Это моя жизнь

Чонгук смотрит на часы и вздыхает. Стрелки показывают, что уже четвертый час утра, а он все еще находится в кабинете. Нет желания идти в свою комнату, подниматься на второй этаж, ведь придется пройти мимо комнаты Тэхёна. Альфа почти допил бутылку коньяка, но пьяным себя не ощущал. Внутри только злость, ревность, непонимание и боль. Он совершенно не ожидал, что все может произойти именно так. Да, он догадался, что у Тэхёна кто-то был, это не сложно сделать. Альфа помнит, как себя вел омега в их первый раз, и как это было неделю назад. Не опытный, но точно не невинный. Эти мысли не давали покоя, Чон их всю неделю гонял в голове, но принял решение, что это не станет препятствием для них. Если Тэхён будет с ним и только с ним, прошлое значения иметь не будет. Возможно, он когда-нибудь поднял бы эту тему, чтобы узнать подробности, а может и нет. Это неважно, потому что он хотел верить своему омеге. Но Чонгук даже подумать не мог, что омега ходит к своему любовнику, когда его не было дома. Он вспоминает, как почувствовал чужой запах на Тэхёне, увидел следы на шее и губах, и опять ярость захватила сознание. Чон сжал в пальцах широкий стакан, скрипнул зубами и откинул голову на спинку дивана, на котором сидел. Никогда Чонгук не испытывал ничего подобного, ведь никогда никого не любил и не ревновал. Никогда никого не хотел считать своим и только своим, когда все чувства и инстинкты ревут внутри о том, что Тэхён его, никто не смеет его касаться, а тем более целовать. Тем более что-то большее… Но омега ушел к любовнику, захотел с ним встретиться. И даже если, как говорит Тэхён, ничего не было, от этого не легче. Потому что что-то, да было, это видно невооруженным глазом. Омега сам к нему поехал, сам согласился на встречу, Чонгук этого не понимал. Как можно было врать по телефону, что сейчас поедет в магазин, а потом вернется домой и будет ждать его звонка, а сам при этом поехал к другому. Шептал в трубку, что соскучился и хочет увидеть, а домой возвращается весь в чужом аромате, с засосами и распухшими от поцелуев губами. Как вот это можно принять? Чонгук бы не смог поехать к другому омеге, оборвал бы все связи по телефону, но лично встречаться не стал бы. Ведь если бы Тэхён узнал, что альфа ездил к своему любовнику, ему бы было неприятно и больно. Или нет? Чонгук теряется и не знает, что ему думать. Они всю неделю так хорошо общались по телефону, Тэхён говорил нежно, в его голосе была искренность. Слыша это, Чонгук, как сумасшедший, бегал по Пусану, чтобы хотя бы на день раньше вернуться в Сеул к своему омеге. Он на самом деле начал верить в то, что у них все получится, что они будут настоящей семьей. Что то, что между ними происходит, не просто влечение. Это глубже, это сильнее и по-настоящему. Но, видимо, ошибся. Ведь таким же нежным голосом омега врал о том, что поехал в магазин, хотя сам уже договорился о встрече с другим. Чонгук устал. Устал от этих чувств, которые вспыхнули еще много лет назад, но временем притупились, поутихли и просто были внутри воспоминанием первой влюбленности. Но вот они вылезли снова наружу, подогревались ответным интересом и расцвели еще больше, стали еще сильнее, стали настоящими и сильными. Он так хотел быть с Тэхёном, но сейчас представить не мог, что сможет к нему прикоснуться, слишком свежи воспоминания, и это противно. Одно дело знать, что кто-то был, другое, увидеть следы того, как твой любимый омега целовался с другим и принимал ласки. Эти мысли опять заставляют стучать сердце быстрее и тяжелее, Чон до боли зажмурил глаза. Рассказал бы ему Тэхён правду сам? Рассказал бы, что Чон был у него не единственным? Навряд ли. Омега никогда бы не хотел выставить себя в таком свете перед другими. И кто же этот альфа, который согласился быть любовником светского омеги? Понять его можно, от Тэхёна нелегко отказаться, но блять… Продолжать все это, когда ты вышел замуж? Это мерзко. Чонгук ощущает себя таким дураком, каким еще не чувствовал ни разу в жизни. Ведь он для Тэхёна делал все. И раньше, и сейчас, он шел навстречу, помогал, как мог, стараясь быть тем, кто всегда поймет, поддержит и будет рядом. И Тэхён это прекрасно знал. Именно поэтому Чон ощущает себя сейчас использованным? Возможно. Он просто не понимает. Если «там» у тебя чувства, то почему ты просто об этом не сказал? Они же всегда доверяли друг другу, они столько лет были друзьями, были так близки морально. Зачем врать? Сказал бы прямо. Или он хотел прикрыться Чоном, а сам мог бы продолжать жить так, как хочет, потому что больше его не будут пытаться выдать замуж? Он поэтому и согласился бы, чтобы жить спокойно, иметь надежного мужа, который тебе все позволяет и потакает твоим капризам? Ведь Чонгук, как идиот, хотел сделать его самым счастливым, и вот что получил взамен. Не должен омега, который хочет настоящих отношений, бегать к другому и целоваться с ним. Не должен вообще иметь что-то на стороне и в мыслях такого не может возникнуть, или Чонгук что-то не понимает. Ведется, как влюбленный мальчик, хочет верить и надеяться. Но сейчас он больше не верит. Не собирается наступать на одни и те же грабли, ему хватило. Хватило этих качелей «Чонгук, я не знаю… Я теряюсь…»… А к любовнику на встречу бежал, не терялся? Все эти недели, которые они сближались, когда Чон пытался раскрыться для Тэхёна и дать понять, что омега чувствует в ответ, сейчас начали казаться настоящей фальшью. Именно такой, какую предлагал омега, когда заговорил о фиктивном браке. Что было реальностью, а что Тэхён, который привык лицемерить и врать, делал для того, чтобы не упустить шанса выйти замуж не по-настоящему? Чонгук не знал, и верить уже не хотел и не мог. Не понимал, как сможет опять. То, что он сказал, и будет теперь их отношениями. Нахрен эти чувства, которые только боль причиняют. А от того, что он поверил в то, что все может быть реальностью, еще больнее. Осталось прийти в себя, позвонить Намджуну и узнать условия развода, это не должно долго продолжаться, потому что жить с Тэхёном в одном доме невыносимо. Это сердце в клочья разорвет. ___________________________ Тэхён не спал всю ночь. Просто свернулся калачиком на своей кровати и смотрел в одну точку. Внутри сейчас уже только опустошение и обида. Злость за несколько часов поутихла, но далеко не ушла. Он в самых страшных кошмарах не мог представить, что все обернется именно так. И то, что он так хотел скрыть от Чонгука, сам решив проблему, выйдет на свет, еще и в таком виде. Губа ныла в месте укуса, и эта боль еще больше раздражала. Он так ненавидел сейчас Давона, что готов был убить его собственными руками. Но в данный момент омега понимал, что сам сглупил, согласившись на встречу. Ведь мог позвонить и все то же самое сказать по телефону. Или просто сообщение написать. Но он боялся, что это не подействует и альфа все равно придет к ним домой. Господи, лучше бы он пришел. Лучше бы Чонгук все своими глазами увидел, выслушал объяснения и понял, что Тэхёну уже это не надо. А сейчас он слушать ничего не хочет, потому что то, что он увидел, заставило альфу сделать свои выводы. Первые мысли именно такие, да, что Тэхён был с другим альфой. Запах, засосы и укус. Сука, как же противно это вспоминать. Хотелось к Чонгуку кинуться и все рассказать, объяснить, что не хотел всего этого. Рассказать, как испугался и попросить прощения за то, что все ему не рассказал. Ведь мог, мог надеяться на то, что Чон поймет, как и всегда, и возможно, сам бы решил проблему с Давоном. Тогда бы у альфы не было сомнений в искренности Тэхёна. Но сейчас они есть, Чонгук это сам сказал. Сказал, что больше не верит, что чувствует себя использованным. И как доказать обратное, омега не представляет. Внутри сейчас все тянет неприятно, что-то в груди сжимается от бессилия. Тэхён шмыгает носом и стирает медленно слезинку, которая покатилась по переносице. Он опять теряет свою жизнь. Жизнь, которую так ярко уже представил с Чонгуком, и от этого еще больнее. Неужели теперь все так и будет? Чон от него откажется и начнет готовиться к разводу? И что будет дальше? Тэхён совершенно не был знаком с семейным правом и не знал, каковы могут быть причины развода и что будет с ним, если он опять станет незамужним омегой. Его опять заставят выйти замуж? Ведь условия будут не выполнены. Точнее, выполнены, но результата нет. Кем станет Чонгук? Просто главным в семье? Тэхён теперь полностью будет от него зависеть, как раньше зависел от родителей? Прежде эта мысль казалась лучшим выходом и приносила облегчение, сейчас это казалось кошмаром. Тот Чонгук, которого Тэхён увидел сегодня, пугал своим холодом и бескомпромиссностью, омега его таким не знал. С ним альфа был добр, отзывчив, всегда шел навстречу. А какой Чонгук с теми, кто переходит ему дорогу? С теми, кто играет с его чувствами? Сегодня Тэхён увидел это, и очень надеялся, что альфа остынет и просто даст возможность все объяснить. Омега не хочет его терять, уже не сможет. И не только как мужа, а как родного человека, которого любит, ведь у Тэхёна и так нет никого, кроме него. Он даже с Чимином не может это обсудить, потому что друг ничего не знает про Давона. А если узнает, будет смотреть с такой же брезгливостью, как и Чон? Эти мысли заставили тяжело вздохнуть, он не готов потерять еще и Чимина, тогда совершенно никого не останется. Слова о том, что гон альфа будет проводить с другими, а Тэхён в течку останется один, резали сердце тупым ножом. Он поверить не мог, что Чонгук возьмет и уйдет к другому омеге, проведет с ним гон, будто ничего и не было. Так возможно? Тэхён сегодня поцелуи другого альфы вынести не мог, а Чонгук сможет? Хотя, конечно, сможет, это же гон, а альфа сказал, что к Тэхёну больше не прикоснется, потому что ему противно. А омеге противна мысль о том, что Чонгук будет с кем-то другим. И течку он снова проведет один. Тэхён правда надеялся, что этот ужасный период в его жизни закончился, он верил в то, что Чон теперь с ним и больше не даст страдать. Но все снова возвращается туда, где он и находился, только теперь омега еще и теряет того, кто больше всего в жизни нужен. Тэхён поверить не мог до конца, что Чонгук теперь бросит его полностью, будет относиться так, как относились родители, быстрее спихнет в чужие руки и продолжит жить. Вот так просто? Без объяснений и разговоров? Тэхён знал, что альфам свойственны чувство собственничества и ревность по отношению к своему омеге. Но неужели они такие сильные, что перекроют другие чувства и Чон теперь просто не сможет к нему прикоснуться? Вот он и стал грязным для человека, которому хотел отдать всего себя. И опять злость накрывает по новой. Опять им будут играть, как фигурку на шахматной доске переставлять по своему усмотрению. Опять думать, что делать, как поступить, и стоит ли сбегать из дома, плюнув на все, и начать новую жизнь. Только в этом случае омеге уже не к кому будет обратиться. Чонгук откажется от него, Чимин, возможно, тоже, ведь реакцию друга предугадать нельзя. Хоть Чимин и поддерживал во многом взгляды Тэхёна, но у самого в жизни все вышло по идеальному шаблону. Брак с прекрасным альфой, который стал первым, и Тэхён уверен, будет последним. У них счастливая семья, они уже хотят детей и все у них прекрасно. Это у Тэхёна вся жизнь идет через одно место, потому что он не умеет мыслить по стандартам их общества и не может себя запихнуть в рамки их гребанных устоев. Может, и жить было бы легче? Тэхён не знает, но опять боится представить свое будущее. Омега только надеялся, что Чонгук успокоится. Пройдет первая злость и он хотя бы даст возможность все рассказать и объяснить, ведь то, о чем он подумал, не было правдой. Пока других идей нет, ему необходимо сбросить этот камень с души, омега не хочет, чтобы Чон считал его лицемером, ведь все его чувства были искренними. _________________________ Сколько нужно дней Чонгуку, чтобы успокоиться и выслушать его, Тэхён не знал. Он так и не уснул и не слышал, чтобы альфа поднялся в свою комнату. Ближе к обеду полностью измученный слезами и бессонной ночью, омега спустился на первый этаж и сделал себе кофе. От обеда отказался, аппетита не было совершенно. Тэхён медленно шел в сторону кабинета альфы, боясь снова столкнуться с ним лицом к лицу. Дверь была не заперта, а сердце оглушало своими ударами, когда омега приоткрыл ее, но кабинет оказался пуст. Горела настольная лампа, Тэхён вошел в кабинет и осмотрелся. Пустая бутылка из-под коньяка на полу возле дивана, рядом стакан, на дне которого еще был янтарный напиток. Нет личных вещей, телефона или ключей, вообще ничего. Тэхён вышел из кабинета, поднялся на второй этаж и стоял возле двери в спальню Чона. Тихо постучал и приоткрыл дверь, но она была пуста. Кровать не разобрана и даже не смята, в ванной комнате не слышно звуков воды. Омега вновь спустился вниз и спросил у слуги не знает ли он, где Чонгук, тот ответил, что господин Чон уехал в девять часов утра и не сказал куда. Вызвал такси, так как был пьян. Поднимаясь в свою комнату, Тэхён кусал губы и с силой сцепил пальцы в замок. Мысли о том, что Чонгук поехал к другим омегам, не отпускали. Нет, не может быть все так, не должно быть. Мог ли альфа от обиды, ревности и злости поехать в какой-нибудь бордель? Ведь он думает, что Тэхён поступал так же, ездил к другому. Да, у них нет отношений, они официально еще не говорили и не начали то, что вроде оба хотели начать. Тэхён понимает, что у него нет никакого права как-то упрекать Чонгука, тем более после того, как вчера альфа сказал, что они теперь просто соседи. Оборвал то, что вроде начало зарождаться, и закончил до того, как переросло в настоящие отношения и семью. Но, сука, как же больно от этих мыслей. Так плохо, что дышать тяжело, и верить в это не хочется. Это вчера испытывал Чонгук, когда увидел на нем следы от другого альфы и почувствовал чужой запах? Если да, то это мучительно. А Тэхён тоже их увидит, когда Чон вернется? Зацелованные губы и алые метки на сильной шее? Омега этого не хотел, эта мысль в ярость приводила и заставляла ревновать на каком-то непонятно сильном уровне. Верить в это не хотелось, но сегодня суббота, а значит не в офис Чонгук поехал. Альфа не ночевал дома, Тэхён так и не дождался тихих шагов в коридоре, которые указали бы на то, что Чонгук идет в свою комнату. Может, он уехал в свою студию? От этой мысли стало легче, но вопрос был в другом. А он один туда поехал? Эти мысли изводили и не давали покоя, омега не знал, куда себя деть и не знал, у кого можно узнать, где Чонгук. Хотелось позвонить, но Тэхён понимал, что это бесполезно, альфа просто не возьмет трубку. Так плохо и тяжело, голова болела от недосыпа, а глаза от слез. Все тело было измучено, и, лежа на кровати, Тэхён молился лишь о том, чтобы уснуть и ничего этого не чувствовать. И у него это получилось, но сон был тревожным. Ему ничего конкретного не снилось, только какие-то смутные образы, от которых омега просыпался, открывал глаза, снова закрывал их и вновь проваливался в сон. Но он резко подскочил на кровати, услышав шум на лестнице. Часы показывали десять часов утра, а сердце забилось гулко в тот момент, когда шаги затихли возле его спальни. Тэхён сглотнул и облизал губы, смотря на дверь и сжимая в руках одеяло. Он не знал, хочет ли сейчас видеть Чонгука или нет, потому что боялся увидеть то, о чем думал. Боялся увидеть то, что увидел Чон после его встречи с Давоном. Но вот Чонгук отходит от его комнаты, звуки шагов все тише и тише, потом дверь в комнату альфы захлопнулась с грохотом, Тэхён вздрогнул всем телом и выдохнул. Как все это прекратить и вернуть туда, где все так прекрасно начиналось, омега не знал. Он увидел Чонгука только вечером, весь день альфа не выходил из своей спальни, видимо, отсыпаясь после бессонной ночи. От этих мыслей Тэхён сжал сильнее палочки в пальцах, и захватил кусочек индейки, заставляя себя хоть немного поесть. Чонгук заходит на кухню, омега застывает и смотрит на него расширившимися глазами и перестав жевать. Альфа выглядит сонным и немного опухшим, видно, что он только проснулся. Тэхён быстро сканирует его тело на наличие следов. На нем только черные домашние штаны и майка-борцовка, которая полностью открывает руки и шею. Но омега ничего не замечает, когда Чонгук подходит к холодильнику и достает оттуда бутылку минералки. Хотя, это не показатель того, что ничего не было. Чонгук не обращает внимания на Тэхёна, он взгляда на него не кинул, как зашел на кухню. А омега продолжает на него смотреть, пытаясь уловить хоть один взгляд и увидеть возможность поговорить. Чон достает из холодильника рис и мясо, накладывает молча на тарелку и ставит в микроволновку. Тэхён понимает, что молчать больше не может, это так глупо. Вся ситуация такая глупая, что хочется реветь от обиды, но плакать уже нет сил. Он облизывает пересохшие губы, старается успокоиться, потому что сердце стучит очень быстро, и говорит хрипло: — Чонгук… Тот никак не реагирует, стоит и смотрит на микроволновку, сложив руки на груди. — Чонгук, пожалуйста, давай поговорим. — Не о чем, — сухо кидает альфа, не поворачивая головы. — Есть о чем, — твердо отвечает омега. — Ты все не так понял, я клянусь тебе. Да, я с ним встречался… — А я и не заметил, — фыркнул альфа, доставая тарелку. — Но ничего не было… — Говорит омега, у которого вся шея в засосах, а губа прокушена от страстного поцелуя, — с усмешкой перебивает Чонгук и поворачивается к Тэхёну. — Ты за дурака меня принимаешь? Чон склонил голову к плечу и смотрит таким тяжелым взглядом, что трудно его выдержать и не отвести глаза. Тэхён автоматически облизывает ранку и поджимает губы, на что альфа едко смеется. — Не надо ее прятать, Тэ, я же знаю, что она там есть. У тебя очень страстный любовник. — Ты несешь чушь, Чонгук, — сквозь зубы говорит омега. — Как скажешь, — пожимает плечами альфа. Он снова отворачивается и начинает делать себе кофе, включает кофе машину и достает молоко из холодильника. — И что, вот так все закончится? — тихо спрашивает Тэхён. — Ты не дашь мне все объяснить, и будешь теперь ходить к другим омегам? Да и объяснять уже ничего не хочется. Тэхён смотрит на альфу, который в ответ смотрит все так же пренебрежительно и брезгливо. Омега чувствует себя без вины виноватым, и оправдываться уже нет никакого желания, если Чону на это наплевать, он слишком устал за последние двое суток. — К другим омегам? — спрашивает Чонгук, вновь повернувшись к Тэхёну, и смотрит прямо в карие глаза. — А почему нет? Твой старший брат взрослый свободный альфа, и имеет право делать то, что хочет. Я не прав? — Вот так легко? — хрипло спросил омега. — А что сложного? — фыркнул Чонгук, сощурив глаза. — Тебе же было не сложно… — Я с ним не спал! — кричит Тэхён, вскакивая с места и сжимая кулаки. — Да ты с ним и встречаться права не имел за моей спиной! — кричит в ответ Чон, швыряя в сторону чайную ложку, которая была зажата у него в руке, та с металлическим лязгом отлетает от кафеля. — Не должен был врать, что едешь в магазин, а сам сосался со своим любовником. А теперь ты меня про других омег спрашиваешь? Да тебя это не касается и никогда не касалось. Я в эти игры больше не играю. Да и тебе не запрещаю, мороженка, — Чон неприятно усмехнулся. — Иди, трахайся, только осторожно, я предупредил. Опять горло сдавило от обиды и злости, Тэхён быстро и мелко дышит, смотря в черные глаза. — А я и не играл, — напряженным голосом отвечает омега. — И тебе не врал, потому что ты дорог мне и я люблю… — Не вздумай. Это говорить, — со злостью рычит Чонгук, не моргая смотря в карие глаза. — Ты вообще знаешь, что такое любовь, Тэхён? Ты кого-нибудь любил, кроме себя? Да, ты можешь сказать, что любил родителей, любишь Сомина, Чимина, и даже меня. Но это не та любовь, Тэ. Ты себя всегда выше ставишь, всегда думаешь в первую очередь о себе и как выйти сухим из воды. Вот себя ты любишь, это бесспорно. Я просил быть со мной честным, это немного. Но ты обманул, еще и так гадко. А я устал быть для тебя спасательным жилетом, когда все, что делаешь ты — это топишь меня. Устал страдать от чувств к тебе, мне это надоело. Поэтому теперь у каждого своя жизнь, пусть и под одной крышей. Я завтра свяжусь с Намджуном и начну узнавать условия развода. А ты делай что хочешь, я устал вечно быть использованным, как самый удобный вариант на все случаи жизни. Чонгук хватает тарелку, так и не сделав себе кофе, берет палочки и выходит из кухни. Тэхён, не чувствуя ног, опускается обратно на стул и смотрит на столешницу невидящим взглядом. Внутри еще есть тихий голосок, который говорит о том, что все наладится, они помирятся, когда Чонгук выслушает его. Но тут уже проблема в другом. Уже Тэхёну не хочется ничего объяснять, пытаться рассказать правду. Его продолжают оскорблять, и доказывать что-то уже нет желания. И если Чонгук на самом деле себя так чувствует, есть ли в этом какой-либо смысл? Неужели для него их отношения выглядят так? Будто омега его всегда использует. От этого становится хуже, ведь Тэхён не думал об этом с этой стороны. Он просто знал, что когда Чонгук есть в его жизни, то на него можно положиться. А альфа видел это по-другому? Возможно, сейчас да, ведь неизвестно, что он там себе еще напридумывал. И Тэхён не знает, как ему поступить. Продолжать бегать за альфой и пытаться что-то доказать, или пустить все на самотек, пусть будет так, как будет, ведь сил что-то менять уже не остается. Не хочется ни того, ни другого, уже ничего не хочется. ___________________________ Тэхён возвращается из магазина в понедельник вечером, он первый раз вышел из дома с пятницы. Сидеть в четырех стенах, хоть и в огромном доме, надоело, эти стены давили, как и то, что с Чонгуком у них ничего не поменялось. Они не виделись с того разговора на кухне, прекрасно избегая друг друга в их большом доме. Тэхён сегодня поздно проснулся, потому что опять уснул только под утро, а Чона уже не было дома, он уехал в офис. Весь день тянулся медленно и пусто, омега не знал, куда себя деть и чем заняться. Опять захотелось поговорить с Чоном, но на этот раз не просить выслушать, а просто начать говорить, вывалить на него все, что произошло, в ухо прокричать, если понадобится. А вот потом тот пускай и думает, что с этим делать. Тэхён хочет себя освободить от этой правды, не может больше молчать. Да, он не должен был вообще встречаться с Давоном. Да, он лгал и изворачивался в данной ситуации, но хотел же сделать все тихо, чтобы ничего не мешало их с Чонгуком счастью. А получается, что и счастья никакого может не быть. Омега заходит в дом и хочет пройти на кухню, когда по лестнице быстро спускается Чонгук. У него в руке небольшая спортивная сумка, и он не в костюме, который обычно надевает в офис. На нем драные на коленях синие джинсы, кроссовки, черная футболка и черная кожанка нараспашку. Альфа застывает на последних ступеньках, его черные глаза буквально впиваются в растерянное лицо омеги, который не может отвести от него взгляда и почему-то начинает дрожать. Чонгук выглядит… не так. Не так, как обычно, а его аромат шоколада очень быстро заполняет большой холл. — Чонгук… — выдыхает Тэхён и облизывает губы. Альфа быстро моргает и спускается со ступеней. Он начинает подходить к двери, где все так же стоит Тэхён, но не смотрит на омегу, только дышит часто, его скулы напряжены, а глаза лихорадочно блестят. — Чонгук, нет. Омега закрывает спиной дверь, дышит часто, его тело начинает отзываться на феромоны альфы, ведь понятно, что тот только вступает в гон. Никогда ничего подобного Тэхён не испытывал, у него колени дрожат, а во рту слюна скапливается от этого тяжелого запаха темного шоколада. — Уйди, Тэхён, — рычит Чонгук, хватает его за руку и хочет отодвинуть от двери. — Нет, не уходи, ты не можешь… — Могу и уйду, — шипит Чон, напряженно смотря в карие глаза. — К тебе я не прикоснусь. — А к другим, значит, прикоснешься? — кричит омега, понимая, что по его щекам текут слезы. — А к другим прикоснусь! — кричит в ответ Чонгук. — Потому что они мне никто и мне не будет потом больно, потому что с тобой по-другому, видимо, не бывает. Он отпихивает Тэхёна от двери и выбегает из дома, дверь за ним закрывается. Омега сползает по стене и бьется затылком, зажмурившись от боли, и не только физической. Вот это точно конец. Он Чонгуку больше не нужен. ____________________________ Чонгук сидит на кровати в своей студии и смотрит, не моргая, в стену. Он только что вышел из душа, окна в квартире открыты, а постельное бельё закинуто в стиральную машину. Его раздражает этот сладкий запах малины. Его раздражает то, что он чувствует себя виноватым. Его раздражает то, что у него гон, все его тело горит, а он переспал с кем-то другим. Чон позвонил и вызвал омегу, но все, на что его хватило, это один раз. Потом он расплатился и выпроводил девушку, которая явно охренела, что альфа в гоне ее выгоняет. Она, видимо, планировала задержаться у него на два-три дня, но Чонгук не может. Нет, он может, его член будет стоять исправно, ведь у него гон, и можно трахаться, но он не хочет. Сейчас вся злость и ярость, которые кипели внутри эти дни, сдулись, как воздушный шарик. И он бесился из-за того, что испытывал чувство вины. Почему он должен это испытывать? Они с Тэхёном не пара, не мужья, никто в плане отношений. Они так и не смогли прийти к этому, Чонгук сам все оборвал, а Тэхён поспособствовал. Но вся проблема в том, что он любит, продолжает любить и очень сильно, такие чувства не заглушить просто так по щелчку пальцев. А на самом деле хочется, и хочется разных вещей. Хочется поехать к Тэхёну и схватить в охапку, целовать и обнимать, сказать, как сильно нужен и что простит ему все, лишь бы тот был рядом. С другой стороны, хочется, как в прошлый раз, уехать в Пусан и навсегда забыть, попытаться, точнее, хотя навряд ли получится. Все у них пошло не так, несмотря на то, как все хорошо начиналось. Но Тэхён солгал, ходил к другому, Чонгук ответил и сорвался в гон. Было ли это местью или желанием доказать, что он сможет без этого омеги, Чонгук сам не понимал. Но проблема в том, что он с закрытыми глазами был не с чужим омегой, а вспоминал своего. Это значения не имеет, лишь говорит о том, что именно с ним хочет быть его и тело, и разум. Но сделанного не исправишь, хотя хочется. Вот сейчас, когда гон притих и немного отпустил, когда не инстинкты и гормоны правят телом, разум включается и становится плохо. Становится гадко от самого себя, противно и мерзко. И это тоже бесит. Почему он должен это испытывать? Он никому не изменил. Если бы он был с Тэхёном, то никогда не посмотрел бы ни на кого другого, потому что для него лучше не бывает, это не изменилось. Но Чонгук уже не верит в то, что между ними что-то будет. Не после того, как Тэ бегал к любовнику, не после того, что сделал сегодня Чонгук. Тэхён думал, что Чон в выходные был с омегами? Но нет, он просто уехал к себе в студию, позвонил паре друзей с универа и они весь день пили. Потом вырубились, проспались и разъехались утром по домам. Но сегодня Чонгук решил себе что-то доказать, а доказал лишь то, что Тэхён так глубоко в сердце, что каждый вдох болью отдается. Да, он смог пережить эту любовь пять лет назад, жил своей жизнью, спал с другими и вообще собирался строить свою семью. Но эти два месяца все так изменили, он на самом деле ощущал себя окрыленным и влюбленным, смотря в карие глаза, которые начали отвечать взаимностью. И вот сейчас ему плохо морально. Он запутался и потерялся, не знал, что думать и что делать. Тэхён говорит, что секса у них не было. Возможно, это и так, но и следы на теле не от разговоров появились. Да и сам факт лжи и их встречи бесил до сих пор, заставлял скрипеть зубами. Но тут же перед глазами Тэхён, который закрывает спиной дверь и просит не уходить. Смотрит так испуганно, будто Чонгук его убить собирается, и вдыхает часто его аромат. А Чонгук не смог, потому что перед глазами картинка, как Тэхён прогибается в чужих руках и стонет. Если он готов был смириться с тем, что не единственный у омеги, то только оставив это навсегда в прошлом. Но Тэхён тащил все это в их настоящее, этого альфа простить не мог. Предательство не только физическим может быть. Врать, а за спиной встречаться с другим, это не показатель того, что Тэхён хотел с ним чего-то серьезного. А верить хочется, потому что любит, но и дураком быть не хочет. Чон хочет к нему, чтобы обнял сильно и прошептал, что любит в ответ и никогда не бросит. Хочется в сливочном аромате искупаться, всем телом потереться и запах свой оставить на каждой клеточке этого прекрасного тела. Чтобы только его, чтобы ни с кем, чтобы смотрел только на Чонгука и любил в ответ так же сильно. Пусть даже меньше, у Чонгука любви достаточно, он готов ей делиться. Ведь он правда готов был делать все для Тэхёна и делал бы. Видел их жизнь, их счастье, затерялся в своих фантазиях, а его жесткой пощечиной вернули в реальный мир. И хочется сбежать от этих мыслей, сбежать от Тэхёна. Первый раз он смог подавить эти чувства, о них омега не знал, да и не были они никому нужны. Сейчас это будет очень сложно. А если Чонгук решит попытаться опять, попытаться строить отношения, то третьего раза просто не переживет. Слишком много, слишком сильно, его сердце и так сейчас болит, он будто физически ощущает как оно кровоточит от того, что Тэхён не принадлежит ему. К больным чувствам прибавляется еще и тело, которое опять становится еще горячее, дыхание ускоряется, пульс начинает частить. Пах скручивает, а член в боксерах увеличивается, потому что гон, дав передышку, снова возвращается. Перед глазами один Тэхён, и Чонгук не будет отгонять этот образ, потому что не хочет. У него впереди три дня гона, которые он проведет один. Чонгук больше не будет никому звонить, ему противно думать о других и противно думать о том, что он сделал. Еще ни разу гон у альфы не проходил без омеги. Когда в пятнадцать лет он впервые наступил, отец отвез его туда, куда надо, и все, каждые несколько дней раз в четыре месяца Чонгук проводил с омегой. Но сейчас все по-другому, и он не поедет домой, ведь секс их проблему с Тэхёном не решит. Да и стоит ли что-то решать? Чонгук закидывает в рот несколько таблеток блокаторов и обезболивающих, и запивает водой. Чувствует, как горячая волна проходит от шеи, по плечам и груди, давит на живот и бьет с силой в пах, вырывая стон боли. Он закрывает глаза, просовывает руку в боксеры и сжимает в ладони твердый член, пальцем размазывает смазку по головке. Дышит часто и громко, водит сжатой ладонью по всей длине и думает только об одном человеке, которого хочет на самом деле. _________________________ Тэхён сидел в гостиной и смотрел на часы. Он эти дни как будто не жил, а существовал, полностью выпал из реального мира. Отказывался от всех встреч, в том числе и с Чимином, говоря, что заболел. Друг предложил приехать, но омега отказался, сказав, что боится заразить. Видеть никого не хотелось. Хотелось поехать в студию к Чону, Тэхён уверен, что альфа был там, ему нет смысла сидеть эти дни в публичном доме, если есть своя квартира. Но Тэхён не ехал, потому что не хотел видеть то, что мог там увидеть. Боль переросла в дикую злость и ревность, он на инстинктивном уровне не мог сдержать рычания, когда думал о том, чем там занимается Чонгук. С кем он проводит свой гон. Плохо, больно, невыносимо просто, но лучше злиться, чем страдать, поэтому омега так и делал. Подогревал свою злость, подкидывал в топку дров, заполняя разум картинками, где его альфа трахается с другими. Да, его, потому что Тэхён хотел быть с ним, но то, что сейчас у них происходит, убивает любой шанс на «долго и счастливо». Он слышит, как дверь открывается, Чонгук что-то тихо говорит слуге, который его встретил. Они идут по холлу в сторону лестницы, а омега подрывается с места и выбегает из гостиной. Тэхён видит широкую спину в кожанке, когда альфа поднимается по лестнице, бежит за ним и рывком разворачивает его к себе, хватая за руку. — Ну что, хорошо потрахался? — сквозь зубы спрашивает омега. — Отстань от меня, Тэхён, — тихо говорит альфа и вырывает руку из длинных пальцев. Омега смотрит на него и злость разгорается еще больше. Альфа выглядит полностью измотанным, под глазами темные круги, будто он совсем не спал. Ну естественно, он же трахался! Эта мысль заставляет скрипнуть зубами, ведь у Чона сейчас такой на вид, будто он один укладывал асфальт от Пусана до Сеула. Значит, хорошо развлекся. — Хотя, знаешь, по тебе и так видно, что все было заебись. — Отвали от меня, — рыкнул альфа. — Иди сам потрахайся, кто тебе мешает? Чонгук опять поднимается по лестнице, но омега его обгоняет и встает у него на пути. — А мне не с кем, потому что у меня никого нет. — Ну да, я заметил, — устало фыркнул Чон, пытаясь обойти омегу. — Мне похуй, что ты там заметил, — со злостью выплевывает Тэхён. — Я говорил, что ничего не было… — Да-да, я помню, но меня это уже не касается. Альфа хочет отодвинуть в сторону Тэхёна, но тот со всей силы бьет его по щеке, ладонь обжигает от удара, Тэхён шипит от боли и трясет рукой, а Чонгук в шоке моргает и приоткрывает рот, дергает челюстью. — Какого… Омега хватает Чона за отвороты кожанки, приближает свое лицо и шипит: — А теперь, перед тем, как я пошлю тебя нахуй, ты выслушаешь меня. Я с ним встретился… — Сука, лучше не начинай! — Заткнись, — рычит омега прямо в злое лицо. — Для того, чтобы сказать, что я замужем и между нами все кончено, потому что все эти месяцы он доставал меня звонками и сообщениями. Он сказал, что заявится к нам домой, если я откажусь от встречи. Да, я дурак, да, я поехал, да, я обманул тебя. Но я хотел закончить все это, чтобы быть с тобой. Мы поссорились и он схватил меня, удерживал и начал целовать. Мне было так противно, ведь это был не ты, но он сильнее. Он успел меня укусить и следы оставить, но я ударил его и ушел. И вот потом я встретил тебя. Вот и вся история. Тэхён отталкивает альфу от себя, тот чуть теряет равновесие, отступая на одну ступеньку вниз. Омега смотрит на него сверху вниз и кривит губы. — Что? — выдыхает Чонгук, смотря в карие глаза. — Сложно было выслушать, да, Чонгук? — хрипло спрашивает омега. — Ведь я только вру и использую тебя, так можешь мне не верить. Но и я тебе больше не верю. О каких чувствах может идти речь, если ты ушел и трахался с другими? Я понимаю, что мы не вместе и ты имеешь право, но можно было хотя бы выслушать. Надеюсь, теперь ты доволен. Сейчас ты мне противен, Чонгук. Никогда ты больше ко мне не прикоснешься, а я к тебе. Думаю, у нас это взаимно, хоть следов я не вижу и запаха не чувствую, но и так все понятно. А теперь, пошел ты нахуй, Чонгук-и. Омега разворачивается и, перепрыгивая через две ступеньки, поднимается на второй этаж. Забегает к себе в комнату, берет сумку и начинает собирать вещи, так, по минимуму. Идти ему некуда, но есть Чимин, а он больше не может оставаться в этом доме, не хочет видеть это лицо, не хочет чувствовать этот запах. Он все расскажет Чимину, и возможно, друга потеряет, но молчать больше нет сил. Хочется выговориться, хоть немного облегчить душу. Это глупо и бессмысленно, они с Чонгуком не пара, но чувство предательства давит внутри. Откуда это? Почему оно есть, ведь действительно они не мужья и отношения их закончились толком не начавшись. Но за эти три дня омега понял, что это его сильные чувства к Чонгуку заставляют чувствовать предательство. Омега его уже своим считал, хотел себя отдать и всего себе забрать, но вот к чему они пришли. Альфа заходит в его спальню и смотрит на омегу, который ходит по комнате, скидывая вещи в небольшую дизайнерскую сумку. — Ты куда собрался? — К любовнику, — фыркнул Тэхён. — Поеду возобновлять отношения, вымаливать, так сказать, прощение на коленях. — Блять, Тэ, лучше заткнись, — рыкнул Чонгук и преградил ему путь между кроватью и шкафом. — А хватит меня затыкать. Ты сам сказал, что я могу ехать, и я поеду. — Ты не поедешь… — А кто мне запретит, м? — Тэхён сложил руки на груди и смотрел в злое лицо альфы. — Что ты сделаешь? Закроешь меня? Пристегнешь к батарее? Давай, злой альфа, покажи, кто тут хозяин, а кто омега, который не может слова пискнуть. — Я к тебе никогда так не относился… — Но начал, — перебил Тэхён. — И почему ты сейчас со мной разговариваешь? Я же тебе противен. Чонгук выдохнул и отвел взгляд. Тэхён смотрел на него и молился, чтобы его бравада не испарилась, потому что смотреть на Чонгука было так сложно, так больно. — Давай все обсудим… — Нет, — перебил омега, — я уже не хочу. Мы жили друг без друга столько лет и дальше проживем. Надеюсь, ты уже начал заниматься разводом. А сейчас я уезжаю к Чимину, потому что видеть тебя не хочу. «Потому что мне больно тебя видеть». ___________________________ Тишина в комнате была слишком долгой. Тэхён смотрел на свои руки, сидя на кровати и подобрав под себя ноги. Он не мог поднять взгляд на друга, потому что боялся увидеть его лицо. Боялся увидеть в родных глазах презрение и отвращение. Если он еще и Чимина потеряет, омега не знает, как переживет это. Но молчать больше не было сил. Он слишком заврался, скрывая постыдные факты из своей жизни, и теперь они давили внутри, требуя выхода. Нужно было с кем-то поговорить, а кроме Чимина никого не было. Друг встал с кровати и начал ходить по спальне. Тэхён знал эту его привычку, так омега собирался с мыслями, не мог усидеть на месте. Но Тэхён все так же не может на него посмотреть, потому что страшно. Он кусает губы и понимает, что тишина в десять минут точно не есть хорошо, от этого сердце в груди сжимается и он уже начинает думать, куда ему пойти. Домой возвращаться пока желания нет, он не сможет сейчас видеть Чонгука. — Хм, — Тэхён прочищает горло, все так же рассматривая свои пальцы, — я, наверное, пойду. Он начинает вставать с кровати, Чимин останавливается и смотрит на него. — Куда? — Не знаю, — Тэхён пожал плечами и встал с кровати. — Наверное, поеду в отель. — Зачем? — Потому что твое молчание, Чим, и так все сказало, — омега поднимает голову и смотрит на друга. — Я понимаю, что ты не можешь меня понять, понять мой поступок, но я больше не мог молчать, это слишком тяжело. Но я… Я понимаю, что ты… — Замолчи, Тэ, — Чимин сжал пальцами переносицу и вздохнул. — Просто сядь на место и помолчи. Тэхён сел обратно на кровать и смотрел на друга, ждал. Да, стало легче оттого, что он высказался, но тяжесть не уходила полностью, и казалось, будто еще долго не уйдет. — Так, — Чимин сложил руки на груди и смотрел на друга, стоя напротив кровати. — Да, я в шоке, в огромном шоке, но не скажу, что сильно удивлен. Я тебя понимаю, но не значит, что одобряю. Это точно не так. Я тоже знаю, как тяжело без секса, и у меня не было такого Чонгука, который мне хоть раз помог бы в течку, я дождался своего мужа. В этом решении завести любовника я точно тебя не поддерживаю, но понимаю. Тэхён опустил голову, не выдерживая тяжелого взгляда друга. — Дальше. Какого хрена ты к нему пошел? О чем ты думал? Если он, как ненормальный, доставал тебя два месяца звонками и сообщениями, неужели ты думал, что у него будет адекватная реакция? Если бы он был вообще адекватный, то понял бы и отвалил. Боже, теперь мне стало понятно, почему он так смотрел на тебя на каждом приеме. Я думал, что альфа просто запал на тебя, как и многие, но тут… Пиздец! Тэхён кусал губу, исподлобья смотря на Чимина. Другу нужно высказаться, он это понимает. Поэтому ждет решения и очень волнуется за то, как теперь будет складываться их общение. — Я понимаю, почему так озверел Чонгук, так сказать, картина маслом, неверный омега вернулся от любовника. Но так же я злюсь на него, потому что он сразу тебя не выслушал. Вы оба довели эту ситуацию до тотального пиздеца, а Чон еще и свалил в гон из дома. Тэхён стиснул зубы, и снова злость начала заполнять сознание. Он не хочет теперь ни видеть, ни слышать этого альфу, потому что внутри разливается горячая ярость и щекочущая ревность. Никогда, кажется, уже не будет так, как прежде, хоть омега и понимал, что никто из них никому ничего не должен, но внутри все ощущалось по-другому. — Я, как омега, который проводил гон со своим мужем, — продолжает Чимин, — понимаю его, как альфу. Это состояние тяжело контролировать, тут спорить бесполезно. Это как у нас течка, только на каком-то другом уровне, потому что у них другие гормоны и инстинкты, доминантные. И вот что вышло из вашей ссоры и ревности Чонгука. Как же он меня сейчас бесит! Чимин опять начинает ходить по комнате. Когда Тэхён приехал к нему в ярости и в слезах, омега даже предположить не мог, что именно такую историю он услышит. Ни разу он не мог подумать, что у его друга есть любовник, пусть и недолгое время. И не мог поверить, что за неделю могло столько всего произойти. Ведь Тэхён так ждал Чонгука, а Чимин помнит, какими влюбленными глазами смотрел альфа на своего омегу на их свадьбе. И вот что эти идиоты натворили, топят друг друга все больше и больше, вместо того, чтобы просто поговорить вначале. Как и Тэхён должен был не встречаться с Давоном, так и Чонгук должен был выслушать и понять. Но все вышло по-другому, и Чимин не понимал, как они теперь будут все это разгребать. — Тэхён, вы должны поговорить… — Нет, — чуть ли не крикнул Тэхён, и поджал губы. — Я не буду с ним разговаривать, видеть его не хочу. Когда я хотел поговорить, он не захотел слушать. Теперь не хочу я. Пусть подает на развод. — И что ты будешь делать дальше? — спрашивает Чимин, присаживаясь на кровати напротив друга. — Жить дальше буду. Выйду замуж за какого-нибудь альфу и детей нарожаю. Нахрен этого Чонгука, не хочу больше влюбляться, чтобы потом страдать. — Но вы же хотели быть вместе… — Хотели, именно, — фыркнул Тэхён. — Но Чонгук оборвал наши отношения и живет дальше, я тоже буду. Мне не нужен альфа, который не может меня выслушать и убегает к другим омегам. А ему не нужен омега, у которого был любовник, и которого он считает лицемером, эгоистом и тем, кто его постоянно использует. Вот и замечательно, мы друг другу не подходим. — Это глупо, — вздыхает Чимин и смотрит в злые карие глаза. — Вам обоим больно и вы будто специально хотите сделать в ответ другу другу еще больнее. — То есть, ты его защищаешь? — Тэхён вскочил с кровати и сложил руки на груди. — Если ты решил сначала мне лекцию прочитать, а потом выгнать, то лучше я сразу пойду. — Да почему я вообще должен тебя выгонять? — повышает голос Чимин. — Я тебе свое мнение высказываю, ты не за этим пришел? Тэхён облизывает губу и выдыхает. Он опять начинает злиться, для этого много не надо. Стоит только вспомнить, как выглядел Чонгук, когда вернулся домой, и все, вот она злость, сразу всплывает. — Я пришел за поддержкой, — тихо выдыхает Тэхён. — Или рассчитывал на то, что ты меня выгонишь. Но ты не выгоняешь, а защищаешь Чона. — Я его не защищаю, вы оба виноваты, и это мое мнение, — твердо сказал Чимин. — Я имею на него право. Я просто хочу, чтобы все наладилось. — Сильно в этом сомневаюсь, — фыркнул Тэхён. — Видеть его больше не хочу. Чимин вздохнул, за руку притянул друга обратно на кровать. Обнял за талию, Тэхён положил ему голову на плечо. Омега надеялся, что его друзья успокоятся и поговорят, смогут все обсудить и прийти к верному решению. Да, они не вместе, но от этого Тэхёну не легче. Не легче, если хочешь быть с человеком, а он уходит к другим. Но Чимин уверен, что они смогут все решить и помириться, ведь главное понимать, что хочешь этого и есть ради чего стараться и прощать друг друга. _______________________ Жизнь превратилась в череду серых, однообразных будней. Чонгук просто плыл по течению, уже сам не понимая, куда оно его приведет. Тэхён вернулся домой от Чимина через два дня и они реально были просто соседями, при том совершенно не общались, если в этом не было крайней необходимости. Омега занимался своими делами, альфа своими, целыми днями пропадая в офисе. Чонгук еще два раза пытался поговорить с омегой, но тот просто сразу уходил. А второй раз, когда Чон захотел его остановить и схватил за руку, то сразу получил пощечину и злое рычание. Альфа понял, что если они сейчас начнут разговор, то просто опять поругаются, а этого не хотелось. Хотелось уже спокойно поговорить и все обсудить. Чонгук жалел. Жалел о том, что в порыве ярости, ревности и боли не дал Тэхёну высказаться, затыкал и перебивал, морально давил на него. Жалел о том, что не остался в гон с Тэхёном, ведь он не видел для них выхода в одном лишь сексе, думал, что будет только больнее. Но если бы остался, они бы поговорили, Чонгук бы не смог его постоянно затыкать, тем более расслабленный после секса. А так совершил ошибку и еще три дня мучился от боли, трахая подушку. Все это сейчас казалось полным бредом, который перерос в проблему мирового масштаба. Потому что Тэхён смотрел как сквозь него, а взгляд прекрасных глаз холодный и пустой. И каждый раз, когда омеги не было дома и Чон не знал, где тот находится, то думал, а вдруг он опять поехал к нему? Вдруг эта связь продолжается, и Тэхён решил не заканчивать ее, раз они с Чоном не вместе. Эти мысли приносили боль, опять ревность и чувство собственничества сжимали легкие, а зубы скрипели. И Чонгук не представлял, как выбраться из этой паутины, в которой они оба путаются все больше и больше. Как хотя бы поговорить и выслушать друг друга, потому что он так и не начал заниматься разводом. Дверь в кабинет открывается и заходит Тэхён. На нем белые тапки на тонкой подошве, белоснежные штаны, которые полностью обтягивают красивые ноги и ягодицы. В брюки заправлена легкая рубашка ярко-голубого цвета. Темные волосы прикрывают лоб челкой, в ушах блестят гвоздики с бриллиантами. Чонгук от него взгляда не может отвести, пока омега медленно приближается к столу, перебирая в руках пригласительные и не смотря на альфу. — Семь пригласительных, — бесцветным голосом говорит Тэхён и кидает их на стол альфы. — Выбери, куда ты пойдешь, на остальные пойду я. Тэхён отходит от стола, садится на диван и достает из кармана телефон, сразу же утыкаясь в гаджет и не смотря на альфу. Чон вздыхает и берет в руки пригласительные. Это одна из частей их жизни, когда они перекидываются несколькими фразами. Они разделяют пригласительные на приемы и встречи, которые присылают их семье, и посещают их по отдельности, потому что омега не хочет ходить вместе и играть счастливую семейную пару. Чонгук тоже не хочет, не хочет играть, но их жизнь складывается именно так, как и говорилось в начале, с полностью фиктивным браком. Только отношения у них хуже не придумаешь. Поэтому Чон придумывает отмазки почему его омега не смог прийти, а Тэхён делает то же самое, оправдывая своего мужа. От этого тошно. — Я пойду на эти три, — говорит Чонгук и поднимает взгляд на омегу. Тот блокирует телефон и встает с дивана. Подходит к столу и смотрит на оставшиеся четыре. Морщит нос и говорит, смотря на альфу: — Может, к этим тоже ты сходишь? — спрашивает омега, стуча длинным пальцем по одному пригласительному. — Мне там делать нечего, — отвечает Чон, откинувшись на спинку стула. — Мне эти приемы нужны для деловых вопросов, а не простого трепа. — Ну естественно, — фыркнул Тэхён, собирая четыре открытки, — зато мне это ужас как интересно. Чонгук усмехается, рассматривая красивое лицо. Его видеть и хорошо, и плохо одновременно. — Тэ, давай поговорим, — тихо начал альфа, а омега посмотрел на него исподлобья. — Думаю, за две недели можно было успокоиться и просто уже поговорить. — Можешь думать, что хочешь, а разговаривать с тобой я не собираюсь. У тебя своя жизнь, у меня своя, все как ты хотел. Надеюсь, ты уже начал процесс развода? — Что, так не терпится выйти замуж за другого? — фыркнул альфа, сжимая подлокотники в руках. — Да за любого, Чонгук-и, — едко усмехается омега, — лишь бы он, блять, умел слушать и держать свой член в штанах. — Тэээ… — Иди нахуй. Омега разворачивается и выходит из кабинета. Чонгук прикрыл глаза и выдохнул. Он не знал, как все это решить. Как извиниться за то, в чем, по сути, не виноват, но вину все равно ощущает, потому что причинил боль Тэхёну. Потому что не выслушал и сорвался. Да, омега неправильно поступил, но сам Чон понимает сейчас, когда полностью остыл, что в ответ поступил не лучше. И как это распутать, альфа не представлял, но думать о разводе совершенно не хотелось. ____________________________ Тэхён уткнулся лицом в подушку, вторая была зажата между ног. Он тихо скулил, глотая слезы, и терся о подушку членом, чтобы найти хоть какое-то трение. Мастурбации мало, хочется теплой близости, хочется тереться и урчать, а не хныкать и стонать от боли и желания. Как же Тэхён ненавидел течки. В эти моменты он ненавидел свою жизнь и то, что родился омегой. Он хотел бы быть альфой, который может делать все, что захочет, и не мучится от боли и спазмов несколько дней. Тэхён ненавидел Чонгука, так сильно ненавидел сейчас, кажется, как никого и никогда. Тем более, когда он стоит за дверью и громко говорит: — Тэ, перестань, открой дверь. Его голос напряжен и даже из-за двери слышно, как он часто дышит. — Отвали от меня! — срывающимся от слез голосом кричит омега. — Тэхён, пожалуйста, я хочу помочь… — Конечно, ты хочешь, — рычит омега, — но ты ко мне не прикоснешься! От того, что Чонгук так близко, еще хуже. Его запах пробивается через дверь, потому что стал более интенсивным, отвечая на аромат течного омеги. От этого больнее, но Тэхён, как ненормальный, вдыхает его и мажет длинными пальцами между ягодиц. Стонет тихо, когда они чуть проникают внутрь, смазка стекает по бедру, но этого так мало. Это вообще ничто по сравнению с тем, что ему надо. С тем, что он хочет и с тем, что ему может дать альфа за дверью. — Тэ, хватит, ты не должен мучиться, я хочу тебя… — Уйди! Уйди из дома! — кричит омега. — Ты понимаешь, что мне больно от того, что ты рядом? — Пусти меня! — Никогда! Тэхён срывается на истеричный крик, он плачет в голос и переворачивается на спину. Слышит, как Чонгук ударил кулаком по двери, а потом громкие шаги по лестнице, когда альфа начал спускаться. Хорошо, что он ушел, омега не знает, сколько бы продержался, потому что это до безумия больно и хочется сдаться. Но гордость, ревность и злость не позволяют этого сделать. Не позволяют поджать хвост и приползти с просьбой помочь после того, как Чонгук его сам оттолкнул. Омега переживет, он сможет, но не позволит опять своему телу управлять собой. Не позволит Чону прикасаться к себе после того, что было. Но при этом он пихает в себя пальцы по вторые фаланги, второй рукой водит по всей длине члена, а перед глазами мелькают моменты, когда им с Чонгуком было так хорошо. Как альфа ласкал его и целовал все тело, брал то медленно и плавно, то быстро и нетерпеливо. Все эти воспоминания приводят к оргазму, когда омега кончает с хриплым криком, сильнее сжимая свой член в ладони. Но это не то, все не то, и даст освобождение только на час максимум, а после секса бы он мог даже поспать спокойно часа четыре. Течки с каждым годом становятся все хуже и приносят все больше боли. Иногда кажется, что ты просто умрешь, но омега понимает, что этого не случится, хотя иногда хочется. Он покупает уже самые сильные блокаторы и обезболивающие, которые ему прописал врач, но они не помогают надолго. Тэхён просил еще сильнее, но врач ответил, что с этим процессом никакие лекарства полностью не справятся, потому что организму нужен альфа. Омеге нужен альфа. И просто посоветовал поскорее выйти замуж, ведь в двадцать три года уже нужно проводить течки не одному, и доктор удивлялся, куда Тэхён все откладывает замужество. Тело болело, каждая мышца ныла, а низ живота скручивало, и казалось, что он горит огнем. Тэхён так устал от этого, устал, что нет выхода. Точнее, есть, и только один. Он столько раз хватал телефон, чтобы позвонить Чонгуку, но каждый раз откидывал его и снова плакал. Он не собирается унижаться и просить помощи, он переживет эти три дня без альфы. И вот после очередного оргазма, когда перед глазами опять Чонгук и воспоминания его запаха и их секса, накрывает ярость с головой. Разум немного прояснился от гормонов, и Тэхён, стоя под душем, думает о том, как он ненавидит сейчас Чонгука. Ведь если бы он в самом начале выслушал и понял, то все бы у них было хорошо. Они бы провели вместе течку и гон, не было бы этой изнуряющей боли, из которой не найти выхода. Все было бы хорошо, они были бы настоящей парой, семьей, они же шли к этому. Но Чонгук решил по-другому, сделал другой выбор, и о чем он сейчас хочет с ним поговорить? Тэхёну от него уже ничего не надо, потому что своей твердолобостью альфа заставил страдать его опять. Хоть и предлагал помочь, но как? Как согласиться? Омега не собирается этого делать, только распаляет злость внутри, потому что в его боли и страданиях сейчас виноват только Чонгук. ______________________________ Чонгук подрывается с места, когда слышит, как омега спустился на первый этаж и пошел на кухню. Альфа выходит из гостиной и идет в сторону кухни, он хочет увидеть Тэхёна, понять, что с ним все нормально. Сегодня пятый день, течка должна была уже закончиться. Чон только вчера вечером вернулся домой, проведя эти дни у себя в студии. Он не собирался поступать против воли омеги, хотя тогда, когда он чувствовал приторно-сладкий сливочный аромат и слышал стоны и плач Тэхёна, хотелось выбить дверь и забрать эту боль, к себе прижать и вновь своим сделать. Поэтому он и ушел, боялся, что не сдержится и войдет в спальню, в которую его добровольно так и не пустили. Чонгук заходит на кухню и видит Тэхёна, который наливает себе сок в высокий стакан. Выглядит омега не очень, хоть и красив, как всегда. Волосы уложены на прямой пробор, на нем кроссовки, голубые джинсы и белая футболка оверсайз, которая прикрывает ягодицы. Сверху тонкий удлиненный кардиган под цвет джинсов, а на плече рюкзачок из черной кожи. И только измученное лицо, круги под глазами и слишком бледный цвет кожи для его естественного медового оттенка указывают на то, что омега себя чувствует не очень хорошо. Альфа кусает щеку изнутри, смотря на него, Тэхён не обращает на него внимания и делает несколько глотков яблочного сока, облизывает губы. — Ты как? — тихо спрашивает альфа. — Уж не так прекрасно, как ты после своего гона, — фыркнул Тэхён, поставил стакан на стол и повернул голову к Чону. — Но скоро буду в полном порядке. Чонгук смотрит на усмешку омеги и хмурит брови. — Ты о чем? — Решил последовать твоему совету и примеру. Пойду потрахаюсь, навещу любовника… — Тэхён! — рыкнул Чонгук, сжимая кулаки и подходя ближе к омеге. — Что «Тэхён»? — фыркнул тот в ответ. — Ты сам мне разрешил. Обещаю, мы будем ооочень осторожны. Чонгук разворачивает омегу, тот прижимается поясницей к столешнице, когда альфа подошел вплотную и смотрит прямо в глаза. — Тэ, перестань. Хватит, я прошу тебя. Прости меня, что не выслушал. Прости, что ушел в гон и причинил боль. Но давай остановимся, давай поговорим. Я устал так жить и не могу просто взять и выбросить тебя из головы, просто не могу. Ты очень глубоко… — Ты уже это сделал, — с холодом говорит омега. — Многое сделал, а я просто подчиняюсь тебе. Ты сказал, что проведешь гон без меня, ты это и сделал. Сказал, что течку я проведу один, так и произошло. Сказал, что мы в фиктивном браке, вот так мы и живем. Сказал, что я могу ходить к своему любовнику, вот я и пойду. Все, как ты хотел, Чонгук-и, я это не от себя придумал. Я, как примерный омега, тебе подчиняюсь. — Да неужели? — шипит альфа и щурит глаза. — И что, ты пойдешь к нему после того, что мне рассказал. После того, как он насильно целовал тебя и испугал. — Да, пойду, — покивал омега. — Он не хотел отпускать меня, умолял остаться с ним. Перешел на шантаж и даже силу применил, лишь бы рядом быть. А ты взял и просто вышвырнул меня. Вот уж точно не знаю, кто из вас лучше. Тэхён так не думает, но как же, сука, приятно, видеть боль в черных глазах. Омега надеялся, что она еще и физическая, и такая же сильная, в какой он сгорал эти три дня течки, и до этого страдал от того, что его просто не выслушали и потоптались по его чувствам. Он Чонгука сейчас презирает, злость так и не отпустила, а только еще больше стала во время течки. Чонгук отступает на шаг от него, смотря в карие глаза, которые насмешливо сверкают злостью. Эти слова как новый ожог на уже израненном сердце, горит и боль приносит. Он поверить не может, что после всего, что он сделал для Тэхёна и того, что между ними было, омега вот так просто кидает ему в лицо эти слова. Альфа усмехается устало и тихо говорит: — Ну, тогда иди, Тэхён, развлекайся. — Так и сделаю, — кидает омега и выходит из кухни. Чонгук до боли закусил губу изнутри и смотрит на стакан с соком, не моргая. И вот это точно финиш, дальше идти уже некуда. ____________________________ Когда Давон открывает дверь и с шоком смотрит на Тэхёна, омега робко улыбается и тихо говорит: — Привет… Я… я могу войти? Кан моргает медленно и кивает, отступая в сторону и пропуская омегу в квартиру. Видно, что он сбит с толку и совершенно не понимает, что происходит. Он точно не рассчитывал еще хоть раз в жизни увидеть Тэхёна на своем пороге. Альфа не понимает цели его визита, тем более после того, что произошло на стоянке. Омега проходит в коридор и разувается, пока Давон закрывает за ним дверь. Он смотрит на альфу, видит растерянность в светло-карих глазах, а сам сглатывает ком в горле, потому что его начинает тошнить. От воспоминаний, от этого цитрусового аромата, от лица симпатичного, но сейчас уже такого для него неприятного. — Мы… можем поговорить? — тихо спрашивает Тэхён. — Д-да, конечно, — вновь кивает альфа, не отрывая пристального взгляда от красивого лица. Омега делает над собой усилие, быстро шагает к Давону и целует, прижимаясь губами к его губам. Альфа выдыхает резко, он застыл и не знает, что ему делать. А Тэхён зажмурил глаза и начинает двигать губами, вскоре чувствуя, как его прижимают к сильному телу, и Давон углубляет поцелуй. Тэхён не может обнять его в ответ, но отвечает, пытаясь побороть ощущение неправильности и отвращения. Альфа целует все сильнее и глубже, будто насытиться не может, и мычит ему в губы. Зарывается пальцами в волосы омеги на затылке, прижимает все ближе, гладит по спине, ладонь спускается на ягодицы и Тэхён не выдерживает. Упирается ладонями в грудь и разрывает поцелуй. Он прячет лицо на плече Давона, чтобы тот не увидел, как омега морщится и сглатывает часто. Блять, это бесит. Почему он просто не может выкинуть все это из головы? — Тэхён, что происходит? — с придыханием спрашивает альфа. — Ты приходишь сам и целуешь меня. Я ничего не понимаю. Ладони продолжают гладить его тело, Тэхён чуть отстраняется и смотрит в глаза альфе. — Я соскучился, и я… я все тебе сейчас объясню. Давон смотрит на него внимательно, берет за руку и ведет в гостиную. Омега садится на диван, альфа садится рядом и поворачивается к нему. В глаза заглядывает, взглядом сканирует все тело, а Тэхён делает над собой усилие, чтобы не поморщиться. — Так в чем дело? — Давон, понимаешь, — омега кусает губу и продолжает, — я не хотел обрывать с тобой связь, но мне пришлось, потому что я боялся за тебя. Боялся, что Чонгук узнает и сделает тебе очень плохо, ведь на самом деле и ты, и твой отец работаете в нашей компании. Мой брат совершенно не тот человек, которым был раньше, пять лет назад. Я его не узнаю, он стал очень жестоким. И ты виноват в том, что он все же узнал, что у меня кто-то был. Ты оставил следы на моем теле и он их увидел, потому что вернулся раньше. Он превратил мою жизнь в ад, кричал, что я позор семьи, и не выпускал из дома. Но у нас ничего не было, Давон, это фиктивный брак, а я специально врал, чтобы ты отвернулся от меня и перестал писать. Просто один раз Чонгук чуть не увидел сообщение от тебя и я боялся узнать его реакцию, поэтому решил, что лучше пока нам все закончить. А потом… Потом я хотел вернуться к тебе, если бы была такая возможность. Но он все равно узнал. Из-за тебя. И это было ужасно. — Но почему ты просто мне не сказал правду? — нахмурился Давон. Тэхён вдохнул и отвел взгляд. Потом опять посмотрел на альфу и ответил: — Я боялся, что ты меня не послушаешь и продолжишь искать встречи. Мне пришлось все это придумать, чтобы обезопасить тебя и прекратить полностью наши отношения. Прости… — Господи, я поверить не могу… Давон двигается ближе, прижимает к себе Тэхёна и начинает целовать шею, вылизывать горячим языком. Тэхён вцепился ему в футболку двумя руками и дышит часто, но точно не от удовольствия или возбуждения. Ему так неприятны эти прикосновения, что он еле сдерживает себя, чтобы не сорваться и не убежать. — Прости меня, — шепчет Давон в ухо, стягивая кардиган с плеч омеги, — прости за то, что я сделал. Я сам себя не мог контролировать от одной мысли о том, что потеряю тебя. Я не могу без тебя, потому что так сильно люблю. Альфа двигает его на себя, потом нависает сверху, укладывая на спину. Целует в губы, руки проникают под тонкую футболку, гладят горячую кожу, пальцы цепляют соски. Альфа прижимается сильнее, устраиваясь между разведенных ног и вновь губами спускается на шею, лижет ключицы. Он пахом трется о пах Тэхёна, а омега жмурит глаза, ощущая чужое возбуждение. Он сам не возбужден ни капли, просто вцепился в чужие плечи и дышит часто. Понимает, что не может. Не может и не хочет, и это бесит так сильно, вызывает такую злость, что словами не передать. Почему он должен цепляться за Чонгука, ведь он правда стал его ненавидеть за то, что тот сделал. Но вот сейчас он не хочет чужих прикосновений, его тошнит, и кричать хочется от злости и обиды. — Давон, стой, — хрипло шепчет омега. Альфа поднимает голову и смотрит на Тэхёна. Его глаза лихорадочно блестят от возбуждения, он громко дышит и смотрит так, будто уже хочет наброситься. — Я не могу сейчас, — тихо говорит Тэхён. — У меня только закончилась течка, я полностью измучен и плохо себя чувствую. Я правда хочу тебя, но… Но давай в другой раз, мне очень плохо. — Ты, — альфа быстро облизывает губы, — ты был с ним? — Нет, — качает головой Тэхён, — я, как всегда, был один. Говорю же, между нами ничего нет. И мне нельзя задерживаться, Чонгук теперь меня стережет хуже моего папы. Поэтому я приехал поговорить с тобой и мне уже надо возвращаться домой. Давон кивает и поднимается с омеги. Садится и притягивает к себе Тэхёна, обнимая за плечи. — О чем ты хотел поговорить? Тэхён смотрит ему в глаза и говорит: — Ты должен мне помочь. Помочь с разводом. — Что ты имеешь в виду? — удивленно спрашивает Давон. — Понимаешь, мы заключили этот брак для того, чтобы наш бизнес не перешел в чужие руки. Чонгук обещал, что придумает, как решить эту проблему, а потом даст мне развод. Но он сказал, что передумал, ведь все идеально. Не надо заморачиваться, бизнес его, я его муж и даже… — омега сглотнул, — даже могу родить ему детей. А я не хочу, мы так не договаривались, но и сделать я ничего не могу. Он официально мой муж, а я всего лишь омега. Но я перерыл все семейное право и узнал причины, по которым омега может подать на развод. Их всего две, — Тэхён фыркнул и покачал головой, — когда у альфы целый список, чем его может не устраивать его омега. Первый пункт о том, что если доказано, что альфа бесплоден, а омега хочет детей, то может подать на развод, ведь он не обязан не продолжать свой род из-за того, что его муж не может иметь детей. И второй пункт о том, что если будет публично доказана измена альфы, омега имеет право подать на развод. То есть у нас как, альфа может гулять и об этом могут даже знать, но негласно. Но если предоставить фото или видео, то суд примет их и даст развод. С позором для альфы. Тэхён смотрит в растерянное лицо альфы, а сам внутри дрожит в ожидании. Он этот план придумал и на самом деле изучил условия развода. Все, чего он сейчас хотел — это избавиться от Чонгука. Да, они могут просто развестись, но Чон останется в городе, а омега этого не хочет. — Тааак, — Давон трет ладонью лоб, — и что ты предлагаешь? — Ты должен найти омегу и договориться с ним, чтобы тот согласился на такую игру. Чтобы соблазнил, чтобы сделал фото и видео. Не важно, в клубе или в борделе, или просто с ним где-то познакомился. Я не могу этого сделать, потому что таких омег не знаю, но ты-то точно знаешь. И когда у меня будут доказательства, я получу развод. — И что будет дальше? — задумчиво спросил Давон. — А дальше, даже если меня выдадут замуж, то альфа не будет знать о тебе, и мы сможем встречаться, потому что я не хочу тебя терять. Все наследство закреплено за мной, а значит, и перейдет так же к моему мужу, это четко прописано. Оно не сможет остаться с альфой в случае развода, потому что оно мое. А у Чона ничего не останется, кроме акций и фиксированного наследства, и он свалит обратно в свой Пусан, ведь там у него реальное наследство от дяди. — А ты не боишься, что он может тебе что-то сделать? Как-то повлиять? — спросил альфа. — А что он сможет сделать? — с улыбкой спрашивает омега. — Мое будущее уже будет зависеть от господина Бана, а потом и от мужа. Он никак не сможет повлиять, даже как старший в семье, ведь в завещании все четко прописано. Давон задумчиво смотрел в сторону, а Тэхён ждал. Он правда хотел уже полностью избавиться от Чонгука. Его злость горела внутри и больше видеть этого альфу не было никакого желания. Слишком много боли омега получил от Чона, он больше не хочет видеть этого человека в своей жизни. И, наверное, главная причина в том, что он до сих пор ощущает себя слабым рядом с Чонгуком. А эта слабость бесила, ее ощущать не хотелось. Тэхён хочет опять взять свою жизнь в свои руки, он придумает, как выкрутиться, но под влиянием Чона жить не собирается. Альфа заставил поверить в то, что у них все будет хорошо и они будут счастливы, но оттолкнул так легко буквально ни за что, не захотев просто выслушать. А потом ушел к другому омеге, плюнув на то, что Тэхён просил его остаться. Если Чонгук так легко может выкинуть его из своей жизни, причинив боль, то и Тэхён в долгу не останется. Лишит его того, что Чон получил от брака с ним, снова увидит боль в черных глазах и продолжит жить без него. Раньше жил, и теперь проживет.