Часть 31.
18 февраля 2022 г., 06:52
Мо Сюаньюй был более хрупким, чем Цзинь Цзысюань, и более хорошеньким. У него были большие глаза, высокие скулы и выражение несчастного ужаса на лице.
— Я принес твой бульон, — сказал он высоким, тревожным голосом. Лань Ванцзи видел белки его глаз. — А-Яо сказал, что ты должен выпить свой бульон.
— Просто поставь его туда, Сюаньюй, — махнул рукой Цзинь Цзысюань, одеваясь. Вэй Ин подал ему одеяние.
— Он сказал, ты не захочешь его пить, и я должен проследить за тобой, чтобы убедиться, — упрямо продекламировал Мо Сюаньюй.
— Я одеваюсь, Сюаньюй! Просто поставь его, я выпью через минуту! — нетерпеливо сказал Цзинь Цзысюань. Глаза Мо Сюаньюя следили за его движениями, а брови нахмурились.
— Тебе уже лучше? — выпалил Мо Сюаньюй. Он поставил чашу и топтался рядом, переминаясь с ноги на ногу.
— Ему немного лучше, молодой господин… Мо, верно? — Голос Вэй Ина звучал мягко. — Я — Вэй Усянь, а это мой муж, Лань Ванцзи.
Глаза Мо Сюаньюя стали огромными. Он запинаясь изобразил ответный поклон на поклон Вэй Ина, но его рот был широко раскрыт.
— Я отправляюсь в Пристань Лотоса, — сказал Цзинь Цзысюань. — Вэй Усянь думает, что сможет вылечить меня там. Если я напишу записку матери, ты сможешь передать ее ей?
Лицо Мо Сюаньюя стало еще более несчастным, но он кивнул. Он откашлялся.
— Ты должен выпить свой бульон, — сказал он с оттенком отчаяния. — А-Яо будет сердиться на меня, если ты этого не сделаешь.
— А-Яо здесь нет, — сказал Цзинь Цзысюань, завязывая верхнее ханьфу.
— Он узнает, — мрачно промолвил Мо Сюаньюй. — Он всегда узнает.
— Он сказал, что это так важно? — спросил Вэй Ин. — Именно этот бульон?
Мо Сюаньюй энергично закивал.
— Он сказал, что я должен доставить бульон наследнику клана немедленно и лично проследить, чтобы тот всё выпил, иначе я покажусь ненадежным человеком. А ненадежные адепты клану Цзинь не нужны.
— Сомневаюсь, что он выразился именно так, Сюаньюй, — возразил Цзинь Цзысюань. Но Мо Сюаньюй явно остался при своем мнении.
— И всё же, время для перекуса довольно странное. Неужели кухня в такой час еще работает? Башня Кои и впрямь оправдывает свою репутацию места, где исполняется любая прихоть, — заметил Вэй Ин. Мо Сюаньюй покачал головой.
— Он сам приготовил его перед отъездом. Мне оставалось только разогреть.
— Вот как, — протянул Вэй Ин. — Цзинь Гуанъяо на редкость предусмотрителен.
Мо Сюаньюй едва заметно вздрогнул.
— Он велел мне не пробовать его, — прошептал он. — И я не пробовал.
— Уверен, ты всё сделал в точности так, как тебе велели, — мягко успокоил его Вэй Ин. — Но этот бульон мы, пожалуй, заберем с собой.
— Это еще зачем? — нетерпеливо буркнул Цзинь Цзысюань. — На Пристани Лотоса что, супы перевелись?
Лань Ванцзи стремительно накрыл ладонью руку Вэй Усяня.
— Вэй Ин, — негромко произнес он, чувствуя, как под пальцами каменеют мышцы. — Бить больного недопустимо.
Вэй Ин прерывисто вздохнул. Лань Ванцзи ощутил, как напряжение в его теле постепенно спадает.
— Цзинь Цзысюань, — прошипел Вэй Усянь сквозь зубы. — Ты за это еще извинишься, позже. — Он сокрушенно покачал головой. — Поразительная грубость и высокомерие! Ума не приложу, что шицзе в тебе нашла! Если вообще нашла.
Цзинь Цзысюань поморщился:
— Да что не так-то? Это всего лишь суп.
— Если бы я задумал кого-то отравить, — Вэй Ин заглянул Цзинь Цзысюаню прямо в глаза, — я бы предпочел, чтобы жертва испустила дух в мое отсутствие. И на всякий случай подготовил бы кого-нибудь, на кого можно было бы свалить вину.
Цзинь Цзысюань замер, во все глаза глядя на него.
— Просто всё это как-то подозрительно, тебе не кажется? Подговорить молодого господина Мо притащить тебе среди ночи этот заранее приготовленный отвар и велеть, чтобы он во что бы то ни стало заставил тебя его выпить. Странно же, ну? — Вэй Ин красноречиво пожал плечами.
— Вэй Ин, — негромко прервал его Лань Ванцзи. — Собака только что вылакала весь бульон.
Баклажан и не думала раскаиваться. Она стояла, довольно отдуваясь, и на ее морде читалось истинное блаженство. Пустая чаша слегка откатилась в сторону, и собака снова подтолкнула её носом.
— Да она в полном порядке! — раздраженно бросил Цзинь Цзысюань.
— Яд ведь не действует мгновенно, разве нет? Особенно если это та же дрянь, которую тебе подсовывали раньше. Потребуется несколько часов! — воскликнул Вэй Ин.
— И это ты вычитал в своей похабной книжонке? — с усмешкой осведомился Цзинь Цзысюань.
— Положим, я изучил этот вопрос чуть глубже, — Вэй Ин снова пожал плечами. — В библиотеке Гусу Лань нашелся целый раздел, посвященный ядам, и мне захотелось проверить ту книгу на достоверность.
— Почему же ты сразу об этом не сказал?! — вскипел Цзинь Цзысюань.
— Так ведь неинтересно, — отмахнулся Вэй Ин. — Ладно, раз уж мы всё равно забираем собаку с собой, скоро всё выяснится.
— А что нам делать, если она и вправду отравлена? — с ужасом спросил Цзинь Цзысюань.
— Это будет зависеть от того, насколько сильно ты успеешь меня донять за время пути, — парировал Вэй Ин.
— Вэй Ин, — с укоризной произнес Лань Ванцзи.
— Ой, ну ладно, ладно. Лань Ванцзи почему-то по душе эта твоя псина, так что если она отравилась, я сделаю всё, что в моих силах. Но ох… серьезно, ненавижу собак! — Он всплеснул руками и решительно направился к выходу. — Лань Чжань, раз уж ты берешь на борт собаку, я возьму на свой меч павлина и Мо Сюаньюя.
— Вас будет трое на одном мече, — резонно заметил Лань Ванцзи. Вэй Ин лишь неопределенно махнул рукой.
— Я… я тоже куда-то лечу? — растерянно переспросил Мо Сюаньюй.
— Мы не можем тебя здесь бросить, — отрезал Вэй Ин. — О тебе здесь явно никто не заботится как следует.
— Эй! — возмущенно воскликнул Цзинь Цзысюань.
— Да ты глянь на него! Он же сам не свой! Я не виню тебя в том, что его втёмную используют для твоего же убийства, просто говорю: парню будет лучше где-нибудь в другом месте. Мало ли какие ещё планы на него припас твой дорогой братец, — Вэй Ин многозначительно кивнул.
— Всё это лишь твои догадки, — отрезал Цзинь Цзысюань, пока Мо Сюаньюй съеживался под тяжестью их слов. — У тебя нет ни единого доказательства.
— Хочешь поспорить? — предложил Вэй Ин. Он с нескрываемым предубеждением покосился на Баклажан. — Ставлю на то, что через пару часов твоя раскормленная псина будет при смерти.
— Не такая уж она и толстая! — возмутился Цзинь Цзысюань.
— Двенадцать кувшинов «Улыбки Императора», если я окажусь прав, — твердо выставил условие Вэй Ин. Цзинь Цзысюань вскинул брови и вопросительно взглянул на Лань Ванцзи.
— Не советую, — коротко отозвался тот.
— Что, очередное правило? — развеселился Вэй Ин. Он искоса глянул на Лань Ванцзи, и в уголках его глаз собрались лукавые морщинки.
— Да. И к тому же, ты всё равно проиграешь, — добавил Лань Ванцзи. Вэй Усянь обиженно выпятил губу.
— Но если бы ты не влез, у меня уже было бы двенадцать кувшинов! Двенадцать!
— Я сам куплю тебе двенадцать кувшинов, — пообещал Лань Ванцзи. Сказал — как отрезал. Вэй Ин посмотрел на него и расплылся в едва заметной, предназначенной только им двоим улыбке.
— Но ты ведь вылечишь её? Если ей станет плохо? — Цзинь Цзысюань теперь выглядел не на шутку встревоженным. Баклажан, ничего не подозревая, довольно махала хвостом. Вэй Ин посмотрел на неё с глубочайшим сомнением.
— Я вылечу твою собаку, — нехотя буркнул он. — И не вздумай никому рассказывать, что я это сказал.
