Аномалия Вестерова. Ошибка 220.

Тэнгер второй раз перечитал сообщение: «СБ*Ланира Оманова (Офиц): Детектив, подойдите в ксено.» И решил, что сигарету лучше выкурить до того, как он узнает, зачем понадобился детектив в злосчастную ксенобиологию. Чтобы немного потянуть время, он уточнил: «СБ*Эйран Тэнгер (Дет): Костюм надевать?» Пока автомат выплевывал новую пачку, он запихнул в карманы анализатор и снял с зарядки рабочий планшет. Если ответ да, то он как раз успеет покурить на пути в гардеробную и обратно. «СБ*Ланира Оманова (Офиц): Вы и так прекрасны.» Не успеет. Да и курить вредно. — Что случилось? — перекрикивая шум бесящихся животных, спросил он офицеров. Оманова весь рейс ходила с Уне и сейчас худощавый офицер стоял с безразличным лицом позади сидящего ксенобиолога. — Убийство! — сказано это было с удовольствием. Эйран перевел взгляд с улыбающейся Ланни на хмурого профессора Браминбри. Тот так и не поздоровался с детективом и разглядывал свои пальцы. Эйран обошел стол, стоящий посредине лаборатории, и на полу перед профессором увидел труп обезьяны. Сначала он решил, что это шутка и даже укоризненно взглянул на офицера вызвавшую его из-за смерти макаки. Шутки про прошлую обезьяну и бананы ходили на утренних планерках еще несколько дней. Но потом он заметил рядом помятый лоток со следами крови. Достал перчатки и, не надевая, взял один из чистых скальпелей с стола ученого. Приподнял остатки головы животного. — За что вы ее так, профессор? — Нападение. Она пыталась меня убить, — он провел рукой по ежику волос и неуверенно потер шею. Эйран посчитал вмятины на изрядно погнутом стальном лотке. — После десяти ударов? — Эйран видел, как мнет трясущиеся пальцы профессор, слышен был даже хруст нескольких суставов. Рабочие перчатки он не снял. — Да вы ей практически голову размозжили. Эйран посмотрел еще раз на мартышку и следы вокруг. Похоже забивал он ее не только руками, но и несколько раз прошелся каблуком. — О! Ханик! Привет. Тут профессора бы осмотреть, — Эйран поприветствовал вошедшего медика. — Она вас укусила? — Нет. Я в костюме, как видите. Его не прокусывают даже петрейгеры-В, а это С3-класс. Шлем снял только что, когда ваши ворвались. — А чего СБ то вызывали? — Это мы сами на камерах увидели, тут такое было. — Ланни рассматривала понравившихся ей слизняков в прозрачном боксе стены. — Ну что ж, убийство макак на корабле не запрещено. Док, проверьте на всякий профессора. И там успокоительного выпишите. — Эйран прошелся вдоль маленьких пластиковых окон вдоль стены. Что-то у вас здесь шумно. Все нормально? — Третий день такие, — профессор, не глядя на посетителей, мотнул головой в сторону галдящего зоопарка. — Две группы подохло. И тестовые, и контрольные. — ГИР в курсе? — В курсе, детектив, в курсе! Займитесь своим делом наконец! И не мешайте работать! Приперлись, мешаете исследованиям! — Мужчина оттолкнул Ханика и вскочил со стула. — Нормально все со мной! Распереживались из-за чертовой обезьянки. — Да мы за вас, профессор, распереживались. Ханик попытался усадить ученого и уколоть анализатором в открытую шею, но тот рванул к столу с препаратами и начал перебирать инъекторы.  — Ну, если помощь не нужна, то офицеры отнесут макаку к коронеру… — Ничего не надо! Я сам сделаю вскрытие! Можете потом ознакомиться. А теперь прошу покинуть лабораторию! Офицеры переглянулись и вместе с медиком покинули лабораторию. — Странный он. — Уне почесал затылок и взглянул на коллегу. — И не говори. Я с ним работал уже в паре рейсов, и обычно он спокойней, — удивлённо и разочарованно поддержала его Ланни. Детектив же мысленно сделал зарубку в памяти, выставить на профессора статус в системе для мониторинга. — В этот рейс всё что-то нервные… Договорить Ханик не успел, поскольку в коридоре происходило как раз то, на что и жаловался доктор. — Я неделю! Неделю уже жду какда пачинят миксер! — специфический акцент повара знали все на станции, но в крике они слышались особенно отчетливо. — И чта я палучаю?! Ано вращается са скарастью тваего пальца в насу! — А я с начала рейса жду, когда наконец нас будут нормально кормить! И это не меняется ни с миксером, ни без него. Зачем тебе все это, если ты готовить не умеешь! — смугловатым невысоким оппонентом был мужчина в костюме техника. — Нармально я готовлю! Все па меню! И у меня не работает ни миксер, ни духавка, ни чертав измельчитель: руками как баран страгаю для вас! Ни адного слова! — Да за то чем ты нас кормишь …! Повар бросился на техника быстрее, чем успели среагировать офицеры. К счастью, бить он собрался руками, а не ножом. Тэнгер не успел заметить имя на форме, но вспомнил Торсона из списка экипажа — анкалиец на корабле был только один. — Всем успокоиться! — голос у детектива был зычный, а интонации он натренировал годами службы. Драчуны замерли ровно на столько, что офицеры успели скрутить обоих. — Мистер, Торсон, что тут произошло? — Да он…! Таких «да он» до конца дня произошло еще три. Это было слишком много даже для конца рейса, когда начинается самая нервотрепка. Эйран описал ничтожность всех трех конфликтов и уже вечером ГСБ убедил всех глав и капитана сменить код на синий. Утренняя проверка у медика заняла больше обычного времени, а на вопросы приходилось отвечать подробно, и в сканере простоять дольше. Это все вызвало у скопившейся очереди недовольство. Но Эйран, судя по показателям был здоров. Теперь патрулировал станцию с остальными офицерами с электрошокером в кобуре. Респираторы стали обязательны, а посиделки в комнате отдыха больше не приветствовалось. Всю первую половину дня Эйран вместе с смотрителем успокаивали ученых или сопровождали их на обязательное обследование. К полудню стало понятно, что на станции проблема, а не просто нервное напряжение ль приближающегося окончания миссии. Люди срывались друг на друга в самых бытовых ситуациях и сохранять спокойствие стало очень сложно. Кажется, первым выстрелил Уне. Летальное оружие на станции было только у ГСБ и у капитана, но хороший разряд плазмы успокоил не только замахнувшегося резаком инженера, но и всех окружающих. На месте лежащего мог быть кто угодно, в том числе и сам Уне. Ланни увела кричащего напарника, а медики забрали скулящего сотрудника. Но вопрос кто будет следующим висел в воздухе. Такие события никогда не были к добру в аномалии Вестерова. Если медики после утренней проверки не загнали всех в карантин, то значит ГМО не в курсе, с чем мы имеем дело. От работы отстранили лишь четверых, из которых двоих вчера видел Эйран. Поскольку в научных полях и излучениях он ничего не понимал, а предпочитал материальные угрозы, то его первым подозреваемым стала плесень. Он до сих пор не получил отчет ни от биологов, ни от вирусолога, хотя запрашивал копию у обоих. Кабинет, точнее даже отделение, вирусолога было дальше всего в меде, и идя по узкому коридору Эйран чувствовал, как накаляется обстановка. Как громче становятся голоса сотрудников, как жестче интонации. Звуки резко задвинутых стульев и нервно нажимаемых сенсоров открытия двери. А уж походку разъяренной женщины, Эйран узнавал издалека даже затылком. Детектив вошел в приемную маленького отделения с рукой на пистолете. Но похоже не только это заставило знакомого уже ему химика развернувшись подпрыгнуть. — Спокойно, спокойно. Вы что здесь делаете? — Я э. это… принес… — Доин кивнул на две здоровенные бутыли с какой-то синеватой жидкостью. — А что испугался то? — Вы себя видели, детектив? У вас такое лицо. Я думал вы пристрелите. Все говорят, что СБ рехнулось и… — Стреляет во всех подряд? — Эйран усилием попытался сделать лицо попроще. Он и правда напрягся, вслушиваясь в жизнь медотделения. — Нет, но говорят, сотрудника техотдела. — Он бросился на офицера. Это разрядники. Все живы. — Эйран даже развернулся боком, чтобы продемонстрировать зеленый цвет рукоятки пистолета, и характерную форму обуха. — Вы ведь не собираетесь ни на кого нападать? — Не-е-ет, — Доин сглотнул и миролюбиво развел руками. — А я, собственно, к вирусологу нашему. Не знаете, где он? Доин ответить не успел. Взвыла сирена. Эйран услышал, как сработали на дверях аварийные штифты-блокираторы. Подсветка сенсора и ручки сменилась на ярко красную. " Внимание! Код безопасности корабля повышен до красного! Станции грозит серьезная опасность. Всему персонал приказано оставаться на рабочем месте и следовать инструкциям сотрудников Службы Безопасности! "