Аномалия Вестерова. Ошибка 220.

Эйран нецензурно выругался и провел картой по замку. Раздался долгий гудок и сенсор мигнул красным. Детектив приложил карту еще раз другой стороной плотнее и дернул механическую ручку. Дверь не только не поддалась, но и мигнула еще раздражённее. — Черт, это же вирусология! «СБ*Эйран Тэнгер (Дет): ГСБ, дайте доступ. Я в вирусологии застрял!» Его сообщение тут же уплыло вверх в чате отдела под наплывом срочных сообщений. ЧП в меде, десять-два на мостике. Десять-три в столовой. Эйран зло подергал дверь и залепил в нее кулаком. Что ж, стальные двери отделения вирусологии делались и против более невменяемых пациентов. — Полковник Норманд, прием. Это Тэнгер. Заперт в меде. — Он попытался выйти на общий канал, но и там было не до него. У Ланни отобрали разрядник, и она убегала через техи. Этермин, судя по звукам, сам участвовал в какой-то драке и не стеснялся применять электродубинку. Эйран попробовал дозвониться до начальства еще несколько раз, Глава на запрос не отвечал. — Почему вас не выпускает, вы же СБ? — голос химика дрожал и он, замерев столбом, вцепился в стол. — В красный код у вирусологии, ксенобиологии и токсикологии отдельные изоляционные режимы. Почти как с мостиком и отделом СБ. Туда не-сотрудники могут войти и выйти только в сопровождении главы отдела или капитана. — И ч-что на-ам делать? — Видимо ждать пока ГСБ прочитает мое сообщение. В личку отправил. — Эйран, не отрываясь от чата проверил две остальные двери из комнаты очистки, в которой они оказались заперты. Ожидаемо те были заблокированы на тот же негодующий красный. Здесь были только стол и небольшая скамья в углу и несколько десятков головок опрыскивателя в стенах и гул аварийной вентиляции. Была сквозная камер для дезинфекции вещей и два шкафа с желтыми костюмами полной билхимзащиты, они, кстати, открылись по его карте, но сейчас были бесполезны. Детективу не оставалось ничего кроме как сесть на скамью и внимательно следить за сообщениями в чате и наушнике. Крики, разбитый пластик. — Десять-два. Срочно на мостик. — Звуки выстрела. Это был револьвер полковника. — СБ. Перекличка. Кто, где живой. Все в бриг. — Оманова. В техах. Ране. — Тэнгер. В вирусологии. Заперт! Дайте доступ. — Тэнгер, как ты оказался там? Доберусь до кабинета дам доступ. Иди техами. — Понял. — Костюм бы надели, — шмыгнул химик и указал на шкафчики. — Если это вирус… Эйран только молча кивнул и, продолжая вслушиваться в общий канал, скинул куртку и разблокировал шкаф. По общему каналу неслось непонятно что. На кого-то напали то ли люди, то ли мартышки, то ли петрейгеры. Хирург хотела кого-то убить, но не пустить в операционную. Уборщик ранен и просит помощи. Эйран пытался по звукам понять, что происходит и где, но похоже вся станция превратилась в поле боя. Робототехник кричал, что начальство всех захотело убить и поэтому отправило нас всех в этот рейс. «СБ*Алистер Норманд (ГСБ): Доступ. код2» Эйран застегнул костюм и провел картой по ближайшей двери. — Доступ запрещен. Пройдите процедуру очистки. Очистка невозможна, контейнер два пуст, — механический голос камеры продолжал жаловаться. — Что у тебя в бутылях? — ДТХГСТ-15. — А по-нормальному. — Компоненты для дезинфекции — монохлорамин и… — Вот и славно. Займись пока его установкой, чтобы пройти эту чертову процедуру. — Куда? Я ничего не знаю в вирусологии. Вы же не думаете, что все ученые… — Способны разобраться. Сейчас. — Эйран сунул подмышку шлем и чертыхаясь на неудобные перчатки полез в планшет. — У тебя с собой? Скинул инструкции по протоколам отдела. И техников заодно. Что б, когда вернусь, можно было пройти в кабинет и камеру. Все, не скучай! — Вы же не… Эйран на это отвечать не стал, да и слышал сквозь костюм плохо. — Пиши на ПДА, — переданный через переговорник костюма голос был безэмоционален. Когда дверь отделения за ним закрылась, он выдохнул и тут же захотелось чесать нос. Но, это уже было невозможно. Истошный мужской крик прорвался и сквозь стены кабинетов и сквозь защиту шлема. Потом звук посыпавшегося стеклопластика. Он не смог разобрать слова, снял разрядник с предохранителя и, держа его обеими руками, осторожно пошел вперед. В коридоре было пусто. ГСБ приказал добираться техами, к которым у большинства персонала доступа не было. И где-то там ранена Ланни. До ближайших было несколько метров, и сколь бы ни было ему интересно и тревожно, что происходит в медотделе, он направился к ним. Уже проведя своей обновленной картой, он краем глаза увидел дальше по коридору движение. Один из генетиков, судя по цвету костюма, плелся в сторону своего кабинета, зажимая разорванный бок, и что-то, не переставая, монотонно говорил. Потом закашлялся и засмеялся, одновременно тыкая в сенсор двери. С третьей попытки дверь отъехала, и частично опиравшийся на нее ученый упал внутрь. Эйран закрыл за собой дверь и быстрым шагом пошел в сторону комнат отдыха, где заканчивались эти туннели и начинались те, что вели в бриг. Детектив хорошо знал план корабля, а уж с фонарем на костюме и разряднике заплутать было сложно. Интересно, почему он не сошел с ума? И не сошел ли с ума капитан и ГСБ? Когда он вышел в небольшой коридор перед кают-компанией, первое что он увидел, был мужчина сидящий перед дверью в кают-компанию. Он вздрогнул и поднял голову на звук открывшейся двери. — Кто здесь?! — Это СБ, успокойтесь. — постарался мягко сказать Эйран, но переговорник лишь механически воспроизводил звук — Кто здесь?! Я знаю тут кто-то есть! — Он вскочил и вытянул руку в направлении Эйрана. Между ними было метров пять. Не увидеть ярко-жёлтый костюм химзащиты было сложно. — Вы не убьете меня! Нет! Я все слышу! Не подходите! Мужчина слепо водил одной рукой перед собой и второй пытался нашарить сенсор двери. Он ожидаемо горел красным. Детектив, не выпуская его из виду, отошел назад по коридору. Сейчас было главным добраться до ГСБ и понять, что происходит. Он проскочил во вторые техи и практически бегом устремился в сторону выхода ближе всего к кабинету начальника. Хотелось заскочить к себе в кабинет, взять хотя бы термальные очки, но тогда руки были бы заняты, а повесить их на химкостюме некуда. Но все равно, насколько это возможно, он оглядывал повороты туннеля в поисках Ланни. Но видел только коричневые пятна на стенах. Кабинет ГСБ был сразу же за комнатой совещаний, которую использовали и как приемную. Сейчас здесь царил беспорядок, судя по всему полковник шел к своей двери напрямую. Дверь мигнула зеленым. — Не подходить! Я вооружен! — Шеф, это Эйран! — Я пристрелю любого, кто войдет! — Это детектив! Вы сами меня звали! — как можно громче крикнул Эйран, забыв, что сквозь костюм за него говорит динамик. Он увеличил громкость. — Помните? Эйран! Вы сами дали мне доступ. — Эйран… — в голосе начальника звучала растерянность. — Ты пришел убить? — Нет, шеф! Я не заражен! Я хочу вам помочь! Не стреляйте, я войду! — Эйран… Голос. Заходить под боевое оружие полковника совершенно не хотелось, но, если судить по другим зараженным, он вряд ли его хорошо видел. Так что, в крайнем случае, он успеет выстрелить из разрядника. Эйран как можно быстрее проскочил в кабинет под левую руку от возможного местонахождения шефа. Тот лежал за своим поваленным столом, опирая револьвер на столешницу. Ствол смотрел куда-то в потолок и ходил ходуном. -Я в химзащите, тут динамик шеф. Сами знаете как тяжело в нем говорить. Я сейчас подойду. Норманд дернулся в сторону откуда Эйран говорил, но револьвер выпал из руки и, пока он пытался его нашарить на полу, детектив уже сжал его руку. — Так. Это я, пожалуй, уберу. Шеф вы как? — он поставил револьвер на предохранитель и убрал в сторону. Эйран задал этот вопрос уже разглядывая бледное лицо полковника. Зрачки были очень сильно расширены и заполнены серебристой пленкой, а весь белок покрыт мелкими бурыми пятнышками. Второй рукой Норманд держал кислородную маску, которую судя по всему, не успел включить. — Все мутное, я ничего не вижу, а то, что вижу… Это не… не может быть. Кто ты? — Тэнгер. Я попытаюсь вас вытащить. — Ты хочешь меня убить? Капитана убили. ГИР убил Теллин. А я убил ГИРа. Я не успел. Эйран не знал, что ответить, и надо ли. Они натянул на него кислородную маску и включил подачу. Возможно, чистый воздух замедлит развитие. — Пойдем, шеф. Посмотрим в вирусологии, что можно сделать. Эйран не был уверен, что можно сделать. Капитан мертв, Главы отделов мертвы или безумны. Он даже не уверен, что в вирусологии его встретит не ослепший химик. Норманда приходилось практически нести, он еле переставлял ноги и иногда пытался в панике куда-то сбежать. Он видел каких-то людей в туннелях. Каких-то существ. С Сиерры, на которой их убивал. Но тут же убеждал Эйрана, что их не может быть. Приходилось напоминать свое имя. И иногда его. Он как-то успокаивался, когда Эйран называл его полным званием. В темноте технических туннелей призраков, охотящихся за ними, стало больше. В коридоре их встретил вой. Мужчина так и не смог пробраться кают-компанию и измазал дверь кровью, разрезая пальцы о проломленный пластик. На Эйрана и его ношу он не обратил внимание. Последние десять метров до двери вирусологии Эйран протащил Норманда и уселся вместе с ним на пол. Несколько секунд он пытался унять сбившееся дыхание. В чертовом костюме было очень тяжело и жарко. Оставалось надеяться, что Доин вменяем. Что детектив не остался один. Он перехватил разрядник и открыл дверь. Доин читал. Бледное лицо взлохмаченные волосы, расстёгнутый воротник рабочего костюма. Он вскочил, отбросив планшет в сторону. — Детектив?! Вы в порядке? Сказано это было с такой надеждой, что Эйран разом выдохнул. Совершенно не те интонации, что звучали в коридорах. — Ага! Обниматься только не будем. Я и ГСБ к нам привел. Его бы в камеру, вдруг очухается. Разобрался как заправить этот агрегат? — Да. Я… я… Установил. Надо вон там нажать и запустится, но мне внутрь без доступа не пройти. — Ага. Значит так. Вот тебе карта, сейчас запускаешь проходишь. Потом я полковника, тоже мою и заношу в камеру. Потом приду к тебе. Если, что у меня карта ГСБ есть, или ты изнутри пустишь. Будем думать, что делать. Эйран вышел в коридор и присел рядом с еле дышащим начальником. Снял с шефа карточку и вслушиваясь в шум камеры очистки прошептал, но микрофон все равно усилил и это: — Ты шеф держись. У нас тут химик есть. Они чего-нибудь придумает, и мы тебя откачаем. И корабль тоже. Но про корабль получилось не очень уверенно, хотя микрофон это не передал. В узкой, буквально на двоих палате вирусологии работать было сложно. Он затащил Норманда на койку, подключил стационарный кислород, сканер, датчики, накрыл термоодеялом. И уже в камере очистки, стоя под отвратительно химическим душем, почувствовал укол отчаяния, но ровно до того момента, как вошел в камеру к химику. Рабочий кабинет вирусолога был чуть больше пятнадцати метров, но вмещал два пульта управления, и несколько аппаратов у дальней стены небольшой комнаты. Через стекло можно было видеть, как в камере дышит Норманд. — Что говорит сканер? — Повреждения мозга, нарушен химический состав. Но что именно это значит и как лечить, я не знаю. Я просто лаборант. — Ага, лаборант. Признавайся, что в кофе намешал? — Чего? — Из всего корабля, вменяемы только мы двое. Все, кого я встретил или сошли с ума или ослепли. Как шеф. И только мы с тобой и читаем, и разговариваем. А за эти две недели общего между нами было только чашка отвратительного кофе. Я, знаешь ли, детектив. — Вы… вы думаете я в этом замешан? — В нашем чудесном спасении — да. И теперь давай успокоимся и ты попытаешься вспомнить что такого намешал в то кофе? — Я не… — Доин непонимающе смотрел на детектива. — Я добавил в кофе ванилин. Я люблю кофе с ванильным сиропом. Но сиропа тут нет. — По вкусу было не похоже. — Я не знаю. Я не мог ошибиться. Все было по схеме. Получился осадок белого цвета, и я… — И ты сразу насыпал его в кофе? — Нет, меня отвлекли. — Давай вспоминай. — Эйран нетерпеливо прошелся по комнате. — Ты его куда-то поставил? Что-то в него налил? Или кофе как-то иначе приготовил? Грязная посуда? — Да не мог я, детектив! Я не мог ошибиться. Я не завариваю кофе в грязной посуде! Как вы вообще могли такое подумать! Может это ботаники вырастили такой сорт?! — Тихо, тихо. Я тебя ни в чем не обвиняю. Кофе пили не одни мы с тобой. У ГСБ вон было, у техников в каморке я видел чью-то кружку на горелке. У медиков наших. Но в эфире… — Эйран еще раз включил рацию и показательно, но без особой надежды, запросил прием от выживших, и проверил на всякий случай общий чат. — Но в эфире только мы с тобой. Кто еще был в лабе тогда? — Доктор Касини. И ГИР приходил за отчетом. — Они что-нибудь трогали? — Я не знаю! — голос химика срывался. — Я отвлёкся! ГМО мой отчет читал. — Хорошо, — легко согласился детектив. — Касини мог тебе что-то подмешать? — Нее-е-ет. Нет, вы что. — А подменить? Ну, твой ванилин… — Нет, зачем ему?! Он… — Тогда с другой стороны. Что он делал? — продолжал негромко напирать Эйран, пытаясь навести Доина на воспоминания. — Какое вещество? — Я не знаю! Надо смотреть по журналу. Мы записи ведем и аудио и в журналах. Эйран про себя порадовался, что есть журналы, что чертовы экспериментаторы не мешают все подряд в надежде получить открытие. Оставалось надеяться, что Касини не нарушал инструкции. И держать себя в руках. Потому что держать надо и себя и этого бледного химика. — Могло такое случиться, что он не-на-ме-ренно подменил тебе ванилин? — Зачем ему? — Случайно. Вот смотри. Мы с тобой пили этот кофе. Кофе должен был быть с ванилином, но это не так. Не так ведь? — Ну, не похоже было. — Дело либо в кофе, либо в ванилине. Если ты не ошибался в приготовлении и того и другого, то значит ошибся кто-то другой. Верно? Доин сглотнул и неуверенно кивнул. — Черт, Доин, вспомни пожалуйста, что там могло быть в этом кофе! Потому что это моя лучшая догадка как спасти полковника. Ты же хочешь спасти его? Или у тебя есть другие предположения? — Нет. У меня нет… — тихо пробормотал химик. Он молча уткнулся лицом в ладони и, потерев глаза сложил, массируя переносицу. А Эйран замер, практически затаив дыхание. — Ну, теоретически. Повторяю, теоретически. Мы могли случайно обменяться реагентами, поскольку я поставил колбу с ванилином на общий стол. А доктор Касини… И все же, я не понимаю, как нам это поможет. Я не причастен к тому, что сейчас происходит. Я не пытался никого отравить! — Хорошо. Я тебе верю. Сейчас это не важно. Возможно, этот кофе не дал нам заболеть, вот этим вот, — Эйран ткнул на окно, за которым мерно дышал пристёгнутый к кровати ГСБ. — Может быть оно сможет и излечить это самое. Что ты смотришь так на меня? Я не медик. Никаких других предположений нет. — Эйран схватился за голову и почесал все еще мокрый ежик волос.- Можно еще добраться до спец запаса. Где-то здесь и в меде есть ампулы с универсальным антидотом. Но совершенно не факт, что это поможет. — Давайте попробуем, детектив. Потому что кофе, и чтобы туда не упало — это не очень научный метод. — Хорошо. Но кофе тоже попробуем, если антидот не выйдет, — примирительно согласился детектив. Наверняка антидот уже испробовали. — Где искать эти заметки? — В моей лаборатории, а диктофон у доктора в планшете. — Я принесу и то и другое. А ты скажешь, что нужно чтобы сделать еще порцию.