Это моя жизнь

По лицу господина Бана видно, что он очень удивлен. Тэхён сидит напротив него в его кабинете и спокойно смотрит, не истерит и не кричит о том, что не собирается выходить замуж за непонятно кого. Альфа поражен, что омега, которого он знает с детства, а это без малого тринадцать лет, ругается матом, повышает голос на старших, высказывает свое неподобающее их обществу мнение и не хочет подчиняться посмертной воле родителей. Он, как альфа старшего поколения, этого совсем не понимает и был возмущен таким поведением. Ведь Тэхён всегда казался приличным омегой, хорошо воспитанным и чтившим их устои и традиции, другого сына у Куана быть не могло, ведь старший омега был эталоном светского омеги, всегда впереди всех, улыбчив и обходителен, идеальный муж и отец. Как Тэхён может вести себя так, как он ведет, адвокат понять не мог. Поэтому отношение у него к омеге полностью изменилось, в принципе, как и к Чонгуку. Младший альфа также показал свое неуважение, как к погибшим родителям, так и к самому семейному адвокату. Их брак, который продлился всего лишь месяц, по мнению господина Бана, просто выставил их на посмешище, опозорил память родителей и их фамилию, но молодые люди, видимо, так не считают. Чонин вообще удивлен, что после этой выходки кто-то из влиятельных и уважаемых альф их общества захотел взять в мужья Тэхёна. Но, как он уже понял, его мнение семью Чон вообще не интересует, поэтому он просто выполняет свою работу только в память и из уважения к Джинхёну и Куану, с которыми дружил много лет. — Вот двое кандидатов, которые не против взять тебя в мужья, Тэхён, — Бан смотрит на омегу поверх очков, тот отвечает ему безразличным взглядом. — Их зовут Юн Сону и Ли Сихван. У меня есть их фотографии… — Господин Бан, — перебивает его Тэхён, — я вырос в этом обществе, соответственно, я знаю этих альф. Мы ходим на одни и те же приемы, разве нет? Усмешка омеги раздражала, адвокат поджал губы и посмотрел на документы. Поскорей бы его уже спихнуть в руки нового мужа и закрыть все дела с этой семьей. Такого отношения Чонин терпеть не мог. Тэхён перевел взгляд в окно и пожевал губу. Он этих альф знает, остается вспомнить, что конкретно он о них знает. Юн Сону моложе и ни разу не был в браке. Ему примерно тридцать пять, и очень странно, что он еще не женат. Хотя, он пластический хирург, имеет три клиники пластической хирургии, и видимо, очень его устраивает его свобода и доступ к омегам, которые падки на врачей. Такого можно уличить в измене, и эта мысль заставила поджать губы. Думать в этом направлении не хотелось, сразу перед глазами образ Чонгука и слова о том, что он все знает, звучат в ушах. Второй, Ли Сихван, старше и солиднее, омега помнит его как всегда собранного и помешанного на традициях альфу. Он был женат, его жена умерла шесть лет назад от онкологии, детей у них нет. Милая омега, Тэхён помнит, что она была одной из тех, кто посещал сборища омег вместе с его папой. Помнит, когда жена Ли умерла, Куан тогда очень переживал, они хорошо общались. Видимо, альфа решил завести другую семью спустя шесть лет. Ему примерно сорок пять, омега поморщился. Хотя по виду альфа выглядит неплохо, но от мысли о том, что придется быть с кем-то другим, узлом скручивает живот от тошноты. Но Сихван отличный вариант. Ведь он взрослее, более привержен их устоям и традициям, и точно не потерпит в своем доме омегу, который не чтит их устои, а в хозяйстве просто полный ноль. Альфа имеет сеть элитных ресторанов, и вроде бы даже за границей. Отличный вариант для того, что задумал Тэхён. — Я выбираю Ли Сихвана, — спокойно отвечает омега, переводя взгляд на адвоката. — И что теперь? Нам будут устраивать встречи и свидания, чтобы мы хотя бы в глаза друг другу посмотрели перед тем, как станем мужьями? Омега скривил губы и сложил руки на груди. Бан скрипнул зубами, исподлобья смотря на Тэхёна. — Ты можешь проявить хотя бы каплю уважения ко мне, как к старшему? — недовольно говорит альфа. — А вы ко мне проявляете? — щурит глаза Тэхён. — К омегам в общем и целом. — Люди так сотни лет создают семьи и все живут счастливо, хватит тут цирк устраивать. — А откуда вы знаете, что счастливо? — усмехнулся омега. — В спальню к ним заглядываете? — Хватит! — рявкнул альфа и ударил ладонью по столу. — Я не обязан это выслушивать, невоспитанный, глупый мальчишка. — Я тоже не обязан выслушивать вас, — фыркнул омега, поправляя волосы длинными пальцами. — Сводите меня с моим мужем, займитесь своей работой. Адвокат прикрыл глаза и досчитал до десяти. Как хорошо, что его дочь не похожа на этого омегу, прилежная и очень счастлива в браке, который ей устроили они с женой. Чонин точно не потерпел бы в своем доме такого поведения. — Господин Ли сейчас в отъезде, — сквозь зубы говорит адвокат и вновь смотрит на омегу, который сидит, закинув ногу на ногу, и смотрит пристально в ответ. — Он вернется через два дня. Я сегодня свяжусь с ним, дам ему твой номер телефона, чтобы он позвонил и вы договорились о встрече. Обычно официальное знакомство перед браком проводится в присутствии родителей. Ты хотел бы, чтобы там был Чонгук или я? Тэхёна передернуло от этих слов, он раздраженно дернул плечами и отвел взгляд. Омега не видел Чона уже пять дней, с того дня, как они подписали документы о разводе. Альфа уехал из дома, и как предполагал омега, вернется туда только тогда, когда Тэхён свалит к новому мужу. На самом деле, уже хотелось, чтобы все это быстрее произошло, а потом как можно быстрее закончилось. Внутри нет ничего, кроме раздражения по поводу всей этой ситуации и ожидания, когда очередной муж от него откажется. Раз уж его оставил Чонгук, который говорил, что любит, то уж альфа, которому он безразличен, точно не будет терпеть его выходки. На Чона хотелось злиться, хотелось испытывать ярость, как это было в прошлый раз, но омега не мог. Не мог после того, как услышал о чувствах альфы и о том, что эти чувства приносят Чонгуку боль. Они оба страдали и были не правы, Чон решил уйти, Тэхён решил отпустить. Сейчас не было сил думать об этом, омеге надо в первую очередь подумать о том, как сделать то, что он задумал. Никого рядом он видеть не хочет и даже рассчитывать не собирается, что его брак продлится долго. Тот, кто нужен, ушел, и есть одно лишь желание, чтобы все оставили его в покое. — Думаете, нам нужны будут посредники? — усмехается Тэхён, вновь посмотрев на адвоката. — Мы взрослые люди и умеем разговаривать, думаю, разберемся сами. — Замечательно, — фыркнул Бан, он точно не хотел присутствовать при этой встрече, лишь надеялся, что господин Ли не сбежит от этого омеги после первой же встречи. — Тогда жди звонка от господина Ли, он скоро тебе позвонит. Тэхён кивнул и уже хотел встать, но застыл и вновь посмотрел на адвоката. — Господин Бан, — тихо начал омега, альфа вновь посмотрел на него поверх очков. — А что с компанией отца? Чонин вздохнул, сложил руки на столе и ответил: — Ты же уже знаешь о дополнении к завещанию? — омега кивнул. — Альфам, которые согласились взять тебя в мужья, я описал полностью ситуацию с наследством. Не знаю, что сподвигло ваших родителей не отдать сразу компанию Чонгуку и к чему это дополнение, но я сам был в шоке, тем более когда Джинхён попросил сделать все втайне от Куана. Оба альфы отказались в случае брака с тобой от компании в пользу твоего брата. Они изначально, когда претендовали на тебя в качестве мужа, не знали и не думали ни о какой компании, и соответственно, она им и не нужна, каждый из них имеет свой бизнес, а разбирательств в суде по наследству не хочет никто. Поэтому как только ты выйдешь замуж, то подпишешь вместе с мужем отказ, и условия завещания, как и его дополнения, будут выполнены, Чонгук станет полноправным владельцем бизнеса своего отца. После развода с тобой он вновь стал исполняющим обязанности. — Отлично, — покивал Тэхён и встал с кресла. — Чонгук и должен быть директором компании. — Я тоже так думаю. — До свидания, господин Бан. — Всего доброго, Тэхён. Адвокат посмотрел на закрывшуюся за омегой дверь и выдохнул. Такие хорошие молодые люди из высшего общества, но такие у них неправильные взгляды. В такие моменты становится страшно за будущее поколение. ______________________ Всю дорогу до дома Тэхён думал о том, что хотя бы в чем-то была справедливость. Он был так благодарен Джинхёну за то, что тот, несмотря на то, что Куан до последнего дня был против Чонгука, все же смог найти в себе силы и попросить прощения у сына. Они общались, и омега был так рад, что отец позаботился о том, чтобы бизнес достался тому, кто этого и был достоин. Да, у Чонгука и так было дело Сомина, но все же он прямой наследник, он с детства готовился к тому, чтобы стать преемником отца, он это заслужил. Мысли о Чоне вызывали внутри только тоску, он так скучает по альфе. И это бесит, ведь хочется злиться, не хочется сдерживать слезы, когда думаешь о нем, хочется скрипеть зубами. Но Тэхён не мог, приняв тот факт, что ему нужно отпустить альфу, если тот так устал от их таких отношений. Они все замарали, а выпутываться из этого Чон не захотел, слишком близко приняв к сердцу то, что хотел сделать Тэхён. Омега свернул с дороги, которая вела к дому, и поехал в другом направлении. Вспомнились слова Чона о том, а как бы отреагировал Тэхён, если бы Чонгук со своим любовником решили избавиться и подставить его. Вспомнилось, как он злился, в какой был ярости, когда Чон ушел в гон. А если бы альфа решил подставить? Если бы, как Тэхён, побежал к другому омеге с целью унизить и предать? От этой мысли стало больно, не хотелось вспоминать те ядовитые слова, которые он кидал альфе в лицо тогда на кухне. Теперь все, что делал омега, это мысленно исправлял их действия и диалоги, в конце представляя, что все хорошо. Не хотел думать о том, к чему они пришли и к чему привели их поступки. Думать о Чоне вообще не хотелось, от этого больно, но не думать не получалось. Поэтому так было с одной стороны, легче, с другой, тяжелее, ведь этого не будет. Тэхён сделал больно, Чонгук ответил. Тэхён захотел сделать еще больнее, Чонгук решил прекратить эту игру и просто ушел. Омега постоянно думает о том, как альфа говорил о своих чувствах. Он ненамеренно делал Чону больно, просто не подозревая о том, что они настолько давние и глубокие. И альфа в этом его не винил, ведь вины на Тэхёне и правда нет. Он не знал, не играл на его любви, просто всегда надеялся, всегда просил помощи, всегда рассчитывал на альфу. И получалось, что Чонгук не всегда шел навстречу только потому, что он ему родной человек. А еще и потому, что он не мог поступить по-другому, потому что чувства стали глубже и он хотел сделать все для него. Боялся ли альфа, что омега будет этим пользоваться? Возможно. Может, поэтому и ушел, не хотел быть перед ним слабым из-за этих чувств. Неужели не верил в то, что Тэхён в ответ чувствует то же, тянется не как к близкому человеку, а как к альфе, сильному, необходимому и самому лучшему. Но своим поступком омега, видимо, это опровергнул. Он устал думать об этом, прокручивать в голове все эти дни их разговоры, ссоры, поступки и то время, когда им было так хорошо вместе. Но еще прошло мало времени, чтобы забыть это, и навряд ли это вообще возможно. Просто надо жить, сосредоточиться на том, что он хочет сделать, и попытаться хоть как-то перехватить свою жизнь из рук других людей. Тэхён останавливается возле небольшого цветочного магазина на окраине города. Заходит и покупает букет белых роз, благодарит продавца и возвращается в машину. Когда он подъезжает к кладбищу, сердце сжимается, омега облизывает губы, присматривая место для парковки. После похорон он только один раз был на могиле родителей, еще перед свадьбой. Тогда он был полон злости и негодования из-за завещания, просто сидел и смотрел на их фотографии, не решаясь открыть рот, потому что в противном случае, были бы сказаны совершенно нелестные слова. Он тогда ненавидел их, и ненавидел себя за то, что чувствует это к погибшим родителям. Но свои чувства мы контролировать не можем, можем просто научиться их хорошо скрывать, но не чувствовать люди еще не научились. Омега сначала заходит на могилу к родному отцу и вытаскивает из букета несколько роз. Он помнит его, он любит своего отца, ему было шесть лет, когда его не стало. И пусть омега практически не общается с родственниками по той линии, не собирается забывать о том, кто дал ему эту жизнь. Бабушек и дедушек уже нет, остался только брат отца со своей семьей, с ними общение ограничено редкими звонками с поздравлениями в праздники и пересылкой подарков друг другу. Они жили в другом городе, поэтому даже не пересекались на приемах. Тэхён их плохо помнит, поэтому не может сказать, что скучает. По отцу да, скучает, и всегда будет его помнить. Омега смотрит на фотографию молодого альфы и грустно улыбается, воспоминания из детства мелькают перед глазами. — Я еще приду, я обещаю, — тихо говорит Тэхён и идет дальше по дорожке, сворачивая в нужную сторону. Омега сжимает в руках цветы и смотрит на большой памятник, на котором изображены улыбающиеся родители. В голове появляется реальный образ родных людей, и глаза начинает щипать. Тэхён шмыгает носом, проводит рукой по волосам, убирая с лица пряди, которые растрепал легкий ветер. — Привет, — шепчет Тэхён, смотря в глаза родных, которые изображены на мраморе. — Я пришел… Пришел, чтобы поблагодарить тебя, Джинхён, за то, что не бросил Чонгука, ты все сделал правильно и я горжусь тобой. Папа, — омега переводит взгляд на изображение Куана, — я тебе еще тогда сказал, что зря ты злишься на Чонгука, это я виноват, но ты никогда меня не слушал. Я просто хочу сказать… Прости меня, — длинные пальцы быстро смахивают слезу, омега вздыхает, — прости, что не могу стать таким, каким ты хотел меня видеть. Теперь, наверное, ты все знаешь и видишь. Надеюсь, ты не сильно во мне разочарован. Но я такой, пап, и я не согласен с вашим завещанием, со всем этим обществом не согласен. Слова легко срывались с губ, Тэхён так давно хотел их сказать, но смог открыть себя близким людям только когда их не стало. — Может, и хорошо, что ты ничего не узнал, не хотелось, чтобы ты отвернулся от меня. Не знаю, сделал бы ты это, но я боялся. И пусть то, что я собираюсь сделать, неправильно, но это мой выбор, мои ошибки. Это моя жизнь, пап. Ты был счастлив в своей жизни, я хочу быть счастлив в своей. Очень надеюсь, что у меня это получится. Мне не нужно одобрение всех этих людей, которые для меня ничего не значат. Мне хватило бы вашего и… Чонгука, — омега сглотнул. — Я люблю вас и всегда буду любить. Надеюсь, и вы меня тоже. И… я еще приеду, я обещаю. Белые лепестки слегка трогает ветер, когда они ложатся возле памятника. Тэхён проводит пальцами по прогретому июньским солнцем мрамору, разворачивается и идет в сторону выхода. Всегда после посещения этого места внутри тяжело от тоски по любимым людям, и немного легче от того, что будто увидел их, сказал что-то важное. Пусть поздно, но уже ничего не исправить. ____________________________ Тэхён был рад, что Чимин и Юнги после приема в честь беременности омеги решили устроить себе отпуск и улетели из Кореи. Они планировали месяц не появляться дома, но это не помешало другу вывести Тэхёна на разговор, когда тот в очередной раз позвонил. Сейчас семья Мин отдыхала на Ко Тао в Таиланде, затем они планировали провести неделю в Риме, потом полететь в Париж. Омега кусал губы, слушая друга, как тот рассказывал о том, какая там красота и как ему нравится этот отдых. Тэхён сразу вспоминал, как Чонгук сказал, что после свадьбы хотел куда-то улететь отдыхать, омега даже не знал об этом. Интересно, куда он хотел отправиться? Как бы прошел их отпуск? Он, наверное, стал бы настоящим медовым месяцем, как и брачная ночь стала настоящей… Но Тэхён опять отгонял эти мысли, злясь на себя, что просто не может порадоваться за друга, слушая его рассказы. Конечно, он был счастлив за Минов, всегда интересовался здоровьем будущего папочки, именно так чаще всего переводил тему, когда Чимин начинал спрашивать о Чонгуке. Друга тошнило и мутило, спасал только запах Юнги и арбузы. Почему именно арбузы, он не в курсе, но его бедный муж всегда был готов подорваться и бежать за очередным «успокоителем». Но всегда этих разговоров не получится избегать, как бы ни хотел Тэхён умолчать об этом хотя бы до возвращения друга домой. С одной стороны, он не хотел расстраивать Чимина, не хотел заставлять волноваться. С другой, понимал, что если будет и дальше молчать, а друг потом все узнает, то устроит скандал из-за того, что Тэхён ничего не рассказал сразу. Но скандала все-таки было не избежать. — Тэхён, хватит мне уже зубы заговаривать, — чуть ли не шипит в трубку Чимин, когда в очередной раз позвонил другу. — Что у вас с Чонгуком? Омега вздыхает, сидя за столом на кухне. Он сделал себе чай, стучит ложкой по стенкам кружки, этот звук разрушает тишину большого дома. Он стал совершенно пустым без Чонгука, без родителей. Тэхён все чаще ловит себя на мысли, что не хочет сюда возвращаться. Эта кухня навевает плохие воспоминания о том, как он послал Чона и уехал к Давону. Если бы он тогда просто поговорил с альфой… — Мы развелись, — прошептал Тэхён и прикрыл глаза. Тишина длилась недолго, потом он услышал громкое: — Чтоооо? Тэхён вздохнул и заговорил: — Так, давай без истерик, ясно? Я тебе еще на приеме говорил, что у нас точно не все хорошо. А на следующий день приехал Бан с документами. Я подписал, Чонгук тоже. Сейчас он уехал из дома, и насколько я знаю, находится в данный момент в Пусане. Мне звонил Сомин, уже отчитал и пожалел, сказал, что Чон пробудет у него три недели, у них там какие-то дела. А я снова выхожу замуж, в этот раз за Ли Сихвана. Ты должен его знать, владелец сети ресторанов и вдовец. Завтра он утром прилетает из Японии, а вечером мы встречаемся. Так что поздравь меня. Омега поджал губы и ждал реакции, но Чимин молчал. Было слышно только его громкое быстрое дыхание. Спустя почти минуту Мин сказал: — Прошло восемь дней с приема, какого хрена там у вас происходит?! — Чимин тихо рыкнул в трубку и продолжил: — Скажи мне, что ты натворил, что Чонгук решил все это закончить? — Я? — усмехнулся Тэхён. — Нет, не ты? Лааадно. Что он натворил? Какой смысл молчать? Что он может ответить на это? Он уже готов к тому, что Чимин не поймет и отвернется, он только переживает за его состояние и здоровье. Поэтому тихо вздыхает и рассказывает всю историю, начиная со своей течки и заканчивая утром после приема. Чимин опять молчит, а Тэхён залпом выпивает половину кружки уже остывшего чая. — Я поверить не могу, Тэ, — хрипло шепчет Чимин. — Как тебе это в голову пришло? Какого хрена ты поехал к Кану? Как, блять, ты до этого додумался? — Я злился, ясно?! — прошипел омега. — После течки мне было так плохо, я злился на то, что Чонгук меня не выслушал и ушел в гон, и опять эта боль… Я сделал то, что сделал, пусть и быстро понял, что не прав. Но все так, как есть, и не надо начинать мне вычитывать, я сам все прекрасно знаю. — Понятно, — фыркнул Чимин. — А что ты сейчас задумал? Почему ты так спокойно говоришь о новом браке? Я в жизни не поверю, что ты смирился. Тэхён постучал ногтями по кружке и сказал: — Чим, послушай меня. Я вообще не хотел тебе ничего говорить. У тебя отдых и ты ждешь ребенка, ты не должен переживать за меня. У меня все будет хорошо, ясно? Поэтому иди к своему мужу, понюхай его шею и съешь арбуз… — Вот только попробуй сейчас скинуть звонок, — крикнул Чимин, — я еще не все сказал… — А я не обязан в сотый раз все это выслушивать. Хорошего тебе отдыха, люблю тебя. Тэхён отключил вызов, а затем и телефон, и кинул его на столешницу. Сложил руки на гладкой поверхности стола и положил на них голову. Он устал выслушивать все это, устал об этом думать, больше не хочет. Свои ошибки он и сам признает, ему не нужно постоянно о них напоминать и говорить. Пусть Чимин и его лучший друг, пусть обижается, но омега тоже не железный. Ему за это имел право высказать только Чонгук, потому что это касалось их отношений, остальных он выслушивать не обязан. Надоели эти мысли, пора подумать о завтрашней встрече. ___________________ Тэхён отбросил идею одеваться на первую встречу как-то вызывающе. Все же вначале он должен не оттолкнуть, а убедить альфу в том, что он подходящая кандидатура для брака. Сихван приверженец традиций и устоев, а значит более скромный образ должен его заинтересовать больше. Поэтому омега надел белые легкие ботинки, светло-голубые брюки свободного кроя, которые просто подчеркивали длину и стройность ног, но не обтягивали их. Белоснежная рубашка свободно спадала до паха и не была заправлена в штаны, одна пуговица расстегнута сверху, рукава небрежно закатаны до локтей. Тэхён пересекает стоянку возле ресторана, где у них назначена встреча, и чуть жмурится от вечернего летнего солнца. На лице ни грамма косметики, темные волосы просто высушены и уложены феном, челка прикрывает лоб. Из украшений только часы с широким серебряным браслетом на запястье, весь образ легкий и максимально натуральный, обычно омега предпочитает более яркие цвета и аксессуары. Он волнуется, не может отрицать этого. Понимает, что, возможно, альфа хочет создать настоящую семью, пережив потерю жены, хочет крепких отношений. Но и Тэхён ничем помочь ему не может, ему все это не нужно. Поэтому заранее извиняется перед альфой и заходит в ресторан, который принадлежит Ли. Его сразу встречает администратор, молодой альфа лет двадцати пяти, и ярко улыбается. — Господин Чон, — он слегка поклонился, Тэхён кивнул в ответ. — Господин Ли уже ожидает вас. Позвольте, я вас провожу. — Буду признателен, — легко улыбается омега и следует за ним, осматриваясь по сторонам. Ресторан большой и шикарный, пусть и сделан в сдержанном стиле, но по одним деталям в интерьере понятно, что вложена сюда огромная куча денег с большим количеством нулей. Альфа подходит к темной двери, на которой висит небольшая табличка с надписью «VIP», стучит негромко и приоткрывает ее. — Прошу. Альфа опять чуть поклонился, Тэхён дернул бровью, пробормотал «Спасибо», и зашел в отдельный небольшой зал. Он был идентичен основному залу по цветовой гамме, смесь стали и белоснежных деталей. Небольшой столик на шестерых накрыт на две персоны, а со стула к нему навстречу поднимается Ли Сихван, с легкой улыбкой смотря в глаза. — Добрый вечер, Тэхён. Омега улыбается в ответ, рассматривая альфу перед собой. Да, все так, как он помнит. Высокий рост, тело крепкое, но он не отличается шириной плеч, либо мощным телосложением, просто стройный и поджарый. На нем серая рубашка и черный костюм-тройка. Пиджак висит на спинке стула, жилетка аккуратно подчеркивает силуэт, образ завершают черные брюки и ботинки. Темно-русые волосы зачесаны назад, открывая лоб, серебристые пряди разбавляют темный цвет. Широкий лоб, карие глаза смотрят внимательно и оценивающе, тонкие губы растянуты в улыбке, не открывающей зубов. Этот альфа для своих сорока пяти выглядит хорошо и солидно, излучает уверенность и силу прожитых лет. — Добрый вечер, господин Ли. Тэхён улыбается и подходит ближе, альфа тоже делает шаг и протягивает руку. — Думаю, нам стоит перейти на «ты», — спокойно говорит Сихван, — и отбросить формальности. Все же мы собираемся стать мужьями, если я не ошибаюсь. Альфа смотрит прямо в глаза, Тэхён выдерживает этот взгляд и кивает. — Ты не ошибаешься, Сихван. — Замечательно, — улыбнулся шире альфа, блеснув белоснежными зубами. — Присаживайся. Ли отодвигает для него стул, омега садится и переводит дыхание, готовясь к предстоящему разговору. Затыкает внутри совесть, которая пытается пискнуть, что он собирается еще и репутацию этого альфы замарать разводом, и делает глоток воды из высокого стакана, будто хочет проглотить это неприятное ощущение. — Как твоя поездка в Японию? — спрашивает омега, смотря на альфу, который уже сел напротив него. Нужно вспомнить годы уроков этикета и правильного поведения с альфой, которые ему проводил папа, ведь сейчас должна состояться настоящая беседа перед ненастоящим для Тэхёна браком. У него уже был настоящий, и больше ему точно не нужно. — Прекрасно, — кивает Сихван. — Я семь месяцев назад открыл там ресторан, поэтому довольно часто летаю туда. Бизнес молодой, хочется все держать под контролем, поэтому заранее прошу прощения за мои будущие частые и довольно долгие отлучки из дома. Тем более, если дела так же будут идти в гору, хочу там открыть еще один ресторан. Альфа с улыбкой смотрит на омегу, тот улыбается в ответ. — Я все понимаю и не вижу в этом ничего плохого, если человек занимается тем, что любит. Тем более, ты стараешься для своего будущего и для будущего своей семьи, поэтому не вижу в этом никаких проблем. Тэхёну хочется радостно рассмеяться от этой новости. Если альфа не находится постоянно под носом, значит, ему не придется все время играть мужа. И стоит потом обдумать, как это может в положительную сторону повлиять на его план. — Мне нравится, что ты так думаешь, — сказал Ли. — И ты просто замечательно выглядишь, не могу не отметить твою легкую и естественную красоту. — Спасибо большое, — Тэхён улыбнулся и опустил смущенно взгляд, все, как папа учил. — Я надеялся, что тебе понравится. — И ты не ошибся, — тихо сказал Сихван, затем вздохнул и продолжил: — Думаю, нам стоит обсудить то, ради чего мы встретились. Омега поднимает взгляд и кивает в ответ. — Ты знаешь, что я уже был женат, моей супруги не стало шесть лет назад. Конечно, тогда все было по-другому. Знакомство с родителями, первая встреча не наедине, все по традициям. Но понимаю, что у тебя другая ситуация, поэтому ничего не имею против, тем более мы взрослые люди. Лине было девятнадцать, когда она вышла за меня замуж, мне было двадцать четыре. Мы прожили пятнадцать лет вместе, а потом ее не стало. Из-за болезни врачи не рекомендовали ей заводить детей, поэтому я остался без наследников. Очень болезненно переживал ее смерть, но потом понял, что хочу попробовать опять. Хочу настоящую семью с детьми и радостью. Думаю, каждый имеет второй шанс на счастье. Тэхён закусил губу, скрывая грустную улыбку, и отвел взгляд. Эти слова опять заставляют засомневаться, ведь альфа правда просто хочет иметь семью и детей, но Тэхён точно не собирается ему это давать. Он — альфа, он найдет себе другого омегу, тем более позор в большей степени ляжет на Тэхёна, поэтому нужно думать о себе, а не о чужой жизни. — Я понимаю, — тихо отвечает омега и вновь смотрит на альфу. — Ты прав, каждый имеет право на счастье и второй шанс. А относится ли это к ним с Чонгуком, пролетает сразу мысль, и Тэхён вновь делает глоток воды. Но все же тут ключевое «право на счастье», и омега отобьет себе его. — Но для тебя, как я понимаю, этот брак — это условие завещания, — Сихван щурит глаза и смотрит пристально. — Ты сам готов к семье? Тэхён ждал этого вопроса, поэтому готовился на него ответить. — Я не буду тебе врать, для меня был шок, когда я услышал условия завещания. И этот брак с Чонгуком… — горло сдавило, омега медленно сглотнул, — он был просто ошибкой, мы быстро это поняли, ведь на самом деле не можем быть вместе, у нас совершенно другие отношения. Но я хочу, да. Хочу семью, хочу детей. Мне уже двадцать три года, я и так очень долго тянул с замужеством, поэтому сейчас я готов к нему. «… с правильным и нужным человеком», — остается не озвученным. Сложно было говорить, что их брак был ошибкой, но последние слова правда, с дополнением, которое омега оставил для себя. — Я рад, что ты это понимаешь, — с улыбкой сказал альфа. — И рад, что ты готов. Поэтому я хотел бы у тебя спросить, как ты видишь нашу свадьбу? Тэхён сжал пальцы под столом, воспоминания о том, как он был счастлив в тот день, когда стал мужем Чонгука, заполнили голову. — Хотел бы ты официальную свадьбу с традиционным приемом и сотнями гостей, или… — Думаю, в этом нет необходимости, — тихо говорит омега, «Я этого не переживу». — Если, конечно, для тебя это не важно. — Я с тобой полностью согласен, — спокойно ответил Ли. — И у тебя, и у меня были уже эти приемы, поэтому не вижу в них смысла. Вот что думаю я. Мы можем просто расписаться с тобой, а потом устроить праздничный прием в нашем доме в честь того, что мы стали семьей. Это не так официально и не так обязывающее. — Отличная идея, — с улыбкой покивал омега. Он был благодарен за то, что ему не придется весь день и вечер улыбаться и принимать поздравления, опять пройти все это, но уже с ненужным ему человеком. Воспоминания о свадьбе хотелось оставить только с Чонгуком. Другой у него точно не будет. — Замечательно, — сказал Сихван. — Правда, я пока не знаю, когда мы сделаем этот прием, у меня очень плотный график. Я работаю не только в Сеуле и Японии, но и по городам Кореи. — Я не думаю, что здесь необходима спешка, — спокойно сказал омега. — Ведь мы будем появляться с тобой на приемах, все итак узнают о нашем браке. Все же наше общество очень быстро получает информацию. Поэтому когда у тебя будет свободное время, я с радостью организую нам с тобой прием. — Так и сделаем, Тэхён. Теперь вопрос в том, когда мы с тобой распишемся. Что ты думаешь об этом? — Не вижу смысла тянуть, — пожал плечами омега. — Если мы уверены в том, что этот брак состоится, то к чему это? Нам не нужно организовывать огромный прием, рассылать пригласительные, ждать ответа. Нам просто нужно записаться и поставить свои подписи. Поэтому, когда ты будешь готов и у тебя будет время, мы можем сделать это. Сихван чуть задумался и отвел взгляд. Тэхён закусил губу изнутри и смотрел на альфу, ждал ответа. Ведь правда, чем быстрее это начнется, тем скорее закончится. Нужно просто потерпеть. — Думаю, через две недели, — отвечает альфа и смотрит на омегу. — У тебя будет время собрать вещи, перевезти в мой дом то, что тебе необходимо. Мы еще встретимся с тобой и лучше узнаем друг друга. К тому же у меня за эти две недели есть пара поездок в другие города. И у меня последний вопрос, а потом мы сможем сделать заказ и приступить к ужину, просто пообщаться. Скажи, а твои родные и близкие люди ничего не имеют против нашего брака? Тэхён сглотнул ком в горле, захотелось отвернуться, но он силой воли заставил себя смотреть в чужие глаза. — Нет, дядя Сомин и Чонгук ничего не имеют против, — хрипло ответил омега и прокашлялся. — Они тоже считают, что я уже взрослый и должен нести ответственность за свою жизнь, строить семью. Поэтому… Они полностью поддерживают меня. _________________________ Эти две недели Тэхён посвятил тому, что собирал вещи, думал о том, как будет жить в чужом доме и, конечно же, о том, что будет делать для того, чтобы быстрее покинуть этот дом. С Сихваном они встретились еще два раза. Один раз пообедали, в другой он отвез омегу к себе домой. Дом был чуть меньше, чем дом семьи Чон, но не намного. Работы и забот в такой двухэтажной вилле не меньше, чем в родном доме Тэхёна. Омега познакомился с дворецким, альфа одного возраста с Сихваном рассматривал будущего хозяина пристально и очень уж цепко, по мнению Тэхёна. Как будто сравнивал с прошлой хозяйкой дома. Вся остальная прислуга дома состояла только из омег. Горничные, два повара и даже садовники были омегами. Все с почтением кланялись и опускали головы, стараясь не смотреть на хозяина дома, если тот к ним не обращался. Только личный водитель Ли был тоже альфой, а также охрана дома. Они погуляли по огромному саду, который в конце июня уже радовал зеленью и прекрасным видом. Если смотреть объективно, дом и само поместье в другом конце города омеге понравились. Но он точно не собирался привыкать к этому месту, настроив себя на то, что долго весь этот фарс не продлится. Звонил Чимин. Он хотел прервать их с Юнги отпуск и вернуться в Сеул только для того, чтобы поговорить с другом, выяснить, что тот задумал и попытаться что-то сделать. Но что тут можно сделать? Как будто Тэхён не думал об этом. Если он много лет избегал замужества из-за страха позора, которым стал одержим его папа, то сейчас то, что он не девственник, уже никак не повлияет на ситуацию. Он был замужем, соответственно, девственником быть не обязан. И завещание — документ официальный, он законом прописан, как и его условия с обязательным исполнением. Как в браке с Чонгуком они опирались на закон, говоря о том, что по закону они имеют право пожениться, то и с завещанием все было точно так же. Его нельзя оспорить, если на это нет оснований, а одного «Я не хочу замуж» недостаточно, потому что по факту действует условность того, что одинокий незамужний омега должен быть пристроен, о чем и гласит завещание его родителей. Что только Тэхён ни передумал, как ни пытался найти выход без этого брака, но так и не придумал, что можно сделать. Поэтому Чимину сказал, что у него все нормально, он следует своей судьбе и воле родителей, перестал бегать от ответственности и устал бороться. А что еще он мог сказать? Чимин ждет ребенка, ему лишние нервы ни к чему. А если друг приедет и начнет выпытывать, то омега боялся сдаться, все рассказать, а еще хуже передумать. Тэхён думал о том, что было бы, если бы он просто отказался. Но тут уже пришло на помощь старое доброе право, омега за это время хорошо изучил все законы. Господин Бан является распорядителем завещания, он официально назначен родителями, поэтому ни Чонгук, ни Сомин не смогли бы повлиять на условия этого документа. Омега точно сказать не мог, потому что не слышал, чтобы кто-то отказывался от брака, но предположить мог. Как родители приводят в дом жениха, знакомят с омегой и говорят, что это твой будущий муж, так и господин Бан выбрал бы одного из альф и устроил бы брак. Кто из адвокатов пошел бы на то, чтобы оспаривать завещание? И если не брать в расчет закон, кто стал бы защищать омегу? Тэхён ни разу в жизни не слышал о судебных процессах, инициатором которых был омега. Это, на самом деле, пугало. Неужели у всех все так замечательно, и только один Тэхён не может найти своего места под солнцем. Туманная перспектива судебных тяжб и сомнительного выигрыша в финале проиграли идее о том, что просто надо стать хреновым мужем, испортить свою репутацию окончательно и, наконец, получить свободу. Также звонил Сомин. Он, на самом деле, часто звонил и очень переживал за племянника. Тоже говорил, что можно что-то придумать, а что конкретно, сам не знал. Но омега вспоминал слова Чона о том, что он теперь сам несет ответственность за свою жизнь, и отвечал, что все в порядке. Придумывать тут нечего, просто будет плыть по течению. А о своих маневрах дяде уж точно говорить не собирался. Так хотелось спросить про Чонгука, но омега прикусывал язык и молчал. Но Сомин сам сказал, что Чон из Пусана улетел в Европу, оформляет большой заказ материалов для строительства нового детского развлекательного центра, который заказали их фирме. Омега не хотел слушать, это было больно, но и не останавливал. По словам Сомина, Чонгук не хочет возвращаться в Сеул, оттягивает этот момент, а потом альфа фыркнул и сказал, что он идиот и просто бегает от проблем. Тэхён хмыкнул. Он тоже всю жизнь бегал, в этот раз решил встретиться с реальностью лицом к лицу, и попытаться решить свои проблемы самому. ________________________ Семь пропущенных звонков от Чонгука. Вот о чем думал Тэхён, когда ставил подписи в документах, которые его официально сделают Ли Тэхёном, мужем Ли Сихвана. Рука дрожала, но омега уверенно сжал ручку в пальцах и твердо вывел свою подпись, указывая на время потерянную фамилию «Чон». Он очень рассчитывал на то, что потеряна она не на долгий период времени. Милая омега, которая с улыбкой смотрела на пару и объявляла их мужьями, раздражала своей искусственной улыбкой. Сихван уверенно принял кольцо от Тэхёна, рука омеги слегка дрожала, когда холодный драгоценный металл коснулся безымянного пальца. Он вспоминал кольцо Чонгука, которое сейчас лежало во внутреннем кармане пиджака, и думал о том, куда дел свое обручальное кольцо Чон. Он, по-любому, снял его, но где оно сейчас? Тэхён только перед поездкой положил кольцо в карман, снимал перед встречами с Ли, но всегда надевал, будто так Чонгук поддерживает его. Глупо, но Тэхён об этом не задумывался. Зачем звонил Чонгук? Вот о чем думает Тэхён, когда кольца надеты, их поздравляет омега, сверкая выбеленными зубами, а Сихван подходит ближе и прижимается губами к губам Тэхёна. Одну руку кладет на талию, нажимает несильно сквозь тонкую ткань рубашки. Омега зажмурил глаза, не может привыкнуть к этому древесному запаху, он так скучает по шоколаду… Что хотел сказать ему Чонгук? Вот о чем думает Тэхён, когда они вместе с Сихваном едут в один из его ресторанов, в котором решили отпраздновать то, что стали мужьями, стали семьей. Омега даже не воспринимает это как факт, внутри настроив себя на то, что все это не по-настоящему. В первый раз, когда он хотел устроить фиктивный брак, он стал настоящим для него, потому что альфа рядом был самым необходимым, самым лучшим. А сейчас, когда вроде брак стал настоящим, только Тэхён понимает, что это не так. Никогда не станет реальностью, он сделает все, что понадобится, лишь бы избавиться от этого кольца, от этой фамилии, от этого альфы. Тем более, после звонков Чона, мысли только о нем. Зачем он звонил? Молчал все это время, все три недели, а тут решил позвонить. Вчера, когда Тэхён уже лег спать и перед сном просматривал условия поступления в университет в следующем году, имя «Чонгук-и» высветилось на дисплее. Тэхён даже отбросил телефон, с испугом смотря на него. Не мог продохнуть, он точно этого не ожидал. Вызов был завершен, но через пару минут снова звонок, и снова Тэхён просто смотрит на любимое имя, но брать трубку он не собирается. Омега идет к тому, что он задумал, а если сейчас услышит родной голос, то разревется и попросит ему помочь. Попросит забрать, сделать хоть что-нибудь, только не допустить этого брака. Но Чонгук ясно сказал, что не будет больше участвовать в его жизни, уехал из города, и омега не собирается с ним разговаривать. Деловых вопросов у них нет, все можно решить через господина Бана, поэтому что бы это ни было, Тэхён старается об этом не думать, но ночью практически не спит. Но сегодня он опять звонил, звонил четыре раза. Вот о чем думает Тэхён, когда они с Сихваном заходят в шикарный ресторан. Это уже другой, омега еще здесь не был. И вообще только недавно узнал, что у его новоявленного мужа пять ресторанов в Сеуле, три в Пусане, два в Тэгу, один в Японии, и он собирается в следующем году открыть там второй ресторан. Это мало волновало, уже и альфа этот мало волновал с его планами и надеждами, когда в голове только Чонгук и его звонки. Разговоры ни о чем, какие-то планы на будущее, вроде Тэхёна хотят отвезти куда-то и познакомить с родственниками. Омега кивает, пережевывая салат, и смотрит в стол немигающим взглядом. Зачем он звонил? Почему решил появиться? Это бесило так же сильно, как и волновало, переворачивало все внутри. Почему сейчас? Было больше трех недель для того, чтобы связаться и что-то обсудить. Зачем перед свадьбой и в этот самый день? Что еще тут можно сказать? Тэхён лишь услышал, что через три дня Сихван уезжает в другой город на четыре дня, потом он вернется, потому что они приглашены на важный прием в честь чьего-то дебюта. Омега кивает и говорит, что все понял, невидящим взглядом смотря на своего мужа. Вдруг эта мысль бьет в голову, и Тэхён сглатывает, думая о том, что будет, когда они вернутся домой. У них же первая брачная ночь… Тэхён достает свой телефон из бардачка в машине, куда закинул его, когда Ли забирал его из дома перед росписью. Он снял блокировку и увидел два уведомления от Чонгука, два сообщения. Первое пришло еще в то время, когда они ехали заключать брак, второе пришло в то время, когда они уже были в зале для заключения брака. Тэхён резко выдыхает и жмурит глаза, руки дрожат, а слезы начинают застилать глаза. Тэ, мороженка, прости меня и возьми трубку. Позвони мне. Я так не могу, не делай этого, мы все исправим. Тэхён, пожалуйста, позвони мне. — Что с тобой? — Ли кинул взгляд на Тэхёна, который начал дышать чаще, прикрывая рот рукой. — Тэхён, ты в порядке? В ушах шум, а перед глазами пелена из слез. Он быстро вытирает лицо, шмыгает носом, и врет, не смотря на альфу: — Просто мой друг сейчас в отпуске в другой стране. И он ждет ребенка. Написал, что плохо себя чувствует, а я очень переживаю. Ты же понимаешь, первые сроки беременности самые опасные. Сихван кивает, следя за дорогой. — Конечно, понимаю. Они не должны были ехать куда-то в эти сроки, это очень опасно. О чем думал его альфа? — Они просто хотели отдохнуть, ведь потом будет ребенок и не будет долго такой возможности. — Это не оправдание, — фыркнул альфа, не смотря на Тэхёна. Омега сверлит глазами эти два сообщения и просто не знает, что ему делать. Это не может быть правдой. Почему сейчас? Почему не вчера, не два дня назад? Он злится на Чона, злится на то, что тот вообще начал писать и звонить ему. Ведь Чонгук хотел исключить его из своей жизни? Он это сделал, омега ни разу не набрал его номер за эти три недели, хотя так хотелось услышать его голос. Теперь уже поздно что-то менять, у него кольцо на безымянном пальце и другая фамилия. Поэтому Тэхён открывает их диалог и печатает: Я замужем, Чонгук. Не пиши и не звони мне больше. _________________________ Машина припаркована возле дома, водитель забирает ключи у Сихвана, чтобы отогнать ее в гараж. Тэхён, как в прострации, идет рядом с альфой, думая о том, что ему написал Чонгук, и что он на это ответил. А что еще ему написать? Уже поздно, дело сделано, и сейчас омега не может сказать, что передумал, что ему это не нужно. Он уже замужем, он не хочет видеть Чона, не хочет думать о нем, потому что это больно. Зачем все это? У Тэхёна сейчас своя жизнь, свой план, и он не собирается от него отступать. Никто ничего не сделает, все по закону, все так, как и должно быть. Только финал омега видит другой. Он выполнил условия завещания, он ничего не потеряет, кроме нового мужа и репутации, а на них ему глубоко наплевать. Нет причин уже завтра подать на развод, ведь желание поверить Чону очень огромное. Что такого произошло за эти двадцать три дня, что слова о том, что он устал и хочет строить свою жизнь без Тэхёна сменились на «мы все исправим»? Ничего они не исправят, сейчас омеге бы подумать о том, что они заходят с Ли в дом и поднимаются на второй этаж, где его ждет первая брачная ночь с альфой, которого он не любит, не хочет и тот не вызывает в нем никакого желания в принципе. Ни физического, ни морального быть рядом. Но перед глазами пляшут буквы из сообщений от Чонгука, и Тэхён сжимает телефон в руке с такой силой, что ладонь начинает болеть. Они заходят в спальню, омега поднимает голову и начинает осматриваться по сторонам. Это не похоже на хозяйскую спальню. Комната хоть и большая, но точно не жилая, нет ощущения, что здесь кто-то живет или проводит время. Все обезличено, нет фото, картин, личных вещей или одежды Ли, спальня похожа на гостевую комнату. Только в углу, возле шкафа, стоят несколько сумок Тэхёна с одеждой и личными вещами. Омега хмурит брови и с непониманием смотрит на альфу. Тот стоит недалеко от двери, пока Тэхён шагает медленно по спальне, окидывая ее взглядом. — Остальные твои вещи на первом этаже, — спокойно говорит Ли. — Комната обустроена, но если что-то захочешь поменять на свои вещи, я против не буду. Сейчас уже поздно, но завтра служанка тебе поможет разобрать вещи, если это необходимо. Теперь это твоя спальня. — Моя? — удивленно спрашивает Тэхён, быстро моргая и смотря на Сихвана. Альфа усмехается как-то неприятно, складывает руки на груди и говорит: — А что, ты хочешь спать со мной? Хочешь общую спальню? Может, еще и сексом хочешь со мной заняться? Ли скользит взглядом по телу омеги, тот сглатывает и не понимает, что происходит. — Но я думал… — Давай кое-что проясним, Тэхён, — голос изменился, стал твердым и сухим, таким тоном отдают приказы. — Я прекрасно понимаю, что ты этого брака не хотел, но завещание родителей не оставило тебе выбора. Поэтому ты теперь мой муж, им и останешься. Скажу сразу, я любил свою жену и никого в жизни больше не полюблю, никто больше не достоин этих чувств от меня, она была самой прекрасной, нежной и доброй омегой. То, что представляешь из себя ты, мне не нравится. Твоя репутация уже испорчена браком со сводным братом, для меня это мерзко и неприемлемо. Скажи, ты с ним спал? Тэхён сглотнул, смотря в прищуренные карие глаза, которые потеряли любой намек на доброту или лояльность. — Можешь не отвечать, — фыркнул Ли, скривив губы, — и так все понятно. Не разделяю всеобщего восхищения твоей внешностью, ведь тебя называют чуть ли не самым прекрасным омегой нашего общества. Как по мне, твоя внешность вызывающая и выглядит дёшево, слишком ярко и пошло. Поэтому будь добр, не вздумай краситься, а то будешь похож на шлюху. Не скажу, что ты меня сильно возбуждаешь, да и после Чонгука как-то не хочется к тебе прикасаться. Поэтому если мне нужен будет секс, я найду куда пойти. Могу, конечно, и к тебе приходить, но на тебя у меня другие планы. Да, я хочу семью, но мне не нужен омега. Моя омега уже умерла, а другие ей в подметки не годятся. Но зато ты можешь мне родить детей, именно это мне и необходимо. Мне нужны наследники, нужен тот, кто продолжит мой род. И ты мне их родишь. Ты молодой, крепкий и сильный омега, а мне нужно минимум трое детей. Тэхён не мог поверить своим ушам. Он совершенно не понимал, что происходит. Его унижают и оскорбляют, смешивают с грязью во имя той, кто была до него. От слов о том, что у него только одна задача — рожать детей, начало тошнить. Тэхён усмехнулся и сказал: — Как-то ваши слова изменились после того, как мы стали мужьями, господин Ли. До этого вы говорили, что хотите семью, а по факту вам просто нужен тот, кто будет рожать наследников. И если вы считаете, что я такой мерзкий, почему выбрали меня? Ведь вы могли найти достойного омегу. — Ты меня не слышал? — фыркнул Сихван. — Достойных нет, была только моя Лина. Да, я мог взять омегу и помоложе, и внешностью для меня поприятнее. Но любить я никого не собираюсь, мужем буду номинально, а ты как раз подходишь для такого отношения к себе, — тонкие губы искривила усмешка. — Именно так я и думаю. Так что, можешь ждать меня в своей спальне в течку, в эти дни я точно никуда не уеду и не уйду. И если мне понравится, то может и в гон к тебе приду. А у тебя теперь только одна обязанность — быть прилежным омегой. Следить за домом, улыбаться на приемах, держать меня под руку и говорить как ты счастлив со мной. — Серьёзно? — фыркнул Тэхён, подошел к кровати и кинул на нее телефон. — Вы сейчас меня описали как слугу, а не как мужа. — Скажи спасибо, что я вообще согласился на этот брак, — раздраженно кинул Сихван. — От тебя открыто отказываются альфы, считают недостойным. То, что я взял тебя в мужья, дает еще надежду на то, что у тебя есть шанс отмыться от позора прошлого брака. Веди себя так, как подобает вести омеге высшего общества, не расстраивай меня и не вздумай опозорить мою фамилию, иначе можешь пожалеть. — У меня и в планах такого не было, — сладко улыбается Тэхён, смотря в холодное и такое сейчас неприятное лицо. — Но и мне не нравится, когда меня смешивают с грязью, молчать на это я не собираюсь. — Придётся, — тихо говорит Сихван. — Плохо тебя папа научил. Ты — омега, ты — мой муж, а это значит, что мое слово в этом доме — закон. Или ты думал, что происходит как-то по-другому? Не перечь мне, мальчик, и мы поладим. ________________________ Тэхён лежал на кровати в своей новой спальне и смотрел в потолок. Ощущения от этого дня очень странные. Мысли о Чонгуке, его звонках и сообщениях, омега отгонял, как мог, потому что ему и так было что обдумать. То, как изменился Сихван после заключения брака, удивляло и напрягало. Вот так и происходит, да? Пусть не всегда и не у каждого, ведь есть на самом деле счастливые семьи и хорошие альфы, но бывает же и так. Когда тебя, молодого омегу, забирают из семьи, твоим мужем становится малознакомый альфа, который потом говорит, что ты в этом доме только для того, чтобы следить за хозяйством и рожать детей. Не расстраивай мужа, не перечь, улыбайся и играй, чтобы не расстроить альфу. Тэхён в шоке от того, как бывает обманчива внешность, как можно провести хорошими словами и доброй улыбкой. Но и сам омега играл, почти все время врал, особо не вникая в то, что говорит Сихван. И даже уже успел пожалеть этого альфу, ведь думал, что тому нужна настоящая семья. А тут оказывается играли оба. Только Ли о его игре не подозревает и правда думает, что омега будет слушаться и благодарить за то, что тот типа спасает его репутацию. Тэхён усмехнулся, прикрывая глаза. И также не подозревает, что омега эту репутацию еще больше хочет подпортить, чтобы вообще больше никто не захотел с ним брака и его, наконец, оставили в покое. Осталось узнать, какая будет реакция у его мужа, когда Тэхён начнет себя вести не как примерный омега. Уже понятно, что он будет очень недоволен, но сколько он продержится? Потому что слова о том, что в течку он придет к нему, не дают нормально расслабиться. Тэхён конечно же рад, что альфа, по его словам, не хочет его, ведь в противном случае, он уже этой ночью был бы с ним, и омега не мог бы ему отказать, как мужу. Но течка — это не просто секс. Забеременеть в это время огромная вероятность, а этого в планах Тэхёна точно не было. До следующей течки чуть меньше двух месяцев, а это значит, что нужно действовать быстрее. Ведь Сихван придет и сделает то, что обещал, омега в этом не сомневался. Вся ситуация казалась странной, запутанной и неприятной. Они оба лгали и имели свои цели в этом браке, и при этом цели эти были полностью противоположные. Омега хотел, чтобы он как можно быстрее закончился, альфа же видел в Тэхёне того, с кем останется до конца и тот будет рожать ему детей. Надо выпутываться из этого как можно быстрее, осталось узнать, какие будут реакции у его мужа на поведение омеги. Чонгук больше не писал и не звонил. Хотелось набрать его номер, услышать его голос, но причина все та же — Тэхён боялся сорваться. Ведь сразу же захочется к Чону, а сейчас отступить нет уже возможности. Может, когда все это закончится, они встретятся и поговорят, кто знает. Интересно, вернулся Чонгук уже из Европы? И что он имел ввиду, написав «Мы все исправим»? Хотел опять как-то уберечь от нежеланного брака? Или это касалось именно их отношений? Что они могут все исправить, поговорить. Это казалось полным бредом, ведь если бы Чонгук хотел, то мог просто приехать. Или не мог? Тэхён не знает, что ему думать. Хотелось позвонить Сомину и узнать, где сейчас Чонгук. Но Тэхён откинул телефон и отвернулся в другую сторону. Он сам разберется и помощи просить больше не будет, даже у Чонгука. Альфа ясно дал понять, что устал быть тем, кого используют, поэтому Тэхён пытается заткнуть эти мысли и поджимает губы. Снова уходит глубоко в себя, где как обычно, рисует картинки того, что могло бы у них быть, если бы все сложилось по-другому. Только это у него и остается. ________________________ Очень странно было привыкать к новому дому, к новой жизни. Все здесь казалось не таким, как нужно, все отталкивало. Слуги — омеги слушали его, опустив голову и кивая. А когда он просил посмотреть на него, их глаза испуганно расширялись. Тэхён не понимал такой реакции. У них дома к персоналу относились с уважением к их работе, многие годами работали, а потом и их дети приходили, заменяя родителей. Но здесь только дворецкий и водитель чувствовали себя, как дома. Пак Джихан, дворецкий, смотрел будто свысока, неприятно кривя тонкие губы. Маленькие черные глазки смотрели с неприязнью, чуть ли ни с ненавистью. Тэхён рассматривал его безразличным взглядом, раздавая сухим тоном указания, на что тот фыркал и пытался говорить, что так не делается у них в доме. Тэхён не забывал напоминать, что это теперь и его дом, а если его что-то не устраивает, пусть обращается к его мужу. Кидал насмешливо «Выполняй» и уходил в свою комнату. С Сихваном были натянутые отношения. Они виделись за завтраком, потому что Ли требовал присутствия Тэхёна, омега не должен спать, когда муж уходит на работу, а сразу обязан встать и заниматься домашними делами. А потом они встречались на ужине, естественно, омега его пропустить не имел права. Все это было сказано уже в первую неделю тоном, который не приемлет противоречий, на что Тэхён стиснул зубы и еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Его такое отношение оскорбляло и унижало. Он на самом деле стал тем, кем стать всю жизнь боялся. Омегой, которого выдали замуж за нелюбимого и нежеланного альфу, и тот в свою очередь сделал его еще одной прислугой, только статус за Тэхёном был официальный и поддерживался высоким положением. А по факту ты должен прислуживать мужу, который считает тебя просто телом для продолжения рода и как аксессуар может выводить в свет. Такое положение омегу не устраивало. Его раздражал Сихван и его высокомерные взгляды, недовольно поджатые губы и безразличное лицо. Поэтому когда альфа уехал на четыре дня, как и говорил, в другой город, омега выдохнул. Пусть и оставался дворецкий, который буквально следил за каждым шагом Тэхёна в доме, а если он собирался в город, то водитель докладывал Ли куда именно едет его муж, омега был уверен в этом. Это давление напрягало, он чувствовал себя, как в клетке, привыкший к большей свободе. Все познается в сравнении, и теперь Тэхёну было с чем сравнить. То, что его не устраивала прошлая жизнь сейчас казалось глупым, он чувствовал разницу, и на вторую неделю понял, что тянуть больше не собирается, иначе задохнется. _________________________ Тэхён лежит на животе на своей кровати и выводит аккуратно эскиз очередной модели. Только рисование его сейчас отвлекало от постоянного напряжения и давления, которые, казалось, подступали со всех сторон в этом доме. Пусть Сихвана и не было уже четыре дня, он уехал в другой город, но были те, кто за него хорошо справлялся с этой задачей. Чимин должен вернуться через три дня, они списывались и созванивались, и Тэхён врал, что у него все хорошо. В первую очередь, он не хотел расстраивать друга. Омега чувствовал себя не очень хорошо, в Париже даже пришлось обратиться в больницу, потому что тошнота не уходила, не давала нормально жить. Угроз никаких не обнаружили, просто сказали, что это время первого триместра нужно пережить, но Юнги переживал очень сильно, как и Тэхён. Поэтому он молчал, боясь представить реакцию беременного омеги на то, что его друг буквально стал заложником обстоятельств. Тэхён так и не рассказал о своих планах о прекращении этого брака, решив, что Чимина это не касается. Никак помочь он не сможет, а будет только больше переживать. Переживал и Тэхён. Он совершенно не ожидал, что Сихван окажется именно таким властным диктатором, все больше поражаясь, насколько люди скрывают свою сущность и умеют пустить пыль в глаза. Хотя, чему тут удивляться? Тэхён сам такой, всю жизнь играет и врет, скрывает себя настоящего, чтобы в обществе видели то, что хотят видеть. И только за закрытыми дверьми показывают то, какие они на самом деле. Конечно, не все такие. Есть те, кто не играет, те, кого их жизнь полностью устраивает. Такими были его родители, такие Чимин и Юнги, которым посчастливилось найти друг друга. И таким является Чонгук. Он не играет, он живет свою жизнь, чувствует и говорит все, как есть. Всегда мысли об этом альфе приносят боль и тоску, но Тэхён даже не пытается выкинуть его из головы. Чонгук — его поддержка. Пусть не наяву, а только внутри, но мысли о нем в такой же степени тяжелы, в какой и придают сил. Дверь в спальню открывается, Тэхён оборачивается и удивленно смотрит на Сихвана. Тот прикрывает за собой дверь и смотрит на омегу, который лежит на кровати, глаза сверкают раздражением и злостью. — Ты… Ты уже вернулся? — тихо спрашивает Тэхён, откладывая карандаш. — Я думал, что ты приедешь завтра. — А что, я должен докладывать, когда возвращаюсь в собственный дом? — с раздражением говорит альфа, обходит кровать и встает рядом. — Я вернулся, и что вижу? Он смотрит на листки с эскизами, которые разложены перед омегой. Тэхён начинает подниматься, чтобы сесть, и спрашивает: — А что не так? — Что не так? — фыркает Ли, его челюсть напряжена. — Ты чем занимался все эти дни? — Тебе разве не докладывают о каждом моем движении в этом доме и за его пределами? — с усмешкой спрашивает омега, смотря прямо в злые глаза. — Не дерзи мне, мальчик, — выплевывает Сихван. — Это тебя не касается. Я полчаса нахожусь дома и понял, что мой муж нихрена не хочет делать. На ужин нет распоряжений, сад не проверен, ты не контролируешь работу садовников. У меня на столе стопка не разобранных приглашений, на которые ты должен был ответить. Закупка продуктов не сделана, как и не проверена уборка дома. — А что, твои слуги не умеют делать свою работу? — наигранно-удивленно спрашивает Тэхён. — Я все сказал Джихану, как и каждое утро. Он здесь для чего вообще? Разве не для того, чтобы следить за слугами? Он за это деньги получает. — А ты здесь для чего? — тихо шипит Сихван, наклоняясь вперед и приближая свое злое лицо к лицу омеги. — Ты как бесполезное дополнение ко мне, а мне в доме такой омега не нужен. Если тебя родители ничему не научили, то учить буду я. — Не трогай моих родителей, — сквозь зубы говорит Тэхён, не отводя взгляда. Сихван фыркает ему в лицо и хватает эскизы, сжимая в кулаке. — А кто же тогда виноват, что их сын ни на что не годен. Может, ты только ноги умеешь раздвигать перед своим братом. — Заткнись! — рявкает Тэхён, начиная быстрее дышать. Ли двумя руками рвет листки с эскизами, не отводя взгляда от омеги. — Чтобы я этого больше не видел, — холодным тоном говорит альфа и кидает омеге в лицо обрывки эскизов. — Ты должен заниматься тем, для чего здесь находишься. Иначе я найду, как воспитать тебя, поверь мне. — Не трогай мои вещи, — голос дрожит от злости, Тэхён еще ближе приближает лицо к лицу альфы и сжимает кулаки. — Не смей оскорблять мою семью и меня. Я не твоя собственность. — А вот здесь ты ошибаешься, — неприятная усмешка кривит губы. — Нет у тебя никакой семьи, есть только я и мое слово, против которого ты не имеешь права что-то сказать. Ты мой муж, мой омега, а ключевое слово «мой». Поэтому твоей жизнью буду распоряжаться я. И ты будешь делать все, что я тебе скажу. А не будешь слушаться, то узнаешь, что сейчас я очень добр к тебе. — Отвали от меня, — рычит Тэхён. — И в задницу себе засунь свои приказы. Омега двумя руками толкает Ли в грудь, чтобы тот отошел от него, такая близость и этот древесный аромат очень неприятны и раздражают. Сихван перехватывает одно запястье, второй рукой сжимает футболку на груди Тэхёна, тянет на себя и вплотную приближает их лица, их носы соприкасаются. — Тебе бы научиться молчать тогда, когда не стоит открывать свой рот, — рычит в чужие губы альфа и смотрит в расширенные карие глаза. — Твое положение в этом доме зависит от меня, помни об этом и не зли меня. — Да пошел ты на… Резкий удар, щеку обжигает дикой болью от пощечины. Тэхён вскрикивает и дергается, но его крепко держат за футболку, не дают отодвинуться. Слезы брызнули из глаз, омега быстро моргает, чтобы сфокусировать взгляд. Он мелко и быстро дышит, стиснув зубы от боли. — Повтори, что ты хотел сказать? Голос сухой, а взгляд безразличный, кажется, ни один мускул не дрогнул на холодном лице Сихвана. — Ты не имеешь права так обращаться со мной, — тихо говорит Тэхён. — Я не твоя собственность. — Лучше замолчи… — Я не собираюсь молчать, — крикнул Тэхён. — Еще раз ты меня ударишь, и я пойду в полицию. Ли пару раз моргнул и громко рассмеялся. Омега сглотнул, смотря на то, как неприятно блеснули белоснежные зубы в этой дикой усмешке. — В полицию? — насмешливо фыркнул альфа. Он крепче сжал в руке футболку, ворот впился в шею. Тэхён схватился руками за его кулак, который сжимал тонкую ткань, потому что дышать стало сложнее. — Да кто тебе поверит, омега? — и вновь холодное лицо, а взгляд пробивает властью и злобой. — Я взрослый, уважаемый альфа с толпами адвокатов за спиной. А ты просто омега, причем с плохой репутацией. У тебя нет никаких доказательств того, что я ударил тебя. Поэтому когда тебя из полиции отправят обратно домой, я буду ждать тебя здесь. Это не сможет стать причиной развода, потому что ты ничего не докажешь. Твое имя по сравнению с моим ничто. Ты ничто без своих родителей, их влияния и связей. Без своего любимого братика и дяди, который вообще в другом городе. Все бросили тебя, и у тебя есть только я, и именно ко мне тебя обратно приведут, потому что я по закону твой муж. Рука сжимается еще сильнее, Тэхён открывает рот, чтобы сделать судорожный вдох. — Поэтому закрой рот и делай то, что я тебе сказал, — сквозь зубы говорит альфа. — Иначе твоя жизнь станет не такой спокойной, какой она была эти почти три недели. _________________________ Тэхён думает, и очень много. Нужны доказательства, в этом Сихван полностью прав. Ведь все так, как и думал омега. В этом мире, где правят альфы и имеют больший авторитет, никто не поверит омеге. Ведь как все выглядит со стороны. Ли Сихван уважаемый альфа из высшего общества. В прошлом идеальный семьянин, который пятнадцать лет прожил в браке и потерял любимую жену. Его бизнес огромен, он имеет большое влияние в их обществе, имеет нужные связи в любой структуре. Он взрослый, самодостаточный, авторитетный и с идеальной репутацией. И в противовес ему Тэхён, омега из высшего общества, у которого и до брака с Чонгуком была сомнительная репутация из-за того, что он избегал брака, а после брака со сводным братом она стала еще хуже. Его словам просто не поверят, примут это за взбалмошный характер и нежелание уважать своего мужа, ведь всем понятно, что Тэхён точно не идеален. Со стороны все будет выглядеть так, будто омега хочет очернить благородного альфу, который несмотря на репутацию Тэхёна, взял его в мужья в надежде построить семью. Его даже не смогут обвинить в том, что он пошел на это ради наследства, которым была компания Джинхёна, потому что они уже подписали отказ в пользу Чонгука. И вот получается, что Тэхён в проигрышной ситуации. И даже если он сейчас начнет звонить своим близким людям и они ему поверят, то ничего сделать не смогут. Ведь доказательств нет, нет причин на расторжение брака, ведь в их мире, в их обществе причина для этого быть должна. Здесь не бегают разводиться просто потому что захотелось, а развод с Чонгуком еще больше подкосил в этом плане положение омеги. Ведь опять же все увидят, что проблема в омеге, а не в альфе, раз он является инициатором развода без каких-либо причин. Значит, Тэхён достанет доказательства. Еще нужен адвокат. Самый лучший адвокат, который будет отстаивать его права и добьется развода. Сразу же вспомнился Намджун, но звонить ему Тэхён точно не будет. Он друг Чонгука, а значит Чон сразу же будет в курсе. Они больше не связывались после того, как омега написал, что замужем и попросил не звонить. Но как же хотелось опять услышать голос альфы, попросить приехать и забрать его из этого дома. Но проблема в том, что пока нет причин для развода, возвращаться Тэхён будет обратно в этот ненавистный дом. Да, омега испугался. На самом деле испугался, он даже не предполагал, что Сихван поднимет на него руку. Он понял, что у альфы мерзкий диктаторский характер, но даже не задумывался о том, что тот может ударить его. Тэхёна никто и никогда не бил, пальцем не тронул в грубой форме, он по определению в своей семье не знал, что такое насилие. Это не значит, что он не задумывался об этом, когда думал о том, что браки в их обществе заключаются чаще всего из соображений выгоды и договоренностей, а не по взаимным чувствам. Но когда это лично не касается тебя, то ты не будешь думать об этом постоянно, либо сильно волноваться по этому поводу. Но сейчас Тэхён думает. Думает о том, сколько же омег могут жить с такими тиранами, которые их ни во что не ставят, а если им что-то не нравится, то могут ударить. Ведь на приемах и на сборах омег все сидят и улыбаются, делятся рецептами и решают вопросы их общества, но никто не знает, что происходит за закрытыми дверьми. Искать адвоката в их городе казалось глупой идеей. Ведь все ведущие адвокаты состоят в одном высшем обществе, все знают и Тэхёна, и Сихвана. И если омега попытается с ними связаться, кто может дать гарантии того, что они не свяжутся с Ли и не расскажут о том, что задумал его муж. Омега не знал, кому верить, казалось, верить нельзя никому. Сейчас все улыбки стали казаться еще более фальшивыми и лицемерными, когда ты понимаешь, что без достаточной базы доказательств просто твоим словам никто не поверит. Найти адвоката в другом городе тоже сложно, но это самый оптимальный вариант. И еще усложнялась задача тем, что практически все они альфы. С омегой в этом деле было бы работать проще, но, как известно, таким делом, как адвокатура, омеги практически не занимаются. Но Тэхён искал, перерывал сайты, искал прецеденты разводов, где причиной было домашнее насилие, и нервно смеялся, когда не мог найти таких дел. Этого просто быть не может. Неужели все, кто живет такой жизнью, так боятся открыть рты, так запуганы такими понятиями, как «позор» и «развод», что готовы терпеть? Неужели так глубоко родители впихивают в своих детей принципы того, что «один альфа — один брак», а ты живи и делай своего мужа счастливым, что омеги боятся выделиться в их обществе и отстоять свои права? Потому что Тэхён отказывался верить в то, что он единственный такой, кто вышел замуж за альфу, который считает нормальным бить омегу. _____________________ Тэхён выполнял то, что от него требовал Сихван, тщательно продумывая свои дальнейшие действия. Они общались по необходимости, а от холодного, колкого взгляда альфы всегда передергивало. Не было ни извинений, ни попытки как-то наладить общение, Ли не считал себя в чем-то виноватым, видимо считая, что правда и власть на его стороне. Однажды он только сказал: — Все в твоих руках, Тэхён. Ты можешь жить припеваючи в моем доме и на мои деньги, иметь все, что захочешь. Одежду, драгоценности, машину, путешествия. Все, что тебе нужно сделать — это заткнуть свой никому не нужный бунтарский характер, слушать меня и улыбаться. Быть приветливым омегой, говорить, как ты счастлив со своим мужем. Быть тем, кем тебе положено быть. И тогда проблем у нас не будет. Проблему создаешь ты. Но поверь, я смогу ее решить, если ты не прекратишь вести себя не как омега из высшего общества, то я смогу выбить из тебя твои тупые замашки. Тэхён сглотнул при слове «выбить», смотря на усмешку альфы, развернулся и пошел к лестнице, чтобы вернуться в свою комнату. Ну да, все, что ему нужно сделать — это отказаться от себя, прогнуться под того, кто его не уважает и ни во что не ставит, стать заложником и просто красивым аксессуаром, который действует по указке, говорит по указке, живет так, как ему разрешат жить. Тэхён бежал от этого всю свою сознательную жизнь, и останавливаться точно не собирается. У него это стало уже делом принципа. Ему хотелось размазать репутацию Сихвана, показать, что не только альфы что-то могут в этом мире, запихнуть ему в глотку документы о разводе. Потому что то напряжение, в котором омега прожил этот месяц, как муж Ли Сихвана, постоянно давило и разрывало изнутри, переходило в злость. Постоянные пристальные взгляды прислуги, будто за ним наблюдают сутки напролет, и никто рядом не считает его живым человеком, имеющим право на свое мнение, свои решения, свою жизнь. Мины вернулись из отпуска, и конечно Тэхён не мог отказать Чимину, когда тот попросил к нему приехать. Звонок Сихвану для того, чтобы попросить разрешения на поездку к другу, бесил и злил так сильно, что слова буквально царапали язык, когда омега озвучивал эту просьбу. Ли дал свое согласие, сказал, что водитель его отвезет, подождет и привезет обратно, ведь Тэхён должен дать распоряжения насчет ужина до возвращения Сихвана домой. Это убивало морально, омега ощущал на самом деле себя вещью, у которой нет своей свободы. Но он точно не собирался ничего говорить Чимину, потому что другу был прописан постельный режим, а Юнги уже проклинал себя за то, что слушал своего мужа, слушал его просьбы не прерывать отпуск. Чимин был уверен, что все будет хорошо, ведь врачи сказали, что с ребенком все отлично, а период токсикоза просто нужно пережить. Тэхён говорил, что у него все хорошо, стараясь улыбаться как можно естественнее. Сразу предупредил, чтобы друг не поднимал тему Чонгука, иначе он уйдет. Говорил, что привыкает и на самом деле устал бороться с тем, что ему просто неподвластно. Он видел сомнения в глазах друга, но правда точно расстроит его еще больше. Поэтому просто попросил рассказать о том, как прошел их отпуск, они смотрели фотографии и видео, пока Сихван не позвонил Тэхёну и не сказал, что ему пора возвращаться домой. Омега поджал губы и улыбнулся, обещал еще приехать как будет время, а в машине, сидя на заденем сиденье, быстро вытирал слезы, вспоминая взволнованный взгляд друга, который, кажется, не верил ни единому слову Тэхёна. Но скоро все закончится, омега уверен. И пусть для Чимина будет шоком то, что задумал его друг и как он жил, но это будет потом. Потом, когда он избавится от Сихвана, и снова сможет вдохнуть свободно. ______________________ — Я не успеваю вернуться домой до приема, — говорит Сихван, а Тэхён кусает нижнюю губу, прижимая телефон к уху. — Костюм мне привезет водитель, поэтому я приеду сразу же на прием из офиса. Там тебя встречу. Не забудь, начало в восемь, будете выезжать в половину, не вздумай опоздать. — Да, я помню, — отвечает омега, стиснув зубы. — Не волнуйся, я приеду вовремя. — Очень надеюсь, — кинул альфа и завершил вызов. Тэхён откинул телефон на кровать, постучал пальцами по бедру и посмотрел на свой шкаф. Ну что, пора начинать. ______________________ Он и правда не опоздал. Водитель заглушил двигатель возле огромного дома, в котором сегодня был прием в честь дебюта очередного девятнадцатилетнего омеги, а Тэхёну его уже заранее жалко. Он посмотрел на часы на своем запястье, стрелки показывали без десяти восемь. Омега очень жалел, что из-за нестабильного состояния Чимин не сможет сегодня присутствовать, и очень надеялся, что Чонгука не будет здесь. Иначе он не выдержит, не сдержится и просто сбежит отсюда, утащив Чона с собой. Так вновь хотелось на кого-то опереться, на кого-то положиться, сказать, как тяжело и как хочется поддержки, но он лишь вздохнул, провел пальцами по тонкому материалу брюк, ощущая в переднем кармане обручальное кольцо, которое на его палец надел Чонгук. Кажется, это было так давно, хотя по меркам времени прошло совсем ничего. Чон всегда с ним, пусть не физически, но он рядом. Тэхён выходит из машины и осматривает двор. Возле больших колонн стоит Сихван с семейной парой и о чем-то разговаривает с альфой. Омега покусал губу, провел вспотевшими ладонями по брюкам и направился в их сторону. Сердце застучало быстро и сильно, он с предвкушением и страхом ждал, когда Ли заметит его и оценит старания омеги. Сихван улыбается и кивает на какие-то слова альфы, переводит взгляд в сторону и видит Тэхёна, который к ним приближается медленной, но уверенной походкой от бедра. Омега замечает, как Ли сглатывает, его кадык дергается, а затем челюсть напрягается, выделяя скулы. На Тэхёне белые ботинки и белоснежные брюки, которые его обтягивают от лодыжек до пояса, тонкая ткань выделяет каждый сантиметр длинных, стройных ног. Рубашка цвета фуксии из легкого шелка заправлена в брюки, ремень в цвет рубашки выделяет тонкую талию. Шелк струится по рукам до запястий, манжеты расстегнуты и чуть прикрывают кисти, также расстегнуты сверху две пуговицы на рубашке, соблазнительные ключицы выделяются под тонкой тканью. Темные волосы зачесаны назад, полностью открывают прекрасное лицо, в ушах сияют гвоздики с бриллиантами, а шею оплетает ожерелье, которое также сверкает холодным блеском драгоценных камней. Глаза выделены ярким макияжем, губы блестят от блеска. Тэхён улыбается, подходит к Сихвану и берет его под руку, говорит тихим хриплым голосом: — Привет, любимый. Надеюсь, я не опоздал. Омега губами прикасается к губам мужа, прикрывает глаза. Альфа застыл, Тэхён всем телом ощущает, как он напряжен. Омега отклоняется и проводит длинным пальцем по губам Ли, стирая с них блеск. — Извини, но я так соскучился, — легкая соблазнительная улыбка касается пухлых губ. — Весь день тебя не видел. Не дожидаясь какой-либо реакции от разъяренного альфы, Тэхён с улыбкой смотрит на семейную пару, замечает, как альфа оценивающе рассматривает его, а омега недовольно поджала губы. — Добрый вечер, — тихо говорит Тэхён, — так рад вас видеть. Давно вы не появлялись на больших приемах. Омега удивленно моргает, она не ожидала такого заявления от другого омеги, ведь по факту Тэхён должен был сказать, что рад их видеть и просто поздороваться. — Хм, да, — покивал альфа, скользя взглядом по открытым ключицам Тэхёна, а затем посмотрел в карие глаза, — очень много дел. — Понимаю, — улыбается Тэхён. — Мой муж тоже очень много работает, я его практически не вижу… — Думаю, нам пора заходить, — недовольным голосом прерывает его Сихван. — Уже восемь часов. Ладонь ложится на талию омеги, Ли с такой силой сжимает пальцы, что Тэхён стискивает зубы и тихо шипит, прикрывая глаза. Такого эффекта он и добивался. Очень много народа, ведь дебют сегодня у дочери одного из ведущих судей Сеула. Огромный дом заполнен гостями, играет живая музыка, официанты лавируют между приглашенными с завидной ловкостью. Все уже знают об их с Сихваном браке, но это первый раз, когда они появились вместе на приеме. Всем хочется их рассмотреть, обсудить, а омега невольно вспоминает прием у Чимина, когда рядом был Чонгук, был тот, кто нужен на самом деле. Тэхён прикрывает глаза, отгоняя эти мысли, и осматривается, очень надеясь, что не увидит знакомый силуэт, черные волосы и черные глаза. Хотя сам понять не может, чего больше хочет, увидеть или нет. А рядом напряженный Сихван, его горячая ладонь обжигает сквозь тонкий шелк, пальцы сжимают талию с силой, когда Тэхён позволяет себе вольность в разговоре. А Тэхён позволяет. Он весь вечер непозволительно много пьет, смеется громче, чем положено по рамкам этикета, просто в голос, откидывая голову назад, еще больше обнажая красивую шею. Говорит с альфами и не забывает флиртовать, облизывая губы или щуря глаза, перебивает их, касаясь своей рукой их плеча или руки. Сихван за весь вечер ни разу от него не отошел, ходил тенью и сразу уводил от одной компании к другой, когда замечал пристальные взгляды свободных альф на Тэхёне. Те не особо стеснялись посмотреть на то, как омега длинными пальцами проводит по шее, оттягивает воротник рубашки, и хрипло шепчет «Жарко», облизывая губы. Потом Сихван просто запретил пить Тэхёну, сквозь зубы сказав, что еще один бокал, и омега пожалеет об этом. А по его лихорадочно блестящим глазам Тэхён видел, что и так пожалеет, он этого и добивался. Специально весь вечер выводил из себя альфу, ведь знал, какая будет реакция. Поэтому ни капли не удивился, что как только первые гости покинули прием, Ли повел омегу к имениннице и ее родителям, они в последний раз выразили поздравления и восхищения, а затем вышли из дома. Всю дорогу они молчали. Сихван сидел рядом с водителем, Тэхён на заднем сиденье. Он смотрел в окно и кусал губы, готовясь к тому, что ждет его дома. Но он должен это сделать, должен доказать, что имеет право требовать развод, а этот альфа не такой идеальный, каким его видят все вокруг. ____________________________ Тэхён первым заходит в дом, Ли за ним прикрывает дверь и начинает что-то говорить дворецкому, который поспешил навстречу к хозяину. Омега их не слушает, быстро идет в сторону лестницы и поднимается на второй этаж, направляясь к себе в комнату. Подходит к прикроватной тумбочке и кладет телефон в ящик, когда слышит, как дверь в его спальню с грохотом закрывается. Он лишь прикрывает глаза и успевает только обернуться, как раскрытая ладонь быстро мелькает перед глазами, а щеку обжигает уже знакомая боль. От силы удара Тэхён теряет равновесие и падает на кровать, прикладывает свою прохладную ладонь к лицу, поднимая взгляд на альфу, который стоит перед ним, сжимая кулаки. — Неужели ты думал, что тебе это сойдет с рук? — рычит Сихван, пристально смотря в карие глаза. — Ты выставил меня посмешищем перед всеми этими людьми. Я ведь был полностью прав, ты настоящая дешевая шлюха. Так ты выглядишь и так же себя ведешь. Разоделся, как проститутка, в таком виде только альф обслуживать в дешевом борделе. — Ну, тебе лучше знать, — усмехается Тэхён, и морщится от боли. — Видимо, ты там частый гость. — Да, я знаю, а теперь и понимаю, что таких, как ты, только трахать, потому что на большее ты не годишься. Мерзкий, дешевый омега, который не научился тому, как себя надо вести. Как хорошо, что твои родители уже умерли и не видят твоего позора. Я бы на их месте сгорел со стыда, имея такого ничтожного сына. Тэхён вскакивает на ноги и бьет по лицу альфу, тот сразу же хватает его за рубашку, тонкий шелк скрипит и рвется под натиском пальцев. — Не смей так говорить о моих родителях, — кричит Тэхён, сдерживая слезы. — Это ты ничтожество. — Ты не умеешь вовремя остановиться, — вновь рычит Сихван и хватает омегу за волосы, тот шипит от боли. — Что ты, что твой Чонгук, вы просто недостойны носить свою фамилию, потому что вы позор, — альфа скалится, приближая свое лицо к лицу омеги. — Хотя, может в твоем брате и побольше мозгов, чем у тебя, раз он решил избавиться от такой бесполезной суки, как ты. Хотя, я сомневаюсь, что он нормальный альфа. Кто в здравом уме будет трахать своего брата. Но ты же шлюха, ты это доказал сегодня… — Да ты и ногтя Чонгука не стоишь, — шипит омега, смотря в злые глаза. — Ты вообще не альфа, если позволяешь себе так обращаться с омегой. Чонгук достойный человек, а именно такие, как ты, грязь этого общества. Еще одна пощечина, Тэхён стонет от боли, когда вновь падает на кровать. Затем начинает смеяться, все громче и громче, откидывает со лба растрепанные чужой рукой волосы, и смотрит на альфу снизу вверх. — Что, так и будешь продолжать меня бить, пока я не заткнусь? — А ты, видимо, простых слов не понимаешь, — со злостью выплевывает альфа, — значит, буду воспитывать по-другому. — Воспитывать? — усмехается Тэхён. — Это просто насилие, и так ты показываешь свою слабость. Знаешь, твоей жене даже можно позавидовать. Она, видимо, только на тот свет смогла сбежать от такого морального урода, как ты. Омега сейчас понимает, что последняя фраза точно была лишней. Лицо Сихвана стало просто ледяной маской, а карие глаза практически почернели из-за расширенного зрачка. Альфа начинает медленно расстегивать ремень на брюках, не сводя взгляда с омеги, который лежит перед ним на кровати. — Если я еще раз услышу от тебя хоть слово в сторону моей покойной супруги, ты пожалеешь, что родился на этот свет, — сухим тоном шипит Ли, вытаскивая кожаный ремень из брюк, полоска шириной в пять сантиметров скользит в ладони альфы. — Ты по сравнению с ней просто ничтожество, не достойное произносить ее имя. — Не вздумай… — выдыхает Тэхён. Но он не успевает отползти на другой край кровати, как Сихван замахивается и хлесткий удар кожаного ремня обжигает правое бедро, ягодицу, а кончик цепляет поясницу. Омега хочет скатиться с кровати, но крепкая ладонь обхватывает лодыжку и тянет назад, еще один удар приходится по правой стороне. Тэхён кричит от боли, ощущая как по коже, будто ожог, расползается обжигающая ноющая боль. — Перестань! — Это тебе на первый раз. Еще такое повторится, и двумя ударами ты не отделаешься. Альфа дышит чуть сбито, за талию тянет к себе Тэхёна, разворачивает так, чтобы тот сел перед ним на кровати. Омега дрожит от боли и злости, ощущая слезы на щеках, когда Сихван одной рукой хватает его за волосы и поднимает лицо, чтобы Тэхён посмотрел ему в глаза. Вторая рука начинает расстегивать ширинку, омега кидает взгляд на пах альфы и видит, что это больной ублюдок возбудился от того, что сейчас произошло. Тошнота подкатывает к горлу, он сглатывает и вновь смотрит на Ли, когда слышит, как расстегивается молния. — Я еще тебя даже не трахнул, а видимо, нужно было, — хрипло говорит альфа. — Сегодня твой рот займется тем, для чего предназначен. Уж не впервой тебе член во рту держать, я уверен. — Если ты попытаешься засунуть свой член мне в рот, — дрожащим голосом говорит омега, не моргая смотря в злые глаза, — то можешь с ним попрощаться. — А ты не боишься попрощаться с зубами? — Зубы я вставлю, а член у тебя другой не отрастет. Тэхён вскрикивает, когда его волосы на затылке сжимают со всей силы, слезы вновь текут по лицу, а удушающий древесный запах заполнил всю комнату, омега ненавидит его всей душой, его физически тошнит. — Ты и правда грязный и мерзкий, — в лицо шипит Сихван, заглядывая в блестящие от слез глаза. — А сейчас еще такой жалкий. Но можешь не переживать, я подожду твою течку. Ты, конечно, будешь сопротивляться, ведь ты такой гордый, но в итоге, когда я тебя завалю на кровать и начну трахать, будешь подмахивать мне своей задницей, потому что это инстинкты, мальчик. Возможно, даже будешь плакать, ведь не хочешь, но и стонать будешь, потому что тебе будет хорошо. А я с удовольствием посмотрю как ты мучаешься, разрываясь от этих чувств. От этих слов все внутри задрожало от страха и брезгливости. Тэхён точно этого не допустит, ему нужно действовать как можно быстрее. — Если я тебе так противен, — хрипло говорит Тэхён, пытается дёрнуть головой, чтобы ослабить хватку в своих волосах, — то почему ты хочешь, чтобы я тебе рожал детей? Не лучше ли найти достойного омегу? Сихван усмехается криво, отбрасывает от себя омегу и отходит на шаг, начиная застегивать ширинку. — Мне вообще безразлично, кто мне будет рожать. Их буду воспитывать я, а не ты, потому что ты своим детям не сможешь дать ничего, ведь сам из себя ничего не представляешь. А ты даже не думай о том, что сможешь избавиться от меня. Я своей репутацией дорожу и никаких разводов не приемлю. Поэтому я тебе говорил, лучший выбор для тебя — это смириться. Тэхён усмехнулся, отползая от альфы на середину кровати. — Я подам на тебя в суд за избиение. Это уже даже не пощечина, это домашнее насилие. И против тебя законы действуют. — Действительно? — фыркает альфа, наматывая ремень на ладонь. — И как же ты это докажешь, если не сможешь выйти из дома до тех пор, пока синяки не сойдут? И даже если твои синяки кто-то увидит, то как ты докажешь, что это я тебя избил? Знаешь, в этом доме все люди работают на меня, а значит легко могут подтвердить, что мой молодой муж любит выпить и часто падает, не рассчитав с дозой, пока его муж трудится на благо семьи. Все эти люди будут за меня, можешь в этом не сомневаться. А твой телефон, — альфа берет смартфон с тумбочки и кладет его в карман брюк, — пока будет у меня. Я больше повторять не стану, мальчик. Чем больше ты будешь пытаться сопротивляться мне, тем больнее тебе будет. Ты будешь сидеть дома, связываться со мной можешь через Джихана, он также будет отвечать за корреспонденцию, которая будет уходить из нашего дома. А без доказательств ты просто омега, которому почему-то не нравится такой прекрасный альфа, как я, а это не причина развода. А уж я смогу тебя воспитать, не переживай. — Я ненавижу тебя, — сквозь зубы говорит Тэхён, исподлобья смотря на альфу. — Мне это безразлично. И никак не помешает тебя трахать, делать детей и все для того, чтобы ты не смел позорить мою фамилию. Я тебя предупреждал, а сегодня показал. А ведь может быть еще хуже, Тэхён. Альфа смерил омегу пристальным взглядом, презрительно усмехнулся и вышел из спальни. Тэхён зажмурил глаза. Начал судорожно хватать воздух ртом, стараясь сдержать истерику, которую он подавлял в присутствии альфы. Омега закрыл руками рот и приглушенно замычал, выпуская наружу весь страх и панику. Это на самом деле страшный человек, омега не предполагал, что все может так далеко зайти. И если еще раз Тэхён выкинет что-то подобное, Сихван может не только избить, но изнасиловать. Этот ублюдок возбуждался от применения силы. Тэхён должен уйти из этого дома как можно скорее, но это сложно будет сделать, если его не выпускают из дома. Тэхён смотрит на тумбочку возле кровати, начинает медленно двигаться в ее сторону, шипя от боли. Он открывает ящик, достает свой телефон и выключает диктофон. Не зря он купил идентичный смартфон, ведь предполагал, что если Ли оставит на его теле следы, то заберет телефон, чтобы омега не мог сделать фото. Но теперь у него есть доказательства. __________________________ — Ну все, мальчик, ты доигрался. Громкий крик Сихвана заставляет вздрогнуть и отвести телефон от уха. Тэхён чувствует, как паника расползается по всему телу, а руки начинают дрожать. — Ч-что? — Ты сказал, что течка у тебя начнется больше, чем через месяц, — громко рычит альфа, — что она закончилась у тебя перед тем, как мы с тобой встретились поговорить в моем ресторане. Но вот одна из служанок сказала Джихану, что нашла у тебя в шкафу среди одежды блокаторы, подавители и обезболивающие, а раньше их там не было. Неужели ты решил, что сможешь скрыть от меня свою течку?! Сука, я вернусь завтра из Японии и поверь мне, тебе не поздоровится. Решил из меня дурака сделать? Ты никуда от меня не денешься. — Тебе лечиться надо, — сквозь слезы кричит Тэхён, вскакивая с кровати. — Ты просто больной ублюдок, тебе ясно?! И ты пальцем ко мне не прикоснешься! — И кто же мне помешает? — с усмешкой спрашивает альфа. — Ты мой муж, я на тебя все права имею. И даже если ты каким-то образом сможешь обратиться в суд, пока решение не будет вынесено, ты принадлежишь мне. А я уж очень постараюсь, чтобы ты забеременел, и тогда, с моим ребенком внутри, ты от меня никуда не денешься. Я думал, что за эти две недели ты поумнел и понял, что со мной тягаться себе дороже, но как всегда ошибся в тебе. Больше я ошибаться не буду. Ты для этого так просился к другу в гости на пару-тройку дней? Соскучился, говоришь? А сам течку хотел там провести? Тупая ты шлюха, Тэхён. А пока сиди дома и жди меня, поверь, я эту встречу жду очень сильно и уже забронировал себе билет. Звонок прерывается, а Тэхён опускается на пол, ноги подогнулись от нахлынувшей волны страха. Блять, он не успел. Все было так продумано, что казалось, вот-вот, и он сможет выйти навсегда из этого дома. Последние две недели после того вечера омега, как мог, играл послушного мужа, стараясь дать понять, что напуган, что больше не хочет повторения и готов принять то, что хочет от него Сихван. Тэхён и не хотел повторения, и продолжения тоже не хотел. А если доказательств, которые у него есть, не хватит для того, чтобы завести на Ли уголовное дело, и, естественно, получить развод, то омега тогда точно не знает, как жить в этом прогнившем мире. Запись с диктофона несколько раз скопирована и сохранена на разных ресурсах. Все синяки сфотографированы, бордовые и ярко-фиолетовые полосы с тела Тэхёна только недавно сошли. И вот проблема заключалась в том, что найти адвоката оказалось сложнее, чем он думал. Просто страшно было кому-то доверять. Вдруг даже адвокат из другого города решит проверить чей муж Тэхён, и обо всем узнает Сихван. Откуда омега может знать всех знакомых Ли? И совершенно не хотелось, чтобы все провалилось уже на последнем этапе. Поэтому когда Сихван неделю назад улетел в Японию на месяц, омега вздохнул спокойно. Но соврал насчет течки. Она должна была начаться через две недели, а он сказал, что через месяц, как раз к возвращению альфы. Омега подозревал, что его вещи обыскивают, не всегда одежда лежала так, как он ее оставлял в шкафу, но надеялся, что очень хорошо спрятал лекарства. Но везде уши и глаза, такого давления Тэхён не испытывал никогда, он задыхался уже и мечтал уйти отсюда. А план был прост. Ли уже отпустил его в гости к беременному другу, видимо, довольный тем, что омега ведет себя так, как положено. И там Тэхён хотел попросить помощи у Юнги. Он понял, что сам не справится, боится оступиться с адвокатом, а у Мина большие связи и он не оставит Тэхёна без защиты. Чимин не оставит. Омега просто устал бороться сам. Устал каждый день прятать второй телефон, носить его под широкими рубашками у себя за поясом, потому что, казалось, что его скоро начнут обыскивать. И, видимо, Сихван не ослабил поводок, как думал омега, раз его вещи продолжали обыскивать. И что делать сейчас, Тэхён не представлял. Юнги нет в городе, он вернется только через два дня. Что может сделать беременный Чимин, чтобы вызволить его из этого дома? Можно сразу позвонить в полицию, но откуда он знает, что им скажет дворецкий, который все сделает для своего хозяина. Тэхён боится и никому не доверяет. И конечно же на ум приходит только одно имя. Как ни пытался омега избежать этого звонка, сейчас очень жалел, что так сильно затянул. Хотелось Чонгуку позвонить сразу же, как была сделана запись. Хотелось в сильные руки и вдохнуть родной любимый аромат, когда тело горело в месте ударов. Но глупая гордость и слова альфы о том, что Тэхён теперь живет своей жизнью, не отпускали, и омега продолжал сам пытаться все решить. А в итоге хотел побежать к Юнги, но все же набирает номер Чонгука. Эта беспомощность убивает, дает ощущение того, что Сихван прав. Ты никто в этом мире без сильного альфы за спиной. Тебя никто не будет слушать, тебе даже верить не будут, если ты станешь говорить что-то против огромного авторитета альфы. Это так противно, но при этом, слушая гудки, Тэхён сам с собой спорить не может. Ему нужен этот голос, ему хочется в эти руки, и за спину широкую спрятаться, потому что он устал. Омега судорожно дышит, пальцами вытирая слезы, пытается успокоиться, смотря в одну точку и все так же сидя на полу. — Тэхён? Омега проиграл, потому что слезы опять бегут по щекам, а от звука любимого голоса одновременно и больно, и хорошо. — Чонгук, — омега всхлипывает, не может сдержаться. — Чонгук, пожалуйста… Пожалуйста, забери меня… — Тэ, что… — Он бьет меня, — кричит омега, — я не буду, я не могу… Он завтра прилетит, а у меня течка скоро! Он заставит меня, Чонгук! Я… Я больше не могу… — Боже, Тэ, ты… — Чонгук выдыхает и продолжает: — Скинь мне адрес, сейчас же. Собирай свои вещи, самое необходимое. Я скоро буду, уже выезжаю. Ты меня слышишь? — Меня… — Тэхён всхлипывает и дышит часто, — меня не выпустят из дома. Дворецкий… — Какой, нахуй, дворецкий? — сквозь зубы рычит Чонгук, омега слышит, как пискнула сигнализация. — Я сказал, собирай вещи и сразу скинь мне адрес. Ты в этом доме не останешься, я тебе обещаю. Ты веришь мне? Омега кивает быстро и отвечает: — Да, я… я верю. Пожалуйста, приезжай. — Я жду адрес, мороженка, — уже спокойней говорит Чонгук, — и уже еду. Я заберу тебя. ____________________________ Чонгук лавирует между машин и молится, чтобы в тот поздний вечер нигде не было пробок. Он набирает номер Намджуна, подключает телефон к громкой связи, размеренные гудки заполняют салон машины. Альфа сжимает руль обеими руками, не отрывая взгляда от дороги, а в голове звучит голос Тэхёна, такой надрывный, омега в истерике не просто так, Чон это прекрасно понимает. Если то, что сказал Тэхён, правда, то Чонгук точно это так не оставит. А он омеге верит, и пытается заткнуть чувство вины, которое грызет его внутри уже не первую неделю. — Да. — Намджун, мне нужно, чтобы ты завтра же приехал в Сеул, — говорит Чонгук, двигаясь максимально быстро, насколько это позволяет вечернее движение на дорогах. — Мне только что позвонил Тэхён, у него истерика, и он сказал, что его муж его избивает. Я не знаю подробностей, не знаю что еще было, вообще, блять, ничего не знаю! Чонгук срывается на крик, бьет ладонью по рулю и резко выдыхает. — Но ты должен приехать уже завтра и сделать все, чтобы этот урод больше не имел никаких прав на Тэхёна. Я его сейчас же заберу оттуда и он больше не должен вернуться в тот дом, ты меня понял, Нам? — Я понял, но мне нужны будут подробности. — Они будут, когда я поговорю с Тэхёном. Ты завтра приедешь и сам с ним поговоришь. Придумывай что хочешь, но он не должен приблизиться к моему омеге. Какие бы там законы ни были, мне плевать. Если он так относится к Тэхёну, если он бьет его, ты же понимаешь, что они больше не должны находиться наедине. — Я тебя понял, буду завтра до обеда. Но ты и пальцем не должен тронуть его мужа, иначе мне еще и тебя пришлось бы в суде защищать. — Если бы этот ублюдок был в городе, то поверь, тебе бы пришлось это делать, — Чон скрипнул зубами. — Спасибо. Я жду тебя. Чонгук нажимает кнопку на руле, звонок обрывается. Альфу всего трясет от злости и тревоги за Тэхёна, он пытается мыслить трезво, но перед глазами будто красная пелена. Омега молчал, не связывался никак с Чонгуком, а просто написал, что замужем и просил оставить в покое. Чон сейчас не может думать о том, как он порывался постоянно связаться с ним, тревога внутри не отпускала, но альфа начал думать, что это из-за того, что его омега просто не рядом, он с другим. И раз молчит, раз даже Чимин говорит, что у него все нормально, то значит, Тэхён и правда начал новую жизнь. Но при этом Чимин говорил, что Тэхён стал более замкнутым, не хотел говорить о своей жизни, и Чонгук боялся представить, что такое пришло в голову омеге, как он решил сам выкрутиться из всего этого, раз все дошло до такого пиздеца. Но они во всем разберутся, все решат, а Тэхён больше ни на шаг не отойдет от Чона, пока этот урод не получит по заслугам. ________________________ Чонгук кулаком стучит в дверь, осматривая территорию дома. Машину пришлось оставить за воротами, а охране сказать, что у него важное сообщение, которое нужно передать дворецкому, раз уж тот тут такая важная персона. Дверь открывается, альфа лет сорока пяти перед ним смеряет Чона пристальным взглядом. — Мне передали, что у вас важное сообщение для моего хозяина, — сухим тоном говорит дворецкий. — Ага, — кивает Чонгук, — очень важное. Он толкает дверь, та бьет альфу, тот еле успевает отклонить голову, чтобы не получить удар в лицо. — Что вы себе позволяете? — кричит дворецкий и пытается остановить Чона, который уже зашел в холл. — Я вызову полицию. — Вызывай, — рычит Чонгук и хватает альфу за рубашку. — А я как раз им расскажу, как твой хозяин-мудак избивает своего молодого мужа. Будет очень интересный разговор. А теперь нахуй отойди от меня и в панике звони господину Ли, потому что Тэхён сейчас выйдет из этого дома и больше не вернется. — Вы не имеете права, — сквозь зубы говорит альфа. — Я — имею, — Чон отталкивает с силой дворецкого, тот пятится спиной назад. — Я его брат, все так говорят, а в данной ситуации даже спорить не буду, очень сейчас это удобно. А если ты еще раз рот откроешь, получишь по лицу за своего любимого хозяина. Дворецкий хочет что-то сказать, но шум его отвлекает, альфы смотрят в сторону лестницы, по которой быстро спускается Тэхён. У него растрепаны волосы, лицо мокрое и красное от слез, а в руках две сумки с вещами. Омега смотрит только на Чонгука, который идет ему на встречу и крепко обнимает, когда Тэхён бросает сумки и прыгает ему в руки. — Мороженка… — Забери… Забери меня отсюда, пожалуйста, Гук. — Поехали. Они берут сумки, Джихан смотрит на Тэхёна, прожигает его взглядом, но омега вцепился в руку Чона и не обращает на него внимания. Они быстро выходят из дома, идут по дорожке к воротам, охрана также смотрит на них, но никто слова не говорит. Только один из них достает телефон и начинает кому-то звонить, либо в дом, либо самому хозяину. Они подходят к «Рендж Роверу» Чона, тот открывает багажник и кидает туда сумки, закрывает его и поворачивается к Тэхёну, который стоит рядом, обхватив себя руками. Он смотрит на Чона и глазам своим не верит, что видит его на самом деле. На альфе только футболка и домашние спортивные штаны, на ногах кроссовки. Видимо, в какой одежде он был дома, так и выехал, не стал переодеваться. — Ты в порядке? — тихо спрашивает Чонгук, заглядывая в карие глаза. Они стоят за машиной, она их полностью скрывает от охраны дома. Омега кидает взгляд в ту сторону и кивает. Потом начинает мотать головой и говорит сквозь зубы: — Нет, Чонгук, я не в порядке. Никакого, нахрен, порядка тут нет, — голос срывается и хрипит, Тэхён раздраженно смахивает слезы, которые стекают по щекам. — Если вы еще раз попытаетесь меня выдать замуж, я не знаю, что сделаю. С собой сделаю, ты понял меня! — омега тыкает пальцем в грудь альфы, смотрит в черные глаза. — Я жить так больше не буду. Мне похуй на завещание, на деньги, на все, ясно? Вы меня больше не заставите. — Успокойся, Тэ… — Нахрен тебя, Бана и все ваши законы, если они только против меня, — кричит Тэхён, сжимая кулаки. — Я больше так не могу! Чонгук делает шаг, ладонями обхватывает мокрое от слез лицо и шепчет: — Успокойся. Он губами прижимается к соленым губам, сквозь слезы ощущает сладкий любимый вкус, когда Тэхён судорожно выдыхает ему в губы, а язык скользит в рот, медленно и плавно. Большие пальцы гладят щеки, успокаивают, как и легкий поцелуй. Он такой необходимый, необходимый им обоим, они оба задыхаются сейчас, как и друг без друга задыхаются тоже. Чонгук медленно отклоняется и смотрит в прикрытые глаза, Тэхён смотрит в ответ, облизывает губы и шепчет: — Поцелуй меня еще раз. Он обнимает альфу за талию, прижимается всем телом, ощущает ту силу, которой ему так не хватало. Вкус любимый ощущает, как и аромат, который окружает его сейчас со всех сторон. Чонгук углубляет поцелуй, поворачивает голову, пальцами зарывается в темные волосы омеги на затылке. Именно то, что нужно, жизненно необходимо, он без Тэхёна умирал день за днем, решив отпустить, потому что устал страдать от своих чувств. Но без Тэхёна хуже, в тысячи раз хуже. Ему этот омега необходим и Чонгук добровольно проигрывает, в очередной раз понимая, что все сделает для него. — Послушай меня, малыш, — шепчет Чонгук в чужие губы и смотрит в глаза Тэхёну, — никто больше тебя не заставит и не сделает ничего против твоей воли. Я тебе клянусь. От этого мудака мы избавимся, Намджун уже завтра будет здесь, ты ему все расскажешь и он все решит. Этот урод к тебе больше не приблизится и не прикоснется, а я сделаю все, чтобы тебя больше не принуждали. Не отпущу больше, не позволю. Ты должен мне верить. А сейчас, поехали домой.