Операция «Искупление»

      Новая неделя началась с порции новых шуток и оскорблений, но теперь не только в мой адрес, но и в адрес вернувшегося в школу друга. Народ с каждым днём успокаивался, но до сих пор оставались те, кто, кажется, будут помнить и презирать нас всю жизнь.       Кто — то скажет, что мы это заслужили, но тут довольно спорный момент. Если бы победу одержал Тёмный Лорд, нашего расположения добивался бы каждый чёртов ученик, а поскольку мы оказались на стороне проигравших, автоматически становились изгоями. Хотя ко мне всё же относились лучше, нежели к Малфою, наверно, потому, что меня вообще не было стране в самый разгар событий и я не был пожирателем, как он.       Блейз пострадал от этого меньше всех. За годы учёбы в Хогвартсе он заработал непоколебимую репутацию. Не смотря на его дружбу с нами, обществом он воспринимался вполне положительно. Мне было немного завидно, ведь Блейз по жизни получал всё, что хотел, хотя, разумеется, с неба ему ничего просто так не падало. Он с детства был усердным и целеустремлённым во всём, поэтому вполне справедливо получал желаемое. Мне же было достаточно учиться средне, иметь пару — тройку друзей, ну и само собой хорошую подружку. Сейчас всё это было, вот только счастья я так и не испытал.       Я нашёл Драко в туалете. Он упивался собственными слезами. Вся эта обстановка давила на него и возвращала панические атаки. Прекращать их становилось всё сложнее. Забившись в углу, он опять механически покачивался взад — вперёд. Я долго гадал, как можно находиться в таком состоянии: испытывать давящее чувство вины, но уже через пару минут снова ненавидеть всех.       — Как ты можешь оставаться спокойным, когда они плюют ядом прямо тебе в лицо? — спросил меня Малфой, когда я сел напротив.       — Я знаю правду. Знаю, что ни в чём не виноват. А до того, что они думают, мне нет дела, — ложь.       Из внутреннего кармана пиджака я достал пачку сигарет, и угостив друга одной, подкурился сам. Сейчас ему, определённо, нужно было успокоиться и привести чувства в порядок. Горечь во рту и обжигающий эффект после каждой затяжки успокаивали, именно так я заглушал душевную боль — физической.       — Они не перестанут, — выдавил он и в очередной раз затянулся, — Я навсегда останусь в глазах этих придурков злодеем.       — Раньше времени сдаёшься, Драко? Уже забыл про наш план?       Он громко рассмеялся прямо мне в лицо.       — Какой план, Нотт? Я же тебе говорил, грязнокровка даже на миллиметр меня к себе не подпустит, — было видно, что он начинает закипать, — Даже, если бы всё получилось, как это повлияет на остальных? Или прикажешь мне перед каждым так унижаться?       Он потушил сигарету об кафель и посмотрел куда — то в сторону. В его голове сформировался некий диссонанс: желание снять с себя клеймо мальчика, который сражался на стороне Воландеморта, и отвращение ко всем, перед кем он должен был выслужиться.       Я откровенно устал выслушивать его нытьё по поводу того, как эта жизнь не справедлива к нему. В последнее время, чувствуя себя нянькой, мне приходилось слушать его жалобы на жизнь каждый день, а ведь мне тоже есть на что пожаловаться, но в этом — то и принципиальная разница между нами.       Я любил своих друзей, но насколько бы сильной не была эта любовь, вечные жалобы на жизнь довели бы любого, потому необходимо было сдвинуться уже с мёртвой точки, дабы Малфоевские терзания закончились.       — Не спеши списывать со счетов Грейнджер. Она ещё сыграет свою роль. После её признания все начнут забывать, какой ты мудак, — заключил я и мы рассмеялись.

***

      На зельеварении Слизнорт объявил, что весь год будет идти разработка и защита парных докладов, поэтому нужно выбрать себе напарника, а чтобы улучшить межфакультетные связи и покончить с враждой, напарники должны быть из разных факультетов. Поскольку занятия у Слизнорта проходили с гриффиндорцами, все змеи начали переглядываться и противиться данному указанию. Вторые, в свою очередь, тоже забастовали.        Моё отношение к сокурсникам было ровным: ни ненависти, ни вражды. Меня лишь раздражали выпендрёжники вроде Поттера и Уизли или чрезмерные святоши по типу Долгопупса.       — Это не обсуждается, — заключил старый Слизень.       Все принялись искать себе партнёра по научной работе, и в кабинете стало довольно шумно. Кто — то без проблем нашёл себе пару, а кто — то не знал, куда себя деть, настолько их не устраивала сложившаяся ситуация. Меня не особо волновало, с кем нужно будет работать, поэтому я решил договориться с тем, кто останется без пары.       — Мисс Грейнджер, мистер Нотт, — вдруг подозвал к себе Слизнорт.       Мы переглянулись и подошли к нему.       — Раз уж вы отлично работаете в команде, то и по моему предмету просто обязаны работать вместе.       Я прочувствовал всю иронию данной ситуации, а вот Грейнджер начала выступать против:       — Но, сэр, я уже договорилась с Милисентой Булстроуд.       Он посмотрел на остальных, подбирая пару для Милисенты.       — Мисс Булстроуд будет работать в паре с мистером Уизли, — определил он, на что из моего рта невольно вылетел смешок. Она была чуть ли не отстающей по его предмету, наверняка поэтому профессор поставил её в пару с таким же болваном, как и она сама. Грейнджер смерила меня таким взглядом, будто отчитывала за плохое поведение.       Очевидно, смирившись с безвыходным положением, она прекратила попытки добиться своего, и молча приняла текущее положение дел. Поскольку хорошие отметки меня никогда не волновали, скорее всего я выглядел в её глазах, как настоящий бездельник, но среди змеев пользовался иной славой. Мои познания в зельеварении вызывали восхищение порой даже у Слизнорта, потому он и стал моим научным руководителем, но смирился с тем, что я не особо любил отвечать на занятиях.       Мы разошлись обратно по своим местам. Я подмигнул гриффиндорке, на что она недовольно фыркнула и отвернулась в другую сторону.       — Итак, запишите ваше первое совместное задание, — привлёк к себе внимание Слизень, — Необходимо подготовить доклад о свойствах Рябинового отвара. А теперь можете быть свободны. Увидимся на следующей неделе.

***

      Я нашёл Грейнджер в библиотеке. Она, как всегда, спряталась за горой книг и не обращала ни на кого внимания. Даже меня заметила, лишь когда я сел рядом и отвлёк её:       — Привет, напарница, — игриво начал я.       Она недовольно выдохнула и, повернувшись ко мне, спросила:       — Чего тебе, Нотт?       Я не мог не заметить, что выглядела она неважно: круги под глазами стали больше, чем в прошлый раз, взгляд пустой, лицо бледное. Из бедняжки как будто уходила жизнь. Меня всегда отличали высокая концентрация и повышенная внимательность к окружающему миру, от этого я замечал много мелких деталей, но то, что было замечено мною сейчас, не было чем — то мелким и незначительным.       — Ты снова мало спала? — начал я, игнорируя её вопрос, заранее зная, какой будет реакция. Грейнджер всегда была такой умной, но разобраться в логике её поведения было не сложно, настолько однотипны были её фразы и действия.       — Это тебя не касается, — и она уткнулась обратно в свой конспект.       «Такая колючая», — пронеслось у меня в голове.       Она поправила прядь волос и продолжила делать записи. Очевидно, в её график не входила забота о себе. Что странно, рядом не было ни Уизли, который, вроде как, был её парнем, ни знаменитого Поттера. Пока их подруга делала за них домашку и одновременно загибалась от отсутствия свободного времени, эти двое наверняка где — нибудь прохлаждались.       Я положил руку ей на плечо, отчего она резко вздрогнула. Мы были не настолько хорошо знакомы, чтобы я мог без спроса касаться её, но все действия в адрес этой девчонки всегда были либо чётко спланированы, либо абсолютно интуитивны. Третьего не дано. Этот случай не был исключением, то есть касание не было частью какого — то плана по её расположению к себе.       — Грейнджер, тебе бы поспать, а то выглядишь, как зомби, — тихим голосом сказал я.       Для неё это, по всей видимости, показалось хамством, ибо она уставилась на меня, вскинув свои растрёпанные брови. Раньше мне не доводилось общаться с настолько зажатыми людьми, поэтому я спокойно воспринимал собственные промашки, допускаемые в общении с ней. Я откинулся обратно на кресло и примирительно поднял ладони вверх, давая понять, что не хотел её обидеть.       — Тише — тише, милая, о тебе же забочусь, — сказал в свою защиту.       Она оставила слова без ответа. Тогда я решил перейти к делу и предложить ей вариант, который был бы выгоден нам обоим. Честно признаться, все планы, которые посещали мою голову, всегда были чистой импровизацией нежели серьёзной стратегией, поэтому за успех я никогда не ручался.       — Ну а если серьёзно, я могу сделать доклад по зельеварению сам.       Она явно была заинтересована, но старалась не подавать вида. Со стороны это выглядело забавно. Такая сильная и независимая «золотая девочка», которая в глубине души наверняка мечтает, чтобы кто — нибудь протянул ей руку помощи. Взять на себя роль доблестного рыцаря не составило труда.       — Ты? С какой это радости? — спросила она.       — Ну, я помогу тебе, а ты поможешь мне, — возможно, над доблестью ещё нужно поработать.       Она фыркнула и отрицательно замотала головой. Я догадывался, что всё будет не так просто, но не собирался сдаваться. Любого человека можно уговорить, главное — правильно надавить.       — Если ты говоришь о Малфое… — начала она.       — Именно о нём, — утвердительно кивнул я.       Она повернулась ко мне и одарила серьёзным взглядом. Сама мысль о нём была настолько ей неприятна, что я на мгновенье засомневался, выгорит ли сделка вообще, однако вида не подал.       — Одного доклада мало, чтобы уговорить меня, Нотт, — парировала она.       Подобная реакция возымела ошеломляющий эффект. Оказывается, в этой девчонке была коммерческая жилка. Я был готов поклясться, что она у меня на крючке.       — Чёрт возьми, Грейнджер, да ты умеешь торговаться! Я приятно удивлён.       Она никак не отреагировала.Теперь оставалось предложить более выгодные для неё условия, но не менее выигрышные для меня.       — Готов выполнять парные работы для Слизнорта весь семестр. Как тебе такое?       Она нарочито склонила голову в мою сторону и на её лице образовалась еле заметная улыбка с тенью подозрения.       — Зачем ты так стараешься для него? — спросила она, — Ведь он этого не заслужил.       В чём — то девчонка была права, но я дал слово, что помогу Малфою вернуться к жизни, поскольку знал, что, если дать ему шанс, он им воспользуется. Все видели в нём злодея, а я видел человека, который запутался в собственной жизни, запутался в себе.       — Не только ты одна готова пойти на всё ради друзей, Грейнджер.       Кажется, этого аргумента ей было достаточно. Она кивнула в знак согласия и я почувствовал себя победителем. Видимо, настолько отчаялась, что согласилась даже на такое.       — Что мне нужно делать? — уставшим голосом спросила гриффиндорка.       Я азартно потёр руки и ответил:       — Показать остальным, что простила его, что он не такой уж и плохой.       — Будет сложно, но я попробую.       — Я уверен, ты справишься, но для начала… тебе нужно выспаться, Грейнджер.

***

      В один из обычных вечеров Блейзу пришла навязчивая идея устроить вечеринку в Выручай — комнате по случаю открытия чемпионата по квиддичу, к которому команды начали готовиться ещё в начале учебного года. Эта новость распространилась со скоростью полёта метлы, и все активно её поддержали. В школьных коридорах то и дело, что шли разговоры о предстоящем мероприятии.       Забини договорился со старым приятелем из Когтеврана насчёт алкоголя, а самые пропащие пуффендуйки обещали принести галлюциногенные травы.       Все с нетерпением ждали вечеринки, поскольку она была первой со времён войны. Я пришёл на час позже, ибо перед этим мы с Пэнс, воспользовавшись отсутствием всех в гостиной, повторили интимные приключения прошлой недели. Наши тела исследовали, казалось, каждый метр комнаты, а после принятия совместного душа мы присоединились к остальным.       Официально мы не были в отношениях и эта тема не обсуждалась в принципе. Нам нравилось в какой — то степени принадлежать друг другу и в тоже время оставаться свободными. В постели мы были любовниками, а в жизни друзьями с особыми привилегиями.       Музыка закладывала уши. Я уже забыл, каково это — бывать на вечеринках. Толпа студентов отжигала в центре комнаты. Самые пассивные устроились на диванах, попивая огневиски. Заметив нас, Блейз радостно развёл руки и прокричал:       — А вот и вы, братцы — кролики, — на что Паркинсон показала ему язык и отправилась на танцпол, потащив меня за собой, но я успел ретироваться в сторону диванов, где величаво заседали змеи. Усевшись рядом с Малфоем и забрав у него стакан с выпивкой, я сделал глоток. Обжигающий напиток дошёл до желудка и прогрел всё тело. Внимательно осмотрев танцпол, я заметил, что неоновый свет вытворял с телами юных студенток, делая их ещё более сексуальными.       В этой толпе была и Грейнджер. На ней была тёмная юбка и светлый топ, который поднимался каждый раз, когда она вскидывала руки к потолку. Её осиная талия и выпирающие бёдра крутили восьмёрки в такт музыке. Меня поражало, насколько она может быть разной: днём не выспавшаяся ханжа, а вечером — сексуальная танцовщица. Драко устремил свой взгляд в ту же сторону и справедливо подметил:       — А она ничего.       Я утвердительно кивнул головой и вновь сделал глоток. Монтегю, сидевший рядом с нами, предложил сигарету и я любезно её принял. На этом наше с ним общение всегда заканчивалось. Как личность и друг он меня не интересовал, как любовник — тем более. Общаться ни с кем особо не хотелось, я пришёл, чтобы просто отдохнуть от реальности, которая окружала днём. В этот момент к нам подошёл Блейз и устроился рядом.       — Вы видели Уизли? — начал он, — Чёрт, такая горячая. Я бы с ней развлёкся.       — Она давно запала на Поттера, — ответил Малфой и забрал свой стакан обратно, на что я изобразил кислую мину.       — Ты же знаешь, друг, конкуренция меня только больше заводит, — парировал он.       Я вновь обратил внимание на Грейнджер и она уловила мой взгляд. Указав головой в сторону Драко, подкурился. Она замялась, но кивнула. Оставалось только дождаться, когда она решится подойти. Почему — то меня не покидала уверенность, что девчонка сдержит данное слово. Через пару мгновений Малфой ткнул меня локтем и бросил взгляд в сторону гриффиндорки, которая под ручку с Уизли направлялась в нашу сторону. Я усмехнулся и сделал очередную затяжку.       Они сели на соседний диван и взяли со столика стаканы со спиртным. Блейз, заметивший младшую Уизли расплылся в улыбке, но та лишь смущённо отвернулась в другую сторону. В первую минуту возникла некая неловкость, но меня это только больше забавляло. Я будто был сторонним наблюдателем.       — Выпьем? — спросила Грейнджер, протянув стакан в сторону Драко. Тот, недолго думая, подхватил её предложение:       — На брудершафт?       Девчонка чуть не поперхнулась от услышанного и тут же бросила на меня взгляд. Честно сказать, я сам подобного не ожидал, но пришлось дать сигнал, чтобы та не отступала. Они чокнулись, смотря друг другу прямо в глаза, затем выпили и друг уже потянулся к ней для поцелуя, но гриффиндорка запаниковала и подставила в ответ щёку. «На что ты готова пойти?» — пронеслось эхом в моей голове.       Сидевшая рядом с ней подруга, удивлённо вытаращилась и что — то шепнула на ухо. Я осмотрел стоящих рядом людей — они удивились не меньше. Не прошло и минуты, как все начали активно шептаться. Грейнджер старалась делать вид, что не замечает этого.       С танцпола вернулась Пэнси и расположилась на моих коленях. Я по — хозяйски сжал её в своих руках, сминая талию одной рукой и куря сигарету другой. От неё уже разило алкоголем, но она взяла со стола ещё один стакан. Всё шло, как по маслу, и только мне удалось расслабиться, как вдруг к нам подошёл Уизли. Осмотрев всех сидящих, остановил свой взгляд на Грейнджер. Та резко вскочила, но не успела ничего сказать, как тот схватил её за руку и попытался увести. Я резко дёрнулся, но Паркинсон помешала подняться. Не хватало ещё, чтобы этот идиот всё испортил своими сценами ревности.       — Рон, я… — начала Грейнджер, но тут встрял Драко.       — Убери от неё руки, Уизли, — процедил он.       Потасовки было уже не избежать, но прежде, чем дело дошло до драки, Блейз встрял в конфликт. Он задвинул за спину двух подружек и начал выяснять отношения с братом своей пассии. Та положила руку ему на плечо, от чего мой друг по новой расплылся в улыбке, и сказала:       — Нам лучше уйти.       — Вам вообще не стоило сюда подходить, — сквозь зубы ответил старший брат.       В комнате стало жарко. Напряжение росло. Малфой обхватил Грейнджер за локоть, что не ускользнуло от всеобщего внимания.       — Я чего — то не знаю? — вслух спросила Пэнси, всё ещё сидящая у меня на коленях. Я сделал вид, что не в курсе событий.       — Мне тоже интересно, — подхватил её гриффиндорец.       Все в этот момент смотрели на Грейнджер и она в панике повернула голову ко мне, мысленно прося о помощи. Нужно было что — то сделать, и сняв подружку с колен, я подошёл к ним, отметив про себя, что в последнее время слишком часто решаю проблемы Грейнджер.       — Это же вечеринка, — обратился я к Уизли, у которого руки так и чесались, чтобы кому — нибудь навалять, — Мы просто общаемся, — и дабы разозлить его ещё больше выдохнул сигаретный дым прямо ему в лицо.       Он не на шутку завёлся и толкнул меня в грудь, в ответ получив усмешку, которая через секунду превратилась в злобный оскал. Выбросив сигарету, я набросился на него, ударив кулаком в челюсть. Послышался лёгкий хруст. Во мне вдруг проснулись невиданные раньше силы. Толпа заревела. Всеобщее внимание было обращено на нас. Блейз кинулся к нам в попытке разнять. Кажется, он — единственный, кто до сих пор оставался в здравом уме. Малфой подбежал с другой стороны и ринулся защищать меня, но Грейнджер возникла напротив него, прежде, чем тот успел ударить её бойфренда.       — Отойди, — прикрикнул он, но гриффиндорка даже и не думала его слушаться. Её своенравность была одной из причин, по которой мой план мог развалиться, хотя лучший друг был настолько импульсивен, что мог всё запороть намного раньше.       — Рон, перестань, — она обернулась к нему, — Ничего не было.       Он будто проигнорировал её слова:       — Ты останешься или как? — Уизли выжидающе смотрел на неё, как и все присутствующие. Несмотря на то, что музыка продолжала играть на полную, их разговоры были отлично слышны. Так и не получив ответа, он свалил с вечеринки.       Толпа, как только поняла, что продолжения не будет, вернулась на танцпол, а Грейнджер так и продолжила стоять напротив Драко. Она неодобряюще посмотрела на него. Тот, в свою очередь, тоже не спешил отходить.       — Какие — то проблемы, Грейнджер? — сказал он.       Та на пару секунд опешила от подобной наглости. Младшая Уизли попыталась увести её, но девчонка не собиралась уходить. Я смотрел на это со стороны и ждал продолжения, думая, что гриффиндорка закатит скандал, но его не последовало. Вместо этого она ответила:       — Отойдём на минуту? — на удивление спокойный голос.       Они направились в сторону выхода и я расслабился, но она обратилась ко мне:       — Тебя это тоже касается, — я расслышал приказной тон и не смог её ослушаться.       Мы вышли в коридор, где музыка не мешала бы разговору. Я облокотился на стену, а Грейнджер недовольно сложила руки на груди. Свет из окна падал ей на лицо, было видно, что она в ярости. По другому и не могло быть, ведь речь шла о близком человеке, ради которого она глотки готова была перегрызть. «Сейчас начнётся», — подумал я.       — Обязательно все проблемы решать с помощью насилия? — она обратилась к Малфою.       — Говорит та, что ударила меня на третьем курсе.        1:1       Она сделала возмущённую гримасу, но так и не смогла подобрать слов для ответа. Каждую секунду девчонка закипала. В какой — то момент мне даже подумалось, что она снова его ударит.       — Я не виноват, что твой парень такой бешенный, — продолжил друг, — Ты бы сводила его к ветеринару, а то всё больше становится похожим на животное.       — Он мне не… — она замялась, и повернувшись в мою сторону, сменила тему, — Мы так не договаривались, Нотт.       Я сделал удивлённое лицо. Выходка её дружка меня точно не касалась. Моей задачей было контролировать поведение Драко, ответственности за всех я не брал, и уж точно не собирался решать её проблемы, но всё же необходимо было смягчить ситуацию, поэтому пришлось пойти на компромисс:       — Слушай, милая, это всего лишь недоразумение. Больше этого не повторится, ладно?       Она выдохнула и ответила:       — Я свою часть сделки выполнила, так и вы постарайтесь вести себя нормально, чтобы мне не пришлось разыгрывать этот концерт впустую.       Гриффиндорка дождалась от нас положительной реакции и ушла обратно в комнату, где вовсю продолжалась тусовка.       — Всё складывается наилучшим образом, дружище. Вот только, мне кажется, ты торопишь события. С поцелуем был явно перебор, — я ткнул его локтем, подбадривая, и отправился вслед за Грейнджер.