Марионетка в моей власти

Хорошая погода за окном создавала лишь обманчивое впечатление приятной глазу картины и напрасно успокаивала сердце Шэнь Цзю. Ему ведь всё равно дальше ворот дворца не выбраться. Уж точно, пока он находится под частичным контролем Ло Бинхэ. Шэнь Цзю не удостоил вошедшего даже кротким приветствием, выражая всё своё пренебрежение и явное отвращение, некогда розовый блеск у щёк вновь сошёл на белоснежно - белый, граничащий с чистотой выпавшего, тонкого слоя декабрьского снега. Ло Бинхэ чувствовал, как под солоноватой кожей бьётся пульс его бывшего наставника, как двигалась кровь. Наверняка, если бы он вкусил её, она бы осталась вязким чувством чего-то прогорклого. Демон чувствовал, как тайком тот желал Сюя разрубить портного на мелкие кусочки от собственного злонравия, залив кипятком до полного размягчения и обмякшего состояния плоти, бросить это Ло Бинхэ в тарелку под кисло - сладким соусом. Он загорелся новой идеей для пытки. Осталось лишь найти момент её опробовать. — по исходным замеркам в ближайшее время свадебное ханьфу будет готово. Желает ли господин Ло что - нибудь ещё помимо этого? — спросил мужчина, складывая рулетку и блокнот с внесёнными записями. — нет, больше ничего. Ступай.

***

Наступила ночь, свинцовые тучи затянули небо, и сине-фиолетовые вспышки разорвали свод небес. После полуночи поднялась настоящая буря, и пошёл дождь, в считанные минуты превратившийся в ливень. А Шэнь Цзю всё с той же злобой сидел в своей комнате, погрузившись в найденные в пыльной библиотеке книги. Горный лорд удручённо вздохнул, когда кончики его зубов впились в нижнюю губу, а содержание страниц вызывало волну недопонимания и отвращения. — у автора хоть есть понятие слова " вкус "? Что за бред? Ни слога, ни построения предложений, и это выглядит как неизвестно из чего собранная солянка. Не удивлюсь, если эти книги были собраны из личных предпочтений Ло Бинхэ, — с приглушённым шипением книга резко захлопнулась под звук открывшейся двери. Посмотрите-ка, кто соизволил прийти. — твоё негодование даже в коридоре слышно. И что же тебе снова было не по душе? — вопрошает лорд демонов, ставя, на удивление, поднос с тарелкой, и в ней блюдо, похожее на хуншао. Уж лучше бы яд, честное слово, он бы так закончил свои муки. — откровенный бред в твоей библиотеке, да и только. Нет никакого удовольствия читать, только голову ломит от этого. Но в целом, похоже под твои интересы, — насмешливо отозвался Шэнь Цзю, тихо хмыкнув. — по какому поводу сам " великий лорд " Ло решил носить мне еду в постель, да ещё и что-то такое? — не поверишь, захотел попробовать тебе что-то приготовить, а то как скелет выглядишь. Ещё скажешь, что я тебя голодом морил, так что ешь, — с явной нотой приказа заявил Ло Бин-гэ, дожидаясь пока тот усядется. На бледной керамике играли отблесками свечи, посуда идеально сочеталась с бордовым соусом, который, подобно крови, обволакивал ароматную композицию. Свежая зелень оттеняла идеально прожаренное мясо и расцветала жизнью в танце со смертью. Так похоже на последние панические биения истекающего багряными каплями сердца — ладонь демона помнит, как оно трепетало в его руках, стараясь урвать последние секунды существования, но было лишь вырвано, и отбито молотком, как колотят кусочек филе несчастной курицы. Умело нарезанные, свежие овощи, которые придают мясу сочность и полутонами ложатся на и без того чудесный вкус. Уникальный, неповторимый, зачаровывающий бархатом и мягкостью, тающей на языке. Изысканный, любовно взращенный им, расцветший тёмным цветком, появившимся из бутона злобы и свирепости. — и что можешь сказать? — мясо без единой прожилки идеально прожарилось до нужной степени. Свежеприготовленный соус с ароматом редких трав и терпкой остротой остался приятным послевкусием, осевшим на языке. Честно, я удивлён, пусть и наслышан, что ты чуть ли не " мастер в кулинарии ". Но я не могу понять, что это именно. И на свинину не похоже, и курицей тоже назвать не могу. Что это? — настороженно смотрит старший, щуря в подозрении веки, словно уже жалея о том, что сейчас оказалось в его желудке. — о, всего-то заколотая мною курица. Такая большая, было слишком много мороки. О, как же тяжело было вынимать столько стрел из тела, вымывать и проваривать от яда тушку, разделывая предельно аккуратно и без того вымученную плоть. А учитель всё съел с превеликим удовольствием, да ещё и так нахваливает. Шэнь Цзю, как тебе...сердце собственного же брата? — с хищным блеском в глазах и оскалом зубов шепчет у самого уха Ло Бинхэ, когда слышит тошнотворные и желчные позывы чужого горла. Содержимое оказывается на полу, как и сам горный лорд Цинцзина. Несмотря на прохладу ночи, трепет от пытки все ещё горел дьявольским пламенем, а безумство тяжёлым грузом давило на сознание Бинхэ. Он мог причинить боль своему мучителю. Он мог насильно овладеть им, поддавшись этому жуткому, выжигающему разум желанию. И вполне желал это осуществить. Если ему, конечно, удастся.