Импринтинг миров - 7 (объединяй и властвуй)

      – Первый-первый, я второй, как слышите? – Макс калибровал систему Скинайи под расслоение.       – Ты не второй, Макся, ты, по своей занозливости в нашей заднице – первый и единственный, – вздохнув, отозвался Валль. – Чего тебе надо, горюшко?       – Да вот того, – Макс хмыкнул. – Давай с твоих новостей начнем, – он углубился в работу терминала, задавая параметры будущего «инстанса», как он его назвал.       На самом деле это было ни что иное, как одна из вероятностей Нереи, которую он вывел из гибернации, прописывая правила ее будущего существования. Раньше, на базе, этим занимался Каспар, но только до того момента, как в огненной группе СКИП появился и раскрылся Макс, заблудший, или блуждающий феникс. Ну, или Бродяга, как он сам себя величал, когда накатывало. А передали ему это право по причине того, что никто иной кроме феникса не мог так изящно поднять из глубин и построить не проявленную реальность, создав из нее практически идентичную копию существующего мира, но работающую по заданным правилам. Правда, Макс никому и никогда не говорил, что все эти копии он держит на себе, а не взваливает работу на искинов базы или ее парадоксальность. Так было проще.       – Малый аллар Дереха исправно работает, мы шаримся по мирам, оставляя зачатки ячеек базы, с уже установленными зародышами искинов, которых под свое управление возьмет Скинайя, – прорычал Алес, явно чем-то раздосадованный. – Малой, ты что задумал? Давай, колись, пока есть время, а то потом снова будешь по мирам бегать, чтобы задницу не надрали.       – Алес, родной, ты только обещаешь, – добавил жеманности в голос Макс. – А я тебя все жду-жду, а ты не приходишь... Так и заскучать можно.       – Макс, не беси, – прервал шутливый тон подчиненного Валль. – Несмотря на то, что у нас все хорошо якобы, времени на сон и отдых нет совсем. Мы на тониках. Так что, на автоматизме ставим все то, что нужно, и нет никакого желания разгадывать твои загадки.       – Ну вот, как всегда, – капризно вздохнул Макс. – Короче, Валль, я на некоторое время буду недоступен. Пообещал ребятам тренировку в проявленной реальности. Сам знаешь, проявлять всю копию планеты нет никакого желания. Это, считай, новую систему создавать. Вы еще не туда прыгните, а нам это не нужно.       – Я тебе голову сверну, если ты начнешь расслоение! – рявкнул Алес так, что инфразвук прошел даже через наушники.       – О, демонючий голосок прорезался, – хихикнул Макс. – Я же сказал, всю проявлять не буду. Создам сферу доступа на том континенте, на котором сейчас нахожусь. Примерно километров десять в диаметре, не больше. Но... – Макс отрешился от разговора, вычисляя расстояния разрыва.       – Но?.. – подозрительно переспросил Валль.       – Короче, это будет кокон от нуля до десятки.       – Знаешь, Максюта, был бы я человеком, я бы от твоих идей уже давно бы не только поседел, но и заикой стал бы, – Макс буквально увидел, как Валль качает головой. – А если бы ты был смертным, то застрелил бы.Ты представляешь нагрузку на данный участок мира?       – Да, Вальрас, – голос Макса стал более чем серьезен. – Я представляю нагрузку, которую должен буду держать на своих плечах. Но и ты не забывай. Здесь Лорд Арду, у которого прокачан пустотный щит. Здесь Лорд Свер, у которого энергетический щит на высоте. Вдвоем они смогут удержать распад данного участка проявленного пространства, если что-то пойдет не так. Конечно, я постараюсь совместить локации... Сделать комплекс из одного расслоения, где будут собрано все, от единички до десятки... Но поверь, для меня это будет труднее, чем держать все десять копий в одной сфере. Напрягаться буду больше.       – «Ты» и «напрягаться» – слова не совместимые, – устало произнес Валль. – В общем, так, Макс, я не буду тебя переубеждать. Ты мальчик взрослый. Но если что-то по твоей вине произойдет, я тебя сдам Лордам без предупреждения. И пусть они делают с тобой, что хотят.       – Валль, ну ты же должен понимать, что я мальчик не только взрослый, но и наученный.       – Да, после того, как один из миров взорвал – научился, – буркнул Алес. – Хвала всем богам, что ты такое расслоение, нарывом, творил в нежилом мире. Иначе, попал бы на зубок инквизиторам только так.       – Этот мир тоже можно считать нежилым, – буркнул Макс. – А население Нереи я уж как-нибудь от распыления удержу. Потом, в любом случае, все копии сотру.       – Ага, нашелся стиратель, – хмыкнул Алес. – До сих пор иногда на базе проваливаемся в каверны, которые ты никак не можешь убрать. Хорошо еще, что безопасные. И еще лучше, что у нас есть оператор реальности, возвращающий нас в собственное время и копию.       – А вот нечего заходить в комнаты, которые отмечены знаком опасности! – буркнул Макс. – И это не каверны, а инстансы для тренировок персонала. Еще скажи спасибо, что они в большинстве своем неактивны.       – Спасибо большое! – язвительно произнес Алес. – Мало нам многомерности базы, так еще и ты начинаешь ее наполнять провалами. Короче, малой, тебе повезло, что мы далеко, и не можем тебе запретить делать то, что ты надумал. Но о своей идее сообщи хотя бы Лорду Сверу. Пусть знает, какое дерьмо ты ему подкинуть собираешься.       – А Лорд Свер уже все знает, – невинно отозвался Макс, не став уточнять. Что это старшего, а не младшего он ввел в курс дела. – И дал мне добро. И Лорд Арду тоже участвовал в беседе. А так как будет присутствовать там, в копии, то сможет ее рассмотреть и изнутри и снаружи.       – Какой-то ты слишком послушный, – подозрительно проворчал Алес. – Я даже начинаю доверять своей интуиции, которая орет, что нам нужно возвращаться «вот прям щас»!       – Алес, дорогой мой, ну неужели ты думаешь, что я могу напакостить таким личностям, как те, которые нас наняли?       – Может, и не специально, но можешь, – глухо раздался голос Валля. – Хотя знаешь, Алес, я, наверное, доверюсь Максу в этот раз.       – Ты случайно ничем не отравился? А то бредишь.       – Скажу точнее. Я доверяюсь интуиции Фарринара. Он осмотрел все прошлое, притом с нашим участием. Значит, уверен, что наш личный катаклизм не разнесет центральную планету, и эксперименты этого огненного песца, как ты его называешь, не выльются нам в головную боль.       – Какие-то вы кислые, – озадачился Макс. – Ну что может случиться?..       – Тебе напомнить? – язвительно отозвался Алес.       – Я тогда был моложе, безответственней, да и распиздяйством страдал не в меру, – начал Макс.       – О-о-о!!! Ты смотри!.. А сейчас уже не страдаешь?!       – Не-а! Так что, я вас предупредил, формальности выполнил, и все. Баюшки! Удачной работы!       Стоило отключить связь, как Макс, вздохнув, откинулся на спинку кресла. Иногда хотелось прекратить из себя корчить копию своего человеческого сознания и раскрыться, чтобы дать понять, как он изменился, и что пришел к ним уже обученным и знающим свою силу... Но ребята так смешно возмущались и так подозрительно косились, что только ради своего собственного веселья до сих пор молчал. Правда, приходилось иногда задумываться, что бы сделал Максютка, и как бы себя повел, и где бы накосячил, чтобы соответствовать. Но кое-что, даже играя роль ударенного на всю голову распиздяя, он должен был выполнить. Поэтому и связался с Дерехом.       – Чего тебе? – связь установилась практически мгновенно, из чего было понятно, что Дерех находился рядом с пультом, и что-то на нем делал.       – У меня есть решение вашей с братом проблемы по максимально быстрому обучению дар-кэй, – играть перед Дерехом юного долбодятла Макс не собирался. – Я уведу их в подпространство, которое открою из не проявленных копий Нереи.       – Ты будущее данного воздействия смотрел? – слегка нахмурился Дерех, постучав ручкой по столу, словно по-старинке пользовался рукописными принадлежностями.       – Смотрел, – Макс кивнул.       – Есть какие-то нежелательные последствия, за которые кому-то из нас оторвут голову?       – Ну, разве что только мне, Валька. Да и то, увидев, во что это выльется.       – Мне это знать можно? Нужно? Как-то подкорректировать ситуацию смогу?       – Вот почему мои напарники не такие, – с сожалением вздохнул Макс, влюбленным взглядом уставившись на Дереха.       – Да все просто, парень. Как два пальца об асфальт, – нахмурившись, произнес Дерех. – Контроль терять не хотят. Думают, что феникса можно и нужно контролировать... Слушай, а у вас, среди ваших, случайно, нет магов крови?       – Ни случайно, ни специально, – открестился Макс. – Но общую справку по данному виду воздействия найти могу. Мы, если что, таких уничтожали.       – Всех, что ли? – неприятно удивился Дерех.       – Нет, зарвавшихся. Сам же знаешь, каждое знание обоюдоострое. Кстати, насчет твоих вопросов, по поводу того, можно ли, нужно ли и чем можешь помочь, – Макс смотрел в камеру, понимая, что данная просьба не праздная. – После того, как мы, СКИП, оказались здесь, шансов оставить Нерею в предыдущем виде практически равен нулю. Если действовать скупо, осторожно, стараясь остаться в рамках ограничений, то боюсь, феникса, которого вы хотите пленить в сети собственного любопытства, этот мир не заинтересует.       – Но?..       – Да. Именно вот это пресловутое «но», – Макс развел руками. – Скажи, кто как не феникс сделает для феникса лучший полигон и игровую площадку, которая никогда не наскучит?       – Ладно, каюсь, заинтересовал, – кивнул Дерех. – Ты пока поищи информацию по магам крови, а я через полчасика буду.       – Да что ее искать?..       Макс вбил поиск в наладонник, достав пару сотен файлов, старательно выбрав из них все, что могло понадобиться Ридану, которого, как он понял, Дерех и собирался развивать как мага крови. Добавил парочку своих файлов, потом, подумав, совершил точечный откат во времени, перечитав файлы еще раз и задумавшись, внес некоторые изменения в собственные записи, решив предоставить Ридану два пути вместо одного. Заодно распечатал на принтере стопку листов с будущими изменениями Нереи, которые должны были начаться после расслоения и, приготовив чай, сел дожидаться Дереха с Риданом, уже зная, что те придут вместе.       – Итак, вопрос первый, – Дерех начал рассуждать еще от двери. – С чего ты взял, что Мурани будет согласен получить из Нереи полигон? Второй. Ты представляешь, какие глобальные изменения придется проделать с миром, чтобы его исказить? Третье. Откуда уверенность в том, что данное мироздание останется светлым, его не выест никакая дрянь, и при этом нам не свернут головы за то, что мы сотворили?       – Ну, вы же все равно хотите так, или иначе, изменить будущее? – пожал плечами Макс, разливая чай по кружкам, эмпану добавив настой некоторых травок, от запаха которых тот расслабленно заулыбался. – Да-да, это именно тот самый сбор.       – Тот самый вкус? – хмыкнул Дерех, припомнив что-то, но явно не связанное с эннэшше.       – Тонизирующее, с моей родной планеты, – пояснил Ридан. – Вот только откуда у тебя подобное, Макс?       – Ну вы же в курсе, что феникс, если он правильно развит, может пребывать сразу в нескольких местах одновременно? – подмигнул Максюха. – А перемещение по линиям жизни в родные миры друзей, это чуть ли не первое, что нужно уметь. А так как я способный, то... – он развел руками, – умею достаточно много. Мне просто лень дыры все перекрывать и знать сразу все и сразу. Но вот такие небольшие сюрпризики я делать совсем не прочь.       – Если я задам вопрос, знал ли ты о том, с чем столкнешься здесь, то ответа мне не ждать? – поинтересовался Дерех.       – Почему же? Ждать. Нет. Не знал. Я не люблю смотреть свое будущее и будущее тех, кто меня окружает, если только их встреча со мной не фатальна для одного из нас. Но, в связи с тем, что собираюсь сделать, естественно провел просмотр, – Макс положил перед Дерехом три папки. – Вот это – то, что случится с миром, после того, как я, ну или точнее все мы, здесь пошерудим. Каждый свою лепту внесет. И нет, это будет прикольно и никому не навредит. Конечно, данное мироздание после подобного расслоения, назвать простым язык не повернется... Но думаю, если ты дашь Рахуру совет сделать из данного мироздания свой полигон для тех дар-кэй, что ушли к тебе, и в настоящем дашь им право развиваться самостоятельно, не на вашем расслоении, которое является перемычкой, а здесь, то службу и практику проходить у тебя они будут с радостью.       – Учту, – согласился Дерех. У меня хоть и много места, но там они под нашей властью, а здесь будут свободны. Да и Мурани от таких защитников не откажется. Ему они нужнее, чем мне.       – Вот-вот, – покивал Макс. – Конечно, это не я такое придумал. И не я воплощаю, это идея Адарна Фарринара и иже с ним, так сказать... И вы своим появлением здесь ничему не помешаете, если не сказать, что поможете... – он снова хлопнул по папке. – Короче, на досуге, прочтешь, если захочешь все знать поэтапно. Что сделаешь, чем это аукнется, как повернется... В общем, все расписал, за последующие три тысячи лет. Это, что касается данных миров, – Макс шумно вздохнул.       – А это их не касается? – указал Дерех на две папки, лежащие рядом.       – Ну, как бы тебе сказать, касается, конечно... Притом сильно. Но все же больше зависит не от тебя, а от Ридана, как эмпана, – Макс положил две папки рядом, и каждую из них накрыл рукой. – Рид. Ты уж прости, но буду к тебе по-простому обращаться, – тот кивнул. – В общем так. У тебя есть два варианта развития. Вот в этой папке, – Макс хлопнул ладонью по левой, – все, что касается магии крови, магии пространства и их слияния, для более мощного воздействия. То есть, в этой папке ты, такой, каким являешься сейчас. Понимаешь, да? А вот в этой, – Макс любовно погладил правую папку ладонью, – нечто новенькое. Не ты, но тот, кем ты можешь быть, если захочешь.       – Хочешь, чтобы Ридан выбрал кота в мешке?       – Нет, ну что ты! – Макс рассмеялся на слова Дереха. – Котеночка из мешка мы сейчас достанем и покажем. И кое-кто этого котеночка, сунув руку в данный мешок, уже пощупал и погладил даже, – Макс кивнул Дереху. – Я о той субстанции, которой ты кормишь эмпанов.       – И? – Дерех напрягся.       – И?! – возмутился Макс. – Ты уже доказал эмпанам, не измененным тобой, что для них жизнь не равна употреблению крови! А магию своего эмпана хочешь ограничить только кровью!       – Чет я тебя не понял, – Дерех прищурился.       – Скажу иначе. Если здесь, – Макс хлопнул по левой папке, – магия крови, то здесь, – он хлопнул по правой папке, – магия души. Магия жизненной силы. Что в первом, что во втором варианте, как проводник, используется жизненная сила самого мага, – начал объяснять он. – Да, мне пришлось кое-что почитать и просмотреть, но я теперь уверен в том, что говорю. Магия крови завязана на эмоции и физические ощущения самого мага и его жертв. Естественно, здесь близко находится и магия смерти, и магия воскрешения. Но Дерех, Ридан, это, то же самое, что работать на заводе и строить те же самые космические корабли, клепая их из материалов, доступным всем, и то, что вы делаете с помощью конструктов, – постучал он пальцем по правой папке.       – Эти знания расширят мои возможности? – Ридан потянул к себе папку, но Макс хлопнул его по руке.       – Запомни, эти знания взаимоисключающие. Или ты идешь по пути мага крови, или по пути мага души. Магия крови – путь жертвенности. Жертвуешь или ты, или тебе. Добровольно или нет, не столь важно. Буду откровенен, среди магов крови встречается немало положительных личностей, которые научились созидать, имея в руках смертельное оружие. Конечно, шарики за ролики заехать могут, но думаю, что это точно не твой вариант, так что не отговариваю тебя от этого пути. Магия души... – Макс яростно почесал в затылке. – Я пытался найти хоть что-то, но, при всей моей пронырливости, все, что смог узнать, так это легенды, и то, что магов души не существует, – Макс виновато улыбнулся. – Этот путь хоть и не сложный, но заебистый, если говорить простыми словами. Поэтому многие останавливаются на чем-то одном. Вот в этой папке все то, что я смог найти по данному умению.       – Хоть вкратце опиши, что ты предлагаешь, – попросил Дерех.       – Абсолютная, изначальная магия на уровне божественной. Притом, имеются в виду не те боги, которые присматривают за мирами, а кто-то вроде котечки.       – Получается, что таким магом может стать любой, кто пойдет таким путем? – заинтересовался Дерех.       – Вот... не совсем, – Макс поморщился. – Понимаешь, тебя, например, можно отнести к предметным магам. Да, конечно, ты из своих нитей можешь создать все, но это «все» в любом случае является предметом или вместилищем. Эмпаны, так как изначально чувствуют жизнь и смерть, для этого пути наилучшие кандидаты. А если еще взять то, что Рид маг пространства, то «эт ваще», – Макся расплылся в улыбке, а после отмахался от недоуменных взглядов. – Это я так, кайфую. В общем, магия души основана на той самой, начальной магии жизни и смерти. Притяжения и отторжения этих факторов. Вот, если Рид может тянуть из крови жизнь, или кровь из живого существа, доведя его до смерти, это я, к примеру, то он что использует? Те же самые эманации, но с помощью проводника. Жидкости, которая содержит данную субстанцию, и жидкость, которую можно умертвить. Но, жизнь содержится во всем, – он прищурился, смотря на Дереха и Ридана. – Не только в крови. И она, как вы понимаете, так же разлита по этой вселенной, как и смерть. И этим можно повелевать и работать.       – Почему тогда магия крови и магия души взаимоисключающие? – не понял Ридан. – Даже ребенок начинает сначала ползать, а потом ходить. Ты же хочешь, чтобы я сразу начал летать.       – Да потому, ты мой, дорогой, кровососущий друг, что это магия светлого и темного миров! – не выдержал Макс. – Нельзя быть би, как в случае с сексуальной ориентацией, здесь ты или на одной стороне, или на второй. Или пользуешься своей силой, или же используешь заемную. А на хрен сесть и рыбку съесть – не в данном случае.       – Макся, не борзей, – качнул головой Дерех. – Ты хоть и феникс, хоть и охрененно древний, но хамить не надо.       – Скажи спасибо, что я вообще озадачился поиском данной информации, – обиделся Макс.       – Спасибо, – согласно кивнул Дерех, после чего сгреб все три папки. – По изменениям данного мироздания – прочту на досуге, а изучением магии обеих направленностей я Ридана займу.       – Как знаешь, – Макс не сильно и настаивал на выборе. Шанс на то, что эмпан сумеет покорить себе оба подвида, хоть и мизерный, но был. – Со мной своего драгоценного отправить не хочешь?       – А надо? – Дерех уже поднялся.       – Не доверяешь, что ли?       – Макс, я о том, есть ли смысл его гонять наравне с дар-кэй, а не о доверии к тебе, – вздохнул Дерех, увидев кивок. – Ну, тогда забирай. Когда отдашь?       – Чтобы сильно тебя не перенапрягать с подавлением хаоса, который я здесь накручу, давай договоримся встретиться через недельку, – посмотрев на экран, сам себе кивнул Макс. – Правда, там за это время пройдет куда как больше времени... но недостатка в крови для Ридана не будет.       – Эх, если бы ты на это время еще и Мурани с Олегом с собой забрал, вообще цены бы тебе не было, – хмыкнув, Дерех хлопнул эннэшше по плечу, давая понять, что одобряет его обучение. – Но, раз не можешь, или не хочешь, то я постараюсь их сам развлечь.       – Уж постарайся, – язвительно произнес Макс, смотря вслед Дереху, остановив его перед самой дверью. – Никто не пострадает, ручаюсь за это.       – Потому что это виртуальный мир? – смотря вслед эннэшше, произнес Ридан.       – Нет. Потому что это будет закапсулированное пространство, повелителем которого буду я. Как и вашим руководителем, – Макс снова повернулся к терминалу, продолжив работу. – Не буду же я создавать монстров сильнее себя? Но уж что обещаю, так это то, что вас потреплет, и не раз. Ты когда-нибудь в виртуалку играл?       – Только слышал. И не думаю, что кто-то из наших играл, – качнул головой Ридан. – Но по всему услышанному я берусь судить, что это не сложно.       – Жаль, – пробормотал Макс. – Я бы быстрее понял, какие вам уровни выставить, а так, придется наобум. Ладно, оставлю единичку в здоровье, сделаю видимым интерфейс, активирую голосовую команду атак...       – Лучше визуализируй, – не согласился эмпан.       – Уверен?       – Макс... – сомнения в словах были, но Ридан кое-что слышал от Дереха о фантазиях землян насчет перехода в виртуальные миры, смотрел фильмы и читал их книги. – Я, может, и не помню свое прошлое воплощение, и уверен в том, что Земля, на которой жил Дерех, не перешла на уровень высоких технологий, но я понимаю, или предполагаю, что понимаю, что ты хочешь сделать.       – Да ну?.. – Макс с любопытством уставился на эмпана. – И что же?       – Создать обучающий полигон, где все будет подчинено некоторым правилам, за которые выйти никто кроме тебя не сможет.       – Ага, – Максюха разулыбался, понимая, что говорит не с полным нубом. – Именно это я и собираюсь сделать.       – Но используешь для этого полигона, который хочешь сделать на основе магического, тех, кто всю жизнь воевал техникой, – Макс покивал, давая понять, что слушает. – Чтобы дар-кэй легче восприняли переход из технического мира в магический, им нужно дать опору. То, что позволит им быстрее перестроиться. Я предлагаю сделать что-то вроде шлемов, на передней панели которых будет отображаться все, что они делают с помощью энергии. При возможности, дать им в руки что-то вроде оружия... – Ридан тонко улыбнулся. – Но не магического, в виде тех же волшебных палочек, а технического. Хотя, использовать можно и обычные болванки.       – А это умно, – согласился Макс. – Вот только в этом случае, мне нужна будет твоя помощь. Как мага пространства. Сможешь мне все это нарисовать?       – Смогу, – Ридан тут же достал из пространственного кармана графический планшет и стило. – Дерех презентовал, – смущенно улыбнулся он. – Проще с собой таскать, вместо мольберта.       – Вот и отлично. Рисуй, – подмигнув, Макс продолжил создавать свой «мир». – Хотя знаешь, я тебе буду очень обязан, если ты мне и базу нашу нарисуешь. Можно ее в виде какого-нибудь замка сделать. Только не этого, – ткнул он вверх, давая понять, что замок Дереха ему не подходит, – а что-то более простое.       – Тогда я нарисую наш фамильный замок Кассар, – тепло улыбнулся Ридан. – В память о том дне, когда впервые после рождения в этом теле соприкоснулся со своей душой.       – Ваши души живут отдельно, что ли? – хмыкнул Макс, не сильно вникая в то, что сказал эмпан.       – Нет, – Ридан легко рассмеялся. – Так мы называем тех, кто предназначен нам богами и небом. Супругов. Я до сих пор не могу полностью вспомнить свою жизнь на Земле, – он склонился над планшетом, делая первые наброски. – Дерех говорит, что наше чувство вспыхнуло там с первой же встречи, несмотря на то, что я был овощем. Разум потерял, – пояснил он. – Но что я точно помню, так это то, что в данном облике, с самого рождения в мирах эмпанов ждал его.       – Тебе повезло, – открыто улыбнувшись, согласился Макс,– Вот так, чтобы найти свою душу, и не разочароваться, это еще уметь надо. Завидую по-доброму.       – А ты не нашел? – Ридан поднял взгляд. – Я заметил, что между тобой и Кристианом хорошие отношения.       – Никто и не спорит, действительно хорошие, но мы больше друзья и напарники, чем партнеры. Когда-то мне сказали, что фениксы вообще не умеют любить, и я даже в это поверил, но, видишь ли, – Макс развернулся к Ридану, – все, что мы сейчас делаем, все, для чего готовимся, это для того, чтобы поймать безумно влюбленного и разочаровавшегося в своей любви феникса. А это значит, что и мне тоже может перепасть когда-нибудь что-то вроде любви, – он грустно вздохнул.       – Ты уже любишь, – слегка нахмурился Рид. – И я даже знаю, кого. Почему ты не скажешь ему о своих чувствах?       – Стебешься, да? – буркнул Макс. – Меня уже раз послали. Второй раз то же самое услышать не хочу. Хотя знаешь, я бы там и просто с боку, третьим прибился бы... – тяжело вздохнув, он махнул рукой.       – Мне жаль, – тихо произнес Ридан, снова уткнувшись в планшет.       – Я уже привык, – отмахнулся от минорного настроения Макс. – То, что его рожу вижу, и что он скалится довольно, мне уже от этого хорошо. А так как вся команда СКИП бессмертна, то я буду его видеть еще очень и очень долго. Так. Я закончил.       – А я только начал, – вздохнул Ридан. – Но кое-что могу уже показать.       Он повел стилусом, как волшебной палочкой, трехмерной моделью достав из планшета небольшой импульсный пистолет, точнее болванку в виде пистолета. А после так же достал второй проект – шлем.       – Вау, и ты говоришь, что только начал.       – Это – просто, а вот замок нарисовать, это уже сложнее, – отложив планшет, Рид взял в руку болванку оружия, стилусом разделив его вдоль, как скальпелем. – Смотри. В рукояти я поставил концентратор потока энергии. Для того чтобы кристалл начал накапливать энергию, разумный должен просто желать наполнить его собой. Работает, кстати, и не на магах тоже. Дальше, как ты видишь, простое зеркало и диод, который выдает свет при направлении потока силы через дуло, – объяснил он действие своей болванки. – Диод работает от малейшего потока энергии. И, чем больше поток, тем ярче он может разгореться. Это то, что касается самого «оружия». Теперь, насчет шлема. Я взял для образца обычный шлем пилота истребителя из средних, упорядоченных миров. Динамики, микрофон и визуальная панель, как в любом обычном шлеме. Но само забрало реагирует на потоки энергии визуализацией. Хотел сначала их сделать цветными, но потом понял, что не у всех зрение как у людей, и поэтому создал монохромную подсветку. Наденешь?       – А чего бы и нет, – Макс натянул шлем, после чего осмотрелся. Мир действительно выцвел до серого, но передача света и тени была настолько полной, что отсутствие цветов не мешало. А когда он взглянул на Ридана, то завис, смотря на клубившиеся вокруг эмпана протуберанцы энергии. – А ты мощный.       – Шлем можно настроить на восприятие всей энергии, убрать дружественный отсвет, или же наоборот, вражеский. Еще что-то добавить надо?       – Шкалу жизни, – подумав, произнес Макс, сняв шлем. – Вот только не самой жизни, так как никто убивать или ранить никого не будет, а шкалу жизни костюма, – он прикоснулся к наладоннику, после чего скинул из репликатора плотный комбинезон. – Это что-то вроде костюма для ВР погружения, только получше. Тренировочный скаф. При попадании из оружия, притом любого, на которое настроен, получает «урон». А когда «убивают», то полностью парализует бойца внутри себя.       – К такому одеянию и шлемы подходящие должны быть, – Ридан пощупал мягкую материю.       – Должны. Но потоки энергии они не показывают. Это чистая технология.       – Тогда и часть магии они пропускать будут без ответа, – пожал плечами Ридан. – Если это будет не физическое воздействие.       – Рид, ну мы же не магов делаем, так? Нам надо научить ребят видеть потоки, и работать с ними. Ментальную магию и магию крови, как ты понимаешь, мы отрабатывать на бойцах не будем. Я специально задам параметры монстров такими, чтобы с ними мог справиться и новичок, оперирующий потоками как младенец. А потом уже ими займется Эндери. Или у тебя есть другой вариант?       – Я доверяю твоим знаниям и умениям, и не вижу потребности вмешиваться, – отозвался Ридан. – Но, раз ты пригласил меня это время провести с вами, значит, и для меня найдется что-то интересное? Не только же рисовать?       – Мне нужен помощник, – Макс пересел к Ридану, вызывая того на откровенность. – Ты один из тех, кто уже прошел это обучение и знаешь, что такое метаморфизм, аморфность и присутствие силы в жизни разумного, – эмпан кивнул. – Тебя всю жизнь готовили к тому, что физическая сила и ловкость, это еще не все. Важна и сила духа. Эти мальчишки, я о дар-кэй, тоже знают, что сила духа важна. Но... – Макс развел руками. – Для них это сила воли и умение перетерпеть боль, а не магия. Буду откровенен. Я тоже не маг. Есть кое-что, что я умею, но большинство моих возможностей – технические. Даже тот симбионт, который был мне вживлен довольно давно, исполняет роль того же репликатора, – указал он на наладонник. А вы, с Дерехом и Эндери, две плеяды, которые действительно сильны духом настолько, что магия миров вам подчиняется. Поэтому прошу тебя, помоги мне с ребятами, а за это я открою тебе секреты магии души, которые сам смог узнать.       – Разве они не описаны в тех бумагах, которые ты передал Дереху? – удивился Ридан.       – Нет, – Макс беспечно мотнул головой. – И не потому, что я оставил что-то себе, решив скрыть тайну, а потому что это только мои домыслы, которые нужно проверить практически. Если ты о них только прочтешь, то не уверен, что это тебе хоть как-то поможет.       – Тогда с удовольствием побуду твоим учеником, – улыбнулся Ридан. – Новые знания никогда не помешают.       – Идем тогда, сотворим для ребят тот полигон, который раскроет их дух так полно, как того хочет Эндери. * * *       Оддерамус проснулся от того, что кто-то упал на него сверху. Мысленно определив положение Ваэла и Рахура, он невероятно удивился тому, что кто-то еще имеет возможность войти в их спальню, и так нагло себя вести. Не ощутив опасности, он лениво приоткрыл левый глаз, тут же узрев перед собой улыбчивую морду Макса, что, подложив руки под подбородок, умильно смотрел на него.       – Ты что здесь делаешь, неуемное создание? – проворчал Эндери, попытавшись столкнуть с себя скиповца.       – Смотрю, как ты спишь, – отозвался тот.       – Налюбовался?       – Ага! – резво спрыгнув на пол, Максюха кинул на кровать три комплекта эластичных обтягивающих скафов, – вот. Переодевайтесь. Нам уже пора выдвигаться.       – Это куда еще? – подозрительно переспросил Эндери, удивляясь тому, что ни один из его эннэшше не выразил недоумения или недовольства от того, что в их кровати появился кто-то четвертый. Наоборот, уловил ухмылки на их лицах, словно перед тем, как разбудить его, Макс уже успел поговорить с ними обоими.       – Учить мелкотню морфизму духа и тела, – Макс постучал по хронометру. – Давай, одевайся и выдвигайся. Кроме вас троих, все уже в ожидании перехода.       – Куда именно? – крикнул Эндери в спину Макса, но ответа не получил. – Ну, а вы хоть знаете, что нас ждет?       – Судя по тому, как ругался Дерех, нас ждет погружение в закрытое пространство, – хмыкнул Ваэл. – И, судя по тому, какие инструкции он мне передал, в будущем это пространство будет совмещено с проявленным миром.       – Это еще как? – осмотрев скаф, Эндери нашел ткань довольно приятной для тела, и споро натянул его на себя.       – Пробоями и червоточинами, – подал голос Рахур. – Тебе знакома теория параллельности миров?       – Еще бы!       – Ну, так вот, – Рахур так же натянул скаф. – Представь, что все параллели этого мира начнут взаимопроникать друг в друга. Только не хаотично и беспорядочно, а по заранее внедренной программе, которая прописана фениксом, и не позволит мирам слиться окончательно.       – Макс сказал, что на данный момент занялся тем, что скрепляет все слои данного мира, как стеганое одеяло, – добавил Ваэл. – На такое способны только фениксы, притом, высшего ранга. Поэтому, мне интересно, что у него получится, и как это будет выглядеть, – он пропустил Эндери мимо себя на выход, после чего вышел сам.       – Хреново это будет выглядеть, – мотнул головой Эндери. – Я встречался с такими мирами. Кавернозное проникновение областей разной энергетической плотности в заранее уравновешенное пространство. До тех пор, пока жители Нерееи не найдут и не вычислят все эти каверны, то и дело будут проваливаться в них и теряться в параллельных пространствах. Еще неизвестно, населенных хоть кем-то и чем-то, или же полностью свободных от жизни.       – И что по твоему мнению, лучше? – сразу же заинтересовался Ваэл, ранее не встречавшийся с такими проявлениями слияния мира.       – По моему личному мнению, лучше свернуть Максюхе голову, пока дел не натворил. Но, судя по всему, уже поздно, – Эндери нахмурился. – А если говорить о том, что поможет выжить всем нам в подобном пространстве, то естественно, каверны, населенные хоть кем-то. А еще лучше, имеющие склады и базы, на которых есть вода, питание, оружие и хоть какая-то защита. О картах каверн я даже молчу.       – А зря, – подскочил к ним Макс. – Карты и так называемые базы я уже разместил. Точнее, мы с Риданом разместили маяки, где такие можно установить. На данный момент, все каверны, а ты, кстати, прав, это они и есть, перекрыты, и вход в них недоступен. А как только я закончу ваше обучение, то сразу же дам доступ. А Елизария запустит в одну из параллелей приманку, по которой весь саанхарский туман переползет в более приемлемую ему среду обитания.       – Так может, сразу подобное и сделать? – не понял Эндери.       – Да я бы с радостью, – поскучнел Макс. – Вот только вопрос тогда возникает, нахрена вы все здесь, если один феникс может все разрулить по щелчку пальцев?       – А что не так? – возмутился Эндери. – Если можешь, так и сделай.       – Мне за это не платили, – показав язык, Макс снова попытался убежать, но Эндери ухватил его за руку. – Пусти, а то обижусь.       – Рассказывай, какой был приказ и заказ, – потребовал Эндери.       – Помочь, и наставить на путь истинный. За вас никто ничего делать был не обязан, – Макс тоже умел быть холодным, цедить слова сквозь зубы, и надменно смотреть сверху. – Мы уже сделали свою часть работы. То, что я вызвался вас поднатаскать, перед тем, как покинуть данный мир, это моя собственная инициатива. И еще раз начнешь от меня что-то требовать и командовать, окажешься в большой заднице. Я не шучу. Руку пусти!       – Я бы на твоем месте послушался, – тихо произнес Ваэл. – От феникса, если он уже затесался в пространстве этого мира, очень многое зависит.       – Хорошо. Извини, – Оддерамус отступил на шаг. – Я просто многого не понимаю, и опасаюсь, что не справлюсь с тем, что ты здесь сделал. А мне, как я понял, после первичной обработки мира, здесь еще надолго задержаться придется.       – Забыли, – Макс снова лучезарно улыбался. – Я постараюсь максимально подготовить мир к приходу вашего феникса. Я бы и с туманом справился, но, к сожалению, в работе с ним мы не предусматривались. Как и в спасении жителей Нереи. Их вообще не должно было быть здесь. Мурани поторопился. И, когда начнется соприкосновение данного мироздания с тем, темным, от которого вы хотите его защитить, здесь никто не выживет. Ну, разве что только те, кого Дерех поместил в капсулы в своих замках. Энди, вот поверь, – Макс виновато и жалостливо улыбнулся. – Если бы нам приказали стабилизировать это пространство, то мы, СКИП, этим бы и занялись. Но это не наша, это ваша с Дерехом работа. Вам ее навязали. Притом, не потому что ее сможете сделать только вы, а потому что хотят, чтобы ее именно вы и выполнили. Я не знаю, кто эта кучка дерьма, которая вас на это сподвигла, но уверен, что данный смертник уже жестко пожалел о задаче, предложенной вам к решению. И не потому, что вы все по-своему сделаете, хотя это именно так, а потому что ваше вмешательство в ход жизни миров – то же самое, что из миномета воробьев бить. Шума много, пользы никакой.       – Если феникс говорит, что кто-то в чем-то ошибается, значит, он видит и выход, – мягко произнес Ваэл. – Я могу узнать, что мы можем сделать из того, что еще не сделали?       – Лорд Арду, – Макс слегка наклонил голову, уважительно, но как всегда, с легкой издевкой, которая просматривалась в его поведении. – Шанс есть, и он огромен. Но я прошу все это время, пока мы будем в сокрытом пространстве, слушаться меня неукоснительно. Считайте, что на данный момент я ваш варлорд. Это вам не претит?       Ваэл перевел взгляд на Эндери, увидев, что тот нахмурился, и коснулся губами его макушки, успокаивая.       – Нет, варлорд, я готов вам повиноваться в полной мере, как и мои спутники, – ответил он за всех троих. – Мы в полном вашем распоряжении, до истечения времени нахождения в закрытом пространстве. Но мой ведущий должен помочь...       – Вель, ты говоришь с фениксом, – устало выдохнул Эндери. – Этот проныра уже все узнал, все просчитал, и все продумал. Еще Дререх уловил в нем что-то такое, из-за чего и обратился к нему. Как думаешь, стоит ли нам противиться его знаниям и расчетам, если мой младший, вышедший на уровень хтура, отдал ему бразды правления над нами? Так что да, Макс, мы готовы тебя слушаться, если, конечно, ты по своей манере не попытаешься над нами поглумиться.       – Ерундой не занимаюсь, – хмыкнул Макс, после чего кому-то махнул рукой, и Энди, заметив того, кому тот подал сигнал, узнал Ридана.       Не прошло и минуты, как эмпан открыл портал, который, в отличие от прозрачных, что строил Дерех, был закрыт фиолетовой переливающейся пеленой. И, по приказу эмпана, все, кто на данный момент находился в замке Дереха, вошли в закрытое пространство. Эндери сразу же оглянулся, стараясь понять, где оказался. Структура нового пространства мало чем отличалась от предыдущего, разве что потоки энергии были нестабильными, и больше напоминали сквозняк, который то и дело приносил то потоки силы, то пустоту, в которой полностью отсутствовала энергия.       Перестав осматривать ближайшее пространство, Эндери более широко обозрел то место, где они находились, отметив, что зону, в которую их вывел Ридан, окружали высокие холмы, скорее даже горы, разве что изъеденные временем и покрытые слоем растительности. И только оглянувшись назад, заметил уютно пристроившийся между скальных выступов небольшой замок, который почти сливался цветом с рыжими камнями.       – Итак, все здесь? – Ридан кивнул, схлопнув портал. – Что ж, тогда прошу пять минут внимания, – Макс вышел вперед, вскочив на камень, который слегка возвышал его над отрядом. – Буду максимально краток. Этот мир – учебный, – с легким нажимом произнес он. – После того, как вы пройдете в замок и расселитесь по комнатам, каждый на своей койке найдет шлем, подобный этому, – достал он из сумки, висящей на боку свой, покрутив его перед отрядом. – А так же оружие, – показал он пистолет, чем-то похожий на земной глок. – В еде, воде и сне вы не нуждаетесь, но психологически ограничивать я вас ни в чем не буду. В замке находится раздаточная с пищей, в каждой комнате – набор всего того, что вам может понадобиться. Но давайте здесь и сейчас примем один закон на всех: если в вашем шлеме высветилось задание, и вы не начали его выполнение в течение первых же десяти минут, я буду вас подгонять. Для удобства покажу как, в десятикратно сниженном варианте. Готовы? – Эндери фыркнул, давая понять, что его ничем не удивишь, но тут же получил разряд тока, прошедшийся по всему телу, под скафом, ругнувшись от неожиданности. – Как и сказал, это был заряд, сниженный в десять раз. Наказывать за опоздание буду зверски. Ваше командование приняло мое главенство на данный момент, а значит, за вашу жизнь и ваше обучение отвечаю я. Дальше. Убивать вас никто не будет. Смерти, как таковой, здесь нет. Программа обучения выставлена так, что при неудаче, в случае «смерти», вы в состоянии паралича переноситесь в комнату, закрепленную за вами, и до конца выполнения задачи вашей группой, не можете подняться с кровати. Кто виноват и все остальные разборки, вы будете проводить внутри собранной вами группы. Первое время я буду менять состав, пока не подберу его идеально, до составления максимально рабочих групп. Это всем ясно?       – Какие перед нами ставятся задачи? – спросил кто-то из дар-кэй.       – Разные, – развеселился Макс. – Работать вы будете и со мной, и с Эндери, и с Риданом... А возможно, что и с Лордом Арду. Но вопрос о задачах не самый главный. Первое и единственное, что вы должны уяснить, что работать вам придется собственной силой. Физической, ментальной, духовной и магической. Вот это оружие, что я показал, не больше чем проводник энергии. Первое время вас обучат, как его заряжать, как защищаться от тварей, которых вы будете зачищать, а потом я с каждым днем буду усложнять задания, пока вы не выйдете на приемлемый уровень, для развития ментального и энергетического слияния, которое от вас требует Эндери. Это будет экзаменом, после которого вы будете считаться завершившими обучение. Все, расходимся.       – В смысле, расходимся? – Эндери хмыкнул. – И что, это все?..       – Нет. Вы – за мной, – махнул он рукой, требуя эннэшше Дереха а так же всю группу Эндери пройти за ним. – У нас с вами немного другая задача, так как этот путь вы уже прошли.       – Составлять программы обучения и обучать? – хмыкнул Богдан.       – Развиваться, – в тон ему произнес Макс. – Никто из вас не достиг того уровня, на который вы можете подняться. А так как я посмотрел, чего каждый из вас может достичь, то буду вас пинками гнать по тому пути, который для вас был выбран этой жизнью. Кто не согласен, тот может уйти. Хронометры на вас, и открыть портал в реальность не стоит труда.       – Не бузи, мелкий, – нахмурился Богдан. – Никто из нас не говорил, что мы против обучения. Нам просто интересно, в чем мы сможем совершенствоваться.       – Прошу, – Макс провел всех в подобие холла, в котором стояли диваны с расположенными в середине, по кругу, мониторами. – Это мой пункт оператора. Здесь я за вами буду смотреть, и вы так же сможете наблюдать за всеми, когда не будете заняты моими приказами. Но работать вы будете наравне со всеми. И все это по одной простой причине, – он чуть подался вперед, упершись локтями в колени. – Вы все, от первого и до последнего, по какой-то причине уверены в том, что вам не будет перекрыт колодец божественной энергии, которую на вас потоком изливает Дерех. Ваэл, тебя это тоже касается. Ты уверен в своей неуязвимости первоосновы. Так продолжаться не будет. Я перекрою вам этот доступ. Когда я это сделаю, кроме простейших действий, которым вы обучились в своем первом мире, притом на начальном этапе, вам ничего не будет доступно. Никаких пространственных карманов, никаких убийственных техник, никакого читерства. Холодное оружие, которое вы себе выберете, ваш сильно урезанный источник и ваши знания. И я не шучу. Проблема в том, что мир умирает, если не сказать, что уже мертв и находится в агонии. Используя разлитую вокруг себя силу, вы выжимаете остатки его энергии на собственные нужды. То есть, поступаете как ментальные вампиры. И это притом, что ваших сил, вашей воли и ваших возможностей вполне хватит на то, чтобы генерировать свою собственную силу. Вы меня понимаете?       – Как можно отличить энергию мира от собственной? – поинтересовался Ридан.       – Заемную от произведенной, ты хотел сказать? – весело прищурился Макс, отметив, как все задумались, осознавая сказанное. – Неужели, все сидящие здесь, настолько юны в своих знаниях, что не могут отличить одного от другого?       – Мрис меня всегда учил работать на заемной энергии, – нахмурился Эндери. – Правда, учил брать самый минимум, но все равно, это было изъятие. По этому принципу мы и учили остальных.       – Я знаю Андрей, – чуть устало улыбнулся Макс. – Я все это знаю. И понимаю, почему вы так поступали. Ведь когда берешь меньшее от большего, это почти не ощутимо. А потом начинает казаться, что взять еще немного – не опасно. И еще чуть-чуть... я знаю что кто-то может работать только на заемной энергии, и не осуждаю. Просто очень хочу научить пользоваться тем, что каждый из вас имеет. Силой вашей собственной личности, – посмотрел он на каждого из тех, кто сидел напротив. – Конечно, это очень отличается от той магии души, которую я тебе хотел показать, Рид, но основы, зачатки, очень схожи.       – Это будет слабая замена тому, что мы можем, – осторожно произнес Ваэл. – Крупицы. И мы быстро себя истощим.       – Не совсем, – качнул головой Эндери. – До того, как нас начал обучать Мрис, мы уже кое-что умели. Слияние в плеяду дает много сил. Правда, это тоже заемная сила, но она как бы дает толчок к внутреннему ресурсу, который начинает пылать. Мы с Дерехом это проходили. Если бы нам по пути не попался Мрис, мы бы развивали свой способ работы плеядой.       – То есть, ты считаешь встречу с нхином ошибкой? – удивился Грайб.       – Нет, ни в коем случае. Он дал нам очень многое, – мотнул головой Эндери. – Но обучаясь у него, мы забыли о том, что у нас есть.       – Дерех не забывал, – колко парировал Богдан. – Его сила огромна и не заемна.       – А ваша? – поддел Макс. – Твоя, Грайба, Ридана? Если ты прав, и ваши души пылают, как и раньше, то не составит труда пройти это испытание. Скажу сразу, – Макс отклонился на спинку дивана. – Мне пришлось пробежаться по вашим путям, чтобы изучить историю вашего становления. Я знаю, какими вы родились в начале этого пути, что могли, чего достигли, и чему обучились. Так же мне пришлось посмотреть все не проявленные или отсеченные линии реальности, на которые вы подзабили, – Макс перестал улыбаться, и Эндери понял, что сейчас прозвучит то главное, ради чего он их здесь собрал. – Я сделал то, что не должен был делать. То, за что могу получить наказание, притом, не совместимое с дальнейшей моей жизнью. Но, чтобы вас обучить правильно, я пошел наперекор Основе судеб, и переплел линии жизни, отсеченные вами, с теми, которыми вы пошли. Изъял тот, давний, не проявленный отрезок, чтобы присоединить его здесь. Поэтому, если уже мне это будет стоить хотя бы свободы, я хочу, чтобы вы получили этот дар сполна. Я ясно изъясняюсь?       – Ты рассчитываешь на мою защиту? – спросил Ваэл. – Хочешь, чтобы я тебя прикрыл от тех, против кого ты пошел?       – Нет. Я рассчитываю на то, что ты окажешься достаточно мудрым, чтобы так же пройти свой, ранее иссеченный путь, – мотнул головой Макс. – Помочь, в случае чего, мне не сможет никто. Разве что один из тех, кого я знаю, возьмет меня под свое крыло, взяв на себя ответственность за все то, что я сделал и сделаю. Хотя, есть пара процентов вариаций того, что вместо наказания я получу поощрение, но для этого вы должны очень постараться. Именно для того, чтобы направить вас по тому, отброшенному вами пути, мне и нужно перекрыть вам доступ к внешней энергии, оставив только ваш личный кокон, который и придется развивать. Правда, сразу скажу, что если продумать способ развития, то это не доставит труда. Как и говорил ранее, я совместил все параллели Нереи в одном месте, и начальное использование энергии не покажется излишне сложным. Но, как и в любой другой тренировке, я буду давать вам с каждым разом все более сложные задания, пока вы не выйдете на уровень, который меня устроит. Если так произойдет, то никакие инквизиторы мне не будут страшны.       – Потому что мы станем равны им? – задал вопрос Ридан.       – Возможно, – уклончиво ответил Макс. – В любом случае, все будет зависеть от вас. От вас всех, – чуть строже посмотрел он на тех, кто сидел рядом. – От дар-кэй – так же. Я хочу увидеть выходящие отсюда, из закрытого пространства, минимум как полторы сотни плеяд. А максимум – чтобы все, независимо от предпочтений, могли сливаться плеядами друг с другом, как это делали вы, – кивнул он Эндери. – А для этого тебе отдельно нужно будет поработать.       – Сделаю все возможное, – согласно кивнул тот, пару минут послушав тишину. Никто из ребят не задавал больше вопросов, а Макс, видимо, сказал все, что хотел. – Что ж, если мы получили предварительную накачку, то стоит нам найти свои комнаты и заняться обучением, как ты того и хотел, – он встал.       – Да, стоит, – Макс тоже поднялся. – Синхронизируйте хронометры, – указал он на свой. – На экране вы видите цифры от одного до десяти. Экран сенсорный. При нажатии на одну из цифр, вы оказываетесь в кластере соответствующей плотности энергии. Десятка – самый плотный, единица – самый разреженный. Обучение и первые походы в данжи вам стоит проводить в десятке, а потом поднимать уровни. Иногда я буду принудительно менять кластеры, чтобы вы не расслаблялись. Сам я в бои вмешиваться не буду. Возникнут вопросы – сможете найти меня здесь.       – А можем мы узнать, к чему стремиться? Или цель в создании плеяд? – Богдан тоже поднялся.       – Скажу так, – Макс ухмыльнулся. – В каждом из данжей, в которых вы, или ваши бойцы, произведут зачистку, будет находиться осколок ключа. Когда вы соберете весь ключ, то за ним откроется портал, в котором и будет лежать награда. Срок выполнения квеста, который я вам задал – тридцать стандартных дней закрытого пространства. После этого, достигните вы того уровня, который я от вас требую, или нет, вы будете выкинуты в реальность. И там вас уже будет поджидать Дерех, который, как и обещал, начнет вырывать личность и души из оболочки собственных оков, чтобы уже не подарить возможность морфизма, а обязать стать морфами, без вашего на то желания. Не знаю, может для кого-то этот способ и покажется легче, но не советую. Удар по психике будет в разы сильнее.       – Могу подтвердить, – кивнул Эндери. – Это надолго выбивает из колеи.       – Да, еще кое-что! – щелкнул пальцами Макс. – Если успеете, то мне дано право вас еще кое-чему обучить. Но пока это секрет. Дерзайте.       – Легко ему говорить, – вышел в коридор Богдан, пока еще не желая разделяться с остальными. – Дерзайте. Судя по всему, кроме дополнительного времени, мы не получили ничего.       – Еще плотность энергетического пространства, – вмешался Ридан. – Я побывал в каждом кластере, и могу сказать, что это большой плюс для обучения.       – Попробуй это докажи всем и каждому, – хмурился Богдан.       – Доказывать не нужно, – мотнул головой Рахур. – Я услышал все, что мне нужно, и смогу приказать бойцам следовать правилам тренировок.       – Не поможет, – вмешался Грайб. – Не достаточно понимания того, что это нужно командиру. Нужно самому проникнуться идеей и желать преобразования. Простое следование приказу и дословное выполнение заданий нам не поможет. Когда мы вступили в войну с эмпанами, многие, привыкшие к защите Дереха, просто дохли, не пытаясь развиваться. А что? Не сложно возродиться в замке. Он так обещал.       – Да, помню это, – нахмурился Богдан. – Пришлось вводить ограничения на смерти, наказания и поощрения.       – И как вы тогда разобрались с теми, кто ушами хлопал? – поинтересовался Эндери.       – Лишали права развития, отправляли на уборку помещений и запрещали участвовать в боях.       – Не катит, – мотнул головой Эндери.       – Я слышал, что Дерех хочет всем и каждому, кто пройдет преобразование, подарить стфар, – вмешался Рахур. – Это было бы хорошим поощрением. Если я правильно все преподнесу, то согласятся все. В эту команду уже отбирались добровольцы, а не все подряд, так что повернуть их мысли в нужную сторону не составит труда.       – Согласен. А я, со своей стороны, пообещаю обучить их некоторым техникам накачки духа, которыми мы пользовались после первого слияния в плеяды, – поддакнул Богдан.       – Думаю, никто из дар-кэй не откажется получить мой пустотный щит, – пообещал Ваэл.       – И мой кристалл призыва крови, – дополнил Ридан, и пояснил: – На основе силы семьи Кассар я создал фамильяра крови, защитника, которого можно привязать к своей ауре навечно, и пользоваться его возможностями.       – Питомца, что ли? – хмыкнул Богдан.       – Вечного питомца, который питается силой своего хозяина и может исполнять несложные приказы. Конечно, разум фамильяра не развить, его умения будут разве что на уровне пса или кота...       – Иногда и такого достаточно, чтобы склонить победу на свою сторону. А если внедрить в подобных питомцев искусственный интеллект, искру или даже душу, то вот тебе и полноценный защитник.       Эндери слушал эти разговоры в пол-уха, думая о том, что же именно они с Дерехом упустили. Или же точнее – упустил он. И когда именно это произошло. Почему-то тем, переломным моментом, после которого он пошел своим путем, а Дерех своим – он считал не битву на Адароне, когда потерял Родиона, а то, когда выжег себя на Земле, в пламени костра, спасая Гэссера. Именно тогда, как он ощущал, произошло первое разделение. Тогда душа расслоилась. Часть ее спас Гэсс, облагородив собой, дав право Дереху возродиться тем, кем тот стал. А часть – затаилась, ничем не связанная. Получая знания и умения Дереха, он тогда находился в спячке, оставляя за собой право соглашаться или не соглашаться с решениями младшего, или тогда еще равного, но никогда не вмешивался. И только когда Родион погиб, тогда он и вышел наружу, став тем, кем его сделал Эррианнэр, взрастив по своему образу и подобию. Хотелось задать этот вопрос Максу, но Эндери был уверен в том, что феникс если что-то и знает, то промолчит. Что-то они должны делать и сами, не надеясь на то, что им всю информацию разложат по полочкам. Да и не так уж и важно это было. Куда как важнее казалось то, чего ему нужно было достичь своими силами, не имея тех возможностей, которые подсовывал ему Дерех, которыми облагородил его Эррианнэр и те, что подсунул Ваэл, обучая его новому могуществу.       – О чем ты задумался? – когда они зашли в комнату, выделенную на них троих, наконец, задал вопрос Ваэл.       – Вспоминал, на чем именно я остановился, и как это можно развить, чтобы достигнуть уровня своего младшего, – Эндери смотрел на Ваэла и Рахура.       – И каков вердикт? – Рахур присел на кровать, взяв с нее шлем.       – Займусь-ка я вашим обучением, – он попытался снять комбинезон, но тот словно прилип к телу. – Черт, да что же это такое!..       – Если я не ошибаюсь, то это называется программированием аватара, – лукаво улыбнулся Ваэл. – Конечно, это не виртуальная реальность, а закрытая, но неужели ты думал, что Макс настолько безумен, что поместит меня, первооснову, искажающую пространство своим присутствием, в такой карманный мирок? Здесь не мы, а отголоски наших матриц. Их слепок. Те, кто был в капсулах, запрограммирован, а от меня и Рахура – только слепки с теми возможностями, которые нам позволили сохранить здесь при себе.       – И вы оба об этом знали, когда мы покидали открытое пространство? – возмутился Эндери.       – И дали на это свое добровольное согласие еще там. Здесь это уже было сказано для тебя, чтобы ты на многое не рассчитывал.       – Засада, блин, – Эндери нахмурился. – Я хотел кое-что сделать. Но, раз мы здесь как отголоски, то это бесполезно...       – Если это не заемная энергия, о которой говорил Макс, то думаю, он тебе оставил лазейку поднять свои возможности до тех, что ты имел раньше, – Ваэл улыбался, и Эндери прищурился, понимая, что это все неспроста. Видимо, Лорд Арду покопался в мозгах феникса и выяснил все для себя заранее. – Если нужна помощь, то только скажи.       – Помощь... – Эндери расшипелся от гнева, но быстро взял себя в руки. – Да. Мне нужна помощь. Я хочу попробовать слияние. И для этого мне нужны вы оба.       – Приказывай, – пожал плечами Рахур. – Мы в твоем распоряжении.       – Если это не виртуалка, а реальный мир, то та зелень, которую я заметил на склоне холма, не голограмма, а действительно растущие там деревья, – Эндери, хмурясь, ходил по комнате. – Если это так, то нам нужно добыть топоры или другое рубящее оружие, и создать мне, точнее нам, огненную колыбель.       – Почему огненную? – не понял Рахур. – Моя энергия – вода. У Ваэла – бездна. Не проще ли будет объединить все наши возможности, а не перестраивать всех нас в огненной структуре?       – Я умею раскрываться в огне, и соприкасаться в нем с чужими душами лучше всего, – спокойно отозвался Эндери, не ощутив попытки перетянуть на себя власть. – Но, если кто-то из вас умеет это делать лучше, то я могу и подчиниться.       – Мы могли бы и объединить наши возможности, – задумался Ваэл. – Хотя... Я более чем уверен, что огонь не причинит нам вреда. Если тебе нужно, то мы готовы пройти через него.       – Тогда – прошу, – Эндери повел рукой на выход, покинув комнату, чтобы столкнуться в коридоре с Богданом и Грайбом, у которых в руках уже были топоры. – Я не понял, а вы...       – Огненная колыбель, – мрачно буркнул Богдан. – Хоть я и не люблю пламя, но раз у нас нет силы Дереха, то только обновление полного слияния в плеяду позволит нам открыть свои возможности, чтобы не выглядеть на уровне дар-кэй, довольно опытными в раскачке духа, полными нубами. А вы что? Тоже?       – Именно, – согласился Эндери. – Ты случайно не знаешь, Ридан не хочет к нам присоединиться?       – Хочет, – раздался голос эмпана, как раз покинувшего свою комнату. – Дерех меня оберегал от огненной колыбели все это время, но думаю, что после того преобразования, что я получил от Лорда Арду, – поклонился он Ваэлу, – огонь не причинит мне вреда. И, если я прав, то смогу смешать наши ауры и нанести всем общую печать плеяды, что усилит каждого из нас в разы.       – А если не прав? Нам что, твою испепеленную тушку Дереху в совочке принести? – хмыкнул Эндери. – Ты же здесь в телесной форме.       – В энергетической. Телесную я уже потерял. А магия огненной крови куда как сильнее чем обычная, та, которой пользуются эмпаны.       – Если ты помнишь, то мы уже к тому времени, как вы с Дерехом разделились, создавали временные плеяды, – напомнил Богдан. – Конечно, с Яной это было куда как проще, как со всадником, но и мы не неопытные юнцы.       – Мы – из таких, – хмыкнул Ваэл.       – Влить в состоявшуюся плеяду кого-то уже проще, чем создавать ее с нуля, – взглянул Богдан на Лорда. – К тому же, после слияния с Яной и Дрэйком я смог уловить их умения всадника и синхронизатора. А ты, Лорд, как мне кажется, достаточно умный, чтобы суметь их заполучить.       – Всадник? Синхронизатор? – любопытство в голосе Ваэла было не наигранным. – Я не слышал о таких званиях в плеяде.       – Мы говорим о своих плеядах, – смущенно кашлянул Эндери, – боевых, а не плеядах хтуров. Всадник – тот, кто может сплести в плеяду любое количество разумных, независимо от их возможностей и желаний. Плеяда под управлением всадника – всего лишь мощь и сила, управляемая им одним. Слияние энергий, а не душ. А синхронизатор может внушить некоторому количеству плеяд свое волеизъявление. Если ему поддаться, притом добровольно, можно получить слаженную команду из разрозненных плеяд не сражавшихся вместе.       – Для боевого построения самое то, – согласился Рахур. – Но я не представляю, как Нар Арду это сделает.       – Знаешь, – Ваэл щелкнул пальцами, как это обычно делал Эндери, когда приходила идея. – Максютка внес в это мироздание такую науку как программирование. Я разобрался с ней, и думал, что она бесполезна в большинстве случаев. Но, если надо какому-то количеству особей передать некоторые умения, – прищурившись, он посмотрел на Ридана. – То мы с тобой могли бы это сделать.       – Как? – тут же спросил эмпан.       – Память крови, – таких матов от Ридана никто из знавших его, ранее не слышал. – Ты против?       – Нет! Я полностью и безоговорочно согласен! – возмутился эмпан. – Я просто в отчаянии от того, сколько знаний и умений мог бы получить и передать, подумай об этом раньше!       – Расслабься, – хмыкнул Ваэл. – Так, как это сделаю я, у тебя все равно не получится. Как эмпан, ты бы получил только отголоски знаний, даже если тебе их готовы были передать. Чтобы извлечь всю информацию, преобразовать ее и создать выжимку знаний, недостаточно быть поглотителем крови. Нужно знать, что искать и как в эти умения внедрить активатор.       – Ты не понимаешь! – во взрыве отчаяния, Ридан забыл о том уважительном отношении, которое показывал Нар Арду. – Если бы я знал, что можно переплавить мои знания в умения, я бы их копил!       – Ты хочешь стать вторым Рроксом, что ли? – удивился Эндери. – Мало его, со всеми знаниями и умениями, которые он копит, как кропотливый архивариус, так еще и ты хочешь? Нам мало одной ходячей энциклопедии?       – А он копит их как, в душе, или в рукописном варианте? – с издевкой спросил Ридан.       – Не спрашивал...       – Так спроси! Записи бесполезны!       – Ты чего разошелся, клыкастый? – мягко толкнул Ридана в бок Богдан. – Ну, не узнал чего-то, не научился. Так для этого мы все здесь есть. Каждый из нас умеет часть чего-то там. Или ты хочешь быть всемогущим?       – Кое с кем, кто мог бы мне передать умения именно моего рода, не встретится нам на пути здесь, – ткнул он рукой в пол, давая понять, что имеет в виду Нерею. – А мне эти знания нужны.       – Это касается твоей направленности? – мягко переспросил Ваэл. – Или чуждой тебе?       – Моей, – вздохнул Ридан.       – Ты пробовал кровь этих существ? Тех, кто нес в себе эти знания?       – Нет. Того, кто мог мне открыть секреты древних – не пробовал.       – Сочувствую, – хлопнув Ридана по плечу, Ваэл осмотрел собравшихся. – Ну что, идем?       – Я бы хотел Максу парочку вопросов задать, – неуверенно произнес Энедери. – Чтобы знать, есть ли ограничения.       – Не советую, – качнул головой Ваэл. – Если они есть, то разочаруешься. Если нет – потеряешь время. Как открыть возможности, даже если они запечатаны, я знаю. Так что, предлагаю довериться интуиции.       – Она мне благим матом орет, что мы зря сюда пошли, – проворчал Эндери. – Не дар-кэй, а именно мы. То, чем придется заниматься – фирменное извращение. И я даже не знаю, как на него настроиться, чтобы хоть что-то получилось.       – Ты слишком много думаешь, – Рахур, приобняв эннэшше за плечи, потащил его за собой. – Прав был Ваэл, это тебя не красит.       – Знаешь, Энди, – Богдан лукаво усмехнулся. – Мне кажется, что ты нашел себе именно тех парней, которые помогут тебе не загоняться. Кстати, Рах, ты не научишь меня, случаем, подобному отношению, чтобы я так Дереха в порядок приводил?       – Рецепт прост, – хохотнул Ваэл. – Много секса и мало мыслей. Чем точнее соблюдаются пропорции, тем активнее работает эта голова, – потрепал он Эндери по макушке. – А так как они – одно целое, то данный рецепт подходит и Дереху.       – Ага. Только этого уломать легче, чем нашего, – расстроился Грайб. – Месяцами не показывается.       – За шкирку и в койку, – хмыкнул Рахур. – А там уже и сам размякнет.       – Будешь много пиздеть, мало достанется! – возмутился Эндери, вызвав многоголосый хохот, на который даже Макс выглянул, с хитрой улыбкой проводив взглядом ребят до выхода.       – Итак, это древесина, – пощупав первое дерево, поцарапав его когтем, согласился сам с собой Эндери. – Жалко, конечно, что она живая...       – Тебе ее сделать мертвой? – предложил Ваэл.       – Мне ее надо высушить, – яснее выразился Эндери. – Для огненной колыбели нужно хорошо просушенное дерево.       – Тогда это моя задача, – тут же отозвался Рахур. – Я могу изымать воду из объектов.       – Нам нужно примерно двести стволов, – осмотрел ширину и высоту деревьев Эндери. – Ты их как сушить будешь, потом, или сейчас?       – Я бы тебе посоветовал, Ридан, смотреть, что делает исхат, – предложил Ваэл. – Кровь – тоже жидкость. А изъятие влаги из крови – одно из сильных умений, убивающих противника.       – Манипуляция с любой жидкостью мало чем отличается от манипуляции с кровью, – добавил Рахур. – Все зависит от наполненности жидкости жизнью.       – Вообще все манипуляции с энергией, так или иначе, перекликаются, – добавил Ваэл, смотря на то, как Рахур иссушает деревья. – Только работа с пространством слегка отличается от остального воздействия. Точнее, работа с отсутствием пространства.       – Неужели так и вся? – удивился Богдан, замахнувшись топором, на что Ваэл удержал его за плечо. – Что?       – Тебе хочется применить физическую силу? Или ты не уверен, что у кого-то из нас достаточно сил, чтобы скосить все стволы одним махом?       – Да ради бога! Мне же легче! – фыркнув, Богдан отошел, после чего присел на траву. – Так что, говоришь, что вся магия перекликается?       – Естественно. Все зависит от того, на что именно делаешь упор. Изначально все сущее состоит из энергии. А вот воздействие на нее снаружи или изнутри и дает тот или иной эффект. Хотя правил чуть больше, чем десяток, но вселенная им, так или иначе, подчиняется.       – И ты даже готов их рассказать? Правила эти? – удивился Богдан.       – А почему бы и нет? – пожал плечами Ваэл. – Первое правило – правило души. Ее исток и крепость ее искры. Чем крепче душа, чем ярче ее искра, чем полнее исток, тем более филигранна работа энергией. Второе правило – правило разума. Чем сложнее его структура, тем больше открыто трансформ энергии. Третье – правило желаний и стремлений. Четвертое – правило воли. Как видишь, не так уж и сложно.       – Ага, а ты расшифруй, – попросил Эндери.       – Конечно. Сейчас начнем складывать твою колыбель, и я займусь рассказом, – согласился Ваэл, подождав, пока Рахур закончит иссушать деревья, осыпаемый опадающей листвой, и, собрав из ранее изъятой воды серп, снес все выбранные стволы, оставив Богдану и Эндери борьбу с ветками.       – Я вижу, ты и чужую силу можешь использовать, – подошел к нему Ридан.       – Естественно. Но это и называется заемная сила. То, что для твоей собственной работы берется у другого. – Он повысил голос, чтобы за стуком топоров его было слышно. – Так вот. Правила магии, раз вы уже эту силу называете магией, довольно просты. И, при желании, можно научиться как созиданию, так и разрушению с ее помощью. Конечно, большинство магов выбирает себе путь наиболее подходящий. Это и называется путем души. Стихия, работа с изначальной энергией, артефакты, амулеты с вложенной энергией, ментальная магия, магия крови или же конструкторская магия. Все это – виды одного и того же воздействия на мир, только разными путями. Изначально, все маги способны только на разрушение. Выброс энергии, которую собирает их сосуд души. Но разрушение бывает разным. Кто-то рушит оковы, кто-то – болезнь. Кто-то – физическое пространство. Суть первого шага – выброс накопления. Второго – осознанный сбор энергии. Изъятие ее излишков из пространства. Например, как это сделал Рахур, изъяв воду из стволов, чтобы они стали сухими. От того, насколько умен и разумен маг, зависит то, какое количество силы он применит для решения задачи. Можно с помощью магии развоплощать препятствия, а можно снижать их плотность. В первом случае, используется большее количество энергии. Во втором – меньшее. Так же, можно подумать и решить проблему с выбросом и накоплением еще проще. Например, как это сделали мы с Рахуром, используя одну и ту же силу, только для разных действий. Взаимодействие магов – это и есть мудрость. Если маг умеет копить энергию, изымать ее излишек из пространства, наносить удар энергией, то этих трех шагов достаточно, чтобы начать обучаться точечному воздействию. И это касается не только стихий, но и работы с первоначальной энергией. Правда, для развития своих возможностей, нужно не только знать, как работать той силой, что получил, но и изучать науки. Математика, химия, геометрия, физика... так же у вас называются эти науки? – обратился он к Эндери, увидев его кивок. – Вот. От этого зависит дальнейшее продвижение магических умений. Например, чтобы разрушить крепость, в которой мы сейчас живем, можно нанести удар всей своей энергией, и получить пробоину. А можно подумать и снизить плотность пары камней, на которых держится вся постройка. Или же, изъять один из элементов, дающих зданию крепость, как и заменить его другим элементом. Фокусировка, элементализм, умение находить слабые места – все это, хоть и наука, но очень сильно помогает в применении собственной силы духа, которая есть у магов.       – Получается, что каждый способен стать магом, – отдыхая, Богдан оперся на топор. – Все зависит не от того пространства силы, которое есть у мага, а умение распоряжаться своим духом.       – Магом может стать не каждый. Изначально искра, которую вы называете душой, довольно сильна. Другое дело, что не у каждого она есть.       – Это еще почему? – Эндери тоже прекратил срубать ветки и прислушался. – Нет, я понимаю, что есть так называемые боты, у которых нет души, но их меньшее количество, и они создаются в мирах, уже давно населенных, теми богами, которые ими руководят. Для заполнения пространства, так сказать. А в новых мирах, ненаселенных, такого нет.       – Придется тебя разочаровать, – Ваэл развел руками. – Во-первых, есть разумные, которые изначально не обладают искрой души. При этом, они не являются ботами, как ты их назвал. Их создают по другому образу и подобию. Но да, эти разумные изначально не могут работать, как маги, с помощью своего внутреннего кокона. Но при этом, они могут управлять энергией ничуть не хуже, чем искроносные. Этим отличаются те, кто пользуется заемной энергией. И к таким отношусь я, Ридан, Рахур и ты.       – Ридан? – Эндери невероятно удивился. – Но у него же есть душа!       – Эмпаны не обладают душой, Энди, – развел руками Ридан. – Наше тело и есть наше духовное вместилище. Не искра, как ты привык, а аура.       – Да неужели? – возмутился Эндери. – А что касается меня? Я тоже бездушный?       – Твоя искра, не более чем ядерный реактор, с помощью которого личность развивалась. После того, как надобность в этом реакторе отпала, он завершил свою работу. Сейчас ты нечто большее, чем искра, или набор искр.       – То есть, я не смогу сделать то, что хочу? – нахмурился Эндери. – Ведь колыбель должна воздействовать на мое духовное пространство...       – Думаю, ты в состоянии сделать даже больше, чем думаешь. Ты – осколок силы Абсолюта.       – Но Дерех тоже. И при этом у него душа есть!       – Пока еще есть, – кивнул Ваэл. – Но в определенный момент она растворится в этом осколке силы, то ли став его дополнением, то ли исчезнет полностью.       – Вот, значит, что с Дерехом происходит... – задумчиво произнес Ридан. – Я думал, он теряет себя, а он просто переходит на другой уровень восприятия... Ваэл, скажи, он перестанет быть человеком?       – Думаю, это зависит от него. Быть разумным и принимать тех, кто рядом, не значит, что нужно обладать искрой. Ни одна из основ или полуоснов не является носителем искр, как вы. Это относится к более слабым, смертным расам.       – Получается, что и нам осталось недолго, да? – хмыкнул Богдан. – Скоро и мы станем частью этого огромного целого, и наши искры превратятся в осколки Абсолюта?       – Да, – Ваэл замолчал. – Да, не об этом я с вами хотел поговорить.       – Не забивай себе голову, – отмахнулся от информации, что получил, Эндери. – Я, например, не сильно и ощущаю эти перемены. Душа, или осколок – не важно. Главное, как и сказал Ваэл, оставаться человеком, а точнее – разумным, у которого хватает разума быть человечным.       – Вот с этим согласен, – кивнул Грайб, забрав у Богдана топор. – Важно, кто ты, а не что бурлит в тебе. Но все же, давай вернемся к магии. Ты сказал, что все воздействия на пространство, суть одного и того же. При этом, Дерех конструктор. Ридан – маг пространства. А некоторые из нас – маги стихий. Как это совмещается?       – Все просто, как и сказал, – Ваэл слегка пожал плечами. – Все зависит от того, как пользоваться умениями. Чем меньше требуется сил для активации умения, тем точнее воздействие. Нужно помнить, что как разрушение, так и созидание может нести в себе и обратный эффект.       – Создание проблем и разрушение неприятностей, – фыркнул Эндери. – Это нам еще Мрис рассказывал. А что касается заемной энергии и собственной, вот здесь я не пойму. По большому счету, вся она является заемной, – он начал перетаскивать бревна, и тут к нему уже подключились Ридан с Рахуром. – Развивая свой кокон, как ты его называешь, мы вбираем в себя энергию. Да все ее вбирает! Даже растения. И синтез этой энергии во что-то убойное, это, то же самое преобразование, которым мы занимаемся в плеяде. Разве что, когда находимся в ней, мы берем энергию пространства. Звезд. Понимаешь?       – А ты пробовал когда-нибудь активировать только себя? Без того, чтобы синтезировать отобранное? – поинтересовался Ваэл.       – Я даже не знаю, возможно ли такое, – хмыкнул Богдан. – Точнее, да, это возможно, но боюсь, что это выест наши источники.       – Думаю, как раз здесь и можно попробовать, – задумался Эндери. – Мы под присмотром феникса. Если что-то пойдет не так, он вернет время. Сделает откат.       – Для тех, кто стал выше богов, откат не действует, – хмыкнул Богдан. – Дерех нам этим уши прожужжал. Да и ты, общаясь с фениксами, должен это знать.       – Мы – матрицы, а не личности сейчас, – возмутился Эндери. – А это значит, что все наши воздействия – не больше чем игра в той же виртуалке. Или я не прав?       – Все зависит от того, насколько полно Макс отделил вас и нас от реальности, – задумчиво произнес Ваэл. – Но, думаю, я смогу удержать вас от разрушения личных источников.       – Думаешь, или сможешь? – с издевкой спросил Богдан. – А то как-то не хочется получить пустоту в душе, в реальности, если что-то пойдет не так.       – Что ж, тогда тем более стоит задействовать свой пустотный кокон, чтобы отделить вас, как матрицы, – согласился Ваэл. – Но в этом случае, вы получите только знания и умения, а не те возможности, которыми будете оперировать здесь. В реальности придется повторять этот этап.       – Справимся, – согласился Эндери, осматривая получившееся «гнездо», в котором они должны были разместиться. – Не знаю, как кто, а я нервничаю.       – Ты? С чего это? – удивился Богдан. – Как раз именно вы с Дерехом придумали сжигать себя в подобной колыбели. Мы всего лишь пошли у вас на поводу.       – Огонь лучше всего снимает накопленное дерьмо, которого у нас за это время скопилось достаточно, – буркнул Эндери. – Так что, хватит болтать. Полезли.       – Я предлагаю всем и каждому использовать свои силы в колыбели, – Ридан забрался наверх. – Устроим сплетение сил.       – В огне? Не думаю, что получится, – отозвался Богдан, смотря на то, как Рахур и Ваэл вжали в себя Эндери. – Слушай, Рид, а что если и мы устроим малую плеяду?       – Три на три? Почему бы и нет? – эмпан уютно улегся на колени Богдану, прижав к себе Грайба. – Или у владыки пустоты есть свое решение?       – Владыка пустоты пока что сканирует ваши воспоминания о колыбели, чтобы сделать все максимально точно, – пробормотал Ваэл, накрыв колыбель непроницаемым куполом пустоты, в котором постепенно растворился дневной свет.       – Темно, как у негра в жопе, – буркнул Богдан, дернувшись, когда колыбель запылала. – Предупреждать надо!       – Отпусти свою душу, – попросил Ваэл, изменив тело, обхватив щупальцами всю остальную пятерку, постепенно вплетая тьму и пустоту в пламя. – Позволь себе расслабиться, как это делал ранее. Впусти пространство в свой ментальный кокон.       – Да ну его, – буркнул Богдан, перестав дергаться от языков пламени, постепенно расслабляясь в его невероятном жаре. – Мы просто давно не использовали колыбель, я уже забыл, как это может быть приятно.       – Состояние покоя тоже подходит, – согласился Ваэл, взглянув через марево огня на эмпана, отметив, что тот держит кокон магии вокруг себя. – Ридан, если ты не расслабишься, мне придется тебя временно подавить.       – Согласен, – кивнул тот, дернувшись, когда щупальце Ваэла пробило его грудь, стрекалами рванув внутрь. Кокон крови опал, и Ридан зашипел от боли, когда огонь коснулся его энергетического тела. Но когда пламя преобразования вобрало его в себя полностью, боль ушла, позволив расслабиться и открыться.       – Позволь я, – пробормотал Эндери, опершись спиной на грудь Ваэла. – Нужно нас слить, а ты, так же как Рид закрываешься... – он зевнул, ощущая то умиротворение, которое обычно поглощало его в колыбели.       – Нет, в этот раз работать с вашим слиянием буду я, – пробормотал Лорд Арду, ощущая, что и сам поплыл в жгучем, но удивительно правильном пламени.       И, решив, что сплетением займется чуть позже, позволил себе раствориться в неге душ, что плавились в огне колыбели, очищаясь и напитываясь силой.       Пришел он в себя внезапно, когда стволы, прогорев, рухнули, обдав его горячим пеплом. Заворочавшись всей своей огромной массой, непонятно где набранной, он поднялся на ноги, пытаясь себя рассмотреть и, понимая, что не видит и десятой части того, что с ним произошло, отделил частицу себя, позволив ей облететь новое тело, удивившись еще больше, когда понял, что находится в облике аргаана. Никогда в жизни он не принимал такого облика, но сейчас, видимо поддавшись велению душ, что уютно спали в его груди, создал то, что было им по нраву. И не только им. В данном облике Ваэл Нар Арду ощущал себя удобно и полноценно, словно и ранее принимал такой вид, но забыл об этом. Но удивлял даже не облик древнего существа, а то, как оно выглядело. Сам себе он напоминал аморфный сгусток тьмы, который в аргаана превращала, заковывая эту тьму, прозрачная, словно стеклянная, чешуя. И эта тьма сочилась из сочленений чешуи, покрывая его первозданной тьмой, словно дымчатым коконом.       Переступив с лапы на лапу, Ваэл расправил крылья, осознав их размах, и осторожно попытался взмахнуть огромными отростками, возникшими на спине. Но стоило только подумать о том, что стоит взлететь, как души, заключенные в нем, проснулись, сплелись, слились воедино, сверкнув ослепительной звездой, и разошлись живительной энергией по всему телу, заполнив его собой. В этот же миг прозрачная чешуя, под которой клубилась тьма, сверкнула радужной пленкой, начав опалесцировать, полностью скрывая под собой могучую темную силу Лорда, заключая ее в непробиваемый кокон. А чуть позже, по чешуе маслянистой пленкой разлилось бордовое сияние, воссоздав еще один щит, который совершенно не мешал ощущать единение с миром, но мог защитить.       Все пять душ, заключенных в нем, мягко отозвались, давая понять, что не против того, чтобы вел он, и готовы взять на себя работу телом, как брали раньше, сливаясь в собственной плеяде. И Ваэл понял, что означает умение всадника. Осознал, как нужно действовать и руководить теми, кто влит в него, ощутив невероятный восторг единения и полного слияния, о котором не мечтал, даже приняв то, что является ведомым в плеяде хтура.       Когда первое потрясение прошло, Ваэл ощутил, что рядом находится какой-то сильный разумный, повернувшись на ощущение огненной ауры, чтобы увидеть перед собой слепящего серебристо-голубым пламенем феникса. Что-то в этом разумном было знакомое и близкое. Ваэл, коснувшись собственной памяти, сейчас слитой с памятью остальных пяти разумных, осознал, что перед ним стоит Макс. Только не в облике человека, а в облике крылатого создания. Пару минут они смотрели друг на друга, после чего Макс медленно подошел, а Ваэл, понимая, что между ними нет вражды, склонил свою морду, позволив жгуче-горячим ладоням коснуться своего носового щитка, прищурившись от нежных ласковых прикосновений.       – Покатай меня, большая черепаха, – в своей шутливой манере попросил Макс, и Ваэл опустил крыло, ощутив цепочку обжигающих прикосновений, когда феникс взбежал ему на спину, устроившись между спинных наростов. Ладошки феникса, который на его мощном теле казался не больше котенка, коснулись шеи, и Ваэл ощутил, как его поглаживают, неловко заворчав в ответ, давая понять, что ему приятна эта ласка. – Давай, Ваэл, вверх, – почти приказал Макс, и крылья, ранее неумело подставляемые под потоки воздуха, внезапно расправились, подмяв под себя пространство, чтобы поднять огромного аргаана ввысь.        «Выше! Еще выше! – требовал феникс, с восторгом ощущая под собой мощное, переливающееся силой тело. – Ты можешь покинуть эту планету! Эту галактику! Давай же!»       Осознав, что от него требуется, Ваэл стремительно рванул ввысь, легко преодолев притяжение планеты, чтобы оказаться в космосе. А потом, по велению Макса, по червоточине скользнул к самому краю мироздания, остановившись только тогда, когда его осторожно похлопали по шее.        «Подставь лапу, – попросил Макс и, получив требуемое, устроился в когтистой ладони как на диване в собственной гостиной. – Я знаю, что вы, Владыки Вселенной, прекрасно видите структуру мирозданий, – погладил он по когтю, – а значит, ты сможешь мне помочь, если захочешь».        «Мне тебя что, лизнуть, чтобы подтвердить свое согласие?» – насмешливо спросил Ваэл.        «Это было бы неожиданно, – рассмеялся Макс. – Извини. Привычка. При первом слиянии плеяда редко оказывается полностью разумной. Чаще, на уровне дикого животного. Скорее всего, твой разум Владыки сумел справиться с хаосом, что творится сейчас в твоей душе...»        «Хаос? – Ваэл был удивлен. – Нет. Мы полностью доверились друг другу, и слияние произошло очень мягко. Я не подавляю разум тех, с кем слит, а они не пытаются взять надо мной власть. Видимо, по той причине, что четверо из них уже знают, что такое плеяда, и действуют так, как привыкли».        «Нет, причина в том, что ты – всадник, – резво отозвался Эндери. – Каким-то образом ты вытянул у Богдана это знание, и воплотил его. У всадника всегда высокий приоритет сознания. На его воле и разуме и держится плеяда, даже если разум тех, кто сливается, не готов раскрыться. А еще, в плеяде, где влит всадник, каждый остается самим собой, не происходит взаимопроникновение душ, как в плеяде, где существует полное доверие».        «Но я же видел, как вы слились...»        «Соприкоснулись. Когда я создавал плеяду с Олегом, Родионом и Анжелой, наши души составляли единое целое. Сливались сами искры. Потому плеяда с тем, кто может быть всадником, куда как желаннее».        «Буду знать, – согласился Ваэл, а после обратился к Максу: – Ты не просто так меня звал сюда. Расскажи, чем я могу тебе помочь?»        «Ты же знаешь, что такое мироздание, да? – Макс смотрел в сторону множества звезд трех галактик. – Что это структура, которая завязана на планеты, населенные жизнью. Любой жизнью, – тут же поправился он. – Не только разумной».        «Не думаю, что ты мне расскажешь что-то новое», – усомнился Ваэл.        «Я хочу воплотить защитную структуру, которая свяжет все обжитые и живые миры в этом мироздании. Будет сложно, не спорю, но это шанс, один на миллион, что данное мироздание не будет поглощено сразу, и сможет воспротивиться тем, кто на него нацелился».        «Твоих знаний хватит?» – темно-синие, почти черные глаза аргаана смотрели задумчиво и серьезно, а Макс, который всегда бредил драконами, не мог себе отказать, чтобы еще раз прикоснуться к теплой, даже горячей чешуе, ощутив ту великую силу, что клубилась под тонкими прозрачными пластинками, сочащимися тьмой.        «Я же феникс, Ваэл, – спокойно улыбнулся Макс. – Моей уверенности в том, что все пойдет по плану – мало, и я прошел обучение, чтобы точно знать, на что рассчитывать. Если ты мне поможешь, то мы сможем дополнительно защитить данное светлое мироздание, которое по нелепой случайности оказалось в темных мирах».        «Не по случайности, – возразил Ваэл. – Лорд Греар сам сделал его таким. Все, к чему он прикасается, становится светлым. Говори, чем я могу тебе помочь».        «Выдели взглядом все миры, которые живы, – попросил Макс. – Я знаю, ты сможешь увидеть жизнь. А еще я знаю, что не только здесь, но и во многих других структурах, вроде этого мироздания, все способные к жизни миры выстраиваются в многогранник. Нам надо найти связующие точки и соединить их, чтобы получились грани защитного построения. К сожалению, я могу только примерно показать то, что увидел. И насколько прав – решать тебе», – ментальный посыл открыл Ваэлу кристаллическую решетку, нанесенную на примерное расположение миров, заставив уважительно кивнуть.       Работа была проделана огромная, а если взять время, за которое Макс ее успел провернуть, то еще и напряженная. Но не это удивило Лорда Арду, а то, что выяснилось только при наложении граней на миры. Нерея действительно была центральным миром. Она находилась в центре скопления, и от каждого мира к ней шли тонкие нити энергии. И, если изъять центральный мир, или погасить его жизнь, то само мироздание перестанет существовать, потеряв связь с источником. Сравнить этот мир можно было разве что с искрой духа, пылающей в оболочке тела разумных. И, если раньше Ваэл воспринимал уверения Дереха в том, что Нерея является важной, как догму, то теперь увидел это сам. И не только он. Вся информация, которая приходила к нему от Макса, тут же обрабатывалась остальными, слившимися в плеяде, и это осознание только росло и ширилось, позволяя понять, насколько мудр был тот, кто создавал подобную структуру, размещая миры, способные дарить жизнь так, чтобы ими защищать все остальное пространство.        «Я увидел, – дал понять Ваэл. – Скажи, что нужно делать».        «Я не знаю, – сознание Макса отдалилось, не дав ощутить эмоций. – Точнее, я знаю, что нужно оказаться рядом с планетой, войти в ее энерго-информационное поле, закрепить на ней узел, и протянуть линию к следующему миру... Но я не знаю, как это будет здесь и сейчас. Каждое мироздание контактирует по-своему. А здесь... Здесь даже власть Владыки не ощущается. А еще... Сложность в том, что я начал расслаивать Нерею, а только потом узнал о печати Жизни, так что ее придется усложнить...»        «Макс, ты, блядь, реально, пиздец ходячий! – прорвался ментальный посыл Эндери. – Пойди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что, еще и так, не знаю как! Ты представить себе можешь эту структуру, да еще и умноженную в десять раз?!»        «Если бы я это не сделал, то сейчас бы руководил вашей плеядой с Нереи, а не рассекал бы пространство на вашем драконе!» – в тон ему возмутился Макс.        «Ну так, поверни время вспять!»        «Мы, фениксы, можем делать только точечные откаты пространства, занимающие не более ста тысяч километров в диаметре. Сделать откат вселенной может только Абсолют!»        «Ага, знаю я его откат, – возмутился Эндери. – С тем, чтобы он не произошел, мы и боремся. А то придется в карманное мироздание нырять, где-то на осколке вселенной, а мне этого жуть как не хочется. Ну, блин, ты кашу и заварил...»        «Полностью согласен, – отозвался Ваэл, после чего ехидно посмотрел на Макса. – Насколько я знаю, фениксы могут смотреть не проявленные копии бытия, а так же возможное будущее. Не думаю, что ты из тех бездарных, кто это не умеет».        «Я забыл, – тихо возмутился Макс. – Слишком много дел было в прошлом, и смотреть возможное будущее показалось мне не обязательным. Миры на копии расслаивали задолго до меня, да и я уже занимался этим. Правда, потом не приходилось ставить печать Жизни...»        «Ладно, хорош сиськи мять, – вмешался Богдан. – Пиздюлей этому распиздяю и потом отсыпать можно. А сейчас лучше думать о том, как справиться. Ваэл, можешь использовать наши матрицы и разум для расчетов. А еще, если бы была настойка Дереха, помогающая раскачать разум... – Макс виновато протянул бутыль на пять литров. – Вот как дал бы сейчас!.. К Дереху за данной дрянью ты сходить успел, а вот посмотреть, чем закончится то, что ты наделал...»        «Макс – феникс, – устало пробормотал Ваэл, понимая, о каком хаосе и полуживотном состоянии говорил ему огненный. Если бы все они не были заодно, то удержать разум и аморфное тело, удалось бы с трудом. Да и то, некоторые уже пытались замахнуться огромной драконьей лапой, чтобы прихлопнуть непутевого феникса, а кто-то уже примерялся ухватить его зубами. – Он мог слетать за этим снадобьем пару секунд назад. Все, хватит. Богдан прав. Сейчас лучше решать поставленную задачу. Сколько у нас времени?»        «Не знаю, сколько у Макса, а у нас – сутки, – спокойно произнес Эндери. – Потом придется распасться, иначе начнется взаимопроникновение, и две плеяды превратятся в одну. А так как слияние происходит без Дереха, то сами додумайте, что он нам скажет.        «А почему бы не решить проблему на поверхности, а потом вернуться взад уже с решением? – предложил Богдан. – Есть основания думать, что у нас не получится?»       Общее молчание было ему ответом. Никто не хотел брать на себя ответственность. Все могло измениться за то время, пока будет нарисован и обработан макет будущей связки. А еще, услышав этот вопрос, молчал Макс.        «Что скажешь, пернатый?» – уже прямо спросил его Эндери.        «У вас в слиянии Ридан, – ушел от прямого ответа феникс. – Он мог бы поработать с моделью. Если нужны расчеты, я могу их сделать на хронометре. Заодно я вас проведу по всем параллелям данного мироздания, так как умею ходить между проявленной и не проявленной реальностью».        «Что ж вы, фениксы, такие все таинственные... – вздохнул Эндери. – Как мне кажется, только Адарн имеет храбрость сказать так, как есть, а не увиливать...»        «Чем больше времени пройдет с сегодняшнего вашего слияния, тем меньше шанс на успех, – уязвленный подобной колкостью, обидевшись, произнес Макс. – И нет, соединять миры не обязательно. Есть шанс, что вы справитесь и без этого».        «Но?» – надавил Эндери.        «Но будет сложнее. Так что, работаете, или как?»        «Работаем, – буркнул Богдан. – А ты – изыди, пернатое! Если что, то мы и без тебя по реальностям побегаем. Как-никак, а Адарн успел нас научить переходить в параллели. А морду твою, виноватую, сейчас, видеть совсем не хочется! Кыш, сказал!»       Макс, словно только и ждал этих слов, исчез. Без портала, вспышки и других спецэффектов.       – Вот зачем ты его прогнал? – возмутился Эндери.       – А ты еще не понял? – вздохнул Ваэл. – Феникс свое дело сделал. Он привел нас туда, откуда нужно начинать строить печать, он дал нам все, чтобы не было осечек. Даже расщедрился на предсказание. На этом работа феникса завершена.       – Почему? – не выдержал Эндери.       – Потому, что если фениксы за нас все делать будут, то и жить они за нас тоже будут, – попытался объяснить Грайб. – Не знаю, как ты, а мне бы не хотелось знать свою жизнь наперед.       – Почему? Ведь можно все, что не нравится – изменить, – проворчал Эндери.       – В том-то и дело, что изменить не получится. Инстинктивно мы, в большинстве случаев, прокладываем свой путь так, чтобы получить как можно больше плюшек и как можно меньше подсрачников. Если изменить путь, предсказанный фениксом... Если представить, что феникс на это расщедрится... То в этом случае, еще неизвестно, что будет хуже...       – Да вы заткнетесь уже?! – вспылил Ридан. – Мне мозги ваши нужны! А захотите поговорить о фениксах – милости просим. Но уже на поверхности!       – И не в слиянии, – согласился Ваэл. – А то чувствую настоящее расслоение личности. Так недолго и поверить, что даже бессмертные могут лишиться разума.