Надежда умирает последней.

Девушка бежала не глядя, надеясь будто скрыться от своих же переживаний, которые настигали её так скоро, что она, задыхаясь как от слёз, так и от неимоверно быстрого бега, даже не заметила, как приблизилась к краю крыши и, затормозив, но по инерции продолжив движение, таки не удержала равновесие, начав падение вниз. Маринетт сейчас была в панике: не была в состоянии забвения, равнодушия, меланхолии, которые всегда помогали ей рационально мыслить в необходимой ситуации, из-за чего девушка, естественно, онемела, судорожно пытаясь ухватиться за что-то в воздухе и с мыслями о своей беспомощности совсем уж позабыла о йо-йо, которым могла ловко воспользоваться и перелететь на крышу. Адреналин, выбросившийся в кровь, помог подумать о чём-то помимо Кота лишь на секунду и брюнетка, будто всё же озаботившись своим состоянием, в последний момент достала йо-йо и зацепилась за фонарный столб, повиснув над землёй вверх ногами и очень медленно опустившись, всё ещё задыхаясь от страха и вытирая слёзы. Это была ночь и совсем слабую вспышку, которая исходила от неё после скорейшей детрансформации, никто не мог заметить, что было единственным плюсом кромешной темноты. Дюпен-Чен тяжело дышала, обняв себя и смотря на свои руки так, будто видит их впервые. Она покинула Кота так стремительно, так быстро, что совершенно ни о чём не думала. Хотя можно ли сказать, что и сейчас, в момент, когда она чуть не погибла, и ей нужна сторонняя поддержка, она так слаба и опустошена, Маринетт.. не прокручивает моменты с ним в своей голове, будто целиком и полностью завися от него? Нет, девушка по-прежнему не ставит на первый план себя... Тикки уставшая лежала на её полусогнутых коленях, ведь еды для бедной вымотавшейся квами, к сожалению, у брюнетки не было и последняя упомянутая явно считала себя эгоисткой, но на извинения, да и вообще в принципе на какие-то слова не хватало ни духу и смелости, ни сил.. — Маринетт... Ты могла погибнуть.. - прошептала маленькая божья коровка очень измотанным голосом. Девушка вздрогнула, за долгое время посмотрев на неё сопереживающим взглядом, ведь из-за неё её верная квами сейчас в таком виде... Она ничего не сказала - уже не хватало сил на подачу голоса и лишь очень тяжело вздохнула, прижавшись к холодной кирпичной стене и всхлипнув. — Почему я всегда попадаю в неприятности?.. Почему именно я, чёрт возьми?!... - эти слова не мог не слышать никто, ибо Дюпен-Чен, скорее, просто немо разговаривала, пытаясь сдерживать свои порывы эмоций. Очень омерзительных и режущих изнутри.. Не хотелось никуда идти, думать о чём-то. Хотелось просто нормальной жизни, без вечных проблем, которые настигали одна за другой. Как Маринетт дошла до дома - она уже и не помнит, уж слишком была завязана на своих переживаниях и собственных издевательствах. Но отлично отложился в памяти тот факт, что уснула она только под самое утро.. Когда синевласка проснулась на часах было восемь утра, значит, проспала она всего лишь три-четыре часа, что очень и очень мало.. Даже до появления Кота она спала дольше, возможно, потому что смирилась, свыклась с той мыслью, что ни Адриана, ни Кота Нуара в её жизни больше нет. А теперь они появились оба и оба не вылезают из головы.. У девушки было неподдельное ощущение мигрени, ибо мозг словно раскалывался на две части, так ещё и помимо этого болели все части тела, будто вчера она всё же упала с крыши. Хотя от резкости того, как она повисла.. Не исключено, что и из-за нервов и стресса у неё всё болит. Хотя, что уж скрывать, такое бывает постоянно, просто раньше благодаря равнодушию она не придавала этому такого огромного значения. Сколько же плюсов она видела в том, чтобы забыть весь этот кошмар, произошедший фактически за пару дней.. Но и бегать от своих же проблем - бессмысленно.. Сколько она выпила таблеток за это утро - Маринетт не считала, но ни одна из них не облегчила головную боль, поэтому девушка сегодня осталась в постели, ибо из-за тяжелейшей боли даже ходить толком не могла, да и мысли явно не дали бы сосредоточиться на учёбе. К тому же, Маринетт уже совершенно не горела так к той профессии, на которую изначально шла.. Было лишь чувство пустоты, которое она пыталась заполнить рисованием эскизов.. Хладнокровный Кот Нуар же абсолютно равнодушно прогуливался по крышам Парижа, пускай и погода оставляла желать лучшего. Ему было плевать что на своё здоровье, что на окружение и мысли других. Он не желал больше ни слышать о напарнице, ни видеть её, она лишь напоминала ему отвратительное гнетущее чувство любви, которое сейчас так и сочилось кровью из ноющей раны на сердце. И он не хотел это чувствовать. Это безусловно эгоизм. Но эгоизм, которым он прикрывался, чтобы ни за что не вспоминать те дни, когда ему действительно была важна эта невероятно красивая девушка... Каждое новое воспоминание заставляло ослабевать маске равнодушия и он принял решение отвлечься. И к его счастью подвернулся такой случай, поскольку поблизости находился дом Маринетт - некогда его самой лучшей подруги, с которой он мог поделиться абсолютно всем. Она тоже занимала немаловажную часть в его сердце, которое тогда было так сильно занятно ЛедиБаг. Сейчас же.. Он не питал к ней ничего. Лишь процент благодарности за то, что в юности она была рядом.. Возможно, только по этой причине он и спас её вчера, ведь на неё уже было откровенно плевать. Хотя почему-то в этом он начал сомневаться, когда неожиданно в голову что-то ударило и он забеспокоился о её состоянии, стоя на крыше, открывающей вид на её балкон. — Чёрт, Кот Нуар, одумайся! Она тебе к чёрту не нужна, ты просто выполняешь геройский долг, чтобы утереть нос ЛедиБаг! - в его мыслях блуждало одно, а вот делал он совсем другое, ведь и сам не понял, в какой именно момент оказался на её балконе, постучавшись в люк. Девушка и предположить не могла, кому она нужна, тем более.. Если звуки идут с балкона? Раньше она зачастую проводила время в компаниях своего котёнка, за милыми разговорами. Сейчас.. Ей уже не пятнадцать, ему уже не пятнадцать.. Они взрослые люди и между ними больше не осталось ничего от той милой и наивной дружбы. Девушка не могла ни на секунду оторваться от своих мыслей, но ей это сделать пришлось, когда стук стал настойчивее и вскоре люк и вовсе раскрылся, а к ней завалился Кот Нуар, плавно приземлившись. Нельзя было описать эмоции Дюпен-Чен, когда она увидела его.. И ведь он сам пришёл к ней... Но зачем? Разве она ему важна больше, чем ЛедиБаг, к которой он так верно испытывал симпатию?.. Вопросы появлялись один за другим, а вот слова застряли в горле комком, ведь вблизь к ней он так никогда не подбирался. Кот уселся на кровати, как-то безразлично глядя на неё, что не на шутку возмутило синевласку. "Он что, издевается?! Чёрт, Кот Нуар, я ненавижу тебя! Ненавижу за то, что ты сейчас такой циничный, словно знаешь, что мне плохо и пришёл, чтобы посмеяться над этим, когда делаешь такое абсолютно равнодушное лицо! Ему плевать, да! Но ведь.. Мне на него не наплевать.." - эти мысли разбушевали в голове и без того бедной Маринетт кучу ненужных других, из-за которых та закусила губу, стараясь подавить внезапно нахлынувшие эмоции грусти. Она снова отдаётся слезам? Только не сейчас, когда появилась такая возможность разговора... Кот так и не начинал разговор и Дюпен-Чен это не на шутку заставило поднапрячься, что сподвигнуло на то, чтобы начать самостоятельно, пускай и голос уж очень сильно дрожал. — К-кот? - пожалуй, это было первое и последнее слово, что она за сегодня выдавила... — Да? - тот будто только что опомнился, сделав вид, что услышал лишь сейчас, словно это она к нему пришла, а не он к ней. — Что ты здесь делаешь?.. - неуверенно спросила Маринетт, всё более и более понижая тон, и Кот Нуар сбился, явно растерявшись от незнания, что ответить. Он привык язвить, но.. Ведь он сделает хуже ей, когда она просто Маринетт и она абсолютно ничего ему не сделала.. Честно? Он и сам не до конца осознавал, зачем всё же к ней пришёл. Издеваться над ней? Это ужасно.. — Я.. Хотел узнать, как твоё самочувствие.. - казалось, Нуар и сам не верил в слова, сказанные им. Он действительно обеспокоен? Такого никогда, чёрт побери, не было! Маринетт и саму эти слова ошарашили не менее самого Агреста, ведь от него она это не слышала все эти дни и.. Все эти годы, чёрт возьми. — У меня.. В-всё хорошо... - тихо произнесла та, лишь бы только не спугнуть его и не вернуть ему ту маску. Может, это был её единственный шанс, последняя надежда, которая уже начинала уползать, ведь с лица Нуара исчезала растерянность и, кажется, он вновь пытался избегнуть разговора. — Кот, я хотела спро.. - девушка начинала уже более уверенно, но оказалась перебитой. — Я рад, что всё хорошо! - протараторил тот и выскочил на балкон, но и Маринетт не собиралась сдаваться. Наплевав на головную боль, она поднялась за ним, схватив его за руку. — Кот, я не договорила! Прошу, давай поговорим! Мы ведь так давно не виделись! - девушка старалась вести себя естественно и не сбиваться с речи, что давалось трудно. Она задрожала от страха и уже была готова в случае чего списать это на проходную погоду. Подул лёгкий ветерок, заставляя обоих поёрзать от холода и в очередной раз усомниться в решимости своих действий. — Мадемуазель Дюпен-Чен.. - Кот начал переходить на "вы", словно они никогда не были знакомы. Это вновь заставляло нервно кусать губы. — Кот, ты же помнишь меня! Я же знаю!.. - она чуть-ли не срывалась на крик, всё ещё держа его за руку и пытаясь сдерживать свои слёзы. Очередное дуновение ветерка и на лоб упала капля. Хороший дождь знает, когда пойти... Воспользовавшись тем, что синевласка отвлеклась на небо, Нуар вырвал руку, оперевшись на перила обеими руками. Это не осталось без внимания. — Умоляю, Кот.. Давай.. — Замолчи.. - тихо промолвил Кот, и дождь усилился, капли уже стекали по лицу девушки, и та была больше не в силах сдерживать слёзы - одна прокатилась по щеке, но заметным это не было. — Просто не трогай меня... Кот ушёл. И женскому плачу больше не было нужды сдерживаться...