Надежда умирает последней.

И всё же, как прекрасен город ночью, когда абсолютно никто не ездит по дорогам, не слышны неутихающие прохожие под окнами... Слышно лишь отдалённое дуновение ветерка, которое в каком-то смысле способно убаюкать. Окна в такое время всегда были погружены в темноту, улицы освещали лишь уличные фонари, бросая неприметный свет на проезжую часть. Однако тусклый свет из окна нашей героини сейчас был заметен, как и голоса, идущие из её комнаты. Маринетт и Кот Нуар провели вечер в компании друг друга, смеясь, шутя и рассказывая какие-то истории, будь хоть они выдуманными или же гиперболизированными: было просто приятно слушать собеседника. На самом деле, девушке нравилось так непринуждённо проводить время, ведь сделать это удавалось действительно очень давно. Даже после того, как Кот Нуар был вынужден покинуть девушку, она была благодарна ему за то, что он в качестве извинения подарил ей браслет, однако кое-что не учёл. Вызволяя безделушку из коробочки, Маринетт сумела разглядеть на ней инициалы "А.А.", пытаясь понять, часть ли это имени или фамилии и точно ли является начальной буквой. Достав наконец браслет, девушка сумела заметить открытку, в которой было написано "От Адриана Агреста Маринетт Дюпен-Чен". И у брюнетки словно отнялись ноги, стоило ей это прочитать. Быть может, это была какая-то первоапрельская шутка от напарника? Хотя с чего бы ему извиняться и тут же шутить, заставляя нервничать? Или же они с Адрианом знакомы? Или оставался последний вариант, в который Дюпен-Чен до последнего отказывалась верить, сжимая в руках украшение всё сильнее и сильнее. — Я всё поняла, Тикки... - шумно выдохнув, сказала девушка, кусая губы. — Боже, это же было очевидно я самого начала, как я не догадалась?! Квами была слегка напугана таким поведением хозяйки, ведь если это именно то, о чём та подумала, то дела идут не в лучшую сторону. — Понять лишь не могу, какого чёрта.. - девушка разжала кулак, взглянув на вещицу. — ... он тогда всё это устроил? — Мари, ты о чём? - неуверенно спросила квами, непонимающе поглядывая на подопечную. — Кот Нуар - это Адриан Агрест, - произнесла Дюпен-Чен, кажется, самой не веря в то, что только что произнесла, отчего в очередной раз вздрогнула при упоминании этих имён в одном словосочетании. Тикки насторожились, пытаясь спасти ситуацию. Однако, зная свою хозяйку, она уже была уверена, что ничего не поможет.. — Эм, ты о чём? Они же абсолютно разные, Мари!.. - нервно усмехнулась маленькая квами, понимая, что у неё даже пропал аппетит к печенью, находящемуся в её лапках. — Нет! Не можеть быть таких явных совпадений, Тикки, не может! - девушка теребила край своей футболки, кусая губы. — Ты просто не понимаешь! Они пропали в одно время, появились в одно время, ведут себя абсолютно одинаково, а затем оба резко начинают ко мне хорошо относиться! К тому же, у них абсолютно одинаковые голоса, внешность.. Даже повадки одни и те же! - синевласка всплеснула руками, сглотнув подступивший к горлу ком. От своей догадки она сама пришла в ужас, ведь до этого она совершенно не замечала таких очевидных сходств, а даже если замечала, то даже не вслушивалась. В её голове назревал вполне логичный вопрос: что делать дальше? Как вести себя со своим напарником, когда в её голове творится такой беспредел? Она была готова сказать, что это нонсенс, что это выходит на рамки нормального, но факты были на поверхности и отрицать их отсутствие было бы глупо. То, что Адриан является её напарником, с которым она только-только начала налаживать отношения, - аксиома. Ноги Дюпен-Чен слабели и она неосознанно приняла сидячее положение, всё ещё пытаясь нормализовать своё состояние и прийти в себя, но их образы вместе раз за разом всплывали в голове и от них никак нельзя было отвлечься. Тикки наблюдала за этой картиной, не в силах что-либо сказать, ведь прекрасно видела, что отрицания тут бессмысленны. Все её слова девушка сейчас в любом случае пропустит мимо ушей, находясь в пучине своих мыслей. Однако долго это не продолжалось, ведь вскоре на телефон Маринетт пришло уведомление, которое оповестило о своём приходе вибрацией. Синевласка не сразу, но взяла телефон, увидев имя контакта "Адриан". Вместе с тем тут же всплыло и воспоминание, как девушка как-то по случайности, думая о напарнике, внесла его в контакты под именем "Котёнок". И очередной удар по её сердцу заставлял чуть-ли не вскрикивать от таких мучающих ассоциаций. Дюпен-Чен решила побыстрее открыть чат, просматривая сообщение, присланное парнем. — Привет, Мари! Хотелось бы извиниться за ту резкость с Альей и Нино, я безусловно понимаю, что они всего-то хотели узнать, по какой причине я пропал и.. Ты тоже. После нашей встречи я поразмыслил и, если ты непротив, мы могли бы встретиться в кафе все вчетвером и обсудить всё произошедшее, - написал тот. Пробежавшись глазами по тексту, Маринетт вполне начинала считать себя неудачницей, ведь видеться с ним сейчас - самое последнее, что она хотела. Но он обиделся бы, если бы она отказалась, всё-таки старается извиниться. Поэтому девушка ответила простым и ничем неприметным "хорошо", спросив про место встречи. Получив ответ, она лишь поблагодарила его и, положив телефон на место, решила сходить в душ, чтобы перестать тяготить себя такими неприятными мыслями. Уже в комнате Маринетт сидела в тишине, смотря в пол и продолжая думать о том, что обнаружила. С одной стороны она была рада, но с другой - безумно напугана. Раньше два этих человека казались ей такими далёкими друг от друга, из-за чего всё не было таким пугающим, а сейчас же, зная, что это один и тот же человек и она металась в любви, ища какой-то выход, она мысленно билась об стенку, крича каждый раз от удара. Всё казалось сном или даже кошмаром, который заставлял раз за разом проворачивать всё в своей голове, не зная, что и сказать. Квами по-прежнему молчала и Маринетт не понимала, почему же та её наконец не осадит, однако, по правде говоря, её это интересовало меньше всего. Пускай она и понимала, что Тикки изрядно надоела, всё же, не следовало усугублять состояние её квами. Дюпен-Чен завалилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку, тихо всхлипывая от собственной безысходности, пытаясь хоть как-то уснуть. Но все попытки, что она пыталась предпринять, были абсолютно бесполезными. Девушка чувствовала себя жалкой, отчего её всё бесило, поэтому уснула она с трудом, почти что заполночь, даже не удосужившись написать Алье, не имея на это сил... Наутро же Маринетт кое-как оторвалась от подушки по звонку будильника, который трезвонил во второй раз и вновь был отключен. Дюпен-Чен ненавидела вставать по утрам, ведь буквально каждый день был для неё адом, будь он выходной или рабочий. Но несмотря на то, что сегодня был выходной и девушка могла себе позволить поспать ещё, она всё же недовольно поднялась с постели, пытаясь окончательно проснуться. Когда пришло осознание, что она так и не сказала вчера Алье, чтобы та собиралась на встречу с Адрианом, прихватив с собой Нино, брюнетка тут же спохватилась, взяв телефон и глядя на время: девять утра. Адриан назначал встречу на половину двенадцатого, так что в целом Маринетт ещё могла написать подруге. И когда это сделала, то положила телефон на место, протирая всё ещё заспанные глаза. Вставать никуда не хотелось, даже несмотря на то, что был такой, возможно, единственный шанс узнать истинную его причину такого резкого покидания Парижа. Хотя девушка, пожалуй, уже и так её знала, ведь немудрено, что после убийства собственного отца он уехал из-за её упрёков. Вполне резонно, с этой стороны его можно было понять, но совершенно не полностью. Маринетт приняла решение не завтракать, так как аппетита не было никакого и смотреть на еду она вообще не могла. Поэтому те два часа она решила провести в интернете, выискивая как можно больше информации о Адриане Агресте по статьям. И хоть она безусловно понимала, что там может быть либо что-то, что она и так знает, либо какая-то отсебятина, интерес это не погашало. По итогу Дюпен-Чен сумела отыскать сайт, где было написано, что после того, как Адриан покинул Париж, он достаточно сильно прославился в Нью-Йорке, целиком и полностью отдавшись карьере. Но сейчас о его жизни ничего не известно, а значит, судя по всему, это дело он бросил и вернулся в Париж. Вот только вопрос "почему?" застрял в голове юной героини и совершенно не вылезал, заставляя проворачивать в голове самые разнообразные варианты. До конца не было понятно, почему же всё-таки он возвратился, да ещё и Париж начал спасать, разбудив прессу и подорвав к себе неподдельный интерес телеканалов и журналистов. Однако Мари надеялась выяснить всё при встрече и, взглянув на время, поняла, что как раз через несколько минут она сумеет выслушать его версию. Но и она безусловно не забывала, что откровенностями своей жизни делиться он навряд ли будет, хотя бы ради того, чтобы сохранить тайну своей личности. Да и сама она признаваться в том, что знает его личность, была не готова. Она не находила этот момент подходящим. Одевшись в белую рубашку и джинсы, девушка взяла телефон с собой и направилась на встречу, попутно отписываясь Алье. На самом деле, Дюпен-Чен искренне надеялась, что как обычно придёт последней, но не вышло. Возле заведения стоял только Адриан, поглядывая на время на часах, и Маринетт долго не решалась подойти к нему и начать разговор. Но делать было нечего и брюнетка с улыбкой подошла к нему, стараясь выглядеть естественной, будто она не знает, что узнала вчера из-за его лажи... — Привет, Адриан, - поздоровалась девушка, одарив его лучезарной улыбкой. — Как дела? — Привет, Мари. Всё хорошо, на удивление, а.. У тебя? - тот явно говорил неуверенно, то ли от растерянности, то ли от неожиданности. Но в целом это не смутило Мари. — Тоже, - она прикусила губу, не натягивая улыбки. Наступила какая-то тишина длиною в полминуты, которую особо никто не решался разорвать. Однако делать это не потребовалось, ведь в следующую секунду подошли Алья и Нино, поздоровавшись с нами. — Привет, Мари! - улыбнулась Алья, приветливо обняв подругу, а затем переведя взгляд на Агреста. — И.. Тебе тоже, - по тону Альи, а также по её взгляду, нельзя было сказать, что она питает к парню неприязнь. Скорее, она просто была не уверена в разговоре с ним после того инцидента у них в квартире. — Привет, - сказал блондин, взглянув также и на Нино, который одарил его приветственным взглядом. — Я наперёд хотел бы извиниться перед вами троими за своё некорректное поведение. Я правда не хотел причинять вам каких-либо неудобств и тем более повышать на вас голос. Просто день выдался тяжёлым, хоть это меня и не оправдывает, и я сорвался. Мне стыдно. — Ничего, - первой заговорила Алья, слегка улыбнувшись. — Нам тоже не следовало на тебя давить. В конце концов, ты даже освоиться не успел. А Нино следовало сначала узнать твоё мнение, прежде чем тащить тебя к нам домой. — Да, прости, Агрест. Меня переполняли эмоции, я не хотел, чтобы ты почувствовал дискомфорт от этого, - неуверенно улыбнулся Ляйф. — Спасибо большое за понимание. Сейчас у меня появилось свободное время, поэтому я и пригласил вас на эту встречу, чтобы обсудить всё, что вас интересует. В рамках приличного, разумеется, - учтиво улыбнулся Агрест младший. Кивнув, все вошли в заведение и, усевшись за столик, предварительно заказав какие-то напитки, начали разговор, который был желанным для всех, кроме Маринетт, которая не проронила ни слова после встречи с Адрианом. — Ну что ж.. Начну с того, что интересует меня больше всего: куда ты на такое долгое время пропал? - начала Алья, опираясь на руку. — Ну.. На самом деле, это не такая уж занимательная история. После смерти отца я уехал в Нью-Йорк, так как атмосфера у города после победы над Бражником была угнетающая и там ударился в карьеру. Через год она мне стала не интересна и я вернулся, - ответил Агрест, пожав плечами. Маринетт, хоть и поглядывала в окно, однако внимательно его слушала, убеждаясь в том, что пока что то, что она вычитала в статьях - правда. Но что дальше? Нино задал как раз тот вопрос, который волновал Дюпен-Чен больше всего. — А почему вернулся? - спросил парень, мало по малу выпивая кофе из кружки. И было слышно, что блондин растерялся, но быстро сориентировался. — С Парижем меня многое связывает, несмотря на не самые приятные моменты жизни, - пожал плечами тот. — И как тебе на новом месте? Что планируешь делать тут в дальнейшем? Пресса о тебе затихла, ты же знаешь, - сказала Алья. — Меня не интересует карьера. Но я особо не знаю, чем буду заниматься, если честно. Дальше виднее будет, - сказал Адриан. Маринетт пыталась прокрутить в своей голове вопросы, которые она могла бы задать Адриану, ведь те, что её интересовали задать при всех она не могла. Однако нашёлся один... — А что насчёт Кота Нуара? Ты даже не собираешься ему мстить? - наконец спросила Дюпен-Чен, повернув голову в его сторону. Агрест растерялся от такого вопроса, не зная, что ответить. Кажется, он готовил отмазки на всё, но только не это. — Нет. Думаю, в этом нет смысла, - неоднозначно ответил парень. Разве была бы такая реакция у человека, который действительно не убивал своего отца? Разумеется нет. Поэтому Маринетт не сдавала своих позиций. — Почему же? - вопросы были в какой-то мере провокационные и Адриану это явно не нравилось. — Говорю же, это бессмысленно. Зачем ему мстить, тем более, спустя столько лет? — А на тот момент? Неужели тебе настолько было плевать? - Мари пыталась разузнать подробности, понятные только ей. И вступить в нарастающий конфликт никто не решался. — Нет, не плевать. Я не хочу об этом сейчас вспоминать, - Агрест съезжал с темы, а Маринетт явно не отступала. — Ну скажи же, почему? — Твою мать, я не хочу об этом говорить, что непонятного?! - рыкнул Агрест, а затем только понял, что снова сорвался, крикнув на девушку. Но он не считал себя неправым, ведь она сама его на это спровоцировала. Он тяжело выдохнул, пытаясь прийти в чувства. Дюпен-Чен совершенно не ожидала такой агрессии со своей стороны, но поняла, что, возможно, в этом напоре есть и её вина. Она виновато опустила взгляд, давая парню сосредоточиться и продолжить говорить. Однако дальше тема не особо заводилась и разговор получался неловким, из-за чего уже через минут двадцать все решили расходиться. Распрощавшись на выходе из заведения, Мари собиралась уходить, однако Адриан её притормозил. — Я вижу, Маринетт, у тебя явно есть какие-то секреты, - произнёс Агрест. — Сегодня в восемь вечера встречаемся в парке. Там всё обсудим. И, пожалуйста, без всех этих провокаций. Маринетт не успела что-либо произнести, как Агрест её покинул. И с этой мыслью она неспешно направилась к себе домой..