Надежда умирает последней.

Адриан был не в силах контролировать себя и своё желание отдаться своим эмоциям и надеть маску безразличия, которая позволяет скрыться, равнодушно глядя вперёд. Нет, он точно не мог... Ровно также, как и совершенно не мог разглядеть причину, по которой он снова поменялся в ту сторону, в которую совсем не хотел. Словно он вернулся на несколько лет назад, когда ни единый день не проводился без слёз, которые были, скорее, от безысходности, нежели из-за сожаления о том, что он сотворил... Об этом он уже никогда не пожалеет. — Это она виновата, чёрт! - рыкнул Агрест, ударив кулаком по столу и пытаясь выпустить гнев не на окружающих, что выходило слабо - Плагг, летающий рядом, уже начинал побаиваться. Кто бы мог подумать? Плагг - великий квами Кота Нуара, талисман разрушения, который уничтожил динозавров и наклонил Пизанскую башню - он боится Адриана Агреста, который сейчас мог легко воспользоваться талисманом и натворить плохого. От этой мысли начинала болеть голова. — Ненавижу! Ненавижу!!! Зачем?! Зачем она пришла?! — Адриан, успокойся... - Плагг парил в отчаянной надежде, что хоть как-то получится его переубедить. Он сейчас вполне может горло ей перерезать, если захочет. — Отвали! Отвали, глупый кошара! - Адриан сжал руки в кулак, тяжело дыша и не контролируя себя. Было ощущение, что ещё секунда - и Парижу конец... И не в первый раз... Плагг перестал его трогать, понимая, что хуже сделает не только себе, но и ему. Он должен был успокоиться самостоятельно, как и принять решение. Агрест уже не тот подросток с абсолютно избитыми нервами, а вполне здравомыслящий и взрослый человек, способный принимать сложные решения самостоятельно. Но не другие... И если он не может это сделать, то не секрет, почему же всё-таки уже ни одна девушка не хочет быть со знаменитейшим Адрианом Агрестом. Возможно, именно по той причине, что все те, с кем он состоял в отношениях, если когда-то состоял по своей воле, а не в попытке заглушить боль, его уже не знали, как идеального партнёра, на которого вешается каждая... И тем не менее, насколько бы не были глупы и абсолютно абсурдны его поступки, Плагг всегда его понимал и давал возможность выговориться, даже если он был с ним не согласен - с его высказываниями, действиями. Этот квами уже совсем утратил ту свою кошачью натуру, ведь и Адриан причинил ему много боли своими высказываниями. Но маленький черный котёнок оставался на его стороне, пускай и лишь физически. Подсознательно же он понимал, что его подопечный постепенно превращается в нахального, неприятного Кота Нуара, который, кажется, скоро начнёт совершать преступления. И, в принципе, нельзя сказать, что это не так, ведь одно он уже совершил... Но от всего этого его явно что-то ограждало. И у Плагга уже точно не оставалось сомнений - это Маринетт. Девушка уже давно занимала немаловажное место в его жизни, ещё с окончания учебы в школе - последний день, когда они виделись, не включая сегодняшний. Нет, он абсолютно не был в неё влюблён, но теплом от этой прекрасной голубоглазой девушки веяло больше, чем от ЛедиБаг - хладнокровной героини, в своё время покорившей его сердце. И он чувствовал, что она ему важна. Возможно, ему просто не хватило времени, чтобы понять, что именно она та, кто его любит и та, кого искренне любит он. И сейчас парню это всё попросту вскружило голову. Он не может причинить ей боль, не может прогнать из головы - от этого тяжело не предаваться рыданиям. Последний стук кулаком по столу и, казалось, вот-вот он треснет от нависающего юноши, усердно вдавливая руку в поверхность. — Когти! - крикнул Адриан и Плагга засосало в его талисман, пока он всё ещё стоял, смотря в пустоту и отдаваясь бездне воспоминаний. Костюм Нуара дал уверенности, сил и герой, облизнув пересохшие губы, наконец развернулся к окну, где уже садилось солнце и, помотав головой, ловко выпрыгнул в него, куда-то усердно мчась. Но что было в его мыслях - нельзя было разобрать. Знал лишь сам Кот Нуар, которому всё тяжелее и тяжелее верилось в то, что он делает, хотя раньше о последствиях он совершенно не думал, ведь он не обязан заботиться о судьбах других - они должны думать о себе сами. И его не волновало то, что сейчас его знают, как высокомерного и полностью ненавистного людьми Нуара. Он больше не паинька ЛедиБаг. И это решил сам. Подбегая к необходимому месту, он резко остановился, словно ведя полемику со своим же разумом, стараясь перебороть плохие мысли, настроить на необходимое. Но не выходило: его разум начал затуманиваться, он не контролировал свои мысли, свои действия и совершил прыжок туда... Маринетт сидела в комнате, смотря на номер телефона, который дал ей Адриан и никак не решаясь его ввести в телефонную книжку, словно сейчас он бы не позволил. И она нервно усмехалась своим мыслям: всё же, от прежней Маринетт осталась часть и, возможно, это даже радовало. Она всё та же девушка - да, пускай более взрослая, но характером она всё та же Маринетт, какой её знали все. Она слегка улыбнулась, оставаясь в нерешении и никак не вводя имя контакта, но решившись, она уже начала писать имя. А вот мысли были заняты Котом Нуаром... Да, пускай Маринетт чем-то всё ещё не поменялась, но вот её напарник, к сожалению, - да. И от этого на душе вновь становилось больно, в горле встал ком... После позапрошлой ночи, когда он слышала его крики о том, как она ужасна, ей не хотелось его видеть, не хотелось слышать. И, впрочем... Это не продлилось долго, поскольку девушка уже скучала. Скучала не столько по нему сейчас, сколько по тому времени, когда они были близки... Но расстраиваться из-за этого ей совсем не хотелось и она, смахнув подступившую слезу, тяжело вздохнула, глянув в телефон, где имя контакта она написала, как "Котёнок". Котёнок... И ведь так она и называла Нуара раньше, но не сейчас. Сейчас они друг для друга враги... И, кажется, навсегда ими останутся. Маринетт внезапно в голову пришла совершенно глупая, как она считала, ассоциация и в голове всплыли образ Адриана и образ её бывшего напарника. Они были похожи внешне, да и раньше оба были завидными женихами, но сейчас... Оба упали репутацией. Девушка резко махнула головой - нет, думать она об этом не хочет. Они совершенно не похожи. Если в Адриане ещё осталась та капля человечности и рациональности, то Кот Нуар эти качества утратил. Не к чему эти выдумки. Наконец записав контакт именем Агреста младшего, Дюпен-Чен отложила телефон, как внезапно послышался грохот и ветер позади. Синевласка резко развернулась, придя в состояние шока, когда увидела позади... Нуара и открытое окно... — Ты... ЭТО ТЫ ВО ВСЁМ ВИНОВАТА!!! - он ворвался с криком, рыком, надвигаясь на неё, пока она стояла парализованная, не в силах что-то сказать. Он выглядел угрожающим, таким опасным, что ноги начинали подкашиваться, а дыхание и сердцебиение учащаться. — Я ненавижу тебя!!! Ненавижу тебя, Маринетт Дюпен-Чен! Ты самое худшее, что было в моей жизни! Шаг за шагом, но он не сбивался с речи, словно репетировал её, говоря о ничтожности и бесполезности Маринетт. И она совершенно не понимала, куда делось красноречие Нуара, было ли хоть что-то, что осталось от её настоящего напарника, а не монстра, носящего его псевдоним?... Она начала пятиться, пытаясь нащупать хоть что-то, чем могла бы обороняться в случае его нападения, но она ничего не могла предпринять, пускай слёзы уже подступили к глазам в процессе паники. Она по-прежнему ничего не могла промолвить в свою защиту. Хотя можно ли сказать, что здесь бы помогли слова? Наконец она упёрлась в стол и, как бы не щупала его, кроме телефона ничего не было, но он сейчас ничем не поможет, даже если она попытается позвонить. Идти больше некуда - тупик... — Ненавижу тебя... - прошептал тот, тяжело дыша, из последних сил стараясь совладать с собой. В Коте Нуаре просыпался демон. Это уже был не он - она точно знала. — З-зачем ты... Это делаешь...? - девушка не понимала, как нашла силы что-то произнести настолько дрожащим голосом, что она вот-вот бы начала рыдать. — Потому что... Потому что ты виновата! - срывался он на крик и Маринетт пыталась его не нервировать. Пыталась вразумить. Она больше ничего, кроме этого, не могла сделать, чтобы защититься... — В чём?... Ответь... В чём... - синевласка уже начинала шептать, чувствуя, как по щеке покатилась слеза, обжигая холодную кожу... И юноша не стал стоять в стороне, всё больше и больше сжимая кулаки. Напряжение росло всё больше и больше... — Ты! Из-за тебя я больше не могу оставаться равнодушным!!! Из-за тебя я вновь почувствовал чувство дружбы!!! Из-за тебя я приехал в этот чёртов Париж подсознательно!!! Ты портишь мои старания, которые я прилагал все эти чёртовы семь лет!!! - он кричал, не замечая собственных слёз. Брюнетка, стоящая напротив, впервые видела, чтобы он... Плакал прямо перед ней... Она уже совершенно не понимала, в чём виновата и, не сдержавшись... Сама сошла на крик. — Я ненавижу тебя, Кот Нуар!!! Ты причиняешь мне одну боль, обвиняешь в том, чего я не делала! Ты постоянно недоволен, постоянно относишься ко всем с неуважением, словно мы все твои слуги! Да лучше умереть, чем быть тебе другом! - крикнула она, вовсю заливаясь слезами. — Заткнись! - Нуар зарычал и, замахнувшись на девушку, сильно ударил её по щеке, отчего та повалилась на пол. — Ты лишь все портишь!!! Не смей мне перечить!!! — Т-ты был мне другом... - кое-как произнесла Мари, еле-еле приподнявшись и держа ладонь у раскрасневшейся щеки. Кот Нуар снова только что проснулся, проморгавшись и словно приходя в себя. Он словно вспомнил, что ровно такое же состояние у него было, когда... Он убил собственного отца. Он помахал головой, глядя на свои руки и пятясь назад, не веря в содеянное. И, всхлипнув, покинул комнату, бежа, куда глаза глядят... Сколько именно часов от ночи они провели в рыданиях - сосчитать невозможно. Смотри реальности в глаза, когда ненависть делает тебя слепым.