Часть 32.
19 февраля 2022 г., 13:54
К счастью, признаки отравления у Баклажан проявились только после того, как они приземлились на Пристани Лотоса, иначе у Лань Ванцзи вообще не было бы никакой брачной ночи.
— Ты сказал, что вылечишь ее! — закричал Цзинь Цзысюань, приседая рядом со своей собакой. Баклажан стонала и растягивалась, когда судороги снова овладели ею. Вэй Ин издал рвотный позыв и отступил еще дальше.
— Прости, все дело в запахе, — сказал он, махая руками и снова давясь. Он драматично закашлялся.
— Она не виновата! Ты сам это сказал! Она отравлена! — Цзинь Цзысюань яростно поглаживал Баклажан, и даже когда собака тужилась, чтобы еще больше опорожнить кишечник, ее хвост вилял.
— Она разбрызгивает это повсюду, — слабо проговорил Вэй Ин.
— Вэй Ин, — позвал Лань Ванцзи.
— О, ладно. Пусть кто-нибудь принесет мне ведро воды.
— Из реки? — спросил Лань Ванцзи.
— Вся вода здесь из реки, так что это не имеет большого значения, — ответил Вэй Ин. — Спасибо. Ты можешь ее немного развернуть? Мне нужно ее обмыть.
— Полотенца! Мне нужны полотенца! Она простудится! — засуетился Цзинь Цзысюань.
— Она размером с дом, — сказал Вэй Ин. — И с ней все будет в порядке через минуту. Но еще одно ведро воды было бы хорошей идеей.
Он подошел ближе и протянул руку к Баклажан, которая заскулила и попыталась лизнуть его пальцы.
— Прекрати это! — возмущенно сказал Вэй Ин и пронзил собаку взглядом. Он приложил кончики двух пальцев к ее морде и сморщил нос. Лань Ванцзи видел, что тот испытывает искренний дискомфорт.
— Я трогаю собаку, Лань Чжань, — сказал Вэй Ин сквозь зубы и слабо рассмеялся.
— Вэй Ин храбрый, — согласился Лань Ванцзи.
Вэй Ин бросил на него благодарный взгляд, а затем переключил внимание на собаку. Он сосредоточился.
***
— Видишь? Я же говорил тебе, что вылечу ее! — торжествующе сказал Вэй Ин. — Ты уверен, что этого достаточно? Ее вырвало всего один раз! — Цзинь Цзысюань лихорадочно вытирал свою собаку полотенцем. Баклажан, казалось, наслаждалась вниманием. — Это потому, что она только что отравилась. Тебе пришлось избавляться от гораздо большего количества. Ты позволяешь ей лизать свое лицо? Ее только что вырвало! — Она не виновата, правда ведь? — проворковал Цзинь Цзысюань. Баклажан запыхтела. — И ты должен мне двенадцать бутылок «Улыбки Императора»! — напомнил Вэй Ин. — Я не принимал пари! — в раздражении воскликнул Цзинь Цзысюань. — Какой неблагодарный, — фыркнул Вэй Ин. — Ты хотя бы теперь согласен, что твой бульон был отравлен? Цзинь Цзысюань перестал вытирать собаку. Он склонил голову над ней, а она заскулила и снова попыталась лизнуть его в лицо. Она положила неуклюжую лапу ему на грудь и подталкивала его, пока он медленно не начал ее гладить. — Это был А-Яо? — прошептал он. — Ну, я не думаю, что это был твой другой сводный брат, — ответил Вэй Ин. Мо Сюаньюй плохо перенес ситуацию, в которой у большой пушистой собаки развилась острая диарея. Лань Ванцзи прислонил его к одной из стен двора и передавал ему духовную энергию, пока тот не стал выглядеть менее зеленым, но Мо Сюаньюй все еще держал глаза плотно закрытыми. — Я не могу в это поверить. Он мне нравился! Я всегда был добр к нему! — с недоверием сказал Цзинь Цзысюань. — Думаю, у молодого господина Цзинь есть амбиции, — произнес Вэй Ин. — Он здесь, кстати. Каким-то образом нагрянул к нам на свадьбу без приглашения. — Ты привез меня сюда, когда мой отравитель тоже здесь? — возмутился Цзинь Цзысюань. — Он не может тронуть тебя здесь, — отрезал Вэй Ин. — А если он попытается заколоть меня? — прошипел Цзинь Цзысюань. — Он не может тронуть тебя здесь, — раздраженно повторил Вэй Ин. — Ты под защитой. Я установил вокруг тебя барьеры, и здесь они сильнее, чем были в Башне Кои. — Вэй Ин, — одобряюще сказал Лань Ванцзи. Вэй Ин повел плечом. — Я приложил много усилий к тому, чтобы он не умер. Не хочу, чтобы они пропали даром. — Он старался говорить небрежно. — А как же Баклажан?! — потребовал Цзинь Цзысюань. — Что с ней? О, ради всего святого, просто не давай ей снова это есть! Лань Чжань! Собаки отвратительны! Лань Ванцзи был согласен, в данном конкретном случае. Цзинь Цзысюань схватил свою собаку за ошейник. — Поставь защиту и на Баклажан! — потребовал он. — Что? Зачем? — спросил Вэй Ин, в замешательстве сморщив лицо. — Он же не станет вредить собаке, верно? — Она может броситься на него, защищая меня! — стоял на своем Цзинь Цзысюань. Наступила пауза, пока все присутствующие переваривали эту идею. Баклажан запыхтела и завиляла хвостом. — Маловероятно, — сказал Лань Ванцзи. — Но возможно! — Ты такой мягкосердечный, Лань Чжань. Сначала кролики, теперь вот эти лохматые чудовища... Кто бы мог подумать. Ладно, учти — делаю это исключительно ради тебя. Павлин тут ни при чем. — Вэй Ин сокрушенно покачал головой и вывел в воздухе знак, который рассыпался снопом синих искр. Баклажан радостно запрыгала, пытаясь поймать их языком. — А-Сянь, это ты? — Голос Цзян Яньли послышался ближе, и фонарь отбросил небольшой отблеск золотистого света в ночи. — А-Сянь? А-Чжань? Я думала, вы уже легли спать... Молодой господин Цзинь? О, вы выглядите таким больным! Что с вами случилось! Цзян Яньли выглядела потрясенной. Ее свободная рука была прижата к сердцу. Поверх домашнего ханьфу на ней была накинута накидка, а волосы были растрепаны, как будто ее разбудили. Она выглядит очень мило, подумал Лань Ванцзи, и он подумал, что Цзинь Цзысюань считает так же, судя по выражению его лица. — Прости за беспорядок, шицзе. Собака Павлина отравилась, — извинился Вэй Ин. Они промыли внутренний двор так тщательно, как только могли при свете факелов. По крайней мере, там больше не пахло. — Собака? — рассеянно повторила Цзян Яньли. — Молодой господин Цзинь, мы должны немедленно отвести вас внутрь! Я велю тотчас же подготовить комнату. А-Сянь, ты не должен держать молодого господина Цзинь на холоде вот так! Вы голодны? — Мы еще и Мо Сюаньюя с собой прихватили, — сообщил Вэй Ин. — А в придачу — мокрую псину. Ну, скажем так, сильно подмоченную. — А-Сянь, мы рады любым твоим гостям, — отозвалась Цзян Яньли; должно быть, её любовь к брату и впрямь не знала границ. — Проходите в дом! А этот молодой господин...? — Мо, — подсказал Лань Ванцзи. — Молодой господин Мо, добро пожаловать! Простите, что мой младший брат заставил вас ждать на пороге. Я и не знала о вашем прибытии. А-Сянь, когда же вы успели? — Мы смотались в Башню Кои. Я нутром чуял неладное — и не ошибся! Мэн Яо всё это время подсыпал павлину отраву! — победно провозгласил Вэй Ин. — Ты про Цзинь Гуанъяо? Боже, какой кошмар! Но вы слетали в Ланьлин и вернулись за одну ночь? Я думала... — Цзян Яньли бросила взгляд на Лань Ванцзи и густо покраснела. — Да не так уж и поздно, — хмыкнул Вэй Ин, лукаво глядя на мужа. Лань Ванцзи чувствовал, как кончики его ушей начинают пылать. — Сейчас два часа ночи, А-Сянь, — отрезала Цзян Яньли. — Молодой господин Цзинь, молодой господин Мо, прошу за мной. О, это ваша собака? Какая очаровательная! Но А-Сянь...! Вэй Ин замахал руками, прерывая её. — Всё хорошо! — заявил он. — Я её даже погладил! — добавил он с нескрываемой гордостью. — О, А-Сянь! Какое мужество! Было бы чудесно, если бы ты и дальше привыкал к собакам... Я знаю, А-Чэн до сих пор мечтает завести пса... — Цзян Яньли спохватилась. — Но это обсудим позже. Пожалуйста, проходите! — Шицзе! — взмолился Вэй Ин, состроив самую невинную гримасу, на которую был способен. — Можно я оставлю их на твоё попечение? У меня вообще-то брачная ночь в самом разгаре! — Какой же ты негодник, А-Сянь! Ступай уже! Позаботься о супруге. Бедный Ханьгуан-цзюнь, должно быть, совсем выбился из сил. Старший господин Лань и Цзэу-цзюнь выглядели совершенно измотанными еще в половине десятого! — Я не устал, — подал голос Лань Ванцзи. Вэй Ин посмотрел на него искоса и скромно улыбнулся. — Рад это слышать, Ханьгуан-цзюнь. Весьма рад.
