You made me feel

       Время тянулось невыносимо медленно. Эрену казалось, что он находится в этой больнице уже сотню лет. Но на деле, он очнулся двадцать дней назад. Сейчас он уже мог передвигаться самостоятельно. Медленно, по стеночке, испытывая головокружение и прочие недуги, но сам. Врачи успокаивают, говоря, что динамика положительная и совсем скоро он сможет вернуться домой. Только вот, домой совсем не хотелось. Нет, покинуть стены уже родной больницы хотелось, но вот возвращаться в собственную квартиру — нет. После того утра, когда к нему пришла сплетница, так и не сделав инъекцию, которая потом была всё же уволена, Эрен не смог решиться на разговор с Микасой. Он не нашёл в себе сил. Вдруг, всё это оказалось правдой? Так хотелось верить в самое лучшее, а принять правду о том, что Микаса предала его он не сможет. Он убеждал себя, что ненавидит предательство, а на деле, просто боялся остаться без неё. Он попросил не пускать её к нему. Вот так, ничего не объяснив, и не в чём не разобравшись. Она пыталась сперва сама связаться, а потом через Армина и через мать. Но все попытки были пресечены на корню. А все её сообщения так и остались не открытыми, а звонки не отвеченными. Неправильно. Ужасно. Но по-другому он не мог. Но Микаса перестала пытаться достучаться до него. И от этого становилось страшнее. Мать уехала через неделю после того, как приехала. И теперь навещал Эрена только Армин, но не каждый день. Он конечно понимал его, ведь Эрен знал, как много нужно работать, и как время бежит, когда не лежишь целый день на кровати. Да и Армин наконец-то сошёлся с Энни, спустя столько лет. Так что, у аварии была и счастливая сторона. Ведь, если бы на Армина столько всего не навалилось, он бы навряд ли осмелился сделать первый шаг. Да, Эрен абсолютно спокойно говорит об этой аварии. Для него эта тема не является чем-то запретным. Только говорить по сути не с кем. Только выбившись из своей привычной жизни, он понял, что кроме Армина у него и не было друзей. Сейчас, стоя перед зеркалом в своей палате он видел своё отражение совсем противным самому себе же. За время нахождения здесь, его мышцы ослабели, да и вес стремительно упал, не только из-за лекарств и неподвижного образа жизни, но и из-за отсутствия аппетита. Ему начало казаться, что дни не сменяют друг друга и он, вместе с другими пациентами завис, а кто-то забыл оторвать лист календаря. Но на завтрак сегодня была овсянка, а значит сегодня уже точно не пятница. Ведь по пятницам всегда омлет с брокколи. Но каждое утро, абсолютно каждое, он думал о Микасе. И наверное, не только утро. Как она там? Не злится ли она на него? Конечно злится. Не сильно ли её заботит оплата квартиры? Хотя он и попросил мать оплачивать квартиру с его счёта, на котором были некоторые накопления. Он не настолько мудак, чтобы оставить Микасу совсем ни с чем. Хотя в больнице кормили вполне неплохо, но сегодня ни куска в горло не лезло. Но Эрену не нравилась перспектива умереть от недостатка веса или язвы желудка, и немного он всё же заставил себя съесть. Больше всего в этой больнице бесило то, что приходилось вставать слишком рано. Для завтрака и процедур.Было странным оказаться на месте пациентов. И теперь он понимал, почему для них был целым праздником очередной визит лечащего врача. Впервые, со времён учёбы в университете Эрен так много читал. У него конечно был и телефон и ноутбук, но и в обычной жизни они слишком сильно надоедали ему. А за книгами время летело незаметно. Правда, он уже прочёл всё, что привезла ему мать. Да, можно было найти любую на просторах интернета, но это было уже совсем не то. С восьми до одиннадцати у Эрена была полная свобода действий, в пределах отделения конечно. И то, в одиннадцать медсестра поставит капельницу, с которой прийдётся пролежать ещё не известно сколько. И Эрен уже отлично знает, что эти несчастные три часа будут тянуться невыносимо долго. Даже чтение, к которому он не приступал уже сутки, надоело. И он не заметил, как в его руках оказался телефон. А глаза увидели диалог с Микасой. И сорок два непрочитанных сообщения. «Эрен почему ты не берёшь трубку? » «Почему меня не впускают? » «Твоя мама сегодня была у тебя и сказала, что всё в порядке. Что случилось?» Почти все сообщения были с одинаковым содержанием. Но последнее, всё же привлекло внимание Эрена. «Не знаю почему ты не хочешь меня видеть, но пожалуйста ответь мне, потому что я очень переживаю. Хотя я и знаю, что с тобой всё в порядке и я рада, что ты идёшь на поправку. Но меня тревожит то, что ты не хочешь говорить именно со мной. Я вижу, что все мои попытки ничего не приносят, так что я буду ждать, когда ты сам захочешь поговорить со мной. Я скучаю по тебе.» Десять дней назад. Неприятно. Очень неприятно. Чувство стыда. Очень сильное чувство стыда. Было бы куда лучше, не пытайся она вообще связаться с ним. Или если бы, она написала, что их отношения были ошибкой и теперь она встретила Жана. Но от этого было неприятно от самого же себя. Жан ведь лучше. Он главный обольститель, кажется, во всей округе. Он здоровый и весёлый. Именно с ним и должна быть Микаса. Он должен ей нравиться. И с ним она должна готовить на кухне ужин, танцуя. Эрен ведь совсем не достоин её. Но части здравого рассудка начали возвращаться с каждым днём. И на смену этим мыслям, приходили и те, что он ничем не хуже. Что он вполне влюблён в Микасу, а она в него. Иначе, никак не объяснить её поступков в его сторону. А он повёл себя так глупо, лишь потому что ещё совсем слаб телом и духом. Но звонить и выяснять что-то с Микасой он сейчас не мог. Было и стыдно и страшно. Стоит сперва обсудить эту идею с Армином, который точно посмотрит на ситуацию здраво.

🗝

       С тех пор как Карла уехала, а квартира опустела, Микасу не покидала лёгкая грусть и одиночество. Хотя она и привыкла жить одна, а до Эрена в её жизни никого не было, потому что она сама оградила себя от людей из прошлого, и не подпускала кого-то в новой жизни. Но она быстро привязалась к ощущению кого-то рядом, что теперь одиночество казалось адской пыткой. Её еле-еле не уволили с работы. Так что, теперь приходилось работать в два раза больше. В больницу теперь ходить было незачем, ведь Эрен всё равно к себе не подпустит. Сначала Микаса злилась на него. А потом, поставила себя на его место, и поняла, что это вполне нормально и она должна дать ему время во всём разобраться. Ей оставалось только ждать. Приходить в пустую квартиру и ждать. Ложиться на огромную кровать, где для неё одной явно слишком много места и снова ждать. Готовить ужин только на себя, садиться за стол, есть в тишине и ждать. Микаса не знает, что делала бы если бы пришлось ещё и платить за квартиру. Но Карла успокаивала её каждый месяц, прося не думать об этом. Ещё и Жан, которых постоянно приходил в магазин, чтобы попытаться всё наладить. Но Микаса понимала, что если она позволит, то Жан непременно захочет пойти дальше. Так что, стараться не попадаться ему на глаза — лучший вариант. Только вот, он где-то раздобыл её номер и пытался дозвониться. Но ничего у него не получилось. Микасе искренне было не понятно, что ему от неё нужно. Микаса наконец-то познакомилась с Энни. Она приезжает иногда к ним с Армином на ужин, чтобы не сойти с ума от одиночества. Энни понравилась ей и показалась подходящей парой для Армина. При Микасе правда, они старались не показывать своих чувств к друг другу. Но Микаса сразу сказала, что ей не будет завидно или что-то вроде этого. Она просто порадуется за друзей. Да, этих людей она действительно могла считать друзьями. А потом прийдёт домой и ляжет в свою пустую огромную кровать.

***

Сегодня, по обыкновению после завтрака и процедур Эрен ждал обеда, пытаясь убить время. Но судьба решила его порадовать, прислав с небес Армина. — Привет, я вижу тебе тут совсем скучно. Если хочешь, то я могу поговорить, может можно будет вызывать врача на дом. — зайдя в палату, Армин увидел друга, скучающе пялящегося в окно, сидя на краю койки. — Не переживай об этом. Дома будет ни чуть не лучше. Там я вообще один целыми днями буду. Лучше расскажи мне как там у тебя, а то четыре дня тебя не было. — Эрен увидев у друга пакет с фруктами и прочими вкусностями, которых в больнице не поешь заметно оживился. — Да заработался совсем. И как оказалась, отношения отнимают много времени, потому что оно летит незаметно. Сейчас с тобой побуду и куда-нибудь с Энни съездим развеяться. А вчера вот ужинали…просто ужинали, не знаю зачем сказал. — Армин почесал затылок, ставя пакет на тумбу. — С Микасой, да? Рад, что она с вами видится. Я вчера прочитал сообщения её. И понял, что не знаю, что именно я понял. Думаю, поговорить с ней. Но сперва хотел с тобой посоветоваться. — Давно уже пора было. Я вижу, что её это гложет, хотя она и не подаёт виду. Только ты так и не рассказал мне, в чём причина. — Ты только ей не говори, я всё сам. Вообщем, до меня дошли слухи, что пока я был в отключке она ушла к Жану. Вот бред, да? А я взял и поверил, кажется. — голос Эрена стал заметно тише, будто так его слова становились иными. — Поверил? Эрен, ты сейчас серьёзно? Я понимаю, что сейчас ты чему угодно поверить можешь, но ладно… Этот Жан постоянно что-то сделает, а потом извиняется, но она с ним даже особо говорить не хочет. Так что, надеюсь что ты поговоришь с ней. Это правда сейчас нужно вам обоим. — Думаешь, ещё можно всё исправить? — Эрен посмотрел на друга с надеждой. — Микаса не дура и ты тоже не дурак, просто оступился. Исправить всё нужно, и как можно скорее. — которую, Армин ему сразу же подарил. — Ты на часы уже раз пятнадцать посмотрел, так что давай беги к Энни, герой-романтик. Я не пропаду, если ты уйдёшь чуть раньше. — Обещаю завтра остаться с тобой подольше, а ты чтобы всё съел, а то Жан тебя обгонит действительно. — Иди давай. — Эрен слегка подтолкнул Армина, закрытая дверь в палату. Теперь, стало очевидным, что разговора с Микасой, а впоследствии и с Жаном, ему не избежать. Да и теперь не хотелось. Только вот не сейчас. Отвлекать её от работы не следовало. Да и как? Лучше сперва написать. Так ведь будет проще. Или, сразу позвонить и всё выяснить?