Семь незванных гостей или выхожу замуж за корейца

      После Нового года прошло три дня. Это значит, ребятам осталось 4 дня отпуска, а мне 4 дня на то, чтобы собрать всю свою волю в кулак, и поговорить с Юнги о нас. Это звучит так странно. О нас. И страшно. Вдруг я ошибаюсь? Если всё это мне только показалось? Зачем такому, как Юнги, нужна такая, как я? Хотя, как говорится сердцу не прикажешь.       В душе такой ураган эмоций. Я метаюсь от одной мысли к другой. Мне всё время кажется, что это неправильно. Я не достойна его. Если он забудет меня, то сможет найти девушку получше. Не такую слабую, как я. Сильную, уверенную в себе и... не эгоистку. Как бы странно это не звучало, но я никогда не считала себя такой. Только после появления ребят в моем доме, я поняла, что я думаю только о себе. И это так тяжело принять. Ведь каждый считает себя лучше других. Каждый хочет думать о себе хорошо и чтобы другие также думали. Но ведь если ты сам понял свою ошибку её же можно исправить? Я верю, что можно, и я постараюсь исправиться.

***

      Эти несколько дней я старалась не попадаться Юнги на глаза. Во-первых, было стыдно за сцену в новогоднюю ночь, а во-вторых, я боялась, что он первый заговорит, а я ещё не готова обсуждать такое. Но я должна сделать это. Хочется сказать во что бы то ни стало. Но я не уверена, что это сработает на мне. Такая уж я.       За обедом я витала в облаках, как сказал Джин. Да, я витала, но только не в облаках, а в водовороте мыслей, которые ничего дельного не предлагают! Как его позвать поговорить? Заманить под каким-нибудь предлогом в свою комнату? Или серьезным тоном сказать, что нам надо поговорить? Но тогда будет куча лишних вопросов от свидетелей. Ложка с супом пролетает мимо рта, кто-то начинает смеяться, а кто-то очень заботливый подаёт салфетку, которому в глаза я стараюсь не смотреть. Чёрт, так весь настрой пропадет. Пока надо сосредоточиться на еде, а потом уже подумаю, как действовать.

***

      Думать, сидя на собственной кровати в одиночестве намного эффективнее. Нет лишнего шума и взгляда, который будто специально пытается надавить на меня. Решено, пойду попрошу его помочь перетащить тумбочку в комнате, а как дверь закроется(звучит, как в ужастике) мы поговорим. Надеюсь на это.       Но только я решительно встала, вдруг в дверь постучали.       – Кто там? – спрашиваю, потому что если это кто-то кто не Юнги, то я обязательно с ним разговорюсь, особенно если это Чимин, или Джин. С этими двумя у меня вечные споры.       – Это... Юнги, – замявшись, он открывает дверь и тихонько заходит в комнату.       – Я как раз хотела тебя позвать, – засуетившись отодвигаю ему стул, – садись.       – Зачем?       – Что зачем? – вроде как вопросы не задают, когда предлагают сесть.       – Зачем я тебе был нужен? – он сел на стул и выжидающе посмотрел на меня.       – Аа, надо было..., – начинаю махать рукой в сторону тумбы, но раз уж он здесь, то предлог теперь не нужен, – поговорить.       – О чём?       – О нас,– промямлила, сев на кровать и опустив голову.       Реакция Юнги не заставила себя долго ждать. Он быстро встал со стула и сев рядом со мной, сжал мои руки в своих больших. И теплых.       – Если тебе тяжело, не надо, я тебя не заставляю, – он сказал это с ощутимой осторожностью в голосе, поглаживая мои руки.       – Нет, нет, я уже долго собиралась сделать это, я готова. Или сегодня или никогда.       – Хорошо, тогда что тебя беспокоит?       Серьезно? Он спрашивает, что меня беспокоит? Что за дурацкое самопожертвование. Это я должна спрашивать его об этом. Это он должен был настаивать на разговоре. Он держал себя на поводке всё это время. И он ещё думает о других. Какой же он мягкий. Добрый. Слишком хороший для меня.       – Я ... даже не знаю с чего начать, – смотрю на наши сцепленные руки и не могу их расцепить. Мне хорошо, мне нравятся его касания.       – Тогда давай я, – его лёгкие поглаживания успокаивают. Если до этого сердце бешено билось от страха, то сейчас оно скачет от нежности, с которой Юнги касается моих рук. – Наверное, для тебя уже не секрет, что ты мне нравишься. Нет. Я люблю тебя, – я вздрогнула, мне впервые сказали это прямо, без намёков. Он крепче сжал мои руки, будто передавая свою энергию. – Ты веришь в любовь с первого взгляда? Я нет, – усмехнулся, – точнее, до того момента, как встретил тебя. В тот день, когда я увидел тебя в первый раз, я подумал "что за прекрасный ангел?". Вначале я думал, что меня просто поразила твоя красота, но потом я понял, что попал. Я пытался не думать о тебе, пытался меньше пересекаться с тобой. Потому что сама понимаешь, у этой истории не могло быть хорошего конца. Ты сама оберегала от этого подругу и сестру. И я это одобрял. Но после разговора с Лерой накануне праздника, я многое понял. Зачем думать о том, что о тебе скажут другие? Если тебе хорошо, почему бы не послать этих идиотов? Кто давал им право лезть в нашу личную жизнь? Я люблю тебя, и собираюсь показать тебе, что это не мимолётное влечение. Ты стала моим смыслом, моим воздухом. Знаешь, когда ты была в университете на учебе, я целый день сидел за столом и строчил песни. В Сеуле в студии я сделаю из них шедевры и посвящу тебе.       Я и не думала, что всё так серьёзно.       – Я... да, я знаю, что... ты меня... любишь, – горло пересохло, голос дрожит. Успокойся, это же не смертный приговор,– мне много раз намекали, да и по твоему поведению не сложно было понять причину. – Пауза. Надо собраться с мыслями, – Я недавно поняла, что... ты мне тоже... нравишься, – на этих словах Юнги перестал дышать и сильнее сжал мои руки. – Но, как тебе сказать, я ещё не готова к отношениям. Точнее, нет, я хочу чтобы рядом был человек, на которого можно положиться, и которого я буду любить. Нет, люблю. Но, пока мне нужно время свыкнуться с мыслью, что ты любишь меня, а я тебя. Я люблю тебя, этого я не отрицаю и мы обязательно будем вместе, – ох, как же нелегко признаваться в любви, вся покраснела, чувствую. В голове вдруг всплыла картинка из сна, и я решила шёпотом добавить, – Я даже сон видела.       – Какой сон?       – Что мы семья, и... у нас двое детей. Двойняшек.       – Правда? Двойняшек, значит хочешь, – Юнги неожиданно расцепил наши руки, и схватив меня за талию, усадил к себе на колени, закопавшись лицом в волосы на затылке, и крепко обняв поперёк живота, прошептал, – тогда будут тебе двойняшки. Милая.       Просидев так несколько минут, он аккуратно поднял меня со своих колен и тихонько посадив обратно на кровать, вышел из комнаты с едва заметной улыбкой на лице, оставив меня сидеть в шоке и гореть всем телом от его мягких прикосновений.