married to my enemy

– Ау-у! – Повторный стук Эллисон во входную дверь Нила определенно сводил его с ума. – Не-ет. Ни-ил. Впусти меня, красавчик! Он закатывал рукава своей рубашки, когда подошел к входной двери, чтобы открыть ее, нахмурившись. Она ухмылялась, когда он распахнул ее, и выражение ее лица сразу же стало любопытным при виде его наряда. – Ты невыносима! – проворчал он, отступая в сторону. Она неторопливо прошла мимо, оставив на ковре след из вмятин от каблуков на шпильках и французских духов. Ее кудри подпрыгивали, когда она шла, безупречная, как всегда. Она направилась в спальню, где не было спрятанных жучков. Когда она повернулась к нему лицом, ее руки были скрещены на груди, а одна бровь приподнята: – Так ты собираешься увидеть его снова? Нил теребил рукава. От этой мысли у него по коже побежали мурашки, когда он подумал об этом. Ему было просто … любопытно. Он хотел знать все, что касалось Эндрю, и не мог понять, почему. Он пожал плечами: – Я спросил, не хочет ли он чего-нибудь выпить. Он сказал «конечно» и порекомендовал место под названием «Сумерки». Я не думаю, что это похоже на свидание… – Ха! – воскликнула Эллисон, – Ники будет в восторге! Он знал, что свести вас двоих было бы идеально: вы идеальная пара крошечных, задумчивых придурков. – Мм. – Ты в этом пойдешь? Нил посмотрел на себя сверху вниз: – Да? – Господи Иисусе, – громко пожаловалась Эллисон, зажимая его рубашку между двумя блестящими нарощенными ногтями и таща его в комнату, – Ты - катастрофа, ты же знаешь это, верно? – Заткнись, – пробормотал он, с презрением глядя на одежду, которую она бросила на кровать, в том числе черную прозрачную водолазку и топ поверх нее. Был январь – он собирался замерзнуть насмерть. – Он заберет тебя отсюда? – спросила она, роясь в его боксерах. Нил вздохнул: прошло так много времени с тех пор, как протеже Лолы появилась на их пороге, что смущение рядом с Эллисон просто больше не было. __ – Это Эллисон, Натаниэль, – сказал его отец, положив широкую руку на плечо Эллисон, – Ее родители продали ее нам. Для тебя. Она будет твоей Лолой. Они были всего лишь подростками, озлобленными и испуганными. Молча, в тесноте детской комнаты Нила, они сцепили мизинцы и поклялись уничтожить его отца раз и навсегда. Нил немедленно позволил ее серым глазам, бурлящим бурям, а не простым радужкам, успокоить себя. __ – Я не дурак, – возразил Нил, – Ты единственная, кто знает, где я живу. – Кроме дорогого папочки, – пробормотала она. Она могла так говорить только в его комнате, где они были уверены, что его отец не прятал никаких микрофонов. Натан утверждал, что это было сделано для того, чтобы любой, кто напал на Нила, мог быть пойман, но Нил не был настолько глуп, чтобы предположить, что его отец доверяет ему. – Я забираю его, – пробормотал Нил, натягивая джинсы, которые она бросила в него, – Ты уверена насчет этого наряда? Это кажется немного … – Ты идешь в «Сумерки» в четверг вечером, идиот, – засмеялась она, – По четвергам это гей-клуб. Ты отлично впишешься. Нилу не понравилось, как она подмигнула. Его телефон зазвонил. Он выудил его, чуть не швырнув через всю комнату в спешке. Эллисон фыркнула, пробормотав «Нетерпеливый». Нил не горел желанием. Он просто … ему было просто любопытно. Насчет Эндрю. О черных повязках, спрятанных под его рубашкой. Затененные глаза. Он казался опасным, но в то же время безупречно хорошо управляемым. «Забери меня по этому адресу. Не стучись в дверь.» Адрес был указан где-то в восточном пригороде, немного ближе к клубу, чем квартира Эндрю. Нил засунул ключи, бумажник и телефон в карманы, позволяя Эллисон теребить его волосы. – Развлекайся! – крикнула она, садясь в свой розовый «порше», – Не убивай никого! – Он закатил глаза и, забравшись в свою машину, выехал из гаража. Дом был маленьким и причудливым. На подъездной дорожке были припаркованы две машины, одна под навесом, а другая довольно беспорядочно, почти задев ворота. Вторая, очевидно, была дороже, и Нил подумал, что, возможно, узнал ее с их первого свидания. Свидание. Черт возьми, Нил был на втором свидании. С мужчиной. Его отец убил бы его. Его отец снял бы с него кожу и повесил ее на мачту с флагом, чтобы все видели. Сын-гей не мог продолжить наследие Веснински. Нил и так был достаточно позорным. Он даже не был геем. Он просто нашел Эндрю интригующим. Он подождал пять минут снаружи, затем написал Эндрю, чтобы сообщить ему, что он здесь. Когда прошло еще пять минут без ответа, он вылез из машины, проверил, что адрес правильный, и осторожно пошел по дорожке. Он дважды постучал в дверь: прежде чем его костяшки пальцев смогли опуститься в третий раз, дверь распахнулась, открыв гибкого мужчину с смуглыми чертами лица и безумной улыбкой на глазах. – Нил! – прокричал он, – Привет, так приятно с тобой познакомиться! – Ники, ради всего святого, – услышал Нил ворчание Эндрю откуда-то из-за пределов видимости. Нил фыркнул себе под нос, пожимая руку Ники. – Эллисон и я – лучшие сваты, – пропел Ники, возвращаясь в свой дом и таща Нила через помещение. На кухне был еще один блондин, значительно выше Эндрю и с искренней улыбкой, – Нил, это Эрик, мой муж. Эрик, это Нил! Ты помнишь Эллисон, не так ли, дорогой? Они хорошие друзья! Ники был…очень… – Повтори еще раз, откуда ты знаешь Эллисон? – слабым голосом спросил Нил. – Как я мог забыть сказать! – рассмеялся Ники, – Мы учились на курсах маркетинга в колледже. Я сказал ей, что ее спортивные штаны от Гуччи были дрянными – потому что так оно и есть, – и она восприняла это не слишком хорошо. Видит бог, она любит свои бренды. Нил действительно знал это, вероятно, лучше, чем кто-либо другой. – Боже, Эллисон сказала, что ты милашка, но я понятия не имел, насколько она была права! – Ники ущипнул себя за щеку и заметил косой взгляд, который Нил бросил на Эрика. Он подмигнул. – Я бы пригласил тебя повеселиться со мной и Эриком, если бы не был уверен, что мой двоюродный брат снимет с меня скальп. – И все же ты все равно слишком много говоришь, – сказал Эндрю, материализуясь из ниоткуда. Нил внезапно почувствовал облегчение от вмешательства Эллисон, когда увидел, что на Эндрю было надето под пальто. Это была рубашка без рукавов, дырки свисали так низко, что Нил мог видеть его ребра, связки мышц, которые обвивали его живот. Она была короткой, как спереди, так и сзади. Нил отвёл взгляд. Ники попрощался с ними, весело помахав рукой и свистнув по-волчьи. Эндрю практически вытащил Нила из дома своего двоюродного брата, кончики его ушей были ярко-красными. – Я пытался этого избежать, – пробормотал Эндрю. Нил только рассмеялся и указал на свою машину. – Поехали?

_ По общему признанию, клуб не казался подходящим местом для Нила. Он не пил – он не мог позволить себе потерять контроль – не танцевал, и было слишком громко, чтобы нормально разговаривать. В то время как люди веселились, и Эндрю, казалось, не возражал просто болтаться у стены с виски в руке, Нилу хотелось, чтобы они могли поговорить в более тихом месте. – Я уже много лет не был в подобном месте, – сказал Нил, ближе наклоняясь к уху Эндрю, – Полагаю, на самом деле ничего не изменилось. – Я пробрался сюда еще ребенком. С фальшивым удостоверением личности, – Эндрю покачал головой, – Это был не лучший способ выяснить мою ориентацию. – Что … ты пришел сюда, чтобы просто … поразвлечься с людьми? Эндрю выгнул бровь, все еще глядя на рой извивающихся тел. – Ты никогда не делал ничего подобного? – Нет, – пробормотал Нил, обхватив руками живот. – Я не знал, что это нормально. Эндрю мгновение смотрел на него, прежде чем опрокинуть виски и швырнуть стакан на ближайший столик: палец в петле ремня Нила оттащил его от стены, а затем они двинулись. Мимо бара, танцпола, музыкальной будки, прямо к дверям. Нил попытался протестовать – Эндрю заплатил за оба их входных билета, – но мужчина не хотел этого, Нил, спотыкаясь, шел за ним по пятам. Когда они оказались снаружи, Эндрю прислонил Нила к кирпичной стене, лицом к нему, скрестив лодыжки. – Я никогда раньше не делал ничего подобного, – признался Нил, – Я не … я не знаю, чего от меня ждут. – Ничего не происходит, – настаивал Эндрю, – Ничего такого, чего бы ты не хотел делать. Нил сделал неопределенный жест рукой. – Мне уже предлагали раньше, Эллисон или моя … – он прочистил горло, – Я никогда никого не приглашал дважды. Думаю, что на самом деле я этого не понимаю. – Ты вообще интересуешься? – спросил Эндрю. Нил пожал плечами, глядя в сторону. Он предполагал, что именно здесь Эндрю решит, что Нил больше не стоит его времени, если Нил действительно не был уверен в сексе или в чем-то отдаленно интимном. Эндрю заставил Нила посмотреть на него, подперев подбородок двумя пальцами. – Нил, я здесь не для того, чтобы делать что-то, чего ты не хочешь делать. – Тогда какой смысл торчать здесь? – спросил Нил. Эндрю пожал плечами, опуская руку. Он достал из карманов пачку и зажигалку. Нил позволил ему прикурить две, взял вторую и поднес ее к уголку рта. – Может быть, ты интересный. Нил тихо напевал. Он мог это понять. Эндрю тоже был интересным. Он понял, что ему это нравится: тишина. Они вместе курили возле клуба, вдвоем в своем собственном пузыре. Эта сторона здания была темной, благодаря лесистым паркам, которые подходили прямо к западной стене клуба. Может быть, это была плохая идея. Связываться с кем-то, кто находился вне его круга работы, никогда не было хорошей идеей. Если Эндрю выяснит, что Нил был сыном Мясника, он не думает, что любопытство этого человека будет таким же всепрощающим. Никто в здравом уме не стал бы встречаться с сыном гангстера-серийного убийцы, если только они уже не были вовлечены в мир Нила. – Вы только посмотрите на это, – раздался мягкий голос сверху, – Папочка не был бы слишком счастлив, если бы знал, где ты, младший, – Не успел Нил моргнуть, как в его руке оказался нож, направленный туда, где тень присела на корточки, всего в нескольких футах от него, – Как думаешь, что бы он сейчас сделал? Она даже не потрудилась прикрыть лицо. Леверетт была так уверена, что она собирается убить его, что ее не волновало раскрытие личности. – Черт возьми, – пробормотал он, впиваясь пальцами в свободный материал рубашки Эндрю. Затем он понял, что у Эндрю тоже был нож в руке, идеально сбалансированный и спрятанный вне поля зрения. Где, черт возьми, он его прятал? Все, что он носил, было безупречно обтягивающим, слишком обтягивающим, чтобы скрыть ножи. – И что же? Давай, продолжай в том же духе, – Он почувствовал, как Эндрю сверлит его взглядом, острым и недоверчивым. Ее улыбка дрогнула, глаза дернулись влево, где, вероятно, кто-то прятался за углом: – Никаких просьб о пощаде? Никаких последних слов? Нил пожал плечами. – Ты научишься переставать раскрывать свои планы? – С этими словами он повернулся и ударил мужчину, который появился прямо напротив его лица. Это дало им время, поэтому он потащил Эндрю за руку – если их пальцы были переплетены, это была не проблема Нила – и они исчезли в парке. Он, вероятно, бывал здесь и раньше. В Балтиморе было не так уж много мест, где можно было спрятать тела: каждый раз, когда он спотыкался о бревно, он задавался вопросом, оставлял ли когда-нибудь его отец своих жертв поблизости. – Я думаю, мы их потеряли, – выдавил Эндрю, оглядываясь по сторонам. Нил только покачал головой, – Ты довольно глуп, не так ли? Это был не первый раз, когда Нил слышал это: – Мы не можем остановиться здесь. Мы в безопасности только тогда, когда они умрут. – Нил, – тихо сказал Эндрю, – Если ты убьешь их, мне придется арестовать тебя. Нил моргнул, медленно поворачиваясь. Было совершенно темно, но даже тогда его глаза были золотистыми. Мерцающие. Чертовски серьезные. – Ты издеваешься надо мной. – Что? – Ты полицейский? Эндрю вздохнул: – Может быть. Ты преступник? – Если я скажу «да», ты меня посадишь? Эндрю пожал плечами: – Худшее, что я видел, это то, что ты ударил кого-то в лицо. И это приемлемо. «Ты даже не представляешь», в ужасе подумал Нил. Как он мог не заметить? Почему он не провел свое надлежащее расследование? Это было безумие. Сумасшествие. Нил не мог встречаться с полицейским, его отец был одним из самых популярных главарей банд в регионе Балтимора! – Черт, – прошептал он, прижимая кончики пальцев к губам. – Смотри, – сказал Эндрю, – Я не собираюсь спрашивать, почему за тобой гонятся люди, кто твой отец, какого черта у тебя в кармане на двери был тесак, но … мы могли бы помочь друг другу. – Что ты имеешь в виду? – выдавил Нил сдавленным голосом. «Когда, черт возьми, он видел тесак?» – Ты мог бы быть моим информатором, и я буду… – Эндрю поморщился, – Должен тебе, полагаю. – Я не хочу быть информатором, – прошипел Нил, –Я хочу … я не знаю. Не знаю. Я хочу узнать тебя получше, а также действительно не хочу, чтобы ты умер прямо сейчас. Но я не могу встречаться с полицейским, я не хочу тебе врать. Я лгу всем остальным в своей жизни. Рука Эндрю поднялась, чтобы обхватить его щеку: – Кто ты такой, Нил? Рядом хрустнула ветка: они оба немедленно развернулись, собираясь с силами. – Нил? – Леверетт пренебрежительно рассмеялась, материализуясь из тени. Нил выругался. Они не должны были останавливаться, – Это тот, кем он тебе представился? Эндрю наставил на нее нож. – Уходи. Она рассмеялась, но смех был прерван резким ударом в горло. Нил моргнул: только что Эндрю был рядом с ним, а в следующее мгновение он вцепился в волосы Леверетт, его хватка сдавила ей горло. – Если ты прикоснешься к нему, я позабочусь о том, чтобы ты никогда больше не увидела дневного света, – Она издала булькающий звук, – Ты поняла? – Когда она не ответила, он встряхнул ее, – Я спросил: ты поняла? Она слабо кивнула. Испытывая отвращение, он отпустил ее. Она исчезла через несколько секунд. Медленно, нерешительно Нил протянул руку, чтобы разжать кулак Эндрю там, где он был обернут вокруг рукояти его ножа. Их носы соприкоснулись, когда Эндрю вошел в пространство Нила. – Она умрет к концу недели, – прошептал Нил, – Я не могу это контролировать. Я не могу контролировать семью, в которой родился. Про… – Извинись, и я вырву тебе язык, – пробормотал Эндрю, засовывая нож обратно в повязку. Они должны были держать ножны, понял Нил, смутно впечатленный. Он вздохнул. – Может быть, в следующий раз пойдем в кино. Эндрю приподнял бровь. – «Крестный отец»? Нил с сомнением посмотрел на него. Уголок рта Эндрю дернулся вверх. – Отвези меня домой, – сказал Эндрю, беря Нила за запястье. Нил просто кивнул.