Распутица

После ухода Кэйи Итэр вновь остался наедине со своими мыслями, пожирающими его изнутри. Никаких идей, никаких амбиций, ничего, пусто, запас достиг своего дна. Уткнувшись лицом в подушку и слегка приобняв её ослабшими руками, он просто рефлексировал обо всем, что творится в его жизни. Пожалуй, никогда за всю историю ему не было настолько паршиво, точнее за всю историю пребывания в Тейвате. Сегодняшнее событие, его привязанность оставляла такой же жгучий след, что и пропажа Люмин — сестры-близнеца. Интересно, как она там? Вспоминает ли она его так же, как он её? Скучает ли по совместным приключениям и просто по нему, как по любимому брату... Или же сейчас она видит в нём злейшего врага? Лишь от одного осознания их вражды сердце путешественника сжималось, обливалось кровью и пятикратно переворачивалось внутри грудной клетки. Даже если Мондштат не сможет предотвратить нападение магов бездны, блондин никогда не найдёт в себе силы пойти против Люмин и в том заключалась его слабость. Девушка выбрала иной путь, некогда чуждый для обоих близнецов. Её алчность переступила все границы, кроме себя и своих целей в этой жизни она более ничего не видела, а потому слепо двигалась вперёд. Ей было совершенно плевать на количество пострадавших, на пролитую кровь, она желала лишь одного — вернуть былое величие Каэнри'ах и освободить народ забытого региона от мучений. — Итэр, быстрее! — Люмин юркнула в небольшой разлом посередине боя. Чудовище, стоявшее перед близнецами, превосходило их по размерам в несколько раз. Прикрывая сестру, блондин дал ей фору оторваться, вот только внимание озлобленного существа теперь было направлено только на него самого. Морда неизвестного была сплюснута, в широкую пасть едва ли помещались клыки, напоминающие собой стальной капкан, отменное зрение заключалось в наличии встроенного прицела, главным его оружием была правая передняя лапа, если её можно так назвать, ибо перемещался он на трёх, атакуя четвёртой металлическим, установленным взамен неё, буром. Иглы на его спине ранили хуже стрел хотя бы потому что одна из могла проткнуть человека насквозь от макушки до пят, но здесь и вырисовывалось слабое место — замедленная регенерация, отнимающая слишком много ресурсов, в остальном уязвимых мест у механизма не было. Точнее, у зверя... Или всё же... Отчасти существо напоминало собой роботизированное животное со всеми его инстинктами, главным из которых являлся голод, оттого оно и являлось прекрасным орудием для убийств. Его истошный вопль оглушал, дизориентировал, хвост с шипами тащился следом при беге на задних лапах для более ускоренного передвижения, прорывая землю на несколько метров вглубь, вздымая достаточное количество камней, которое смогло бы скрыть под собой целую деревню хоть и не самых больших размеров. Как вообще путешественникам удалось навлечь на себя подобное — никто даже предположить не мог. Как обычно брат и сестра с великим удовольствием путешествовали между мирами, их взор на сей раз пал на слишком тихий остров, но такая тишина странной не казалась, по крайней мере ровно до тех пор, пока они не ступили на землю. Колебания передавали каждое шевеление, словно под землёй ничего и не было, вот только откуда шёл сам звук было не совсем ясно. Никаких животных, а тем более людей здесь не было, машин тоже, напрашивался вывод о том, что колебания всё же исходили непосредственно из недр. Чтобы подтвердить свою гипотезу, Итэр припал к земле, тщательно вслушиваясь вплоть до короткого вскрика Люмин... Первое время они стойко держались, отражая удар за ударом заклинаниями на каменные или земляные блоки, осуществляющие роль щита, вот только один мощный взмах хвостом — и самые сильные заклинания рассыпались, словно песочный замок, а не самые твёрдые горные породы. Используя планеры, близнецы перешли в атаку с воздуха, но звуковая волна от воплей чудовища не подпускала близко элементальные сгустки или оружия по типу простых дротиков, каждый удар прилетал обратно, а потому приходилось уклоняться вдвойне. Энергия слишком быстро иссякла, пришлось отступать через лес, который после погони буквально сравняли с землёй. Решившись на один из самых опасных приёмов, прикрывая побег раненной сестры, в которую прилетела отраженная электро частица, Итэр отскочил к дереву, упираясь в ствол ногами и руками промеж (поза чем-то напоминала позу лягушки), выжидая, и, как только чудовище приблизилось, чтобы разнести всё в щепки, пружинистым движением он оттолкнулся от коры, успевая еле сбежать от когтей левой лапы, сжавших и моментально уничтоживших дерево. Подобное действие помогло приблизиться к морде существа и, собрав все свои силы на конец меча, нанести удар по мутному алому глазу, вгоняя в него меч по самое основание, ослепив зверя на некоторое время. Опираясь на задние лапы, оно вскидывает морду, рыча и одновременно вереща, поражая всё кругом своими криками. Несмотря на удачное выполнение плана, Итэру тоже досталось. Не самое приятное и мягкое приземление пришлось на его спину. Он упал прямиком на позвоночник, однако успел укрепить тыльную часть с помощью оставшихся сил так называемого гео элемента, образуя что-то наподобие сверхпрочного панциря. Кора его брони разлетелась на мельчайшие осколки при столкновении от падения с высоты, тело блондина покатилось в сторону Люмин, благо, оно осталось целым, отделавшись лишь многочисленными синяками и ссадинами. Глаза блондина в неподходящий момент слиплись и в какой-то момент путешественник потерял связь с миром. Понимая, что брат потерял сознание не то от шока, не то от бессилия, Люмин выпргивает из укрытия, заталкивая туда брата, украдкой наблюдая за попытками монстра извлечь маленький меч из глазницы. Без долгих раздумий, она ныряет за Итэром, чтобы лишний раз не тратить время. Глубина раскола оказалась чуть более трёх метров, а далее шла пустота. Не зная об этом, Люмин протолкнула брата ниже, дабы уберечь от шипов на хвосте существа. Слегка повернув голову вбок, дабы проверить не пришёл ли он в сознание, девушка ужаснулась, понимая всю суть своей ошибки. С самого своего детства Люмин не отличалась особой резкостью да и храбростью тоже, блондинке сложно давалось хладнокровие в экстренных случаях, её сознание чаще было подвергнуто панике. Если бы не Итэр, кто знает, может сейчас она уже лежала бы где-нибудь под землёй, так и не увидев более чудесатые материки, их существ и растений, минералы, жителей и уклад жизни местных. Она всегда старалась брать пример со своего брата, который в этом плане намного обгонял её: путешественник хорошо владел оружием, умел быстро обдумывать план действий и нанести сокрушительный удар по сопернику. Его отвага и рискованность тоже заслуживают внимания. Всякий раз он бросался буквально в холодные костлявые лапы смерти, чтобы защитить свою принцессу от всех невзгод и опасностей их странствий. Горячие слезы обжигали бледные щеки, тут же улетая куда-то вверх при намеренном падении Люмин. Сложив руки вдоль туловища, она пыталась нагнать летящего спиной вниз брата, что так и не пришёл в сознание. Мысли заполняли более неблагоприятные исходы. Что если она не успеет? Нет, она не может. Она обязательно успеет и сделает это ради Итэра, который уже столько раз помогал ей, даже больше, несколько раз спасал ей жизнь. Откинув свою врожденную трусливость, путешественница выпустила планер, потеряв драгоценное время, но притом поймав более сильный порыв и устремляясь с ещё более высокой скоростью вслед за близнецом. Жгучий воздух неприятно хлестал в лицо, заставляя щеки краснеть от жара, она не обращала внимания на запах гари, что исходил от кончиков планера, перед ней находилась лишь одна единственная цель — уберечь брата. — Итэр! — вскрикнула она напоследок перед тем как примкнуть к близнецу и, обняв его руками, заточить обоих в "земляной сейф", который должен был смягчить падение, кстати говоря, прекрасно справившись с этой задачей. У неё и вправду получилось. Получилось на сей раз спасти своего рыцаря. По Люмин прошлись абсолютно все эмоции: отчаяние, печаль, злоба на саму себя, последняя решимость и радость. Она обнимала брата, прижимая его к своей груди, расцеловывая его лицо, роняя слёзы радости и гордости, искренне улыбаясь, подмечая его редкое дыхание и сердцебиение. Ей нисколько не было жаль порванное и грязное платье, которое она не так давно приобрела у одного из торговцев за довольно крупную сумму, нисколько не было жаль своих нервов, своей кожи, которую она местами содрала ещё будучи между скал в разломе, своих сожженных волос и планера, если то была цена жизни её единственного лучика. Радость перешла в истерику на нервной почве, её ноготки царапали щеки брата, оставляя чёткие, но не слишком глубокие полосы, плечи её вздрагивали, а вслед вздрагивала и она сама, переходя на всё более громкий и звонкий смех, но не прекращая лить слезы. Светлые эмоции сменились на негативные, Люмин вспоминала то падение, ту картину, которую она узрела пару минут назад, чуть ли не допустив гибель брата. Рёв перешёл в крик, рвавшийся откуда-то изнутри, в крик, пропитанный болью от возможной утраты. Не веря в собственную победу из-за неуверенности по отношению к себе, она сжимала близнеца в руках с новой силой, желая непроизвольно задушить его, первоначально из побуждений защитить. Лёгкое движение руки заставило её затаить дыхание. Чужая ладонь оглаживала предплечье блондинки так спокойно и непринуждённо, будто её хозяину никто вовсе и не ограничивал кислород. Дрожащие губы Люмин скривились от успокаивающих касаний, которые явно обладали некой целительной силой. Они поднимались по её оголенному плечу, в конечном итоге накрывая влажную щеку. — Всё хорошо, принцесса, ты молодец, — ярко улыбнувшись сестре, Итэр, ослабив её хватку, приподнялся. — Я знал, что ты справишься, а сейчас смотри на меня и повторяй, — парень глубоко дышал, параллельно сопровождая это действие жестом руки: при вдохе прижимал её к своей груди, при выдохе наоборот. Свободная ладонь, что лежала на щеке, вновь спустилась на плечо, дабы не мешать блондинке, но и сохранять физический контакт с ней. Она повторяла за близнецом, восстанавливая дыхание, постепенно прикрывая глаза в попытках расслабиться. — Молодец, я горжусь тобой, — заключил Итэр. Более в помощи Люмин не нуждалась, выполняя дыхательную гимнастику самостоятельно. — Т-Ты чуть не... — новая волна вот-вот грозилась накатить на девушку, вот только и этот порыв путешественник сумел сдержать. — Я рядом, я здесь благодаря тебе, никогда не сомневайся в себе, ты можешь многое, стоит лишь поверить в собственные силы, — голос брата звучал слишком спокойно, непроизвольно заставляя довериться, буквально упасть в море заботы с его стороны, возможно, даже не очень-то и вслушиваясь в смысле сказанного. Прошло несколько минут, а может и пару часов, как Итэр всё же решил оторваться от сестры, осматриваясь. Волосы и планер Люмин подпалились не сами собой, а как раз таки из-за местности, где они сейчас оказались. Отдельные клочки земли располагались вдоль всей поверхности, в остальном она была залита раскаленной магмой. Древние руины местами проглядывали среди этой массы, а также были разбросаны на разных частях безопасных для передвижения мест. Ранее здесь точно возвышалось могущественное королевство и в этом Итэр был полностью прав. Сейчас же всё что осталось после — груды камней без намёков на какую-либу культуру или быт, абсолютно всё было утеряно без единого шанса хоть на какое-то восстановление и получение информации. Ни одного ростка, всё кругом выглядело слишком мёртвым, будто бы ненастоящим. Голова кружилась от долгого пребывания под землёй без солнечного света и при подобной высокой температуре. — Надо выбираться, — Итэр поднял взгляд, стараясь найти хоть какой-то выход. Люмин присоединилась к поиску, тут же понимая что разлом пропал из виду, вот так высоко над их головами он располагался, следовательно, этот вариант сразу же отпадал. По итогу близнецы решили идти вглубь подземного мира, избегая кипящей лавы, оберегая друг друга по пути, всячески предерживая, дабы другой не упал из-за плохого самочувствия вследствие жара. Им повезло, что они есть друг у друга, что они могут позаботиться и протянуть руку помощи, получив это же в ответ. Внимание Люмин привлёк блеск под грудой камней. Пока брат изучал обстановку, она аккуратно подобралась к источнику блеска, то был древний амулет. Холщовая жёсткая верёвка удерживала на себе металлический медальон в виде самой обычной монеты. Путешественница обернулась к Итэру, чтобы поделиться находкой, вот только приглушенный шершавый голос в голове обрубил её действия. Сжав амулет в ладони, она зависла на одной точке, внимая говорящему. "Ты единственная, кто может нас спасти... Мы нуждаемся в твоей помощи. Только представь как возрастёт твоя слава, как ты возрастёшь в глазах брата, в глазах других людей, ты заполучишь власть и всеобщее уважение если разгадаешь тайну падшего королевства... Каэнри'ах..." —амулет озвучивал тайные желания Люмин, заставляя её верить сладким ожиданиям. Она никогда была плохой, но замечала уже давно за собой, что страсти к приключениям не питает, всё что её мотивирует — возможная похвала, слава. Быть может, ей было достаточно самого простого восхищения не в ярких его проявлениях, вот только зачарованная вещица заставила Люмин повысить планку в несколько раз. — Люмин? — Итэр щёлкнул перед ней пальцами. Сестра от подобного обычно вздрагивала, но точно не сегодня. Её более холодный, чем раньше, взгляд, заглянул в глаза блондина. Итэр был готов дать клятву о том, что ему не показалось: путешественницу тут же заменили на другого человека, вот только путешественник всё же принял это за галлюцинацию из-за переутомлерия, ноющих ран и климата. Помоги найти выход, и я помогу, — шёпотом произнесла Люмин, пряча амулет в кармане платья. — Что ты сказала? — Ничего, тебе показалось, пошли, — её лицо не выражало эмоций. Абсолютно никаких. Итэр пожал плечами, следуя за сестрой. Будто по шестому чувству, девушка двигалась по определённой траектории и странность заключалась в том, что Люмин будто бы знала куда идти, не ища и не беспокоясь о правильности своего выбора, хотя до этого никто из близнецов даже примерный план действий накинуть не мог. Всё было предельно ясно: амулет указывал ей путь, вот только о наличии подобной вещи в инвентаре сестры путешественник не знал. Внизу показался просвет, словно посреди воронки взамен глубины. Люмин встала рядом с ней, слегка наклоняя голову. — Нам туда. — Но как ты нашла... И вообще с чего ты решила? — Открылось второе дыхание. Устала ходить по этому гнилому месту. Не отрицаю, может, для исследования оно и интересно, но пролежать здесь... Проходить несколько часов это уже слишком, — крепость в голосе смущала больше всего, но и оговорка покоя не давала. Его Люмин никогда не была такой и никогда в подобной форме не отзывалась даже про те места, от которых ей уже было тошно. — А почему я так уверена? Так подсказывает мне чувство стихии. — заключила она напоследок, идеально продумав эту версию, заставив поверить и Итэра. Полностью доверившись сестре, блондин ныряет в воронку, задерживая дыхание на пару мгновений. И вот они уже летят меж руин, повисших в воздухе и старых каменных мостов, среди арок и башен, будто бы застывших в невесомости. И вот из ниоткуда появляется нечто, отдалённо напоминающее чёрную дыру, откуда непринуждённой походкой выплывает безымянная богиня. Ещё один бой, на которых сил буквально не хватает. Бой, в котором Итэр посмел проиграть, лишившись самого дорого — своей сестры. Её последний вскрик его имени отзывался глубокими ночами в самых страшных кошмарах, её застывшее выражение лица, заточенное в кубическую массу, напоминало о себе спустя длительное время. В тот день он потерял Люмин. Свою Люмин, свою маленькую, несколько капризную принцессу. Его новая жизнь началась в Тейвате, но мысли о сестре он никуда не выбрасывал и никогда не забывал про неё, наоброт отчаянно пытаясь разыскать. Она изменилась. Даже при случайной их встрече он понял как сильно поменялась его сестра. Она больше не являлась доброй и робкой, пугливой и неуклюжей, она стала железной версией себя. Ни одна часть её тела, ни одна часть её души не ёкнула при встречи с братом. У неё не было желания обнять или просто поговорить с ним, девушка обронила пару прямых фраз, после чего вновь исчезла. Исчезла повторно, никогда не испытывая того, что испытывал Итэр. Так сильно на неё влияет талисман, буквально вжившийся в неё, заменив её настоящую, вот только блондин о наличии этой диковинки не знал, ломая голову над тем, что же всё таки произошло с путешественницей.