Кандидат в боги или ваятель горшков.

Мария. Возвращаясь домой, чувствовала себя героиней. Слова благодарности и обещания любой помощи, заверения, что если что-то будет нужно – это было приятно. Но, Виктор сразу разуверил, чтобы я не надеялась извлечь какую-либо выгоду, кроме как моральной поддержки. Другой пользы не будет. Стоит завтра попросить о любой услуге, и эти милые люди будут раздумывать, стоит ли ввязываться, или лучше накормить просителя «завтраком». Конечно, мне не верилось, что семья Хорошеньких сможет отказать нам хоть в какой просьбе, наверняка старик наговаривает. Но как бы то ни было, словам старика удалось охладить мою радость и опустить высокий настрой. Спорить не хотелось, но и просто сдаться не могла, поэтому спросила: - На самом деле для нас нет никакой пользы? Старик даже смутился, наверное, почувствовал себя виноватым за моё испорченное настроение, или за оговор хороших людей. - Не пойми меня неправильно, - с толикой вины в голосе сказал он, - польза есть. Раньше ты в поселке была лишь тенью своего отца, а я до спасения девочки был никем - чужаком, теперь же и ты чего-то стоишь сама по себе, и я уже не пришлый чужак. Вроде бы старик и сказал своё веское слово, но что-то осталось недосказанным, однозначно. Мне послышалось в его словах какое-то чувство кроме вины, какая-то эмоция. Может ревность?.. Долго раздумывать над непонятками не хотелось, поэтому отбросила все свои бесплодные и бесполезные мысли. Мы пришли домой, тут были другие интересные дела. Чтобы не оставлять свою обиду за испорченное настроение на потом, я просто высказала Виктору всё, как есть, желая переключиться уже на празднование удачного завершения поисков Лизы. Виктор, на самом деле, не чувствовал себя виноватым за моё испорченное настроение, и, выслушав обвинения, формально извинился, поздравил с частичным выполнением нашей задачи и «приказал» праздновать успех. Странным образом, меня поведение старика успокоило и даже вернуло веселый настрой. Изображая строгость, я повелела Виктору накрывать на стол, а сама ушла готовить сюрприз. Праздник должен быть во всех деталях, а не только в еде. Мой сюрприз, пожалуй, в большей мере был пустой тратой денег и детской глупостью. Когда Виктор отсыпал мне от своих щедрот горсть золотых червонцев и сказал тратить, то я не смогла удержаться от некоторых покупок, которых никогда не смогла бы себе позволить. Это не было с его стороны мажорством, или еще какими-то понтами. Он на самом деле не воспринимал это золото, как ценность, и не чувствовал никакого превосходства от демонстрации богатств. Еще, он велел мне тратить, только пояснив, что не следует покупать броню и оружие, объяснив, что сам оденет и вооружит меня. Сходив на рынок, я первым делом накупила продуктов для пиршества. Брала всё, что только было на базаре, но денег потратила мало, даже десяти рублей на всю снедь не ушло. Решила прикупить патроны к револьверу. Шестьдесят револьверных патронов - по пятнадцать копеек за штуку, капсюли – сто штук по копейке за единицу, пулелейка за два рубля и кусок свинца за рубль. Счет, потраченных средств, приблизился к двадцати рублям. Что еще можно купить? Вспомнила про довоенную одежду у дяди Вартана. До войны у Вартана в поселке была пара магазинов и куча ларьков. Когда всё грянуло, то его брат попытался уехать на родину, в Армению, там осталось много их родственников. С братом собрался целый «табор». Но сам Вартан не хотел бросать своё имущество, поэтому и остался тут. Ларьки, ясное дело, разграбили да пожгли, продуктовый магазин по большей части распродал свою продукцию за бесценок, за деньги, которые таяли под действием инфляции, как снег под майским солнцем. Но лучше так, чем голодный бунт. А вот с магазином одежды получилось проще. Тряпкам для сохранения не нужны холодильники. Вартан перевез почти все по своим резервным складам, считай - спрятал. Теперь, предприимчивый армянин понемногу доставал раритетные одежды со своих складов и продавал их за большие деньги состоятельным любителям моды. В поселке только Вартан составлял какую-то конкуренцию Струговым. А соперничать за клиента со Струговыми было очень тяжело. Стругов водил дружбу с новым главой, поэтому имел особые каналы поставки различных товаров. Да, поселку тоже была выгода от поездок Стругова старшего в Москву, но регулярно ездящий до Москвы грузовик заправлялся за счет бюджета поселка, ремонтировался в мастерской поселка, даже шофер получал зарплату не от Стругова, а у Родимова. Маша была уверена, что Стругов в доле с Родимовым, иначе никак не объяснить такое тесное сотрудничество. Стругов закупал в Москве такие товары, которые никто не продал бы простому частнику. Но сейчас речь не за Стругова, а за Вартана Оганесяна, у которого можно купить что-нибудь из довоенной одежды, или даже не про Вартана, а про саму одежду. Еще года три назад, когда я была маленькой, то видела у дяди Вартана в магазине красивое платье из гладкой ткани и невероятные туфли на высоком каблуке. Спросив у отца: Что это такое? Узнала, что это женская праздничная довоенная одежда. Потом мне даже сон приснился, что я на приеме у Московского князя в этой одежде присутствую. Музыка, мелькание света, танцы, угощения – очень приятный сон был. Но при всей красивости этой одежды, она была и столь же непрактичной. Высокие каблуки делали осанку более горделивой и подтянутой, но не помогали быстро бегать и ходить по лесу. Ткань платья была очень приятной на ощупь, но не могла защитить даже от зубов обычной крысы, чего уж говорить о рад-мутантах. Желание выглядеть красиво в современном мире всегда уступало практичности. Я не могла выкинуть кучу денег на вещи, которые никогда не буду использовать, поэтому я могла только мечтать о таком платье и таких туфлях. Однако многое переменилось с тех времен. Отец где-то пропал, так что пришлось некоторое время жить своей головой, а потом появился Виктор. Агент Университета и, скорее всего, не из последних, с ним можно и к князю когда-нибудь попасть в гости. Кроме этого, Виктор сорил деньгами, можно было этим воспользоваться, чтобы осуществить хоть маленькую долю мечты. Вартан как обычно начал сыпать комплементами и звать в жены. Это была такая шуточная игра, но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки. Свою привлекательность я осознавала и, поддерживая шуточную игру, старалась, чтобы она не перешла в какой-то иной характер. Никогда не позволяла себе лишнего и проводила границы, как для себя, так и для Вартана. Перебрасываясь шутками и прибаутками, я купила приглянувшееся платье и туфли на высоченном каблуке. Представление о том, как это должно выглядеть у меня было. Хранилось у меня несколько женских журналов с довоенных времен, еще смотрела видео на ноутбуке отца. Так что про косметику я тоже знала, и у Вартана нашлось кое-что подходящее. Доброе отношение ко мне со стороны Вартана Оганесяна не помешало тому попытаться обобрать меня по максимуму. Предложил еще красивое нижнее бельё, чулки, разную золоченую бижутерию. Даже накупив всего, не потратила и сотни рублей, считая вместе с продуктами и патронами. Когда вернулась домой, то не стала показывать личные покупки Виктору. Платье, туфли и всё остальное было аккуратно запаковано. Не видно, что внутри, но внимание привлекало. Мне хотелось сделать старику сюрприз, сразить его своей красотой. Даже начала подозревать себя насчет такого странного желания, уж не хочу ли его соблазнить и привязать к себе таким образом? Потом было продолжение поисков Лизы и её спасение. Успех. Праздник. Повод показаться Виктору во всей своей невероятной красе был железный. Велела Виктору накрывать на стол, а сама удалилась в комнату, где переоблачилась в праздничную, можно сказать парадно-торжественную одежду. Платье сидело хорошо, всё-таки я у Вартана его примеряла. Туфли тоже хорошо подходили по размеру и были даже удобными с поправкой на каблук. Уверена, что они нигде не будут натирать и давить. Ходить в такой обуви, конечно, мне было непривычно, но видела, как нужно вышагивать, правильно сказать – дефилировать. Пройдясь по комнате туда-сюда, немного приловчилась. Из косметики в вечернем полумраке решилась нанести только помаду на губы и немного на верхние веки, видела такой косметический прием. Можно было выходить. Праздник на мой непритязательный взгляд удался. Конечно, он не мог идти ни в какое сравнение с приемом у князя, о котором я знала только из сна, но сытная обильная еда, приятная компания и благожелательное настроение позволили мне хорошо отдохнуть душой. Пусть я и не замечала, насколько сильно на меня всё давило в последнее время, но разрядку от этого напряжения ощутила в полной мере. Старик был восхищен моим внешним видом и даже не стал ничего говорить о потраченных деньгах, что я подсознательно ожидала. Он сразу же соскочил со своего места, стоило мне только войти на кухню. Ловким и слитным движением он поклонился и подставил мне сгиб локтя, за который я рефлекторно ухватилась. Пусть и было нужно сделать всего два шага, но сделаны они были будто на светском приеме. Старик отодвинул от стола стул, предлагая мне сесть, после чего зажег парафиновую свечку, которую отыскал где-то в кухонных ящиках. Цветов не было, а жаль. Налив в кружки какого-то алкогольного напитка их своей фляжки, Виктор произнес тост о надежде на сотрудничество и понимание между поколениями, за успех и развитие, после чего мы выпили. До этого я уже пробовала алкоголь – фильтрованную и нефильтрованную брагу, ну и самогон. Вкус и запах у тех напитков был мне не очень приятен. То, что налил старик, было не сильно лучше на мой вкус, но по каким-то признакам я поняла, что это очень дорогой и даже благородный напиток. Наверное, такое ощущение сложилось из-за того, что мне не захотелось сразу же срыгнуть проглоченное обратно наружу, как в случае нефильтрованной браги, и не захотелось зразу же чем-нибудь запить или заесть, это как в случае с самогоном, просто вдруг стало тепло внутри, и краски вокруг налились ярче цветом. Виктор что-то рассказывал, плел кружева неявных комплиментов, а мне было просто очень хорошо. Сейчас мне Виктор не казался таким уж старым. Все движения быстрые и точные, взгляд цепкий и ясный, не боится принимать что-то новое. Пусть z-вирус изменил всех людей, и сейчас даже старики не становятся развалинами, но у них всё равно появляется какая-то скованность в движениях, а у Виктора скорее степенность, а не скованность. Даже вздохнула, размечтавшись о чем-то совершенно нематериальном и ускользающем. Виктор на мой протяжный глубокий вздох отреагировал совершенно неожиданным образом. Он призвал парочку своих вездесущих дронов и пригласил на танец. Дроны тихонько воспроизводили какие-то мелодии, а старик не торопясь кружил меня в танце. Совершенно не соображая, что делаю, я потянулась поцеловать своего спасителя и благодетеля. Не знаю, чем бы это могло закончиться, но меня именно в этот момент неожиданно и окончательно сморило. Виктор Любовный порыв Марии был, в общем-то, прогнозируемым, но, тем не менее, неожиданным. Пережитые недавно события и желание привязать к себе сложилось у Марии в определенную линию поведения. Конечно, я мог принять её благодарность и перевести отношения в другую плоскость, но мне уже было понятно, что Мария не та единственная и неповторимая, как бы глупо это ни звучало, которую я хотел бы назвать своей женой. Само собой, столь высокие цели декларировались мной для Башки и носили несколько шутливый характер. В реальности же, мне уже было ясно насчет Маши, что я не являюсь её идеалом мужчины и, что более важно, у нас не установилась псионическая связь муж-жена. Не хотелось просто воспользоваться ситуацией, это сильно усложнило бы мне жизнь. Поэтому я воздействовал на Машу, погружая её в сон. Возможно, она завтра утром не вспомнит своего порыва, вызванного отчасти алкоголем. Ссориться с девушкой я не хотел. Отнес ученицу на её кровать, не пытаясь даже раздеть, только туфли с неё снял. Во сне девушка улыбалась, и я не удержался от желания прикоснуться к её мыслям. В грезах она танцевала на каком-то балу окруженная вниманием молодых мужчин. Стало как-то немного стыдно за своё вторжение, будто подглядываю за чем-то интимным. Понятно, что так оно и есть, но раньше у меня никогда не возникало таких метаний в душе, когда я проверял своих сотрудников на верность. Вернувшись на кухню, постарался успокоиться. Всё-таки Маша была очень красивой девушкой, чтобы легко игнорировать её «приглашения к более тесному сотрудничеству». Однако обдумывание серьёзных дел и планов привело меня в нужный настрой. Надеюсь, завтра мы уже сможем попасть в бункер. Обратил сегодня внимание, что опека со стороны главы поселка ослабла. После того, как мы нашли Лизу, приставленный к нам шпион пропал, видимо побежал докладывать начальству. Возвращения шпиона я так и не дождался. Возможно, слежку с нас уже сняли. Принял решение, показать Маше запись с Земского Собрания. Там Павел Воронов, ректор Университета, впервые озвучил теории, которые вполне правдивы и верны. Такой подход освободит меня от многих объяснений и во многом подтвердит Машину версию с моей причастностью к Университету. На этих мыслях я и успокоился. Утром Маша не вспоминала свой вчерашний порыв. То, что она всё помнит, выдавало только её смущение. Но я не поднимал эту тему и не давал поводов ей как-то вернуться ко вчерашнему, да и не очень-то ей этого хотелось. Поэтому позавтракав и быстренько собравшись мы выдвинулись к бункеру. В бункере Машу ждал приятный сюрприз. Ночью мне на нейросеть пришло сообщение от Башки: броня и оружие для ученицы готовы и доставлены. По пути я следил за обстановкой и так и не заметил слежки. Будь я ограничен только своими чувствами, то могли бы остаться какие-то сомнения, но кроме меня все передвижения в округе отслеживал еще и Башка со своей армией дронов, что исключало вероятность ошибки. Слежку с нас сняли. В бункере Маша получила свой подарок и сразу же переоделась в новенькую броню. Полностью использовать потенциал этого облачения она не могла, для этого нужно было иметь нейросеть и несколько освоенных баз знаний. У меня еще пока не назрело решение по установке ученице нейросети. Пусть пока так походит. Обновка ученице сразу же полюбилась. Пусть внешне она и была похожа на одеяния местных охотников и «полиционеров», но при более близком рассмотрении разница становилась очевидной. По классификации Содружества это была легкая индивидуальная броня. При включенном режиме хамелеона цвет её подстраивался под окружающий фон. В отключенном состоянии этот костюмчик был грязно-серого цвета. В некоторых местах были броневые вставки, но небольшие, чтобы не нарушать маскировку под местные образцы. Материал основы на самом деле был ячеисто-чешуйчатый, но видно это было только при ближайшем рассмотрении. Колени о локти невозможно было укрепить без внешних накладок или каких-нибудь утолщений с жесткими вставками. Тут, собственно, тоже не ушли от этого. Утолщения были в виде складок, которые на ощупь оказались более твердыми, чем материал основы в других местах. Броня была выполнена в виде комбинезона. После одевания она сама утянулась по фигуре Марии. Отдельными элементами шли перчатки, сапоги, шлем и накладки на грудь. Остальные накладки потом подберем. Дополнительно выдал Маше персокомп совмещенный с коммуникатором, который надевался наручем на левую руку. Облачившись, ученица поприседала, попрыгала, кувырнулась через голову вперед, потом назад, изобразила удары ногами, наклонилась вперед, назад, в стороны и вынесла вердикт: - Классно! В завершение ученица получила от меня плазменный пистолет и накидку к её легкой броне. Накидка тоже была непростая и включалась в маскировочный комплекс брони. Она помогала скрывать инфракрасное излучение от носителя и служила дополнительной защитой от повреждений. - Пострелять в бункере негде, поэтому тебе придется немного потерпеть с испытанием оружия, - сказал я Маше. – Пока же, я хочу, чтобы ты посмотрела одно видео. Лучше один раз увидеть, как говорится, чем сто раз услышать. - Что за видео? – спросила ученица, пребывая в ванильно-розовом настроении от обилия подарков. - Это первый Земский Собор, который проходил в Твери, - сообщил я. – Просто тебе сейчас может казаться, что Московский князь – это какая-то недостижимо высокая и светлая личность, отец родной, строгий но справедливый, что поддерживает закон и порядок. Где-то, конечно, так и есть, но всё несколько сложнее. Посмотришь – поймешь. Разместив Марию в кресле, практически затолкав её на место, включил экран. Сам расположился на полюбившемся диванчике. Маша всё еще пребывала где-то на небесах, витала в фантазиях и упивалась там, в этих фантазиях, собственной крутизной. Только через пять минут, я начал давать кое-какие комментарии относительно происходящего на экране, акцентируя внимание, и Мария наконец-то заинтересовалась показом. Общая часть была несколько нудной. Следовали долгие представления делегатов из разных регионов разбитой на кусочки большой страны. Часть сугубо официальная и формализованная до крайности. Все выходили по очереди, представлялись и коротко озвучивали вопросы, которые хотели бы поднять на собрании, после чего уступали место. После представления делегатов первым выступал Московский князь, Анатолий Георгиевич Кирияк. - В это трудное время нам нужно всем сплотиться вокруг сильного лидера, - разорялся этот деятель, подразумевая себя центром сплочения. – Москва долгое время была столицей нашей огромной страны и сейчас мы снова готовы стать центром, что объединит вокруг себя все народы России. У нас скопились самые большие по России управленческие кадры, работает самое большое, центральное, отделение Университета, работает монетный двор. В Москве и Подмосковье сохранились заводы и лаборатории при институтах. Мы готовы предоставлять нуждающимся своих специалистов и технику… Далее шли другие обещания пачками, которые должны были показать, что князь обо всех заботится. Выступление Питерского князя мало чем отличалось от выступления его коллеги из Москвы. Похожие обещания без какой бы то ни было конкретики с довеском из критики в сторону москвича. Далее Пётр Воронов, ректор Университета, дал слово Иркутскому князю. Странным образом сибиряку практически ничего не было нужно, хотя москвич и петербуржец уверяли, что регионам нужны специалисты и управленцы. Сибиряк посетовал, что нет возможности вывозить уголь. Производство бензина они уже смогли наладить, доставляя нефть по Лене откуда-то с севера своей области. Продовольствия в достатке, с зомби и мутантами в городах уже разобрались. Работников хватает. Постепенно жизнь налаживается. После Иркутского князя слово взял Хабаровкий. Там ситуация была немного сложнее, чем в Иркутске, но люди тоже смогли самоорганизоваться. Нефть они брали на Сахалине, проложив туда дорожку по Амуру. Продовольствия людям там хватало. Людей тоже было достаточно для ведения дел. Князь пожаловался только, что в регионе слишком много китайцев, поэтому все местные уже разговаривают на какой-то страшной смеси русско-китайского диалекта. Ему поддакнул Иркутский князь. Пятым выступал Якутск. Тут уже были проблемы, но не те, которые озвучивала Москва и Питер. Нужны были компактные реакторы и лаборатории по очистке ядерного топлива. Нужен был транспорт для доставки угля нуждающимся регионам. Якутск предлагал золото для удовлетворения потребностей монетных дворов Москвы и Петербурга. Жаловался на кочевые банды, что разоряют маленькие поселения. Сургут обещал залить всех нефтью и задымить газом, только дайте труб. Челябинск обещал трубы, арматуру, рельсы и любую технику, но требовал дать ему больше угля и компактных ядерных реакторов и пластмасс. Откликнулись Тольятти и Брянск, обещая пластмассы, только нужна нефть и энергия. И так шло довольно долго. - Какой поразительный контраст, - проговорила Маша. – Москва и Петербург делят право на власть, а остальные пытаются решить хозяйственные проблемы. А порой готовы дать свою продукцию задаром. - Погоди, немного охладил я девушку. – Там еще кое-что интересное будет. Москва и Петербург не столь бесполезны, как может показаться. Но ты права, Воронов специально составил порядок выступающих так, чтобы князья Москвы и Петербурга выглядели паразитами. Последним, подводя итоги, выступал ректор. Он обещал восстановить железные дороги, дать паровозы и компактные ядерные реакторы. Доставить до отдаленных регионов химические лаборатории, на базе которых возможно развернуть небольшие производства разных химических реактивов. Обещал построить или восстановить центрифуги для очистки ядерного топлива и сыпал другими обещаниями. А Московский и Перербуржский князья приуныли. Однако Воронов не закончил своё выступление на столь неоднозначной по отношению к Москве и Питеру ноте. После короткого перерыва, встав за тумбу для выступлений, трибуну, он начал свою завершающую тот день речь: - Мы обсудили множество вопросов сегодня, господа. Обсудили немного спор князя Москвы и князя Петербурга. Выяснили, что в первую очередь требуется регионам и что они готовы дать уже сейчас. Определили проблемы дорог и транспорта. Посчитали энергетические нужды и спрос. Сам я обещал, что Университет обеспечит все потребности крупных городов в ближайшие пять лет, как в энергии, так и в сложных производствах. Кое-что у нас готово уже сейчас, кое-что нужно восстанавливать. Запас компактных реакторов есть, недавно нашли резервный склад, но всех потребностей он закрыть не сможет. Но есть еще один важный вопрос, который никто здесь не озвучил. Воронов сделал многозначительную паузу. - Что вообще у нас происходит? Говоря «у нас» я имею в виду не Россию, а всю планету. Что это за ядерная бомбардировка, при которой взрывается одна бомба из сотни, или даже из тысячи? Что это за зомби восставали из мертвых, чтобы нападать на людей? Да они и сейчас, бывает, появляются. Почему так много мутантов и всяческих невероятных существ. Собственно, не только мир изменился. Люди тоже изменились. Сейчас нужно очень постараться, чтобы найти человека с кариесом в зубе или с плохим зрением. Я сам до войны был молодым аспирантом, только защитившим кандидатскую, но уже с толстенными очками и кучей пломб в зубах. Теперь у меня стало прекрасное зрение без операции, и зубы крепкие. Что происходит, господа? Наверное, это просто не ваше дело, задаваться такими вопросами. Это как раз наше дело, дело Университета. Сейчас я хочу поделиться с вами всеми некоторыми сведениями и выводами, которые мы с коллегами сделали, наблюдая за всем, что происходит. Сначала факты, что мог наблюдать каждый. Впрочем, я их уже озвучил, поэтому перейдем сразу к тому, что обнаружили более глубокими методами познания. Не взорвавшиеся бомбы, z-вирус, мутации – всё это звенья одной цепи. Причиной являются технологии, которые были недоступны нам до войны, остаются недоступными и сейчас. Нанотехнологии с большой буквы. Это не какие-то нанопластыри, которые якобы адресно доставляют лекарство внутрь организма, не фильтры тонкой очистки, не светоотражающие покрытия, это совсем другой уровень. Мельчайшие роботы размером меньше молекулы белка. Их размеры около двадцати нанометров. Эти конструкты могут производить воздействие с точностью до десятых долей нанометра. Да, это еще не атомное конструирование ДНК, но уже близко и тоже весьма впечатляюще. Кроме того, эти нанороботы могут себя воспроизводить. Однако основная сила этих нанитов не в тонкостях манипуляций с живыми клетками и не в их способности к самовоспроизводству. Их главная сила – это источник питания. На стене аудитории был повешен белый экран для показа слайдов. По знаку Воронова в помещении приглушили свет, и на экран было выведено изображение нанита. - Как видите, нанит с которым мы имеем дело, напоминает бактериофаг. У него есть головка, хвост и фибрилы. Мы с коллегами подозреваем, что именно с этого типа вируса была срисована архитектура нанита. Источник энергии нанита расположен в головке. Источник энергии нанитов - это на самом деле волшебное вещество. Мы назвали его гиперчастицей, хотя, скорее всего, это не частица, а какой-то еще более сложный конструкт, чем сам нанит. Гиперчастица находится в ином измерении, а в нашем пространстве мы можем наблюдать только её проекцию. Собственно основная роль нанитов – это удержание гиперчастицы. Сейчас мы не можем повторить этот эффект, поэтому изучение самой гиперчастицы для нас возможно только через изучение нанитов. Сами наниты не очень умны. В них заложены определенные шаблоны поведения, один из шаблонов это создание своих колоний. Подобно вирусам наниты ищут подходящую среду обитания. И так же подобно вирусам наниты могут в какой-то мере частично управлять поведением своего носителя. Так зараженные токсоплазой грызуны перестают бояться кошек, чтобы вирус передался для дальнейшего развития, а бешенство заставляет кусать и царапать всех окружающих и избегать воды. Но наниты – это не вирус, и возможности применения его гораздо шире, чем биооружие. Можно засеять наниты в питательную среду и они размножатся. В каждом таком наните будет присутствовать гиперчастица, энергия которой в тысячи раз больше энергии атома урана. Для лучшего понимания масштабов, скажу иначе: колония нанитов массой в один грамм соответствует энергии сжигания нескольких сотен килограмм угля. Определить точные величины мы не можем потому, что восполнение энергии гиперчастиц идет безостановочно до полного насыщения нанита. Это поистине невероятный источник энергии, бесконечный. Я бы рекомендовал заняться только этой технологией, оставив все другие, если бы не обстоятельства при которых мы познакомились с нанитами. С одной стороны, ядерные боеприпасы не взорвались именно из-за их воздействия. Вроде бы хорошо, но возможно, захватчику просто не нужно, чтобы вся планета была заражена радиацией. Возможно, очищение от радиации займет много времени. Что это возможно с такими технологиями, я уже не сомневаюсь. Восстание мертвецов, которое мы изначально определяли как воздействие Z-вируса, на самом деле стало возможно только благодаря извлечению энергии из гиперчастиц. Мертвецы только на начальные мутации тратят огромное количество энергии. Без гиперчастиц такое превращение происходило бы в десятки раз медленнее, и приводило бы к усыханию трупов до состояния мумий. Но зомби – это тоже еще не всё. Заражены мы все, а ходячими мертвецами становились в начале процентов десять-двадцать от числа умерших и процента два, примерно, от числа живых, что заразились зомби-вирусом. У остальных же, восстановление зубов, спонтанная коррекция зрения, снижение потребностей в еде, общее укрепление здоровья. Мы с коллегами смогли выделить два типа нанитов. Сначала мы думали, что их функции как-то отличаются. Ну, как бы есть плохие парни и хорошие. Но дальнейшие исследования показали, что по своим возможностям воздействия наниты никак не различаются между собой, а внешние различия связаны, вероятно, только с разностью начального производства, то есть с разностью пути первоначального получения этих механизмов. Получается, что наша планета подверглась атаке как минимум двух сил, которые технологически находятся на равных уровнях развития. Судить о возможностях создателей нанитов и о их целях мы не можем, слишком велика пропасть знаний между нами. Но вот те, кто создал Z-вирус и выпустил его на нас, определенно, находится на более низкой ступени развития, чем создатели нанитов. На экране по знаку Воронова появился другой рисунок. - Здесь изображен зомби-вирус. Его размеры около ста пятидесяти нанометров. Внешне он похож на вирус бешенства. По воздействию, собственно говоря, тоже очень схож. Такую дрянь, наверное, смогли бы создать и мы, имея в качестве исходника обычный вирус бешенства. Вся сложность этой дряни в том, что она находится в симбиозе с нанитами. Этот зомби-вирус, однозначно – оружие, направленное против людей. В итоге, рассуждая логически, мы приходим к выводу, что кто-то получил в руки технологии, намного опережающие их нынешнее развитие и смог приспособить эти технологии в качестве оружия. Этот кто-то применил, или просто испытал оружие на нас. Трудно сказать, сколько на самом деле сторон в этом инциденте. Но, возможно, вы помните странные события перед началом эпидемии. Пропадающие спутники на орбите, вспышки в относительно отдаленном космосе, странные террористы и столь же странные люди, что пытались им помешать? Не буду изводить вас всеми возможными версиями, скажу прямо: мы имеем дело с инопланетным вторжением. Часть пришельцев пыталась нас уничтожить, выпуская зомби-вирус, другие пытались им помешать. Хотелось бы и ядерные бомбардировки свалить на пришельцев, но тут уж мы, скорее всего, сами постарались. Странным выглядит момент, что воздействие нанитов прошло по времени раньше вируса и ядерных бомбардировок. Нанитов ли? А может гиперчастиц? - Господин ректор, - прервал рассуждения профессора Московский князь, - можно ближе к делу. Всё что вы рассказываете, без сомнения очень интересно, но к чему вы собственно ведете. Покороче, пожалуйста. - Да, конечно, Анатолий, - ничуть не обиделся Воронов, - я уже подошел к сути. Всего лишь хотел выложить все предпосылки. Мы имеем дело с тремя разными уровнями технологий. Гиперчастица – это что-то заоблачное, что для нас можно назвать волшебством без натяжек. Наниты – тоже волшебство, но гораздо проще и в какой-то мере понятней. Ну и зомби-вирус – что по уровню превосходит наши довоенные тохнологии, но вполне приземленный сам по себе. Ах да, чуть не забыл, агенты вторжения, как и их враги, до сих пор могут находиться среди нас. Но главное, их технологии для нас окажутся вполне доступны и понятны. На этом моменте я выключил видео. - Выходит, на нас напали пришельцы? – задала вопрос Мария. Она уже догадалась, что мне нравится давать объяснения на её многочисленные почему и как. – И еще, профессор Воронов будто сказал: найдите мне пришельцев и технологии! Только сделал это без слов. - Всё верно, - улыбнулся я. – И этих пришельцев уже нашли. Кое-что из технологий пришельцев уже стало доступно. Но, на момент этого собрания, контакт еще не был установлен. Однако не все пришельцы одинаково полезны. Одна из наших задач – это искать инопланетных вредителей. - А эти пришельцы, - подбирая слова и морщась, начала вопрос Мария, - они только с нами сотрудничают? - Нет, не только. В Америке есть институт, там тоже сотрудничество налажено, с Австралией ещё дела имеют и Китаем. Да, вообще, почти со всеми. Самая тяжелая ситуация сейчас в Европе. Население там было относительно большое, поэтому вирус там разгулялся шире, чем у нас, повреждений инфраструктуры было больше. До туда ракеты быстрее долетают, чем до Америки. Китаю и Индии тоже от вируса сильно досталось. Австралия меньше всего пострадала. В скандинавских странах тоже относительно легче вирус прошел. Сейчас они занялись восстановлением нефтедобывающей платформы. Как наладят поставку горючки, так им легче станет. Сейчас мы им помогаем, Университет помогает, ну и пришельцы, наверное. - Удивительно, - устало проговорила Маша. – Будь жив отец, я бы, наверное, и не узнала бы никогда, что сейчас делается в мире. Хотя, папу жалко. Просмотр занял почти весь день с перерывами на прием пищи и справление нужд организма. Пора уже было ложиться спать. Башка на страже нашего покоя. Поселок под слежкой. Всё-таки, общаясь с Машей я понял насколько разное у нас восприятие, и дело тут не в возрасте. Для неё всё вокруг было домом. Именно так она воспринимала действительность. Она тут жила. Тут были опасности, но и свои маленькие житейские радости и развлечения. Момент с праздничной одеждой и последующей «вечеринкой» очень хорошо мне показал ситуацию. Я – просто играл роль кавалера, выполнял задания, она – жила.