Падение в тиши

Некоторое время юноша стоял и пытался осмыслить то, что произошло. У него остался неприятный осадок после этой встречи. Трудно поверить, что старик пришел только для того, чтобы посмеяться над ним. К чему все эти загадки и наставления? Казалось, что в его словах был какой-то намек, который он пока не мог уловить. В конце концов, после нескольких мгновений ступора, он раздраженно фыркнул и решил не думать об этом. Вокруг была все та же тишина, но казалось, будто она стала другой. Он настороженно водил глазами, оглядывая мощеный камнем двор, но не заметил никакого движения или чей-нибудь тени. Юноша перевел взгляд на замок. Тот все также чернел под покровом тумана. Выглядело жутко. Он собрался с духом, пересек двор и остановился перед массивной черной двухстворчатой дверью с серебряными ручками. Взявшись за них, он с силой потянул на себя. Тяжелая дверь поддалась не сразу и издала громкий скрип. Он вошел внутрь и оказался в просторном темном холле. Свет из больших окон слабо освещал пыльное и заброшенное помещение, а вымощенный булыжником пол во многих местах был расколотым и проросшим; пробравшийся туман устлал его серой дымкой. Пахло сыростью. Массивные колонны, росшие из пола и обвитые плющом, жутко темнели, стоя вдоль стен, словно рыцари, встречающие короля. Блеклый ковер непонятного цвета, на который ступил гость, вел в этот коридор выстроившихся по струнке колонн, навстречу чему-то темному и неподвижному. Оно замерло между двух парадных мраморных лестниц, ведущих в огороженное перилами фойе второго этажа. У парня возникло ощущение, словно его давно ждали здесь. Он начал осторожно подкрадываться к черному неподвижному силуэту, и по мере приближения тот все больше возвышался над ним. Юноша подошел совсем близко, затаив дыхание. Спустя несколько мгновений напряжения, он облегченно выдохнул, убедившись, что это просто статуя на постаменте. Глаза привыкли к темноте, и он разглядел в ней женские черты. Каменная женщина равнодушно и гордо смотрела поверх его головы. Ее тело прикрывала легкая ткань, наброшенная на нагое тело с нарочитой небрежностью. Осмотрев скульптуру женщины, юноша поднялся по одной из мраморных лестниц. Он прошелся по фойе второго этажа, оглядывая разодранные и поблекшие от пыли гобелены на стенах; отсюда он завернул в один из коридоров, с одной стороны которого были высокие готические окна, а с другой – двери в многочисленные комнаты. Заглядывая по очереди в каждую из них, он видел одно и то же: пыльные помещения с кроватями и диванами, перевернутые стулья, сундуки и лежащие на полу тряпки. Не найдя в комнатах ничего интересного, парень завернул за угол, спустился по лестнице и начал бродить по закоулкам. Петляя по коридорам, он ежился от холода и сырости и потихоньку продвигался по этажам. Звуки шагов отражались от пола, летели по коридорам, во тьму, ища встречи с чем-нибудь определенным. В трещинах каменного пола поселились сгустки тени, поглядывающие на непрошеного гостя из своих нор. Он бродил долго и бессмысленно по темноте этажей и это не пугало его. Подсознательно юноша понимал, что никого не встретит, но продолжал свой путь. Он не знал, чего искал. Коридоры были подобны бесконечному лабиринту. Они повторяли друг друга, множественно отражаясь в зазеркальях. Ему казалось, словно он затерялся и забылся, словно не существует ничего кроме нескончаемого ожидания. Чем дальше он уходил, тем все более пустела его голова, и он чувствовал себя призраком. Внезапно раздавшееся из глубин коридоров лошадинное ржание заставило его очнуться. Потусторонний звук пронесся по пустоте, разносимый эхом. Юноша в недоумении замер, оглядываясь. Ему стало жутко. Что за странное место? Он сомневался в том, действительно ли он слышал этот звук или ему просто померещилось. Юноша прислушивался, стоя спиной к стене, надеясь услышать его еще раз. Но вокруг была тишина. Он настолько был не уверен в реальности происходящего, что, нахмурившись, решил, что это ему почудилось. Нащупывая рукой стену, он обнаружил ручку двери. Это была массивная дверь, и она немного отличалась от остальных, которые он до этого встречал. Парень без задней мысли открыл ее. Эта комната была не в столь плачевном состоянии как другие гостевые помещения, но она все же чувствовалась неживой, как и все места, оставленные людьми. У боковой стены стояла большая двуспальная кровать с балдахином, напротив нее – зона отдыха с камином, шкафами, креслами и диваном, а напротив входа – застекленная дверь на балкон. Все поверхности покрывала пыль, и из-за этого вещи казались безвкусными и призрачными. Парень вошел, закрыв за собой дверь. Вид потухшего камина не вязался с духотой комнаты. Он подошел к балкону и отворил двери. В помещение пробрался туман, покрывший собой каменный пол с ковром и окутавший вещественность, превратив ее в прозрачную иллюзию. Стало прохладнее. Затем он подошел к книжным шкафам и провел пальцами по одной из тусклых от пыли корочек. Книга имела незнакомое название и стершееся имя автора. Юноша взял книгу и начал меланхолично ее пролистывать. Хрупкие желтые страницы содержали в себе какой-то любовный роман. Парень скучающе пробегал глазами по абзацам, но, перевернув очередную страницу, наткнулся на вложенное письмо. Он неуверенно взял его в руки и повертел. Имени адресата, как и отправителя не было видно. Он пожал плечами. Разве можно читать чужие письма? Впрочем, спустя столько времени это уже неважно. Парень равнодушно развернул конверт и прочитал письмо: «Дорогая Анна, Возможно, для вас станет неожиданностью то, что мне пришлось сделать. Вы проснетесь, увидите последствия моего поступка, ужаснетесь, и, вероятно, подумаете, что Ваш господин бросил вас. Уверяю Вас, это не так. Только Вам одной я доверяю. Таков мой план и он отнюдь не из добрых побуждений, но прошу, верьте мне. Мы с Вами, к сожалению, больше не сможем свидеться. Но я позабочусь о Вас, Вы не останетесь одна, обещаю. Мой наследник поможет Вам. Служите ему так же верно, как Вы служили мне. С уважением, Ваш господин К.» Парень мрачно хмыкнул и бросил письмо на диванный столик. Драма уже ушедшей жизни. Прискорбно и жутко встречать призраков на кладбище. Такое же ощущение возникает от найденного письма в безжизненном месте. Тоска, осевшая пылью на чернилах пробирается через глаза в сердце и насыщает его чувством потерянности. Какой смысл в письмах, вложенных в книги? Смысл их в том, чтобы неожиданно возникнуть перед глазами постороннего и напомнить о смерти. Или же они не имеют смысла, если сгорают среди кучи хлама и книг, не успев добраться до глаз и сердца адресата. В груди юноши поселилась злость от найденной находки. Зачем ей нужно было возникнуть в первом попавшемся смазливом романе о любви? Снова темы любви и смерти пересеклись. Словно мертворожденный ребенок, эти слова бессмысленно кричат в шершавой серой тишине, взывая к матери, вызывая лишь сожаление. Комната, содержащая в себе глубокий мрачный голос, отражает эти крики, доводя до тоскливой истерии, чья удлиненная голова плачет, чьи когти нежно и страстно раздирают собственные слепорожденные глаза. – Бессмыслица, – сказал он, помотав головой, но речь прозвучала чужой и неестественной, словно ее произнесли перед могилой. Могила. Вот где он находился. Эта мысль заставила чувства замереть в исчерненной тяжести. Старик был прав. Это место – склеп, в котором заспиртовано прошлое. Оно плавает, корчиться, как младенец в желтоватом растворе. Вся комната заставлена этими уродцами, и они смотрят на него блеклыми желчными глазами. Парень отбросил от себя книгу и его взгляд остановился на рядом стоящем зеркале, покрытом пылью. Он подошел к нему и протер рукой. На него смотрело его отражение с белесыми глазами. Он коснулся густой белой пряди волос своей челки. Злость продолжала тлеть, измазанная черной и склизкой смолой тоски. Юноша нахмурился, заметив на каминной полке книгу, а на нем еще одно письмо. – Если это опять этот Господин К, я сожгу его к чертям… Открыв его, он прочел: «Путь ведет наследника в подвал северной части замка» Парень бросил письмо в камин, в котором уже давно не было огня. – Раздражаешь. Я не понимаю, что происходит, а ты вводишь меня в заблуждение. Он сунул руки в карманы и задумался. Есть ли смысл прислушиваться к голосам, которые уже давно поглотило безмолвие? В этой тишине нет места обещаниям. В этой тишине их некому сдержать. Но, в конце концов, он здесь и его не покидало чувство, что от него чего-то ожидают. – Чертов старик… Наконец, парень взял в руку кочергу и решительно вышел из комнаты. Петляя по коридорам, он быстро шел в направлении лестницы на нижние этажи. Звуки шагов отражались о стены. Он хотел разрушить ощущение призрачности, чтобы внести в происходящее определенность. Внутри горело чувство и это придавало ему уверенности. Юноша понятия не имел о том, кто этот наследник, но не все ли равно? Пусть его и не существует. Пусть он не придет и никого не спасет. Парень шел по указке мертвеца, который закостенелым кривым пальцем указывал куда-то в темноту. Возможно, следование этому зову – безрассудство. Но кто-то же должен, в конце концов, взять кочергу и пойти в подвал, верно? Быстро спускаясь по лестницам и идя по коридорам, он добрался до подвального этажа. Здесь было темнее и мрачнее, чем наверху. Он пожалел о том, что у него не было факела. Огонь бы сильно упростил бы ему задачу «найти то, не знаю, что». – К тому же, – проговорил он, пробегая глазами по отсыревшим и покрывшимся мхом и паутиной стенам, – здесь жутко. Парень завернул за угол. Он продолжил говорить с собой, чтобы не поддаваться неуверенности и страху: – Но, знаешь, что? Будь у меня, допустим, источник света, это ставило бы меня на место исследователя и жертвы перед тем, кто ждет меня в темноте. А так…мы на равных правах. Разве нет? Он задал вопрос в чернеющий туннель, что находился впереди. Но ответа не последовало. Вскоре в коридоре появились камеры заключения с ржавыми решетками. Парень оглядывал их, но привыкшие к тьме глаза не различали в них ничего интересного. Так, он продвигался вперед, пока не дошел до тупика. – Серьезно? – удивился юноша, глядя на глухую стену и невольно чувствуя облегчение, – я думал, здесь будут катакомбы. А в итоге мой отчаянный порыв ни к чему не привел. Это отчасти разочаровывает. Он решил более тщательно исследовать подвальный коридор. В конце концов, меньшая площадь пространства облегчает задачу поиска. Он внимательно осмотрел камеры за решетками, и зашел в те, что были открыты. В них была грязь, какие-то дурно пахнущие тряпки и кости мелких грызунов. Ничего не обнаружив и сдерживая рвотные позывы, он поспешил закончить с этим занятием. Спустя некоторое время задумчивости и осмотра стен, он, наконец, обнаружил едва различимую деревянную дверь без ручки. Юноша использовал кочергу как лом и поддел ее с краю. С силой опершись на нее, он пытался открыть ее, но дверь не поддавалась. Словно что-то мешало. В конце концов, инструмент оказался погнут и все попытки оказались безрезультатны. Вспотев, парень почувствовал лишь большую решимость узнать, что находится за этой дверью. Скорее всего, это именно то, что должен был найти «наследник». – Тут бы пригодился молот, – рассуждал парень вслух, – интересно, можно ли найти его в замке… * * * Спустя некоторое время юноша вновь оказался перед дверью с топором. Он рыскал по всему замку и, в итоге, нашел инструменты во дворе в сарае. Там было много колюще-режущих орудий, которые бы в будущем ему пригодились. Помимо этого, он обнаружил в сарае огниво, с помощью которого, наконец, зажег факел. Парень ухватился двумя руками, занес топор и с силой ударил по деревянным доскам двери. Он делал удар за ударом. Покончив с одной доской, он принимался за другую. Прочные дубовые доски было не так-то просто разрубить. От прикладываемых усилий ныли плечи, юноша весь покрылся потом. Наконец, запыхавшийся, но довольный собой, он потянулся и закинул топор на плечо. Дверь была разрублена. Ударив с ноги по доскам, он проломил их и пролез в получившийся проем. Держа наготове оружие в руках и горящий факел, он начал спускаться по узкой лестнице, освещая себе путь. Оказавшись перед проемом в конце лестничного спуска, парень аккуратно заглянул в помещение, прижавшись спиной к стене. Пробежав глазами по рядам колонн, деливших зал на три нефа и свисавшим с потолка зарослям плюща, он увидел у дальней стены нишу с большим горельефным изображением бюста женщины с правильными чертами лица. – Снова эта женщина, – пробормотал парень, осторожно входя в помещение. Освещая факелом все углы, в которых мог бы затаиться потенциальный враг, он медленно подходил к бюсту. Свет от огня мягко осветил красивое и гордое выражение женщины, в которой читались портретные черты. Оглядев ее, парень заключил, что, действительно, статуя и горельеф изображают одну и ту же женщину. Отличием этого изображения было отсутствие глаз – на месте глазниц зияла пустота. Юноша с подозрением осмотрел залу. Не может быть такого, чтобы это было просто так. Если он идет по правильному пути, то нужно собрать паззл и найти глаза этой бедняжке. Если же нет, то он просто дурак, зря теряющий время на всякие глупости. В конце концов, убедившись, что никто не собирается на него нападать, юноша начал внимательно осматривать каменные плиты стен и пола. Сантиметр за сантиметром, он продвигался по периметру зала, натыкаясь на высеченные в камне иероглифы. – Черт тебя дери! – выругался он, когда коснулся паутины и отдернул руку, – чтоб я еще раз… стоп, а это что такое? Смахнув топором паутину и мох, он обнаружил в каменной плите небольшой высеченный глаз, заключенный в круге. – Неужели, это оно… Парень аккуратно провел пальцами по изображению, попытался надавить, вытащить что-нибудь, но это не принесло результатов. Он внимательно осмотрел пространство вокруг и пол в поиске секретных рычагов или продавливаемых камней, смахнул остатки пыли и мха, однако, ничего не нашел. Юноша нервно усмехнулся. – Как будто это работает так просто, – проговорил он, вставив факел в настенную подставку, чтобы не мешал, и взял покрепче топор, – ладно, другой план. Не хочешь работать – заставлю. Осознавая риск того, что он делает, юноша замахнулся и с силой ударил по изображению глаза обухом, заставив камень расколоться. В этот же миг из щелей и трещин камня начал стекать черный дым, застилающий пол и потолок. Парень в страхе отскочил и сжал крепче топор. Весь зал начал тонуть в душной черноте, теряя свои очертания. Оглянувшись, в поиске выхода к лестнице, он увидел лишь плотную завесу черноты. «Выхода нет?» – в страхе подумал он. Дым сгущался, превращаясь в водоворот. С бешеной скоростью он распространял черноту, которая подбиралась к ногам и хватала за плечи. Парень почувствовал, как его шею схватила невидимая рука и сжала, лишив возможности сбежать. Когтистые холодные пальцы царапнули кожу, заставив его вздрогнуть и замереть. Из водоворота, который бесновался прямо напротив него, выросла темная фигура, постепенно принимающая женские очертания. Вскоре перед ним оказалась черная дымчатая женщина в длинном платье до пола. Водоворот рассеялся, и она подошла к замерившему в страхе юноше. Он узнал в ней черты статуи и изображения горельефа. Длинные волосы тянулись за ней шлейфом, на гордом непроницаемом лице сияли белые глаза. Оказавшись перед ним, она взглянула на него сверху вниз и равнодушно улыбнулась, слегка склонив голову вбок. Невольно дрожа, парень чувствовал, как покрывается холодным потом. – В-вы кто? – Ты не вправе задавать вопросы, – ответил черный призрак потусторонним голосом и в ее руках возник призрачный небольшой гусь, которого она властно держала за шею, заставляя беспомощно болтаться, – как удачно, что у тебя есть топор. Это очень тебе поможет. Парень промолчал. Он чувствовал, как у него от страха трясутся руки. Женщина коснулась пальцами крыльев птицы, заключенной у нее в руке и юноша, вздрогнув, крепче прижал свои к спине. – Это так трогательно, – продолжила она, – касаясь куклы, я касаюсь тебя. Спустя столько лет, я могу видеть тебя. Я могу продеть руку через твою грудь и коснуться ершистого сердца. Но сейчас твой страх разделяет нас. Скоро это изменится. – В каком смысле? Женщина властно бросила птицу ему под ноги и сверкнула глазами. – Убей. – Что? – Это знакомая для тебя ситуация, просто сделай все как в прошлый раз. – Я не обязан… – Он был также беспомощен, как эта птица. Просто отрежь крылья, как в прошлый раз. Морозящее заледенение протянулось от сердца по рукам. Дыхание стало прерывистым. Что-то рассказывало в нем о том, как отрывают, режут, грызут плоть. Она звучала как натянутые до предела струны, в которых пело мясо. Он слышит дикие вопли боли, сливающиеся в увечную какофонию. Голова затянулась красной удлиненностью, протянувшейся из виска в висок, сдавливающая и жужжащая. Крики лаяли собачьей сворой, рвали вопящими когтями мягкие глаза, зеленый яд топил горло, выливаясь из ушей. Тело душило его. Помутненными глазами он смотрел на гуся, который беззащитно лежал под его ногами. – Нет… – его голос дрогнул. – Отрежь, – равнодушно повторила женщина. – Нет! – В награду ты получишь то, что ищешь. Женщина показала ему два больших граненных бриллианта. – Вставь их на место пустых глазниц и найдешь то, что было оставлено наследнику. Юноша поднял взгляд на ее неподвижное лицо и взялся за упавший на пол топор. Перехватив рукоять, он размахнулся им и ударил по призраку, но оружие прошло сквозь нее. – Все, что тебе нужно – отрезать крылья птице. Ты ничего не потеряешь. – Ты издеваешься надо мной, да? – плачущим голосом отвечал он, – ты ведь издеваешься надо мной?! – Просто отрежь, и ты пройдешь дальше. Ему казалось, что если он сделает это, он лишиться своих крыльев. Что есть силы, он прятал их за спину. Черный туманный гусь неподвижно лежал под его ногами, словно ожидая его решения. Покрываясь холодным потом, юноша медлил, смотря на животное. Перед ним развертывались воспоминания, все шире и шире, становясь острыми красными шарами, колющими голову изнутри. Дрожь била тело, как при лихорадке. – В этом нет моей вины, – пробормотал он, чувствуя, что его начинает подташнивать, – это не моя вина. В конце концов, выбора не остается, не так ли? Нужно переступить через себя и повторить, увековечить свою ошибку. Уже ничего не исправить, так какой смысл противиться и жалеть куклу? Это всего лишь кукла. Ничего не остается, придется взять отравленный кубок с вином, на дне которого извиваются порочные черви. Он выпьет, и эти твари окажутся в его желудке. Чувствуя, как они бездумно шевелятся внутри, юноша зажал рот. Облюбовав тело, они станут частью его души. А дальше – в мозг, в сознание, пока вся его плоть не будет прогрызена изнутри. Нужно испить грех, вкусить грязь, деликатно заглатывая паразитов и червей. Он поднял глаза на женщину. – Испей свой грех, да? Так вы говорите? Юноша подошел к неподвижно лежащей на полу птице и поставил ногу на одно из крыльев. Животное начало кричать и сопротивляться, словно этого и ждало. Лезвие топора с размаху ударило по основанию крыла, вызвав душераздирающий человеческий вопль, который наполнил голову красными остриями. Он почувствовал сильнейшую боль оторванной плоти в одном из своих крыльев и лихорадочно задрожал. Что-то черное и липкое начало вытекать из разрубленного места птицы. Гусь извивался под его ногой, пытаясь сбежать. Парень сильнее надавил ногой на его шею и, замахнувшись, ударил по другому крылу. Раздался второй громкий вопль, а вместе с ним – дикая и горячая боль в другом крыле. Она подогнула колени, и юноша упал, чувствуя, что вот-вот сойдет с ума. Хватаясь за плечи, он помутненными от боли глазами смотрел на бескрылое тело животного, вдруг ставшее реальным. Белый гусь, лишенный крыльев, бился в предсмертной агонии, истекая кровью. Спустя некоторое время он замер. Парень перевел взгляд на свои руки, испачканные кровью. Сознание помутилось, глаза застлал туман и все исчезло. * * * Когда юноша открыл глаза, призрачной женщины уже не было и помещение обрело прежний вид. В метре от него лежали два бриллианта, а рядом – топор и мертвая птица. Он пытался отдышаться. Взглянув на свою руку, он видел, как постепенно проходила бледность кожи обморочного состояния. Некоторое время парень лежал и приходил в себя. Все произошедшее казалось кошмарным сном. Наверное, он очень удачно потерял сознание. Медленно и аккуратно юноша начал подниматься. С облегчением убедившись, что крылья целые и, стараясь не смотреть на окровавленный топор и труп животного, он поднял бриллианты и, подойдя к горельефу, вставил камни в глазницы. Что-то щелкнуло и стена с грохотом начала отодвигаться в сторону. Когда доступ к следующей комнате был открыт, он заметил холодное голубое свечение, которое оттуда исходило. «Это оно?» – подумал он устало, – «даже не вериться. Кажется, будто целая вечность прошла». Когда парень ступил внутрь помещения, он разглядел то, что было источником света. В этой комнате стоял большой аквариум, заполненный голубой жидкостью, в которой была заключена нагая молодая девушка. Складывалось ощущение, словно она спала. Ее длинные волосы элегантно взвились над головой, тонкие ручки слегка расставлены в стороны, а беззащитное лицо со славянскими чертами хранило спокойное и тихое выражение. Юноша некоторое время стоял, пытаясь переварить увиденное. Он грубо выругался и провел рукой по лицу. – Да вы издеваетесь... Это и есть то, что было оставлено для наследника? Абсолютно беззащитная девушка, едва ли не завернутая в подарочную упаковку? Какая пошлость. Кому только такое в голову взбредет? Он подошел к аквариуму и коснулся стекла, сосредоточенно глядя в лицо пленнице. «С ней все в порядке?» – встревожено думал он. Приглядевшись, парень не смог уловить дыхания девушки, но подумал о том, что она не похожа на мертвеца. Скорее всего, эта светящиеся вода имеет особенные свойства и позволяет сохранить жизнь в консервации. Что же делать? Вряд ли хорошим вариантом будет разбить стекло, это может ранить девушку. Тогда, может, получиться аккуратно достать ее из воды, забравшись сверху? Это было бы легко исполнить, взлетев, но комната была слишком тесной для этого, даже один полноценный взмах крыльев в ней невозможен. Парень стоял перед аквариумом в мрачной задумчивости. Все обернулось несколько серьезней, чем ожидалось. В конце концов, он решил повременить с помощью бедной девушке, понимая, что сильно устал. Лучше будет подумать над этой проблемой, чтобы исключить возможность непоправимых ошибок. К тому же, судя по всему, хуже ей уже точно не будет. И, остановившись на этой мысли, но, все еще чувствуя тревогу, он направился прочь из злополучного подвала. Вернувшись в комнату на верхних этажах, юноша зажег огонь в камине, и устало свалился в одно из кресел. Это место немного ожило, когда появился источник тепла и света, но вездесущая пыль все еще напоминала о необходимости уборки. Подумав об этом, парень почувствовал, как сознание накрывает туман и незаметно для себя заснул.