Алексеевна Максимова, - отчетливо произнесла я. - Мир до войны, - задумчиво проговорил старик. – Не скажу, что всё в те времена было лепо, но сейчас всяко плоше. Впрочем, нужно жить здесь и сейчас. Воспоминаниями о былом действительность не исправишь. - Хмм, - издала я звук, означающий высшую степень озадаченности. – Любой другой старик начал бы топить за старые времена. Ой… - Не боись, - успокаивающе улыбнулся Виктор Гончар. – Я знаю, как выгляжу, и насколько старше тебя. Но сейчас давай поговорим про другое. Обсудим, что нам с тобой делать дальше. - Есть варианты? – спросила с вызовом, просто из чувства вредности. - Есть несколько вариантов, - спокойно, не поведясь на вызов, продолжил доводить до меня информацию старик. – Первый и самый простой: ты просто уходишь и живешь дальше своей головой, как сама решишь. Второй: ты остаешься со мной, и по отношению к поселку мы делаем вид, что ничего не знаем. Третий: ты остаешься, но по отношению к властям поселка мы идем на обострение, переводя конфликт из вероятности в действительность. - Первый и второй вариант не сработают, - немного подумав, указала я на невозможность такой ситуации. – Те парни были местными. Это дети уважаемых в поселке людей. Их будут искать. Там остались трупы и множество следов. Любой из опытных охотников пройдет по моему следу и сможет понять, что там произошло. Меня, если я вернусь в поселок, в любом случае спросят про случившееся. - Трупов уже нет, и все следы до самой границы поселка уничтожены, - как очевидную истину сообщая, сказал старик. – Никто ничего не найдет. Мне сразу же поверилось в его слова. Выяснять подробности не тянуло, просто боялась. В голову мне постучались мысли о сказочных демонах и драконьих деревьях. Понимала уже, что объяснения вполне найдутся, как было совсем недавно. Мистика и волшебство окажутся технологиями, самыми совершенными и невероятными, без какой-либо дьявольщины и просто не хотелось снова удивляться и чувствовать себя глупой. - Сначала ответь, - спросил меня старик, - останешься ли ты со мной или хочешь уйти? Остальное можно будет решить и позже. Можно сначала посмотреть, что будут делать ваши уважаемые люди поселка и тогда уже принять решение. Мне хотелось революции. Прийти в поселок и передавить всех гнид. Когда на твоей стороне воюет «демон», то чувствуешь уверенность в победе, чувствуешь силу, власть. Первый и второй варианты мне не нравились, но было непонятно: зачем этому старику встревать в заварушку из-за меня? - Я остаюсь, - выдавила из себя то, что смогла. В конце концов, он прав насчет того, что об остальном можно подумать позже, а сейчас мне всё равно некуда идти. Тут у меня будет удобное и безопасное место, а добыть еду и деньги я всегда сумею. Каких-то особых услуг этот старик от меня не требует. А с другой стороны, возможно, была бы и не против отношений с ним. Но всё-таки он старый. Виктор показал мне в этом жилище, как пользоваться разной встроенной бытовой техникой. Душ, туалет, кухонный синтезатор, средства связи и система внешнего наблюдения. Особенно впечатлило последнее. Не выходя из зоны безопасности можно было наблюдать за всей округой. Прямо из убежища я могла узнать всё, что происходит в поселке. Старик обучил меня пользоваться дронами слежения. Картинка выводилась на экраны, расположенные прямо в стене убежища. Бесплотным духом, невидимым оком я летала по поселку, находясь над всеми этими людьми. Осознание неуязвимости давало чувство силы, ощущение власти над всеми жителями поселка. Можно было узнать все их тайны, подслушать разговоры, подсмотреть места расположения тайников. Сначала я только и занималась разной ерундой, вызнавая всякую чепуху, подтверждая или опровергая для самой себя разные слухи поселка. Сначала проследила за Воротниным. Мне было интересно, продолжает ли он распускать обо мне слухи или уже успокоился. Глупость, конечно, в том смысле, что сначала мне нужно было бы осмотреть все места, где за мной гнались малолетние насильники и место расправы над ними, а не слухами уши и глаза забивать. Было даже обидно узнать, что этот Димочка совсем не расстроен разрывом отношений со мной. Он уже нашел мне замену. Кто бы мог меня заменить? Оказалось, моя лучшая подруга. Ну, это я так думала, что Маринка Ватрушкина мне подруга, но оказалось, что на самом деле всё не так. Слухи обо мне распускал не Воротнин. Он лишь единожды похвастался, чтобы произвести впечатление на Влада. Дурак, конечно, всё равно, но не настолько, как я решила. Основным распространителем слухов была Маринка. Вспоминая прошедшие события более детально, смогла понять, что и о слухах в первый раз я узнала от Маринки. Тогда еще и не заметила какого-либо изменения отношения ко мне, а слухи уже якобы были. Хотелось разорвать Маринку в клочки. Злость чуть ли не из ушей лилась. Потребовалось время, чтобы вернуть себе прежние благостные ощущения от осознания собственного превосходства. Секреты, которые я узнавала, подслушивая и подглядывая, не несли какой-то конкретной пользы, а всё чаще вызывали раздражение. Понимание, что я знаю скрытые мотивы людей, давали определенную власть, как и прежде, но зачем мне эта мизерная власть, над маленькими людьми? Наигравшись с системой наблюдения, я наконец-то решила заняться важными делами. К сожалению, нужный момент был уже упущен. Когда было время спокойно, опережая события проверить свой путь на наличие оставленных следов и возможных улик, я прозанималась ерундой. Теперь же оставалось только проследить за главными лицами в складывающейся ситуации. Разговор Родимова старшего с его слугой Мошкиным посмотрела в записи. Оказывается, и такая функция есть. Более того, здешний компьютер может сам выделять важное, делать запись и ставить оператору приоритет в просмотре. Поэтому, как только я «отпустила рычаги управления», то умная машина сразу же показала мне что-то действительно значимое. - Не знаешь, куда наши оболтусы запропастились? – спросил своего слугу Родимов. – Обычно они так рано вообще из поселка не выходят. Шушукались пару дней о чем-то, а потом вдруг сорвались. Как бы беды какой не случилось. Учудят, потом разгребай последствия. - Да что может случиться? – не разделял опасения своего господина Мошкин. – Наша зона почти безопасная. Никаких монстров там не водится. Наверняка сговорились на крыс поохотиться. - Поохотиться, - зацепился за слово глава. – А дочка старшего охотника, Машка, тоже недавно решила на охоту выйти? - Ну, да, - почесал затылок Мошкин. – С западного поста сообщали вчера – выходила. Сегодня отчета еще не было. - Не к добру это… - озабочено пробормотал себе под нос Родимов. – Хотя я предупреждал Влада, чтобы он поселковых не трогал, да и вообще, запретил создавать свою банду. Не к лицу это сыну главы и будущему наследнику владетеля, такими делами самолично заниматься. Но, у него зуб на Машку. Еще с отцом её у меня проблемы были. Как отец её сгинул, так не знал, что мне с этой девчонкой делать, разное при сыне высказывал, а он мог не так понять. – Родимов вздохнул, размышляя, говорить дальше или оставить тему. – Сейчас-то я насчет девчонки определился. Не опасная она, даже пользу может принести. Но у молодого придурка уже могли появиться в голове свои мысли, и не сказать, что умные. - Пошлю пару двоек наших охотников, - озвучил Мошкин, так и не высказанный приказ своего господина. Они уже давно работали вместе, и Мошкин мог угадывать пожелания Родимова еще до того, как они полностью сформируются. – Пусть проверят, куда наши лоботрясы подевались. На всякий случай отправлю самых верных, если что, то они сразу и приберут. Из этого короткого разговора я поняла, что старший Родимов меня убивать не собирался. Считая, что молодая девчонка-охотница для него угрозы не несет, он скорее придумал бы, как можно меня использовать. Роль Родимова в исчезновении отца осталась неясной. Но, не всё же сразу? Не в каждом же разговоре, к случаю или нет, он начинает сознаваться во всех своих грехах. Беспокойство в поселке началось тогда, когда вернулись разведчики. Они доложили, что разных следов неясной природы в сторону зоны от поселка хватает, но никакие из них не поддаются идентификации. Сразу же были отправлены еще разведчики, чтобы еще раз всё проверить. По поселку бросили клич, чтобы выяснить, кто еще потерялся, и были ли какие-нибудь происшествия ночью. Происшествия, кроме пропажи четырех молодых парней, были. В одном из районов исчезла девочка двенадцати лет. Просто выйдя рано утром в туалет во двор, она не вернулась назад. Родственники спали, поэтому сразу не смогли понять, что их дочь пропала. Мать и отец девочки уже начали искать свою пропажу, но еще пока без огонька, вяло. Они надеялись, что дочка, никого не предупредив, ушла погулять или к подругам в гости. Но в общий переполох они свою лепту внесли. Еще одной ночной пропажей был местный сварщик, дядя Гриша. Он любил выпить чего-нибудь покрепче и поэтому часто пропадал на какое-то время из внимания. Никто этому не удивлялся и не пугался. Наверное, не случись сейчас этих поисков по всему поселку, то и сейчас никто не обратил бы внимание на пропажу дяди Гриши. Не в первой. Дядю Гришу уже давно бы выгнали из поселка за возлияния, но сварщиком он был от бога и всегда честно зарабатывал, поэтому терпели его вольности и стремление к саморазрушению. Поиски продолжились с новой силой. Дядю Гришу таки нашли. Он просто напился, как это бывало раньше, и уснул, упав в какой-то канаве. По результатам расспросов удалось выяснить, что дядя Гриша ничего не знает о других пропавших жителях. Про четырех парней и себя я знала, но куда делась девочка? *** Всё время, что я наблюдала за жизнью в поселке, Виктор не сидел на месте. Он ходил по округе в режиме маскировки, занимаясь своими не совсем понятными мне делами. Пару раз он попал в объективы дронов и, следовательно, на экраны системы наблюдения, скорее всего, специально показываясь из невидимости, чтобы я не волновалась. Когда он вернулся на базу, то ознакомился с ситуацией, после чего предложил идти в поселок. По его убеждению, сейчас наилучший момент. Все ищут хоть какие-нибудь следы пропавших. Один пропавший нашелся. Пускай и еще кто-то найдется. Легенду можно быстренько придумать, чтобы не расходиться в показаниях. Особого контроля и расследования по отношению к нашедшейся охотнице не будет. Мне было как-то сомнительно. Всё-таки я прямым образом причастна к исчезновению парней, да и знаю, что случилось на самом деле. - Получится ли у меня убедительно соврать? – выразила я свои сомнения Виктору. - Я постараюсь создать для тебя историю, которая не будет противоречить действительности, - улыбнулся старик, - но и не раскроет нашего участие в судьбе несчастных. - Хорошо, - согласилась я. Виктор придумал простую, но складную историю: Утром я отправилась на охоту – проверить силки и капканы, что расставила вчера вечером. Выйдя из поселка, заметила, что за мной кто-то следует. Аккуратно свернула со своего маршрута, стараясь быть как можно более незаметной и оставлять меньше следов. Про следы можно было не беспокоиться по уверениям Виктора. Обещал сделать след, который не будет явным, но в принципе сойдет для подтверждения моих слов. Виктор показал маршрут, которым я якобы двигалась. Если будет проводиться следствие, то это может понадобиться. Преследователи, кто бы это ни был, прошли мимо. Возможно, они не заметили следы, или им вообще я была неинтересна. В этой части истории была ложь, но не такая уж большая. Ведь на самом деле, за мной мог идти еще кто-нибудь, кому я на самом деле была неинтересна. А насчет маршрута – так Виктор меня буквально провел по нему с помощью камеры дрона. В общем, ложь была, но отдельные моменты могли быть вполне правдивы. Далее, стараясь избежать ненужной встречи, я забрела на опасную территорию, где на меня напали дикие звери. Виктор меня тогда спас. Увидев, что я попала в беду, он пришел мне на помощь. Немного раздражало, что опасными зверями выступили рад-крысы. От небольшой стаи у меня были шансы и самой отбиться без посторонней помощи. Виктор убедил меня, что это мелочи, важно тут то, что мы встретились, и он помог. Иначе, крысы могли меня поранить. Он на самом деле организовал что-то похожее на место столкновения со стаей рад-крыс. Уж не знаю, где он успел добыть этих тварей. Виктор смоделировал на своём суперкомпьютере весь бой и заставил меня мысленно повторить все действия своего персонажа. Особо отметил те моменты, которые я должна была видеть. Отдельной графой шли те моменты боя, которые я видеть не могла или могла видеть, но не видела, и еще выделил то, о чем я могла догадаться. После детального разбора смоделированного боя у меня у самой возникло ощущение, что бой был. Как-то всё уложилось у меня в голове, и я могла с уверенностью рассказать, что и как происходило. Следующей деталью легенды было то, что Виктор Степанович предложил мне стать его ученицей. Сам он «свободный охотник» московского княжества. Он показал мне сертификат, сказав, что бумажка самая настоящая. Теперь мы, после отдыха решили вернуться в поселок. Особых планов у нас нет, поэтому можем задержаться и поработать на благо поселка. Не бесплатно, конечно же. Мне стало несколько стыдно от понимания, что Виктор с самого начала позаботился о возможности вернуться в поселок и был занят делом, тогда как я занималась играми. С другой стороны, у меня бы и не получилось всё так детально продумать и приготовить достоверные следы. Пусть я и охотница и умею читать чужие следы, но на большее что способна – это путать и сбивать след. Пройтись задом наперед, закольцевать свой след, залезть на дерево и перепрыгнуть на соседнее, пройти по руслу ручья – это я могла. Но, как оставить следы, чтобы они были связанные и достоверные? Этого я не знала. В поселок мы входили со стороны болота. Именно это направление соответствовало легенде в наибольшей мере. Свой шлем Виктор снял и поместил в наспинную сумку. Слишком много внимания привлек бы этот девайс. Не то, чтобы у свободного охотника совсем не могло быть такой вещи, но подозрения обязательно возникли бы. Остальная экипировка старика хоть и сильно превосходила всё, что я когда-либо видела, но внешне она сильно походила на обычную, доступную многим другим охотникам. Мне ничего менять в одежде не стали. Бывает, конечно, что охотник снабжает своего ученика всем необходимым, одевая и вооружая практически с нуля, но у меня несколько иной случай. Одежда у меня была вполне нормальная по местным меркам, а оружие нужно только забрать у местных властей. Внимание в поселке мы к себе привлекли. Практически сразу нас проводили к главе. *** Виктор Степанович Гончар. - Это именно та женщина, из-за которой вы выбрали это место для базы, мастер Гончар? – спросил искин Башка. Он знал, что это именно та женщина, и он знал, что я не люблю, когда он меня называет мастером Гончаром. Даже прямой приказ, не называть меня так, он из раза в раз игнорировал. На словах соглашался, беря под козырёк, но продолжал называть как прежде. Древняя технология… Башка был моим самым большим сокровищем. Это не обычный, ограниченный во всех смыслах искин содружества, а настоящая личность. - Да, это именно она, - подтвердил я, что уже и без того было понятно. - Все мои программы анализа выдают результат, что эта девчонка бесполезна, - выдал свой вердикт Башка. – Она хороший экземпляр с биологической точки зрения, по развитию ума она не показывает выдающихся результатов. Политическая ценность нулевая. Объект вербовки? Местный специалист по культуре? Зачем она нам? - Ты же знаешь, - делано удивился я. – У меня всё еще нет жены. Может, она станет мне подругой жизни. - В вашей манере излагать чувствуется насмешка, смесь сарказма и скепсиса, - выдал Башка результат очередного анализа. – Вы же не серьёзно, мастер Гончар? - Посмотрим, уже вполне серьезно ответил я, и Башка не стал продолжать тему. - Какие у нас планы? – спросил древний компьютер, перейдя на серьезный тон. - Оставлю пока девчонку здесь, - начал я делиться планами, чтобы искин просчитал вероятности. – Научу обращаться с системой наружного наблюдения. Пусть пока наблюдает за округой, а ты ей поможешь. Сам закончу сбор образцов и оставлю следы для возможности девчонки вернуться в поселок. - Это хорошая возможность для вас, мастер Гончар, пройти инфильтрацию, - последовали рекомендации Башки. – Необходимо скорректировать план действия, привязать девчонку к себе. Также, если вы действительно имеете в планах жениться на ней, я могу дать рекомендации для налаживания отношений. - Обожди с женитьбой, - велел я. – Дай план по привязке. - Предложите ученичество, - предложил Башка. – Вы вполне сойдете за опытного охотника. Бумаги Московского княжества я для вас изготовлю. Соответствующую запись в реестр внесу. Бумажный архив княжества пополню. Там у меня уже везде полный доступ. Да и агент там имеется. - Отлично, - согласился я с планом. – Так и поступим, но пусть сначала придет в себя. Познакомились. Показал, как работать с системой внешнего наблюдения. Пошел наружу из убежища, на разведку. Выйдя на разведку, прошел через зону, там, где всё случилось. Далее двигался по пути Марии. Несколько раз видел охотников, которые тщательно исследовали всю округу. По моему мнению никаких следов они больше не найдут. Пусть они и старались действовать аккуратно, но всё равно, постепенно всё затаптывали. В основном охотники рыскали в зоне, но были группы и в прилегающих районах. Собрав все необходимые пробы, выполнил план работ на сегодня. Далее занялся созданием следа. Нужно было не просто наследить, а сделать это правдоподобно и неявно, чтобы можно было объяснить, как охотники не заметили Машкин путь. Карта поисков, проводимых поселковыми, была составлена Башкой очень точная. Следы я оставлял там, где охотники проверяли не очень внимательно. Увел след в заболоченную местность, выбрав более или менее сухую полянку для создания фальшивого места моей битвы со стаей рад-крыс. Да-да, агрессорами были выбраны рад-крысы - не самые опасные твари. Но, что же делать? Любых других тварей было в разы сложнее быстро найти, да и для создания правдивой картины они подходили больше всего. Зомби-псы в местной зоне не могли быстро завестись, как и рад-псы, а вот рад-крысы время от времени мигрируют. Часто бывает, что маленькая стая отделяется от большой и уходит в поисках нового дома. Маша вполне могла наткнуться на такую стаю. На поляне я наследил как следует, опираясь на рекомендации Башки. Вся картина предполагаемых событий к этому моменту уже полностью была рассчитана мудрым искином. Следы миграции небольшой стаи рад-крыс были подготовлены. Башка также избегал оставлять след там, где охотники уже проходили. Тушки крыс тоже натащил Башка, для этого он привлек дополнительных дронов с расширенным функционалом. Когда всё было готово, я вернулся в убежище. Нам предстояло вместе с Марией пройти за болото, где Башка уже изобразил остатки нашего временного лагеря. Оттуда мы пойдем в поселок, почти открыто. Девчонке предложил стать моей ученицей. От такого предложения она пришла в восторг. Немного недоверия с её стороны было, конечно. Ни у одного охотника не может быть такого собственного убежища, как у меня. Поставил в планы, выяснить, что она обо мне придумает, чтобы потом просто исправить или подтвердить её фантазии. Несоответствия, которые неизбежно будут, через некоторое время перестанут иметь значение, нужно только добиться доверия сейчас. Некоторое время потратил, чтобы подробно изложить Марии легенду. Чтобы она могла убедительно и достоверно соврать, использовал свои псионические способности. Теперь пару суток она будет рассказывать легенду, как подлинные события, ни один эксперт не уличит во лжи. Уже на подходе к поселку нас обнаружили и сопровождали. Мария не заметила слежки. Отдав все охранные функции мне, она совершенно расслабилась. Такая вера в мою силу радовала, но было в этом и что-то неправильное. Ну, да ладно, не такой уж большой грех. В поселке Мария Алексеевна Максимова вышагивала как королева, мне даже стало как-то неловко, будто я прислуга, или что-то подобное. Но нет, ничего неучтивого в мою сторону она себе не позволяла, тут скорее причина ощущения из-за её раздувания цены её собственного ресурса. Она вдруг почувствовала за собой силу и вся «раздулась». Своими псионическими способностями я улавливал это её самоощущение и испытывал некоторое смущение по этому поводу, от волны превосходства, исходящей от девчонки. Приходилось прилагать душевные усилия, чтобы у меня ничего не проявилось внешне. Осаживать её сейчас будет неправильно, будет много свидетелей. Закрыться - тоже неправильно, потому как сильно просядут мои личные сенсорные способности. Постарался просто отвлечься от чувств Машки, переведя внимание на местных жителей. По дороге к управе встречались местные жители. Люди, как люди. Ничего особенного о них не скажешь. Вот пошел молодой мужчина в заляпанной машинным маслом куртке. На лице у него не видно беспокойства о потерявшихся, он скорее раздражен, что заставляют заниматься непрофильной работой. А вот мимо прошла женщина, на лице которой застыло какое-то безумное выражение из перемешанных чувств. Башка выдал справку. Да, это была мать потерявшейся девочки. Люди, как люди. У одних горе, и они готовы весь мир перевернуть, лишь бы всё исправить, а другие озабочены тем, что нарушился их график дня, и приходится терпеть неудобства. По одежде встреченных людей можно было примерно определить род занятий. Тот в испачканной машинным маслом куртке, скорее всего, был автослесарем, или как их тут называют, технарем. Мать пропавшей девочки была прачкой или домашней прислугой. Встретился еще замурзанный крестьянин, учительница, которую определил по внешне строгому виду, а также встретился стражник. Стражник нас и притормозил, велев идти к поселковому главе. Сзади у нас нарисовалась двойка охотников, которые сопровождали нас с болота. Не скажу, что нас в поселке сильно проверяли, оружия сдать не требовали, не обыскивали и не допрашивали, и к главе поселка допустили сразу же. Из всего сделал вывод, что настоящего разделения на сословия тут еще не произошло. Просто местные власти стали искусственно ускорять процесс формирования всяческих аристократов-дворян, которые правят стадом и, собственно, само стадо. Служивое сословие тоже уже начали выделять, так как именно на них и планировала опираться власть. Остальные пока выделялись индивидуально. Ну и крестьян уже начали потихоньку давить, если судить по виду встретившегося мне земледельца-огородника. Ладно… Сейчас поговорим с главой, расставим точки над ё.