Ритм сердца

      «Па-ра-па-рам…» — Брайан скользил под медленную музыку, глядя поверх головы партнерши, забыв о том, что за последние несколько минут не сказал ни слова. Потому что не мог заставить себя перестать осматривать территорию практически сквозь лениво гуляющих отдыхающих, останавливающихся для того, чтобы посмотреть на тех, кто танцует.       Мимо проплыла Линдси с весьма неуклюжим молодым парнем — Брайан начал пристально изучать дорожку от столовой к беседке, чтобы не встречаться с ней взглядом. Только когда из ниоткуда внезапно материализовался Макс Келлерман, Брайан словно проснулся и одарил миссис Блум ослепительной улыбкой, заставив от неожиданности сбиться с ритма, а после спросил что-то о погоде на завтра. Конечно, совсем невпопад, но сейчас все было именно так!       С того момента как, проснувшись от стука в дверь, не обнаружил рядом Джастина. Пришлось отложить эмоции по этому поводу и клятвенно пообещать Линдси быть готовым через полчаса. Да, он сейчас на площадке и пытается убедить себя, что вовсе не ищет Джастина и не удивляется, что того нет. Ни в кустах, где тот поначалу имел обыкновение прятаться, ни в толпе праздношатающихся. Но, может, придет позже?       Желание снова увидеть Джастина пугало и выводило из себя одновременно. Все, связанное с ним, оказывалось именно таким — иногда его было слишком много, иногда, наоборот, мало. То хотелось целовать Джастина до бесконечности, вдыхая особенный запах светлых волос, то оттолкнуть так далеко, чтобы больше не приближался.       Это удастся пережить. И ему самому, и Джастину. Тот просто пока не понимает, что так будет лучше для обоих. И, наверное, придется лучше объяснить.       Не хочется думать, что всего лишь несколько часов назад была такая возможность — Джастин же приходил поговорить! Но в его вспыхивающих праведным гневом глазах было столько страсти, а розовые губы наводили на мысль совсем не о словах. И в какой-то момент стало так тяжело с собой справляться…       Реальность полетела к черту! Точнее, воплотилась в нервных поцелуях, прерывистых движениях и бешеном, сводящем с ума желании. Это был Джастин…       Брайан с облегчением заметил, что музыка стихает — танцы закончились. Легкий ветерок недвусмысленно намекал, что пора расходиться — разве что молодежь сзывали на ночную вечеринку на пляж. Брайан присмотрелся внимательнее: Джастина не наблюдалось среди тех, кто спешил к организаторам. Но где-то же он должен находиться!       Собственное беспокойство начало придавливать тянущим ощущением, и Брайан решил хотя бы попытаться что-то с ним сделать. Если Джастин не придет к нему в дом через полчаса…       А что тогда? Не побежит же он за ним?!       Спустя почти час Брайан непонимающе смотрел на опустевший красно-белый коттедж с приклеенным на дверь листом бумаги. Это означало, что дом свободен, и в ближайшие два дня персоналу надлежит сделать генеральную уборку и подготовить помещения для следующих отдыхающих.       «Как же так?» — противно засвербило где-то внутри.       И ответом стал родной и привычный внутренний голос, который не без сарказма поинтересовался: «А ты разве не этого хотел?»       

***

      Стук в дверь показался настолько неуместным, что Брайан поначалу завернулся в одеяло и закрыл голову подушкой — пусть все идут к черту! Он прекрасно обойдется без завтрака, прогулки, купания и всего, что обычно делал до вечерней танцплощадки. И без людей, которым опять что-то надо! В частности, без Майкла и Линдси — такую настойчивость себе могли позволить только они.       — Брайан, я знаю, что ты там! — Ну конечно, Линсди. Наверняка уже узнала и…       — Нет. Меня нет.       — Если не откроешь дверь, я ее сломаю!       Перспектива заниматься починкой замка не радовала от слова «совсем». Да что там замок, казалось, что уже ничто и никогда не сможет его обрадовать. Или, как замок, — починить.       Линдси ворвалась, словно порыв сильного ветра. Сразу было понятно, что она уже все решила, распланировала и теперь ждет, что окружающие начнут действовать по ее указке! А вот ни черта!       — Брайан, все нормально, ничего страшного не случилось…       — Тогда какого хуя ты врываешься так, словно главное здание взлетело на воздух?!       — Мы найдем его. В Питтсбурге. Нам тоже скоро уезжать и…       — Я не собираюсь никого искать! — Все. Точка. Жирная. Именно там, где надо. Неважно, кто и по какой причине ее поставил, но это факт. Все решилось.       Линдси, не обращая внимания на его слова, прошла и села в кресло. Почему-то напомнив, как вчера там сидел кто-то другой. Кто не позволил выставить себя из комнаты, мыслей и чего-то другого, которое и назвать-то не знаешь как!       — Брайан, я видела тебя вчера… У коттеджа Джастина. — Линдси выглядела смущенной. — Забыла на пляже сумку и спохватилась после танцев, пришлось бежать и возвращаться по освещенной территории. Я не шпионила, случайно получилось. Но то, как ты смотрел на дом…       Брайан сжал зубы, чтобы не послать Линдси надолго туда, где ей точно не понравится в силу пола и ориентации. И плевать, что она не виновата. Никто не виноват!       — Я не хочу это обсуждать.       Сказать такое Линдси — все равно, что приказать водопаду не низвергаться вниз с вышины.       — А повзрослеть — хочешь? Брайан, испытывать чувства, нуждаться в ком-то — это нормально!       — Извини, но у меня другое мнение.       — Признай, что Джастин его почти поменял!       Брайан решил промолчать, надеясь, что и у нее не найдется, что сказать. Но надежда уже не в первый подобный раз оказалась абсолютно напрасной.       — Я догадываюсь, что тебя пугает. И не стану врать, что будет легко и просто, сложится само собой и… Совсем не так. Но оно того стоит! Когда мы ссоримся, я готова убить Мелани, и уверена, что она хочет сделать то же самое со мной. Но я также знаю, что люблю ее — несмотря ни на какие трудности.       — Если мазохизм — то, что делает тебя счастливой, скажу, что рад за тебя. Но никогда этого не пойму и буду жить так, как хочу.       Линдси снова включила свою фирменную избирательную глухоту, часто сочетающуюся со стремлением к чтению монологов на абстрактные темы. И, похоже, сейчас предстоит в очередной раз испытать на себе все прелести ее привычки!       — Брайан, мне не так-то просто далась летняя разлука с Мелани. Но я живу на всем готовом, откладываю зарплату и знаю, что она сейчас работает допоздна без выходных, чтобы бы могли оформить ипотеку и переехать в собственный дом до рождения ребенка. Это ее способ сказать мне: «Я люблю тебя». И когда хочется плакать, я вспоминаю, как однажды она сказала что до конца своих дней, просыпаясь, хочет видеть мое лицо. В эти моменты мне хочется думать, что Мелани помнит о том, что я хочу стареть вместе, видя, как растут наши внуки.       — Нет уж, я надеюсь быть избавленным от столь блистательной перспективы!       Линдси засмеялась, и Брайан, даже не глядя на подругу, догадался, что сейчас в ее глазах пляшут черти. И не ошибся.       — Видел бы ты себя! Выглядишь так, словно на эшафот шагаешь. Но я сказала все это не для того, чтобы напугать еще больше. А тебе очень страшно, как бы ты ни старался скрывать. Но, Брайан, не обязательно смотреть на нас с Мелани, жить вместе, выбирать дом или еще что-то! Вы с Джастином можете создать свою историю и сделать так, как будет хорошо именно вам! Не бывает одинаковых отношений. Да и с чисто практической точки зрения у вас совсем другая ситуация: ему учиться несколько лет, а ты собирался…       — Я знаю, что я собирался, не надо постоянно об этом напоминать! — Что-то внутри повернулось вокруг своей оси, словно разрезая острым концом все органы сразу. И эта боль была в миллионы раз кошмарнее физической. Слова Линдси заставили ночные кошмары ожить и обрести плоть.       — Я хочу убедить тебя совсем в другом.       Брайан поймал себя на том, что все еще стоит, упершись взглядом в давно нуждающуюся в покраске стену — чтобы не смотреть на Линдси. Точнее, чтобы она не видела его — такого, каким он стал с тех пор, как в беззаботную, полную траха жизнь ворвался Джастин. Которому даже ничего не понадобилось делать для того, чтобы так случилось. Просто быть. Танцевать. Пытаться прятать свои чувства и верить, что все получится. Мелкий пизденыш оказался смелее его в миллионы раз…       — Брайан… — Голос Линдси доносился словно из потустороннего мира. — Если ты перестанешь отказываться от своей любви и найдешь его, станет намного легче. Даже когда Джастин не будет рядом ежеминутно — это и невозможно, — ты все равно будешь знать, что он любит тебя. И через несколько часов или дней вы снова окажетесь вместе. Для этого не обязательно отказываться от того, кто ты есть, и чего хочешь — кроме любви.       Брайан вздрогнул: Линдси вдруг показалась героиней фильма ужасов, которая вскрывала его, как банку консервов, вытаскивая на свет ужасы, в которых он боялся признаться даже самому себе.       И, кажется, Джастин тоже о них знал — каким-то мистическим образом. Пробрался внутрь и не испугался того Брайана Кинни, которому навсегда было отказано в праве на существование.       А сейчас оставалось только молчать. И чувствовать, как Линдси мягко обнимает сзади, утыкаясь щекой в майку. Обернуться. Ответить на объятие. Сдаться. Не ей… Ему.       — Он же уехал, Линдс. Сам так решил.       — Мы не можем знать, что произошло. Попрошу Майкла найти документы на заселение, узнаем адрес и найдем Джастина. Завтра же ты…       — Нет! Не завтра… Мне еще слишком многое надо сделать.