Марионетка в моей власти

Шэнь Цзю был весьма умён и точно знал, что стоило бы просчитывать свои шаги как минимум на сотню вперёд. Ему уже хватило не единожды обжигаться о каждую свою неосторожность и оплошность. Осознание, что он всего лишь кукла на верёвочках, которой и вдохнуть не дадут, несколько удручало его, и сковывало путь к желанной свободе. Один маленький шаг — и тебя толкнут в пропасть. Как он и сделал когда-то с тем мальчишкой, что на удивление, выжил и стал властелином всего мира, подмяв каждого под себя. Если он не в силах вырваться из лап хищника напрямую, почему бы просто не ослабить бдительность зверя, найдя тот нужный момент, чтобы оттолкнуть его и сбежать? Весьма даже действенный и хороший план. Нежные цветы пионов были высажены в каждом уголке дворца, и казалось, что даже внутрь этого громоздкого, удушающего здания забрела и зацвела весна. — почему пионы, Цзю? — с интересом вопросил Ло Бинхэ и уткнулся носом в прямую, гибкую, будто ствол бамбука, спину, покрытую светло-зелёной тканью. Очень мягкой и приятной на ощупь. Он честно понятия не имел, чем занимался, и зачем вообще проявлял какое-то подобие нежности, но не замечал никакого сопротивления своим действиям. — а я думал, ты знаешь, как сильно я люблю эти цветы, — мужчина повёл плечами, прохрустев спиной, о которую тёрся « его прилипчивый супруг », и, заправив за ухо упавшую на лицо прядь волос, коротко коснулся хрупких бутонов, словно проверяя их мягкость. — я никогда не интересовался тем, что тебе нравится. — но стоило бы, если берёшь меня в мужья, — насмешливо проговорил горный лорд, подавляя оскальную ухмылку. Ло Бинхэ хотелось прильнуть ещё ближе к чужой спине, ощущая ладонями, уложенными на грудь, как в глубине стучит чужое сердце. Мерный рокот вздымающихся волн океана. — у тебя ведь хороший слух, чтобы слышать его ритм, так зачем ты укладываешь ладони? — недоумевал Шэнь Цзю, но чужих рук с себя не убрал, хоть и зашипел недовольно. — потому что я хочу его чувствовать рядом. К тому же, ты ужасно холодный, — его глаза яростно сверкали и сулили смерть, но стоило ему услышать чистый, не запятнаный злонравием смех Шэнь Цзю, как взгляд смягчился и стал спокойнее. Словно бы этот человек не истязал его многие годы, а давал чувство необременённой лёгкости и понимания. — потому что мне постоянно холодно, что я даже не чувствую своих конечностей. Демон на время опешил, но всё же решился спросить: — и как давно? — Ло Бинхэ хотелось надеяться, что это никак не связано с его опасениями. — вполне достаточно. Я всё равно не могу отогреться, даже если сплю под плотными одеялами. Кажется, началось.